Между стенами и свободой. 1 часть

Кира бежала по лабиринту, не разбирая дороги. Её дыхание вырывалось прерывистыми облаками пара. В глубине каменных коридоров было ощутимо холоднее, чем в Глейде. Ноги сами выбирали путь. Тот самый, который наверняка выбрал бы Стивен. Она помнила его манеру двигаться: уверенно, чуть наклонившись вперёд, будто каждый шаг приближал его к какой то невидимой цели. В руке Кира сжимала медальон, тот самый, который Стивен подарил перед уходом, неловко улыбнувшись: «Если вдруг станет страшно, просто сожми его в ладони. Я… я как будто буду рядом.» Теперь Кира так и делала: сжимала медальон до боли в пальцах, будто это могло приблизить её к Стивену. Она чувствовала странное, почти противоестественное сочетание эмоций. С одной стороны - свобода. Впервые за долгое время она не была скована стенами Глейда, не видела перед собой разрушенных построек, не слышала боли, в которой так отчётливо звучало отсутствие Джорджа и Альфреда. Здесь, в лабиринте, всё было иначе: каменные стены, резкие повороты, ощущение бесконечности. Она дышала полной грудью, и в какой то миг ей даже показалось, что она снова чувствует себя живой. Но тут же накатывала волна тревоги. Каждый шорох заставлял её вздрагивать, каждый тёмный проход - замирать на мгновение, прислушиваясь. Где то здесь могли быть гриверы. Где то здесь мог быть Стивен. Живой или… Кира отгоняла эту мысль, но она возвращалась снова и снова. -Стивен! -крикнула она, и её голос эхом разлетелся по коридору, отразившись от стен. -Стивен, отзовись! Где ты?! Тишина. Только ветер, пробирающийся сквозь щели в камнях, да её собственное дыхание. Она побежала дальше, сворачивая то влево, то вправо, пытаясь уловить хоть какой-то след. Взгляд метался по земле, по стенам, по углам. Она искала кровь, клочок одежды, что угодно, что могло бы подсказать: он был здесь. Но ничего. Ни следа, ни намёка. «Может, он пошёл другим путём? -мелькнула паническая мысль. -Может, я вообще бегу не туда?» Но она тут же отбросила её. Нет. Она знала Стивена. Он выбрал бы самый прямой, самый логичный маршрут. И она шла по нему, шаг за шагом, зов за зовом. *** В это время в Глейде Алби склонился над грядками. Он методично пропалывал сорняки, стараясь сосредоточиться на монотонной работе. Но взгляд то и дело невольно поднимался к воротам лабиринта. Алби не пошёл за Кирой. Он пытался, честно пытался уговорить её остаться. Говорил, что нужно подождать, что лабиринт опасен, что Стивен мог уже быть мёртвым. Но она лишь покачала головой, сжала медальон в руке и шагнула в проход. Алби стоял у грядок, машинально перебирая сорняки в руке. Пальцы, привыкшие к грубой работе, действовали почти без участия сознания: выдернуть, бросить в корзину, перейти к следующему стеблю. Но мысли его были далеко. Он бросил очередной сорняк в корзину и замер, невольно подняв взгляд к воротам лабиринта. Те возвышались мрачной громадой. Массивные, покрытые мхом и странными отметинами, будто кто то пытался их расцарапать изнутри. Ворота казались живыми: они словно дышали, втягивали в себя свет и надежду, а взамен отдавали тьму и страх. «Где же ты, Кира?» -снова и снова крутилось у него в голове. Алби выпрямился, вытер пот со лба тыльной стороной ладони и сделал несколько шагов в сторону ворот. Он остановился, сжал и разжал кулаки. В груди что то сжималось. То ли тревога, то ли бессилие. Он сжал губы в тонкую линию и вернулся к грядкам. Теперь он стоял посреди грядок, которые ещё недавно казались ему спасением, способом отвлечься, занять руки и голову. Но земля больше не успокаивала. Каждая травинка, каждый куст напоминали о том, что Глейд пуст без Киры. Он огляделся. Всё вокруг выглядело непривычно тихим и застывшим. Даже ветер, обычно шелестевший в кронах деревьев, притих. Только кузнечики стрекотали где то вдалеке, да изредка слышался скрип старых досок забора у края поляны. Алби опустился на колени, взялся за сорняк, но тут же отпустил его. Руки дрожали. Он сжал их в кулаки, упёрся ими в землю и закрыл глаза. «Думай, -приказал он себе. -Что ты можешь сделать? Ты не бегун. Ты не знаешь лабиринта. Ты не сможешь её найти». Но и сидеть сложа руки было невыносимо. Он снова поднял взгляд на ворота. «Если она не вернётся до темноты…» Алби не закончил мысль. Он резко встал, отряхнул ладони о штаны и сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Он не пойдёт в лабиринт, это было бы самоубийством. Но он может хотя бы стоять у ворот. Ждать. Быть там, где она вернётся. Или не вернётся. Он подошёл ближе, положил руку на холодный камень стены рядом с воротами. Камень был шершавым, испещрённым трещинами. Алби провёл по нему пальцами, будто пытаясь прочесть в этих бороздках ответ. -Возвращайся, Кира, -прошептал он. -Просто возвращайся. Ветер вдруг усилился, бросил ему в лицо несколько сухих листьев. Алби не шелохнулся. Он стоял и смотрел на ворота и ждал. Ждал, пока в глубине лабиринта не раздастся хоть какой то звук. Хоть какой то знак. «Где ты, Кира?» *** Кира остановилась, прислонившись к стене. Дыхание сбилось, в боку кололо, но она не могла позволить себе отдых. Ещё немного. Ещё один поворот. Ещё один коридор. Она снова крикнула: -Стивен! Где ты?! Подай хоть какой-то знак, что ты жив… И вдруг замерла. Вдалеке, за поворотом, что-то блеснуло. Что-то металлическое. Её сердце пропустило удар. Она бросилась туда, но… это оказался всего лишь обломок ржавой трубы, валяющийся у стены. Разочарование нахлынуло волной, но Кира сжала зубы и заставила себя идти дальше. Она не сдастся. Не сейчас. Не тогда, когда медальон в её руке кажется почти тёплым, будто действительно хранит частицу Стивена. Ещё один коридор. Ещё один зов. И снова тишина. Но Кира не останавливалась. Она бежала, звала, искала, потому что где-то глубоко внутри знала: пока она бежит, пока ищет, надежда ещё жива. А где то далеко, в Глейде, Алби всё так же стоял у грядок, неотрывно глядя на ворота лабиринта. И в его глазах читалась та же надежда и тот же страх.