Другой путь | Another Way

Я ступал по руинам империи, неумолимо осыпающейся сквозь коридоры времени. Я устремлял взор на световые годы вглубь небес, наблюдая, как звезда за звездой разрывается на части, подобно ослепительному фейерверку. И всё же мне лишь предстояло узнать, что нет в мире ничего более разрушительного, чем безмолвная тоска двух людей, отчаянно жаждущих вновь найти дорогу друг к другу.

— Лэнг Лив

Настоящее время: Август 2000 / Время Драко: Совпадает с настоящим

Следующие несколько недель пролетели без особых потрясений. Драко продолжал дважды в неделю появляться в Министерстве для встреч с Грейнджер, и, хотя они по-прежнему беспрестанно пикировались, до крупных ссор дело больше не доходило. Они медленно притирались друг к другу, хотя Драко в упор не понимал, как они когда-нибудь смогут работать над чем-то более значимым, чем рутинные законы. Пусть они и заключили некое подобие перемирия, их политических взглядов это нисколько не меняло. Драко и Грейнджер как раз вносили последние штрихи еще в два законопроекта, когда шум в коридоре заставил его оторваться от пергамента. Он бросил взгляд на закрытую дверь и напряг слух. Кто-то кричал, и что-то в этих голосах показалось ему до боли знакомым. Грейнджер встала, приоткрыла дверь и высунула голову в коридор. — О, это ты, Артур. Вам нужна помощь? — Это не ему нужна помощь! А нам! — истошно вопил знакомый голос. — Мы стали жертвами чудовищного преступления, а нас несправедливо обвиняют в... — Никто вас ни в чем не обвиняет, — вмешался мужской голос. — Если бы вы только успокоились и... — Успокоились?! Успокоились?! Мой дом едва не взлетел на воздух, мою дочь чуть не убили, а вы просите меня успокоиться?! Сердце Драко рухнуло куда-то в желудок. Он знал этот голос. Дочь чуть не убили. Он вскочил и рванул в коридор, едва не сбив Грейнджер с ног. В последний момент он перехватил ее за талию, не дав упасть, но был слишком поглощен разворачивающейся сценой, чтобы вообще заметить их внезапную близость. Мать Дафны и Астории надрывалась на Артура Уизли, в то время как сама Дафна стояла в стороне и молча наблюдала за ними; ее волосы выбились из хвоста, а платье было порвано в нескольких местах. Артур держал в руках три палочки и явно пытался хоть как-то утихомирить миссис Гринграсс. — Драко! — выдохнула Дафна, заметив его, бросилась через весь коридор и повисла на нем, обвив руками его торс и уткнувшись лицом ему в грудь. Драко обхватил ее одной рукой за спину, а другую положил на затылок, прижимая к себе еще крепче. Он чувствовал, как ее колотит крупной дрожью. — Ты цела? — пробормотал он ей на ухо. Она кивнула. — А Астория? Она снова кивнула и прошептала: — Все целы. — О, просто чудесно, — донеслось с другого конца коридора от миссис Гринграсс. — Драко здесь. Как будто хуже уже быть не могло. Она все еще злилась на него за разрыв с Асторией, ведь она так мечтала выдать одну из дочерей за Малфоя. К тому же Драко подозревал, что она свято верила во всю ту чушь, которую писали таблоиды о его похождениях с Дафной, несмотря на все напечатанные опровержения. Он изо всех сил постарался ее проигнорировать. Драко заметил, что Грейнджер и Артур Уизли о чем-то переговариваются вполголоса. Она кивнула, а затем жестом указала на него и Дафну. Он задался вопросом, хороший ли это знак, но тут же переключил все внимание обратно на Дафну, которая продолжала мертвой хваткой цепляться за него. Что бы там ни произошло, дело было дрянь — Дафна редко позволяла себе такие проявления чувств. Грейнджер подошла к ним, держа в руке палочку Дафны. Драко бросил на нее пытливый взгляд, но ее лицо было непроницаемым. Она мягко коснулась спины Дафны и позвала: — Эм... Дафна? Девушка вздрогнула от неожиданного прикосновения, отстранилась от Драко и выпрямилась, нервно разглаживая платье руками. — Здравствуйте, Грейнджер, — произнесла она сухо, хотя голос ее слегка дрожал. — Артур собирается допросить твою мать, и нам нужно опросить и тебя. Я могу это сделать. — Грейнджер кивнула на кабинет, в котором они с Драко только что работали. — Вот здесь, если хочешь. Малфой может присутствовать. — Может? — Да. — У меня не будет проблем? — Нет. Мне просто нужно записать твои показания, а потом ты сможешь пойти домой. — Она протянула Дафне ее палочку, тем самым подтверждая свои слова о том, что Дафне ничего не грозит. Дафна настороженно покосилась на Драко, тот кивнул и взял ее за руку. — Хорошо, — сказала она Грейнджер, забирая палочку. Грейнджер вошла в кабинет и наколдовала третий стул, пока Драко на прощание ободряюще обнял Дафну, прежде чем завести ее внутрь. — Итак, — начала Грейнджер, когда они все расселись. — Расскажи мне, что случилось. Просто начни с самого начала. — Она занесла перо над чистым пергаментом, готовая делать записи. Дафна все это время поправляла прическу, и, когда ее хвост снова стал аккуратным, она сделала глубокий вдох и заговорила: — У меня дома произошел несчастный случай. Я... ну... наверное, стоит начать пораньше. Я... — Она сжала руки в кулаки и посмотрела на Драко, явно нервничая. Он придвинул свой стул поближе, накрыл одну из ее ладоней обеими своими и кивнул, призывая продолжать. — Несколько недель назад я была в антикварном магазине, искала новый туалетный столик, потому что мой был просто... не знаю... скучным. Он был классическим и красивым, но мне хотелось перемен. В общем, я нашла один, и, пока я расплачивалась и оформляла доставку, продавщица обратила мое внимание на какие-то старинные кисти для макияжа в потрясающем стеклянном стакане на верхней полке. — Она сказала, что они отлично подойдут к столику, но я отмахнулась, сказав, что никогда не понимала концепции кистей для макияжа. Маглы просто похлопывают пудрой по лицу, и это почему-то работает? И как оно вообще держится? Я сказала ей, что мне такие вещи ни к чему, ведь я наношу макияж палочкой, как и подобает настоящей ведьме. Драко заметил, как Грейнджер поджала губы; Дафна тоже это увидела и поспешно добавила: — Я ничего не имею против маглов. Не поймите меня превратно. — Все в порядке, — ровно отозвалась Грейнджер. — Просто продолжай. — Продавщица настаивала и даже отдала кисти бесплатно, и я подумала: «Почему бы и нет? Это будет милая, ироничная деталь интерьера». Так что их доставили вместе со столиком, и я как-то забыла о них. — А сегодня я сидела перед зеркалом, расчесывала волосы, как вдруг по моей ноге прополз паук. — Она передернула плечами и посмотрела на Драко. — Ты же знаешь, как я ненавижу всё, что ползает, — бросила она ему. — Даже младенцев, — поддакнул он. Дафна рассмеялась и сжала его руку. — Именно. — Она повернулась обратно к Грейнджер, которая с любопытством за ними наблюдала. — В общем, я подскочила, задела столик, и кисти упали. И как только это произошло... они взорвались, прямо как фейерверки. Я рухнула на пол, а эти фейерверки заметались по всей спальне. Повсюду вспыхивало разноцветное пламя, всё загорелось, и я... — Она осеклась и опустила взгляд на свои колени. — Ты в безопасности, Дафна, — мягко сказала Грейнджер. — Не торопись. Драко протянул Дафне платок, она промокнула глаза и снова посмотрела на Грейнджер. — В комнату вбежала мама, с криками, потом послала эльфа вызвать Отдел обеспечения магического правопорядка. Я заползла под кровать и ждала их там. — Она повернулась к Драко и добавила: — От мамы не было никакого толку. Она даже не попыталась потушить огонь. А моя палочка осталась на другом конце комнаты, и я не умею приманивать ее беспалочковой магией, как ты. Драко сжал ее руку. — Всё обошлось. Ты выбралась. Она вздохнула и снова посмотрела на Грейнджер. — Прибыли офицеры, потушили пламя, а когда нашли источник возгорания, вызвали представителя из Сектора борьбы с незаконным использованием изобретений маглов. Они заявили, будто я прокляла эти кисти и планировала подсунуть их какому-нибудь маглу, но магия вышла из-под контроля. Сказали, что я получила по заслугам. Но я ничего не проклинала! Я бы никогда так не поступила. Клянусь. — Я тебе верю, — быстро отозвалась Грейнджер. — Верите? Грейнджер кивнула и отложила перо. — Это не первое подобное преступление, когда мишенью становится чистокровный, а орудием — магловский артефакт. Вы ведь наверняка об этом слышали. И Драко, и Дафна покачали головами. — Но... — Грейнджер тяжело вздохнула. — Это та самая ваша чистокровная привычка — скрывать все неприглядные стороны своей жизни. Драко и Дафна одновременно скривились, но ее это, казалось, ничуть не смутило. — В любом случае, никто всерьез не думает, что ты что-то сделала. Тот офицер ОМП просто упивался властью. Я прослежу, чтобы его начальство об этом узнало. — Он говорил о штрафах, — сказала Дафна. — Сказал, что вмешиваться в устройство магловских вещей незаконно и что нас оштрафуют. Грейнджер покачала головой. — Нет. Если ты сможешь подтвердить свои слова... Например, предоставишь воспоминание о том, как продавщица навязывала тебе эти кисти, всё будет в порядке. Ты готова это сделать? — Да, конечно. — Хорошо. — Грейнджер поднялась. — Пойду возьму флакон для воспоминаний и заодно проверю, как там твоя мать. — И это всё? — спросила Дафна. — Да. Я сейчас вернусь. Как только Грейнджер вышла, Дафна развернулась на стуле к Драко. Они молчали; он видел, что она из последних сил сдерживает слезы. Дафна промокала уголки глаз его платком, рассеянно оглядывая кабинет. — Так вот где ты работаешь. — Именно. — Уютненько, — съязвила она. Драко невольно хмыкнул. — И пресно, — продолжила она. — Неужели им жалко повесить хоть одну картину или наколдовать фальшивое окно? — Я не спрашивал. — Помолчав еще немного, Драко добавил: — Слушай... Я рад, что ты жива. И мне жаль, что твоя мать так себя ведет. Ты ранена? — Немного. — Где? — Драко откинулся на спинку стула, внимательно осматривая её. Она слегка приподняла край платья, обнажив уродливый ожог на середине бедра. — Черт! — выругался Драко, подавшись вперед, чтобы рассмотреть рану. — Проклятье, Дафна. Я не умею лечить ожоги. Сильно болит? — Терпимо. Думаю, адреналин пока притупляет боль. Дома попрошу эльфа заняться этим. — Давай я хотя бы сниму боль. Дафна кивнула, и Драко, достав палочку, наложил на её ногу мягкое Обезболивающее заклинание. Ему хотелось сделать его сильнее, чтобы она вообще ничего не чувствовала, но он понимал: тогда она просто не сможет идти. Когда он закончил, то поднял взгляд и увидел, что по щекам Дафны беззвучно катятся слезы. — Мне было страшно, Драко, — прошептала она, заметив его взгляд. — Мне и сейчас страшно. Они охотятся на чистокровных? Как мы могли этого не знать? — Скорее всего, это не пускают в газеты, чтобы не спугнуть того, кто за этим стоит. — Но мы бы всё равно услышали, разве нет? Наверное, Грейнджер права. Сомневаюсь, что мои родители станут обсуждать это с друзьями. — Да, скорее всего, она права, но только не вздумай ей об этом говорить. — Он взглянул на дверь, которая была слегка приоткрыта, и заметил в коридоре Грейнджер. Поняв, что её поймали на подслушивании, она виновато посмотрела на него и тут же скрылась из виду. Наверняка осталась стоять за дверью. Любопытные гриффиндорцы. Дафна вытирала глаза. — Проклятье. Я выгляжу как полное ничтожество. — Вовсе нет, — возразил Драко. Он взял у неё платок и принялся сам осторожно стирать слезы и размазанный макияж. — Ты имеешь право бояться, Дафна. Тебе не обязательно быть сильной каждую секунду. — Совет, которому тебе и самому не мешало бы последовать. Он улыбнулся и вернул ей платок. — Отец меня убьёт, — продолжила она. — Ты же знаешь, сейчас он не может себе позволить такие расходы. А эти штрафы... — Не будет никаких штрафов, ты же слышала Грейнджер. А я втихую переведу деньги на его счет, чтобы покрыть ремонт в твоей комнате. — Он заметит. — Возможно, но спрашивать не станет. Решит, что гоблины ошиблись. Поверь мне, он примет эти деньги без лишних вопросов. Дафна потянулась и взяла Драко за руку. — Не знаю, что бы я делала без тебя. — Ты была бы ходячей катастрофой. Ну, еще большей, чем сейчас. Она легонько пихнула его ногой, но без всякой силы. Вспомнив про её рану, Драко встал. Нужно было поскорее отправить её домой. — Пойду найду Грейнджер, чтобы ты отдала ей воспоминание, и мы заберем тебя отсюда. Он положил руку ей на плечо, прежде чем выйти в коридор, прикрыв за собой дверь. Грейнджер прислонилась к стене прямо у входа. Драко встал рядом. Она подняла пустой флакон. — Её мать уже ушла. — Бросила её здесь?! — Да. Сказала Артуру, что ей нужно Успокаивающее зелье, а Дафне и с тобой будет неплохо. Драко вздохнул и прислонился затылком к стене. Страх, который он подавлял всё это время, начал просачиваться наружу. Он попытался очистить разум с помощью окклюменции, но усталость брала своё, и магия действовала слабо. Он не мог потерять Дафну. Она была его единственным другом. Драко сжал кулаки и сделал несколько глубоких вдохов. — В её поместье установлены чары, которые должны защищать от подобного. Грейнджер повернулась к нему боком. — Они работают не так, как ты думаешь. Я знаю, вам внушают, будто они оберегают членов семьи от любых вредоносных предметов, но технически это не совсем так. Ваши чары защищают лишь от Темной магии, сотворенной вне дома. Но существует масса обычных заклинаний, которые могут быть опасны — те же фейерверки. — Откуда ты это знаешь? Она пожала плечами. — Я много знаю о защитных чарах. После войны безопасность стала моим пунктиком. — Она тяжело вздохнула и кивнула на дверь. — Заберу у неё воспоминание, и можешь забирать её домой. — Подожди. — Да? — Я собираюсь вызвать своего домашнего эльфа, чтобы он обработал ожог на её ноге. Ты ведь не закатишь истерику? Грейнджер покачала головой. — Я разбираюсь в ожогах. Могу подлечить, по крайней мере, чтобы она дотянула до дома. Прежде чем Драко успел возразить, она распахнула дверь и скрылась внутри. — Я обработаю твой ожог, — услышал он её голос. — О, нет, — отозвалась Дафна, — вы и так уже достаточно сделали. Драко зашел следом и закрыл дверь. Грейнджер заняла его место и теперь наставила палочку на Дафну. — Покажи мне рану. Дафна бросила на Драко умоляющий взгляд. — Малфой сказал, что у тебя повреждена нога. Какая именно? — Видя, что Дафна не спешит, Грейнджер добавила сурово: — Полагаю, ожог под платьем, раз на лодыжках я ничего не вижу. Показывай, или я сама его задеру. — Какая же вы властная, — проворчала Дафна, обнажая бедро. Грейнджер прикусила губу, наклоняясь ближе, чтобы изучить рану. Драко был впечатлен — большинство ведьм, которых он знал, отвернулись бы от такого зрелища. — Ты не первая, кто мне об этом говорит, — рассеянно бросила Грейнджер, поднимая палочку. — А теперь не дергайся. Дафна поморщилась, и Драко подошел ближе, протянув ей руку; правда, он тут же пожалел об этом, когда её острые ногти впились ему в кожу. — Что происходит? — процедила Дафна сквозь стиснутые зубы. — Тебя лечат. — Я не об этом! Зачем ей это нужно? Он пожал плечами. — Она не хотела видеть здесь домашнего эльфа. — Я всё равно вызову их, как только окажусь дома. — Знаю, логика — не её конек. — Она вообще-то вас слышит, — раздраженно вставила Грейнджер. — Мы в курсе, Грейнджер. И не забудь про тот участок сбоку, — парировала Дафна, указывая на ногу. Грейнджер фыркнула. — И это я властная? Спустя несколько мгновений Грейнджер отстранилась, и Драко увидел, что ожог побледнел до нежно-розового цвета. — Это всё, что я могу сделать сейчас. Тебе понадобится мазь, наноси её раз в день в течение недели. Уверена, ваши эльфы знают рецепт. Грейнджер поправила платье Дафны, починила палочкой пару прорех на ткани и встала. Затем она велела Дафне сосредоточиться на образе продавщицы из антикварного магазина и аккуратно вытянула воспоминание, поместив его в тот самый флакон. — Хорошо, на сегодня это всё. Я оформлю твои показания и пришлю вечером на подпись. И постарайся не волноваться из-за того, кто за этим стоит. Авроры уже близко, и эта продавщица может стать последним кусочком головоломки. Уверена, их скоро поймают. Дафна кивнула и поднялась, проверяя ногу, прежде чем выпрямиться. — Грейнджер... э-э... спасибо. Я никогда не была к вам добра, а сегодня... в общем, вы проявили ко мне настоящую доброту. Эти слова напомнили Драко то, что говорил о Грейнджер Драко-из-будущего: «Она продолжала сражаться за то, чтобы сделать мир вокруг себя — мир, который был к ней невообразимо жесток — хоть чуточку лучше». — Ну да, — Грейнджер пожала плечами. — Очевидно, я просто человек куда более благородный, чем вы. Повисла тишина, а затем Грейнджер ухмыльнулась, давая понять, что это была шутка. Дафна посмотрела на Драко и приподняла брови: — Она забавная. Ты мне об этом не говорил. Драко закатил глаза. — Не поощряй её.

***

Нет, это не было тонким политическим ходом. У него возникло стойкое, тошнотворное ощущение, что она была настолько добросердечной на самом деле. — Спасибо, что помогла Дафне, — начал он. Эти сухие слова даже вполовину не отражали ту бездонную благодарность, что он испытывал, но на большее он сейчас просто не мог себя заставить. — Пустяки, — отозвалась она, небрежно отмахнувшись. — Это не «пустяки», — резко бросил он, слегка уязвленный тем, как легко она отмахивается от его слов. — Ты могла оставить ее с матерью и Артуром Уизли — вот это было бы «пустяками». Но ты отвела Дафну в сторону, позволила мне остаться с ней, ты проявила... куда больше участия, чем от тебя требовалось. Грейнджер пожала плечами. — Было видно, что она до смерти напугана, а тому офицеру ОМП не стоило так на нее давить. Она этого не заслужила. Как она? — Она сильная, — с вызовом ответил Драко, словно защищаясь. — Может, не такая несгибаемая, как ты и твои дружки, потому что ее никогда не воспитывали бойцом. Но в глубине души — да. Просто на днях ее здорово выбили из колеи, а ее мать только усугубляла ситуацию. — Я ее не осуждала, — поспешно возразила Грейнджер. — Я вообще не такая категоричная, как ты привык считать. Ты знаешь меня совсем не так хорошо, как тебе кажется. «Возможно, Гермиона кажется непреклонной, надменной и вечно всех осуждающей, но это лишь защитный механизм. Внутри она потеряна и невообразимо одинока». Эти слова Драко-из-будущего теперь крутились в его голове, словно заевшая пластинка. Он мысленно отогнал их прочь, отчаянно подыскивая другой ответ. — И ты меня не знаешь, — парировал он. — И правда не знаю. — Что? — изумленно переспросил он. Она еще никогда не соглашалась с ним так легко. Она снова пожала плечами. — Ты был таким чутким с Дафной. Я никогда не видела этой твоей стороны. Это было... странно. — Она замолчала и поморщилась. — Впрочем, наверное, мне не стоит так удивляться — естественно, ты добр к своей девушке, но... что ж... я просто не думала, что ты на такое способен, Малфой. Драко хмуро уставился на нее, гадая, понимает ли она сама, насколько невыносимой порой кажется окружающим. — Она не моя девушка, — в конце концов произнес он. — Все эти статейки о нас в желтой прессе — полная чушь. — О, я их не читаю, знаю, что они все выдумывают. Я просто предположила... вы казались такими... гармоничными вместе. И вы смотритесь как пара: оба высокие, стройные, светловолосые — хотя у тебя волосы платиновые, а у нее с золотистым отливом... — Она осеклась и слегка покраснела. Драко не смог сдержать улыбки. Она была до очаровательного забавной, когда вот так смущалась и путалась в словах — что случалось крайне редко. «Грейнджер не очаровательная! Тебе серьезно нужно с кем-нибудь переспать». Драко вышвырнул этот голос из головы и ответил ей фирменной ухмылкой: — Что ж, ты снова ошиблась. Дафна — мой друг, и между нами нет ничего подобного, несмотря на тот вопиющий факт, что мы оба высокие, стройные и со схожим цветом волос, — насмешливо закончил он. — Но ты ведь встречался с ее сестрой. Это-то было правдой? — А я думал, ты не читаешь таблоиды. Она снова залилась краской. — Земля слухами полнится. Драко подался вперед, скрестив руки на столе. — Не то чтобы это было твоего ума дело, но да, я встречался с ее сестрой около полугода, а потом мы расстались — как раз после смерти моего отца. Сейчас я свободен, если именно это ты на самом деле пытаешься выведать. Она возмущенно фыркнула, явно не находя слов, и наблюдать за этим было уморительно. Затем, набрав в грудь воздуха, она закатила глаза с такой силой, что, казалось, это должно было причинить ей физическую боль. — Я спрашивала совершенно не поэтому, — заявила она. — Я просто любознательный человек. — Ну конечно, — протянул Драко, продолжая улыбаться. Она шлепнула его по руке. — Перестань улыбаться. Это... мерзко. — Мерзко? — Да, вернись к своим ухмылкам или презрительным гримасам. С ними мне куда спокойнее. Я просто не вынесу, если ты будешь милым. — Ты первая начала. — Ничего подобного! Это ты вдруг стал неожиданно нежным. — С Дафной. Не с тобой, — парировал он. — Неважно. Давай просто вернемся к тому, как все было раньше. — По рукам. Вот только чем больше времени Драко проводил с Грейнджер, тем сложнее становилось выполнять этот уговор. — Ладно, — выдохнула Грейнджер и, глубоко вздохнув, снова повернулась к своей стопке бумаг. Она выудила три небольшие стопки и выложила их в ряд перед Драко. — Вот три законопроекта, на которые мне нужно твое одобрение. На следующей неделе они отправятся к Старейшинам. Драко склонился над столом, пробегая глазами по кратким сводкам. Он мгновенно понял, что ни один из законов его не касается, и даже не стал утруждать себя перелистыванием страниц. — Ты правда думала, что меня волнует продление контрактов с гоблинами, утверждение зарплат профессоров Хогвартса или пристройка нового крыла к больнице Святого Мунго? — Нет. Но ты должен одобрять каждый закон. Кажется, именно ты мне это втолковывал. Так что будь добр, открой последнюю страницу и поставь свою подпись. Драко издал раздраженный вздох, но втайне почувствовал облегчение от того, что они снова перешли к привычным пикировкам. Это было знакомо. А вот то почти игривое поддразнивание минутой ранее... это было странно. В тот момент добродушно шутить с ней казалось чем-то абсолютно естественным, но сейчас, всего несколько минут спустя, от одних воспоминаний об этом его передергивало. — Ты могла бы просто прислать их с совой, — заметил он. — Так было бы проще. — Мне было совершенно не сложно пройти по коридору и вручить их тебе лично. Драко закатил глаза. — Может, тебе и не сложно, а я тащился сюда аж из Уилтшира. Она презрительно фыркнула. — Ты трансгрессировал или воспользовался каминной сетью до входа в Министерство, пересек атриум и поднялся сюда на лифте. Вся дорога заняла у тебя от силы минут пять. Прекрати ломать комедию. Драко бросил на нее последний свирепый взгляд, взял перо, которое она подвинула к нему через стол, и расписался на всех трех законах рядом со строкой «Представитель Священных Двадцати Восьми». — Идеально, — сказала Грейнджер, забирая бумаги обратно в свою стопку, а затем взглянула на часы. — Как раз к обеду. Словно по команде, в дверь тихо постучали, и на пороге возник Уизел собственной персоной. — Готова? — спросил он Грейнджер, а затем посмотрел поверх ее плеча, смерив Драко тяжелым взглядом. — О, Рон. Что ты здесь делаешь? Мы же обычно встречаемся у лифтов. Уизли пожал плечами. — Захотелось прогуляться по этажу. — Ну да, конечно, — саркастично протянул Драко. — Она цела и невредима, Уизли, так что можешь дать отбой. Уизли фыркнул, но так и не вернул палочку, крепко зажатую в руке, обратно в кобуру. — Когда я решу ее убить, то уж точно не стану делать это прямо здесь, посреди Министерства, — растягивая слова, произнес Драко. — Я заманю ее в какое-нибудь зловещее место и покончу с ней в полнолуние, непременно облачившись в мантию Пожирателя Смерти. Лицо Уизли пошло красными пятнами — результат превзошел все ожидания Драко, и ему пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеяться в голос. Он прекрасно понимал: надави он еще немного, и в него полетит сглаз. Грейнджер вцепилась в рукав своего парня, пытаясь вытащить его в коридор, но тот словно прирос к полу. — Ты угрожаешь жизни Гермионы? — прорычал он. — Потому что если так, я... — Он просто шутит, — вмешалась Грейнджер. Драко мысленно пожалел, что она перебила Уизли — ему до жути хотелось услышать продолжение. — Он просто пытается вывести тебя из себя, — добавила она, снова потянув Уизли к выходу. На этот раз ей это удалось. Уизли показал Драко средний палец и сердито зашагал в сторону лифтов. Грейнджер обернулась и, едва сдерживая ухмылку, прошипела: — Убить меня? Серьезно? Хотела бы я посмотреть, как ты попытаешься. — И, выскочив вслед за своим парнем, захлопнула за собой дверь. И снова Драко услышал голос самого себя из будущего. «Он для нее просто мусор, но она цепляется за него, потому что у нее невероятно искаженное восприятие самой себя — и мы сыграли в этом не последнюю роль. Она думает, что никто другой ее не полюбит, а значит, нужно довольствоваться тем, что есть». Какая тоска. Разумеется, Грейнджер была в разы лучше этого долбаного Уизли. Неужели она сама этого не видела? Грейнджер, человек, который знал всё на свете? Впрочем, это не его дело. Ему было плевать. «Ага, продолжай себя в этом убеждать». «Заткнись».

***

Драко и Грейнджер корпели над поправками к очередному архаичному закону чистокровных — до абсурда нелепому, заставляющему Драко в который раз поражаться беспросветной глупости собственных предков. Всякий раз, когда Грейнджер поднимала эту тему, он рьяно бросался на их защиту. Впрочем, он был почти уверен: она прекрасно видит, что он ни на кнат не верит в то, что отстаивает, а спорит исключительно ради того, чтобы вывести ее из себя. — Что меня больше всего раздражает в этих законах, так это их неприкосновенность, — возмущалась она. — Нам не позволяют просто избавиться от них, мы вынуждены их ратифицировать, пытаясь придать им хоть каплю здравого смысла. Некоторым из них самое место в канализации, где о них можно было бы забыть раз и навсегда. — Существует прецедент, позволяющий их отменить, — на автомате отозвался Драко. — Но для этого придется доказать, что законопроект стал представлять угрозу для каждого без исключения гражданина Британии, а это почти невыполнимо. Как правило, всегда находится хотя бы один человек, которому подобная нелепица идет на пользу. Ее голова вскинулась так резко, что он на мгновение испугался, не свернула ли она себе шею. — Что? Драко пожал плечами. — Я кое-что знаю. — Откуда? — Нашел одну книгу, — бросил он с напускным безразличием, утыкаясь обратно в бумаги. Он вовсе не собирался упоминать фолиант, обнаруженный в библиотеке Мэнора, и теперь отчаянно надеялся, что она просто пропустит это мимо ушей. Книга представляла собой поистине бесценный перечень законодательных лазеек и исключений, накопившихся за столетия, вплоть до времен, предшествовавших принятию Статута о секретности. Он знал: попади эта вещь к ней в руки, она могла бы наворотить таких дел, что мало не показалось бы. Проклятье, почему он вечно болтает лишнего в ее присутствии? И тут его спас внезапный визит Дафны, возникшей в дверном проеме. — Отлично, вы еще здесь. — Что-то случилось? — спросил Драко, мучительно пытаясь вспомнить, не договаривались ли они встретиться сегодня. Дафна невозмутимо наколдовала стул и опустилась на него рядом с Грейнджер. — Ты мне не нужен. Мне нужна Грейнджер. Я уже уточнила у вашей ассистентки: на обед у вас планов нет. — У меня нет ассистентки. — Ну, та полноватая ведьма в остроугольных очках. — Глэдис? Она работает здесь целую вечность. Она вообще-то моя начальница. Что ты ей наговорила? — О, тогда понятно, почему она так неохотно мне помогала. Неважно, — Дафна пренебрежительно махнула рукой, в то время как Грейнджер взирала на нее с нескрываемым ужасом. Губы Драко слегка дрогнули в усмешке. Он прекрасно понимал, что сейчас чувствует Грейнджер: остановить Дафну, когда она пребывала в подобном расположении духа, было задачей из разряда невыполнимых. — В любом случае, в знак благодарности я веду вас на обед. В какое-нибудь приличное место. — Она сделала паузу и, скользнув взглядом под стол, критически оценила наряд Грейнджер. — Да, это сойдет. Грейнджер защитным жестом скрестила руки на груди. — Не стоит. Простого «спасибо» более чем достаточно. Если уж вам так хочется расщедриться, можете прислать благодарственное письмо с совой. — Нет, — коротко отрезала Дафна. — Я не хочу никуда идти, — парировала Грейнджер непререкаемым тоном. — А я не хотела, чтобы меня лечили, но вы все равно это сделали. Вы идете. Грейнджер сузила глаза. — Если я соглашусь на этот один-единственный обед, мы будем в расчете? Дафна на мгновение задумалась, а затем уклончиво бросила: — Возможно. — Это максимум, на который ты можешь рассчитывать, — вставил Драко, обращаясь к Грейнджер. — Она никогда не дает конкретных обещаний. — Обычный здравый смысл, — пожала плечами Дафна. — Таким образом, впоследствии никто не сможет обвинить меня в нарушении слова. — Она поднялась и попыталась вздернуть Грейнджер со стула за локоть. — Идемте. Нужно успеть до наплыва посетителей. Драко откинулся на спинку стула, внутренне посмеиваясь над выражением лица Грейнджер. Она явно не привыкла к тому, чтобы ею так беспардонно командовали. Добравшись до дверного проема, она с растерянным видом обернулась к нему. — Постойте. Ты не идешь? — Ты хочешь, чтобы я пошел? Повисла неловкая пауза; Грейнджер залилась краской и принялась отрицательно мотать головой. Драко отчетливо видел: этот вопрос просто сорвался у нее с языка. Похоже, она страдала от того же самого недуга «словесного недержания», что и он. — Конечно же, он идет, — заявила Дафна. — Должен же кто-то оплатить счет. Вставай, Драко. Мы уходим. В любой другой ситуации Драко бы воспротивился такому откровенному помыканию собой, но сейчас он был в предвкушении грядущей катастрофы. В последнее время его жизнь была до одури серой и скучной; немного развлечений явно не помешало бы. Когда они подошли к лифту, Грейнджер повернулась к Дафне и спросила: — Так вот почему тебе нравится Малфой? Из-за его денег? — Очевидно же, — ответила Дафна, когда они вошли в кабину, которая, к счастью, оказалась пустой. — У Драко исчезающе мало хороших качеств. — Я знаю, — поспешно согласилась Грейнджер. Драко презрительно скривился, но обе ведьмы полностью его проигнорировали. — На него приятно смотреть, — продолжила Дафна. — И порой он даже может выдать что-то забавное, но ради этого приходится продираться сквозь такие дебри отвратительных комментариев, что игра редко стоит свеч. — Она перевела взгляд на Драко и игриво подмигнула. — Зато он невероятно щедр. — Легко быть щедрым, когда у тебя бездонные хранилища, — возразила Грейнджер. Драко уже открыл было рот, чтобы огрызнуться, но Дафна его опередила. — Можно было бы так подумать, но я знаю очень многих богачей, и это отнюдь не так. К тому же, Драко из тех людей, кто отдаст тебе последнюю рубашку, даже если у него самого за душой не окажется ни кната. Правда, делает он это исключительно для близких друзей, — добавила она, — а это весьма короткий список. — В силу всех его многочисленных недостатков, — закончила Грейнджер, наградив Драко ехидной ухмылкой. — В точку. — Довольно, — вмешался Драко. — Я не собираюсь выслушивать это всё время, да еще и платить за обед. Смените тему. — Ладно, — отозвалась Дафна. Они как раз выходили из лифта и остановились в стороне от Атриума. — Давайте решать, куда пойдем. Как насчет «Серебряного Кубка»? Ты там бывала, Грейнджер? Та покачала головой. — У них чудесная терраса, так что, может, удастся занять столик на улице. А их грибной суп просто божест... Почему ты так морщишься? — Грибы — это единственная еда, которую я ненавижу. Мне пришлось съесть их слишком много во время войны. Это долгая история. — О, неважно, остальные блюда у них тоже превосходные. Во время этого обмена репликами Драко всё качал головой, пытаясь поймать взгляд Дафны, но та была полностью поглощена Грейнджер. — Дафна, — негромко позвал он, — ты разве не забыла..? — Он многозначительно посмотрел на нее, мысленно умоляя понять намек. — О, Мерлин! И правда. — Что такое? — спросила Грейнджер. — В последний раз, когда моя сестра там обедала, столовые приборы оказались грязными, и вместо того, чтобы взять ответственность на себя, они обвинили во всем ее. В знак протеста мы бойкотируем это место. Драко кивнул, впечатленный ее умением так быстро и складно лгать. Истинная причина, по которой они не могли туда пойти, заключалась в том, что владелец был жутко предвзят по отношению к маглорожденным, и Драко был почти уверен, что Грейнджер даже на порог не пустят. Дафна напряженно соображала, мысленно перебирая все знакомые заведения и, вероятно, пытаясь вспомнить, какие из них заявляли о поддержании «чистой» клиентуры — что было кодовым обозначением отказа обслуживать маглорожденных. Драко тоже задумался, но он знал рестораны не так хорошо, как Дафна. Грейнджер скрестила руки на груди и прислонилась к колонне. — Вы двое сейчас пытаетесь вспомнить хоть одно чистокровное заведение, куда пустят маглорожденную? — Что?! Конечно же, нет, — оскорбленно воскликнула Дафна. — Серьезно, Грейнджер. Мы прошли через войну из-за этого, и мир движется даль... — Пойдемте в «Коттедж», — предложил Драко, спасая Дафну от ее же собственной, пусть и весьма убедительной, игры. — В «Коттедж»? О, это то самое кафе рядом с... — Да, — поспешно перебил Драко. Ресторан находился в небольшом городке неподалеку от Мэнора, но он совершенно не хотел упоминать Малфой-мэнор в присутствии Грейнджер. Там обслуживали преимущественно чистокровных, но Драко был уверен, что Грейнджер пропустят, раз уж она придет с ним. Владелец обожал его самого и его мать, которые были здесь частыми гостями. К счастью, Нарцисса сегодня устраивала благотворительное чаепитие, и ее там не предвиделось. — Рядом с чем? — поинтересовалась Грейнджер. — С рекой, — быстро ответила Дафна, снова с легкостью солгав. — Идем. Когда они добрались до выхода, Грейнджер в нерешительности замерла в дверях, из-за чего Драко едва не налетел на нее. Дафна, вышедшая первой, обернулась и склонила голову набок, глядя на Грейнджер: — Что случилось? — Я просто мысленно перебираю каждое решение в своей жизни, пытаясь понять, где именно всё пошло не так. Что я могла сделать иначе, чтобы не оказаться здесь, вынужденной идти на пафосный обед с вами двоими? Дафна закатила глаза, а затем, взяв Грейнджер за руку, потянула ее на улицу. — И после этого ты называешь драматичным меня, — съязвил Драко, следуя за ними. Добравшись до точки аппарации, Дафна повернулась к Грейнджер и спросила: — С кем из нас ты хочешь аппарировать? — О. — Грейнджер нахмурилась, но при этом, вероятно сама того не осознавая, слегка подалась в сторону Драко. Он вздохнул, взял ее за руку и тут же аппарировал их прямо ко входу в ресторан. Как только они материализовались, она отскочила назад. — Вообще-то, нужно предупреждать людей, прежде чем делать подобное! — Я только что спас тебя от необходимости принимать очень сложное решение, — парировал он, отпуская ее руку. — Дафна, которая сама-то с трудом аппарирует в этих своих нелепых туфлях, или я. Ты должна меня благодарить. Появилась Дафна. Она слегка оступилась, прежде чем выпрямиться и одернуть платье. — Уф, ненавижу аппарировать на каблуках, — проворчала она и зашагала по дорожке. Драко бросил на Грейнджер многозначительный взгляд и заметил, как она изо всех сил пытается сдержать улыбку. Как только они сели, Дафна еще раз поблагодарила Грейнджер за помощь, а затем принялась искать с ней хоть какие-то точки соприкосновения. Поразительно, как мало у них было общего. Начиная от хобби и тройки любимых цветов, заканчивая музыкальными вкусами и предпочтениями в отдыхе — не нашлось ни единого пункта, в котором они бы сошлись. Если не считать того, что обе они были ведьмами, учились в Хогвартсе и терпеть не могли квиддич, они оказались абсолютными противоположностями во всем. И всё же беседа между ними текла на удивление легко. Драко по большей части хранил молчание, лишь изредка вставляя реплики, и в основном просто наблюдал за ними. Было довольно забавно смотреть, как они обнаруживают всё новые и новые различия между собой. — А как насчет сладостей? — спросила Дафна. — Их-то любят все. Какие твои любимые? Грейнджер пожала плечами. — Я не особо люблю сладкое. Мои родители — дантисты, это люди, которые лечат зубы в магловском мире. Там, если есть слишком много сладостей, зубы портятся. Поэтому в детстве я всегда их избегала, а когда повзрослела и всё же попробовала, они показались мне приторными. — Тебе кажется, что сладости слишком сладкие? — спросила Дафна тоном, полным осуждения. — Полагаю, да. — Теперь это официально, — провозгласила Дафна. — У нас нет абсолютно ничего общего. Ну, кроме Драко. — Что? — в один голос воскликнули Драко и Грейнджер. — В каком смысле я у вас «общий»? — продолжил Драко. — Я твой лучший друг, а с ней мы изредка пересекаемся по работе. Разве это считается? Дафна пожала плечами: — Мы обе регулярно с тобой видимся, а похвастаться этим могут немногие. Думаю, считается. — Ты что, какой-то затворник? — поинтересовалась Грейнджер. — Не твое дело, — огрызнулся он. Она лишь кивнула, ничуть не задетая резкостью его тона, и отправила в рот очередную порцию пасты. — Не будь таким колючим, Драко, — пожурила его Дафна. — О, кстати, это напомнило мне: когда ты снова отправишься в будущее? Скоро? Можешь разузнать обо мне? — Только не здесь, — тихо ответил Драко. — Почему? Грейнджер же знает. Ты ведь в курсе, да? — Да, я в курсе, что он путешествует во времени. И если ты боишься, что нас могут подслушать, то совершенно напрасно. Я наложила чары, как только мы сели. Любой, кто попытается погреть уши, услышит лишь жужжание. — Что? Ты сделала это? — удивилась Дафна. Дождавшись кивка Грейнджер, она наклонилась к Драко и прошептала: — А она мне начинает нравиться. — У тебя отвратительный вкус на людей, — прошипел он в ответ. — Сначала Блейз, а теперь она?! — И в лучшие друзья она выбрала тебя... — добавила Грейнджер. На мгновение все замолчали, а затем Дафна расхохоталась. И Драко, и Грейнджер позволили себе легкую улыбку, хотя оба изо всех сил старались это скрыть. — У меня всё же остались вопросы по поводу перемещений во времени, — заговорила Грейнджер, когда Дафна немного пришла в себя. — Не о будущем, — поспешно добавила она, заметив, как нахмурился Драко, — а о самой механике процесса. Как это работает? Как ты понимаешь, что вот-вот перенесешься? Ты не против объяснить эту часть? Драко не видел в этом особого вреда. Он пересказал ей всё, что успел узнать, и даже упомянул, что нашел способ разорвать эту петлю, но его будущая копия настояла на том, чтобы дождаться ноября — иначе нынешняя временная линия могла пойти прахом. Грейнджер слушала, не пропуская ни единого слова, и под её пристальным, немигающим взглядом он чувствовал себя не в своей тарелке. Наверное, именно так ощущали себя преподаватели в школе под её надзором. Когда он закончил, она откинулась на спинку стула и выдохнула с благоговением: — Поразительно. — Ну да. — Но почему вы поменялись местами именно в ноябре? Я понимаю, что в вашей крови остались частицы Маховика времени, но всё же — почему второй должен был вернуться? Или, быть может, он первым прыгнул назад, а тебя вытолкнуло вперед? Интересно, какие законы магии здесь задействованы... — задумчиво протянула она. Драко лишь пожал плечами. — Это не имеет значения. Я знаю, как со всем этим покончить, и этой информации мне достаточно. У меня нет времени на дополнительные исследования, потому что всё свободное время я трачу на изучение законодательства — лишь бы не дать тебе напринимать идиотских законов. Она улыбнулась, а затем повернулась к Дафне, которая выглядела глубоко погруженной в свои мысли. Очевидно, подробности хрономагии не вызывали у неё такого восторга, как у Грейнджер — еще одно подтверждение того, насколько разными они были. — Это напомнило мне... Дафна? — Та вздрогнула, услышав свое имя, и посмотрела прямо на Драко. В её взгляде было что-то странное, словно она пыталась без слов передать ему какое-то послание, но он так и не смог его расшифровать. — ...ты когда-нибудь видела в вашей семейной библиотеке увесистый том в темно-фиолетовом переплете с изображением затейливых весов на обложке? — спросила Грейнджер. — Не отвечай, — быстро перебил её Драко. Черт. Она снова вернулась к тому законодательному тексту, который он обнаружил. Откуда она вообще узнала, как он выглядит? Словно отвечая на его немой вопрос, она повернулась к нему: — Да, я знаю о Книге Исключений. Это единственный способ, которым ты мог узнать о возможности отмены архаичных законов через доказательство вреда для каждого гражданина. Чего я не знала, так это того, что существует не один экземпляр. Старейшины хранят копию, которую никому не показывают, и сверяются с ней всякий раз, когда обсуждают спорные ситуации. И если для рассматриваемого вопроса есть прецедент, они обычно просто следуют старому решению. Теперь всё сходится! — воскликнула она, с воодушевлением глядя на Дафну, которая явно не улавливала сути. — Вот почему у чистокровных всегда было преимущество, вот почему они всегда точно знают, как манипулировать правовой системой. У них есть свод правил, к которому ни у кого из нас — даже у сотрудников Министерства — нет доступа. Черт возьми, вот это я понимаю — коррупция. И я готова поспорить, что таких книг не одна, а... скажем... двадцать восемь. Проклятье. Она была слишком, слишком сообразительной. Драко хранил каменное выражение лица и молчал. — Она обновляется сама, когда туда вписывают новые пункты? Она связана с их книгой? Или записи обрываются на определенной дате? — Понятия не имею, о чем ты говоришь, — отрезал он. Драко мысленно взмолился, чтобы Дафна вмешалась и сменила тему. — Мне нужно кое-что сказать, — произнесла та, словно по команде. Драко бросил на нее предостерегающий взгляд, но она лишь отмахнулась. — Это не про книги. Мне просто нужно сообщить вам обоим, что я ухожу. — Что? — переспросила Грейнджер. — Ты уходишь? Но ведь этот обед был твоей идеей. — Ну, я не ожидала, что он затянется так надолго. Я думала, мы просто переживем несколько неловких пауз, наспех поедим и разойдемся меньше чем через час. Откуда мне было знать, что вы будете болтать почти... — она заглянула в часы Драко, — два часа. — Два часа?! — Грейнджер посмотрела на свои собственные часы. — Мне тоже пора возвращаться. — Прекрасно, но я пойду первой. Через десять минут у меня портал в Турцию. — В Турцию? — удивился Драко. — Я выбираю новый ковер для своей комнаты. Хочу настоящий восточный, в этот раз с преобладанием синих и серых тонов — он будет лучше гармонировать с интерьером, чем старый. — Я видел разгром в твоей комнате. Ковер выглядел вполне прилично. — Сбоку он немного подпален. — И домашние эльфы не смогли его починить? Я не так уж много денег перевел на твой счет. — Тебе не стоит беспокоиться о том, что я выйду за рамки бюджета. Я еду с Блейзом, а он лучший в мире мастер торговаться. Драко закатил глаза. — Когда вернешься из Турции, ты отправишься домой, заперешь дверь, почитаешь хорошую книгу и ляжешь спать в одиночестве, как подобает приличной, самодостаточной ведьме. — Слушаюсь, отец, — поддразнила она, поднимаясь с места. — Спасибо за чудесный обед, Гермиона. Но это еще не конец. На следующей неделе я потащу тебя покупать туфли. — Но ты же сказала... — Я ничего не обещала, — с улыбкой бросила Дафна. — До встречи! Она скрылась за дверью прежде, чем Грейнджер успела вставить хоть слово. Грейнджер вздохнула. — Ого. Это было... чересчур. — Да, она бывает невыносимо назойливой. — Но при этом почему-то располагает к себе. — В этом вся Дафна. — И что теперь?.. Мы типа подруги? — Ты и Дафна? — Уж точно не я и ты, — съязвила она. — Это я понял. В общем, да, раз она назвала тебя Гермионой, значит, решила стать твоей подругой. Теперь ты от неё не отделаешься. Я годами пытался её сплавить, но безуспешно. Если вдруг найдешь способ — дай знать. Грейнджер улыбнулась, и он улыбнулся ей в ответ. Через пару секунд оба спохватились и придали лицам бесстрастное выражение. Он гадал, не думает ли она сейчас о том же, о чем и он: они сидели вдвоем в хорошем ресторане и улыбались друг другу, и это до странного напоминало свидание. — Ты готова? — быстро спросил он, глядя на её наполовину пустую тарелку. — Ты говорила, что тебе нужно идти. — Да, идем, — ответила она с явным облегчением. Драко махнул официанту, затем встал и подождал, пока Грейнджер сделает то же самое. Она с легким замешательством поднялась и последовала за ним к выходу, где он притормозил, чтобы придержать перед ней дверь. Что ты, черт возьми, творишь? Придерживаю дверь перед ведьмой, как истинный джентльмен. Но это же Грейнджер! Её голос бесцеремонно вырвал его из омута мыслей, возвращая в реальность. — Как ты только что расплатился? — спросила она, когда они оказались на улице. — У меня здесь открыт счет, — пояснил он. — Но как они поняли, что это именно ты? Кто угодно мог бы выпить Оборотное зелье, принять твой облик и бесплатно пообедать. — Ты серьезно этого не знаешь? Она скрестила руки на груди в защитном жесте. — Я не вожу дружбу с богатыми чистокровными. Откуда мне знать? Он примирительно поднял ладони. — Спокойнее, Грейнджер. Я не пытался тебя задеть. Просто удивлен, что в магическом мире нашлось хоть что-то, чего ты не знаешь. Драко вытянул из-под рубашки цепочку с кольцом отца и показал ей. — Я предъявил это метрдотелю, когда мы вошли. Он использовал Идентификационное заклинание, чтобы подтвердить соответствие магической подписи той, на которую изначально был открыт счет. — И что потом? Они отправляют счет в Гринготтс, и гоблины платят за тебя, списывая деньги из твоего сейфа? — Именно так. — Хм. Полагаю, большинство людей этого не делают только потому, что гоблины дерут за эту услугу бешеную комиссию. Черт. Она и правда была чертовски проницательна. Почему его это до сих пор удивляло? — Да. И комиссия эта непомерно высока для такой простой операции, потому что эти твари просто сказочно жадные. Но все чистокровные, кто может себе это позволить, платят — ведь «содержание счета», как мы это называем, считается признаком высокого статуса. Он ожидал, что она бросится на защиту гоблинов или высмеет нелепые замашки аристократов, но она снова его поразила. — Жаль, что гоблины такие алчные, — вздохнула она. — Ведь это было бы очень удобно для всех нас. Ненавижу таскать с собой гору монет. — Ты что, не станешь защищать гоблинов? Она качнула головой и тихо рассмеялась. — Меня едва не убили из-за безграничной жадности одного гоблина. Так что это не самая моя любимая раса. — Она наклонилась чуть ближе и добавила вполголоса: — Но только не вздумай никому рассказывать, что я это сказала. Они стояли почти вплотную. Он снова почувствовал её запах, и в голове предательски затуманилось. Проклятье. С этим пора заканчивать. Когда она уже уйдет? Она опустила взгляд на свои туфли, покусывая губу, а затем выудила палочку из кармана. Отлично, теперь ей осталось только крутнуться на каблуках и исчезнуть. Но она не исчезла — она вообще никогда не делала того, чего ему хотелось. — А я могу как-нибудь отвертеться от похода за обувью? Драко коротко хохотнул, тут же одернул себя и нацепил привычную хмурую мину. — Нет. И вообще, пара новых туфель тебе бы не помешала. — Заткнись, — проворчала она, шутливо ударив его по руке. Он отступил на шаг, выходя из зоны досягаемости. Он лихорадочно соображал, как заставить её уйти до того, как она снова его коснется. Можно просто сказать «прощай» и аппарировать? Почему он так нервничает? А она продолжала говорить. Казалось, запас её слов был безграничен. — В самом начале этого обеда я мысленно перебирала ненасильственные способы отвлечь внимание и улизнуть. Но потом... что ж, всё оказалось не так уж ужасно. Мне даже не пришлось заставлять все столы и стулья парить в воздухе или погружать зал во тьму. — Она протянула ему руку для пожатия. — Так что, э-э, спасибо за этот «не-ужасный» обед, я полагаю. Прощай, план больше не касаться её. Драко сжал её ладонь в своей. — Всегда пожалуйста. Я полагаю. Губы Грейнджер дрогнули в улыбке, и она отпустила его руку. — Ладно. Я пойду. Нужно извиниться перед Глэдис и проверить, не пропустила ли я чего важного. Надеюсь, Рону никто не донес, что я покинула здание с двумя слизеринцами, иначе он решит, что меня прямо сейчас убивают. — Но сейчас не полнолуние, — заметил он. — И на тебе обычная одежда. — В точку, — улыбнулся он и тут же осекся. Черт. Почему за один день так много улыбок? — Пока, Малфой. Увидимся в пятницу. — Пока, Грейнджер. Она исчезла с характерным хлопком, и он улыбнулся в последний раз, решив, что это вполне допустимо, раз уж её больше нет рядом. К тому же она была забавной. Ведь можно улыбаться чужим шуткам, верно? Только не шуткам Грейнджер, — ехидно шепнул голос в голове. — Да знаю я, — вздохнул он, коря себя за то, что ведет себя как сумасшедший, разговаривающий сам с собой. Проклятье. Сегодня он определенно напьется. Ему нужно забыть этот обед, и улыбки Грейнджер, и её дурацкие, но пугающе остроумные шутки. Он сделал глубокий вдох, сжал палочку в кармане и трансгрессировал домой.