Игра теней

Майя У неё было пятнадцать минут, пока автобус вёз её обратно в комплекс. Пятнадцать минут, чтобы сделать то, чему её учили в «Фениксе». Конверт лежал в сумке тяжёлым грузом. Майя огляделась — в автобусе было пусто, только впереди дремал какой-то мужчина в форме уборщика. Она достала передатчик и маленький набор, который Кай сунул ей ещё при первой встрече: тонкая пластинка, похожая на кредитку, и миниатюрный фонарик. — Только не вздумай вскрывать в комплексе, — сказал он тогда. — Там везде камеры. Делай это только в безопасном месте. Автобус — не самое безопасное место, но выбора не было. Через полчаса она будет в комплексе, и конверт придётся отдать. Майя глубоко вздохнула и приступила. Пластинка аккуратно поддела сургучную печать — та отошла целиком, не сломавшись. Потом те же движения, которым учил Кай: надрез по шву, осторожно, чтобы не повредить бумагу. Конверт раскрылся. Внутри лежал список. Тридцать имён. Тридцать адресов в Третьей секции. Напротив каждого — пометки: "генетический материал", "пригоден", "забор 14-го числа". Майя похолодела. Она узнала некоторые адреса. Улица Ткачей, дом 5 — там жила её школьная учительница. Площадь Восстания, 12 — в этом доме она бывала в гостях у подруги. Четырнадцатое число. Через пять дней. Она достала передатчик. — Кай, — прошептала она, прикрывая рот рукой. — Список у меня. Тридцать имён. Забор четырнадцатого числа. — Диктуй, — голос Кая был напряжённым. Майя начала читать. Имя за именем, адрес за адресом. Некоторые названия царапали горло — она знала этих людей. Жила рядом с ними. Дышала одним воздухом. — Всё, — сказала она, когда закончила. — Хорошо. — Кай помолчал. — Ты уверена, что список полный? — Да. Я видела. Тридцать человек. — Мы начнём готовить операцию. Попробуем вывезти их до четырнадцатого. — Как? — Ещё не знаю. Но придумаем. Связь прервалась. Майя аккуратно запечатала конверт обратно. Сургучная печать легла на место — если не присматриваться, никто не заметит. Она спрятала передатчик и посмотрела в окно. Комплекс приближался.

Хо Чжин встретил её в холле четвёртого уровня. Он не сказал ни слова — просто кивнул и жестом указал следовать за ним. Майя пошла рядом, чувствуя себя муравьём рядом с горой. От него исходила опасность, тяжёлая, как запах озона перед грозой. Они спустились на первый уровень, прошли через череду коридоров и постов охраны. На каждом пропуск проверяли дважды, сканировали лицо, сверялись со списками. Майя сбилась со счёта, сколько раз её останавливали. В западном крыле их ждали. Четверо. В чёрной броне, с автоматами наперевес, с лицами, которые не выражали ничего. Они стояли шеренгой, и Майе показалось, что это не люди, а машины, запрограммированные на убийство. — Ли Хо, Ким Сок, — Хо Чжин указал на двоих, потом на остальных. — Личная гвардия. Поедут с тобой. Слушаются только меня и Риды. На заданиях — слушаются тебя. Но если решат, что ты делаешь глупость — имеют право вмешаться. Майя кивнула. Четверо молчаливых убийц в качестве сопровождения. — Документы при тебе? — спросил Хо Чжин. Майя похлопала по сумке. — Хорошо. — Он посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. — Вальтер не любит гостей. Не задавай лишних вопросов. Не смотри по сторонам. Передай конверт и уходи. Ясно? — Ясно. — Время на визит — двадцать минут. Охрана ждёт снаружи. Если задержишься — войдут без стука. Он развернулся и ушёл, даже не попрощавшись. Майя осталась одна с четырьмя молчаливыми солдатами. — Идём, — сказала она.

Они шли долго. Сначала по основным коридорам, потом по узким переходам, потом спустились на лифте так глубоко, что Майя потеряла счёт этажам. Воздух становился тяжелее, но не спёртым — работали мощные системы вентиляции. Охраны здесь было ещё больше. На каждом повороте — посты. Автоматчики в тяжёлой броне. Пулемётные гнёзда. Герметичные двери, которые открывались только после сканирования сетчатки. Последняя дверь была самой массивной. Титановая, с предупреждающими знаками: "БИОЛОГИЧЕСКАЯ ОПАСНОСТЬ", "ДОСТУП ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА", "ЗАПРЕЩЁН ВХОД БЕЗ ЗАЩИТЫ". Над дверью мигала зелёная лампа — доступ разрешён. Охранник на входе проверил документы, сверился со списком, потом кивнул. — Она одна. Вы ждёте здесь. Четверо солдат остались в коридоре. Майя шагнула в открывшуюся дверь.

Она ожидала увидеть что угодно, но не это. Лаборатория сияла стерильной чистотой. Белые стены, белый пол, белые потолки с мягкой подсветкой. Ряды новейшего оборудования — сканеры, анализаторы, хирургические столы с лазерными установками. Всё блестело, всё было идеально организовано. Ни пылинки. Ни пятнышка. Ни малейшего намёка на грязь или беспорядок. В центре зала, в несколько рядов, стояли капсулы. Стеклянные, идеально прозрачные, с мягкой голубоватой подсветкой изнутри. Они напоминали дорогие аквариумы в богатых домах Первой секции. В каждой были люди разных возрастов, национальностей и полов. В некоторых — несколько, это были сиамские близнецы, которые были срощены. Капала вода. Гудели насосы — ровно, ритмично, как дорогое медицинское оборудование. Кто-то постучал по стеклу изнутри. Майя вздрогнула. — А, новая помощница Риды. Голос раздался откуда-то справа. Грубый, низкий, с хрипотцой. Он звучал почти дружелюбно, но в этом дружелюбии сквозило что-то такое, от чего по спине побежали мурашки. Майя обернулась. Из-за ряда диагностических столов вышел Вальтер. Высокий, крупный, спортивный — неожиданно для учёного. Коричневые волосы с сединой, аккуратная седая борода, очки на носу. Белоснежный халат сидел идеально, ни складки. Из-под халата виднелся дорогой костюм. Он улыбался — приветливо, открыто. Но глаза за стёклами очков смотрели холодно, изучающе, как на новый образец. — Доктор Вальтер, — Майя поклонилась. — Я привезла документы от Риды. Она протянула конверт. Вальтер взял его, мельком глянул на печать, потом на неё. — Сколько тебе лет? — спросил он. Всё ещё дружелюбно, но от этого дружелюбия хотелось сделать шаг назад. — Двадцать. — Двадцать, — повторил он. — Хороший возраст. Молодой организм лучше адаптируется. Он разорвал конверт — аккуратно, по линии — достал бумаги. Пробежал глазами. — Тридцать человек. Из Третьей секции. Хороший материал. Майя молчала, сцепив руки за спиной. Вальтер положил бумаги на стол и подошёл к ближайшей капсуле. Провёл пальцем по стеклу — проверил, нет ли пыли. Удовлетворённо кивнул. — Хочешь посмотреть? — Я... мне, наверное, пора. Охрана ждёт. Вальтер обернулся. В его взгляде мелькнуло что-то — не злость, скорее удивление. — Торопишься? — Он покачал головой. — Все торопятся. А потом проходит двести лет, и ты понимаешь, что спешить было некуда. Он подошёл к столу в углу, взял небольшой контейнер. Идеально прозрачный, с тремя ампулами внутри. Жидкость в них была чистой, почти как вода. — Передашь это Риде, — сказал он, протягивая контейнер Майе. — Что это? — Не твоего ума дело. Просто передай. Майя взяла контейнер. Он был холодным и гладким, как всё в этой лаборатории. — Хорошо. Она уже развернулась к выходу, когда Вальтер добавил: — И скажи ей... — он запнулся ровно на секунду, потом продолжил ровно: — Скажи, что я жду её в ближайшее время. Пусть найдёт окно. Майя кивнула и вышла.

Четверо охранников ждали там же. Ли Хо посмотрел на её лицо — бледное, с остановившимся взглядом. — Жива? — спросил он. — Да. — Тогда назад. Они пошли по длинным коридорам, мимо постов охраны, мимо герметичных дверей. Майя сжимала в руках контейнер с тремя ампулами. Чистота лаборатории не отпускала. Она думала о том, как Вальтер провёл пальцем по стеклу, проверяя пыль. Как идеально сидел его халат. Как ровно гудели насосы. Это было страшнее любого мрака. Порядок. Идеальный, стерильный порядок там, где люди превращались в материал.

Она вернулась на четвёртый уровень, прошла через посты охраны, села за свой столик. Контейнер с ампулами положила на видное место. Через полчаса дверь кабинета открылась. Рида стояла на пороге. — Зайди, — сказала она. Майя взяла контейнер и вошла. В кабинете было сумрачно — Рида не включала верхний свет, только настольную лампу. Она сидела в кресле, откинувшись на спинку. — Документы передала? — Да, госпожа. Доктор Вальтер просил передать вот это. — Майя поставила контейнер на стол. — И ещё... он сказал, что ждёт вас в ближайшее время. Чтобы вы нашли окно. Рида посмотрела на ампулы. Долго. Потом взяла одну, повертела в пальцах, посмотрела на свет. — Иди, — сказала она. Майя вышла. Рида осталась одна. Она сидела в полумраке, сжимая в руке холодную ампулу, и смотрела на город за окном. — Всё ещё надеется, — прошептала она, поставив  ампулу обратно в контейнер и закрыла крышку. — Старый дурак.