В пустоте найду я руку

Глава 15. День 7 июля 2005 года. Такемичи не находил себе места. Он метался по дому, пил воду, смотрел в окно, снова метался. Шиничиро уехал утром на поезде, оставив ключи от мотоцикла на видном месте — в доказательство того, что сдержал слово. Майки приставал с вопросами: — А чего ты бегаешь? А нии-тян скоро придет? А пойдем играть? — Потом, Майки, потом, — отмахивался Такемичи. Эмма смотрела с пониманием. Бабушка вздыхала. В пять часов вечера зазвонил телефон. Такемичи схватил трубку. — Алло? — Это я, — голос Шиничиро. — Все хорошо. Я живой. Еду домой. Такемичи выдохнул так, что, кажется, стекла задрожали. — Жду, — сказал он. — Купи чего-нибудь вкусного. Отмечать будем. — Куплю. Шиничиро приехал в семь. Живой, невредимый, с букетом цветов и бутылкой саке (для бабушки). — Это тебе, — сказал он, протягивая цветы Такемичи. — За то, что спас мне жизнь. Такемичи бросился к нему, обнял, прижал изо всех сил. — Ты живой... Живой... — Живой. И знаешь что? Я узнал, что могло случиться. Один из наших парней разбился сегодня на мотоцикле. На том самом перекрестке, где я должен был проезжать. Грузовик не заметил. Если бы я был на мотоцикле... Он замолчал. Такемичи смотрел на него и видел в глазах ужас, смешанный с благоговением. — Ты спас меня, — тихо сказал Шиничиро. — Ты. — Мы спасем друг друга, — ответил Такемичи. — Много раз. Они стояли в прихожей, обнявшись, и плакали оба. Майки выглянул из комнаты, увидел это, удивился и спросил: — А чего вы плачете? Радоваться же надо! — Радуемся, — улыбнулся Шиничиро сквозь слезы. — Иди сюда. Майки подбежал, и они обнялись втроем. Потом подошла Эмма, потом бабушка. Вся семья собралась в прихожей, обнимаясь и плача от счастья. Это был первый день новой жизни.