Игры теней

Глава 1. Явление Певерелла Первое сентября 1943 года в Хогвартсе выдалось удушливым. Гроза застряла где-то над Запретным лесом, и воздух в Большом зале был пропитан электричеством. Том Реддл сидел в центре стола Слизерина, окруженный своими «рыцарями», словно темное божество в окружении верных псов. Его пальцы лениво поглаживали край кубка, а мысли были заняты Тайной комнатой. Двери зала распахнулись с тяжелым грохотом, заставив пламя свечей дрогнуть. Вошел он. Том почувствовал, как внутри что-то щелкнуло. Инстинкт хищника вздыбил шерсть на загривке. Новичок не просто шел — он владел этим пространством. Рост около 180 см — идеальный баланс между изяществом и силой. На нем была дорогая, сшитая на заказ мантия, которая подчеркивала его худобу, но под тонким шелком угадывались рельефные, «сухие» мышцы человека, который не просто машет палочкой, а привык к жестким нагрузкам. Но волосы... Том прищурился. Иссиня-черные пряди спускались до лопаток, переплетенные мелкими косами. В них, подобно каплям росы, запутались серебряные кольца и крошечные артефакторные подвески, которые издавали едва слышный, кристальный звон при каждом движении. Когда юноша подошел к Шляпе, Том увидел его глаза. Ярко-зеленые. Цвет Авады, но с такой глубиной, какой Реддл не видел ни у одного живого существа. - Теодор Элай Певерелл! - голос Армандо Диппета дрогнул. Зал взорвался шепотом. Певереллы. Легенда. Сказка. Три брата. Слизеринцы переглядывались: если этот парень действительно принадлежит к тому самому роду, баланс сил в школе только что рухнул. - СЛИЗЕРИН! - взревела Шляпа. Теодор снял артефакт с головы, поправил одну из серебряных косичек и, не удостоив преподавательский стол и взгляда, направился прямиком к середине змеиного стола. К Тому.

***

Ужин шел своим чередом, пока один из старшекурсников, Корвус Лестрейндж, не решил прощупать почву. Он всегда был слишком самоуверенным и слишком вульгарным для аристократа. - Эй, Певерелл, - протянул Корвус, скалясь. - Фамилия красивая, не спорю. Но в наше время древние гербы не кормят. Ты выглядишь чертовски... аппетитно. Эти косички, эти украшения... - он окинул Гарри масляным взглядом. - Давай так: ты проведешь эту ночь в моей спальне, а завтра утром в твоем сундуке появится кошелек с сотней золотых галеонов. Поверь, я умею быть благодарным за хорошую компанию. Том Реддл замер. Он ждал реакции. Ему было интересно: Певерелл - это просто имя или нечто большее? Гарри медленно отложил приборы. Он не покраснел, не разозлился. Он посмотрел на Лестрейнджа так, словно тот был интересным видом плесени. - Сто галеонов? - голос Гарри был глубоким, с нотками бархата и стали. - Лестрейндж, я ценю твою попытку оценить мою внешность, но у меня есть встречное предложение. Он подался вперед, серебряные кольца в волосах тихо звякнули. - Ты сейчас же закрываешь свой рот, встаешь и уходишь из-за этого стола. А за твое... неуместное красноречие я не стану вырывать тебе язык прямо здесь. Видишь ли, сто галеонов - это цена твоего родового поместья через пару лет, когда ты его пропьешь. Мои же украшения стоят больше, чем вся твоя родословная вместе с долгами твоего отца. Гарри улыбнулся - это была улыбка сытой кобры. - Я Певерелл. Мы не берем плату. Мы берем души. Ты уверен, что хочешь продолжить торг? Лестрейндж побледнел. В глазах Гарри полыхнула такая первобытная мощь, что у всех сидящих рядом заложило уши от магического давления. Том Реддл почувствовал, как по его собственной коже пробежали искры. Это был вызов. И это было... великолепно. - Мистер Малфой, - Гарри повернулся к Абраксасу, который сидел рядом, завороженный этим зрелищем. - Вы, кажется, закончили? Не будете ли вы так любезны проводить меня в гостиную? Я терпеть не могу искать дорогу в сырых подземельях в одиночку. Абраксас, обычно холодный и отстраненный, кивнул почти мгновенно. - С удовольствием, Теодор.

***

Они шли по темным коридорам. Абраксас чувствовал себя странно. Он - наследник Малфоев, он привык, что за ним бегают. Но этот парень... Тэй шел рядом, и от него пахло старой бумагой, морозным лесом и чем-то таким, от чего кружилась голова. Когда они зашли в их общую спальню, Гарри прислонился к косяку двери. - Хей, так значит, мы в одной комнате? Повезло. Ведь теперь мы можем стать ближе... Последнее предложение прозвучало низким и горячим голосом, обжигая дыханием чувствительное ухо Малфоя. Абраксас судорожно вздохнул и повернулся к Тэю. Тот тем временем взял прядь его волос, нежно перебирал их в руке и, поднеся их к лицу, упоенно вдыхал их аромат. Отчего сердце Абраксаса сделало кульбит и не просто кульбит, а целое тройное сальто. - Можно тебя поцеловать? - вырвалось из его уст. Абраксас тут же захотел провалиться сквозь землю. Поцеловать? Человека, которого он знает час? Но Тэй не рассмеялся. Его взгляд стал тяжелым, почти осязаемым. - Можно, - едва слышно выдохнул он. Абраксас подался вперед. Сначала это было лишь легкое касание. Губы Тэя были невероятно мягкими. Но через секунду Гарри перехватил инициативу. Он притянул Малфоя за талию, сминая его мантию, и углубил поцелуй. Его язык уверенно скользнул внутрь, исследуя, пробуя, доминируя. Абраксас чувствовал, что тонет. Тэй целовал так, будто он был единственным смыслом его существования в этом времени. И в этот момент Малфой понял: он пропал. Он готов был отдать этому человеку всё, лишь бы этот момент не заканчивался.

***

На следующее утро на уроке Защиты от Темных Искусств Том Реддл был в скверном настроении. Он видел, как Малфой смотрит на Певерелла - как преданный пес. Это раздражало. Ему хотелось стереть эту самодовольную улыбку с лица Теодора. - Сегодня мы практикуем дуэли без слов, - объявила профессор Вилкокс. - Мистер Реддл, прошу. И... мистер Певерелл. Том вышел на помост с изяществом хищника. Он собирался раздавить новичка, показать ему, кто здесь настоящий лорд. - Не бойся, Теодор, - прошептал Том, поднимая палочку. - Я буду нежен. Гарри только усмехнулся. Он не встал в классическую стойку. Он просто стоял, расслабленный, одна рука в кармане брюк, в другой - палочка из остролиста. Дуэль началась. Том атаковал яростно, связками темных проклятий, которые не изучают в школе. Но Гарри... он не блокировал. Он танцевал. Он уклонялся с миллиметровой точностью, а когда выпускал свои заклинания, они были настолько мощными, что щиты Тома трещали. В один момент Гарри сделал резкий выпад, обезоружил Тома и, прежде чем тот успел среагировать, прижал его к стене дуэльного круга, упираясь палочкой в подбородок Реддла. В классе повисла мертвая тишина. Никто и никогда не побеждал Тома Реддла. Гарри наклонился к самому уху Тома. - Знаешь, Том... - его голос был тихим, только для него. - Твои крестражи - это такая скука. Ты дробишь душу, потому что боишься смерти. Но Смерть - это я. И я здесь не для того, чтобы тебя убить. Том замер, его зрачки расширились. - Что ты... - начал он. - Тсс, - Гарри провел пальцем по его щеке. - Жаждешь моего внимания? Так удиви меня. Найди выход из своего страха. Привлеки меня чем-то большим, чем просто детские фокусы с бессмертием. Пока что... Малфой гораздо интереснее тебя. У него есть сердце. А у тебя - только амбиции. Гарри отстранился, подмигнул ошарашенному Абраксасу и вышел из класса, оставив за собой шлейф аромата полыни и звенящую тишину. Том смотрел ему в спину. В его груди клокотала ненависть, смешанная с таким диким возбуждением, какого он не чувствовал никогда. Он хотел убить Малфоя. Он хотел приковать Певерелла к себе цепями. Игра началась.