Limbo

Уже около получаса Хае крутилась возле зеркала в новом платье, подаренном ей Сано. Одним только платьем не обошлось – нанесла макияж, найденной в тумбочке косметикой. Вообще, в её временной комнате было много женских вещей. Та же пижама, например. Размер был немного не её – жало в груди. Либо у Хае большой размер, либо та, кто носила эту одежду до неё была полнейшей доской. — Тотальный секс, — восхищённо пробурчала себе под нос девушка, взмахнув волосами. Будь у неё с собой телефон, он разорвался бы от количества новых селфи. — Ты, Сано, может и мудак полнейший, но вкус у тебя точно есть. К слову, Манджиро уехал в офис часов в шесть вечера. До этого момента он заперся в кабинете и что-то клацал на своём ноутбуке. Перед уходом велел быть готовой к девяти, он пошлёт за ней кого-нибудь из своих. И вот, Мин стояла у входа и обувала красивые подкрадули, которые так же были подкинуты ей Майки в красиво упакованной коробке с пышным бантом. Считай, второй день рождения. В эту секунду дверь начали открывать снаружи ключами. По звуку девушка поняла, что это был не Майки, ведь то, как он шерудил ключами в замочной скважине, ощущалось очень уверено. Человек за дверью же, наоборот, будто даже не сразу понял, в какую сторону открывается эта дверь. Хае мысленно хихикнула от этого, но её смех сошёл на нет как только пред её взором предстал высокий мужчина в элегантном костюме с огромным шрамом на лице. Но даже это увечие не портило его внешности. Несмотря на шрам, мужчина был определённо очень красив. Особого шарма ему придавал смокинг, в который он был одет. У Хае почти потекли слюнки. — Добрый вечер, Хае-сан. Вы готовы? — и голос, боже, ещё чуть-чуть и Хае плюнет на Майки с высокой колокольни и убежит в плен к его подчинённому. — Готова. Могу я узнать, как вас звать? — Какучо Хитто. Пройдёмте. Когда Хае вышла из её импровизированной тюрьмы и вдохнула свежего воздуха, у неё закружилась голова. Как же давно она не выходила на улицу. Добби свободен. Почти. Ещё какое-то время полюбовавшись природой, девушка сделала шаг в сторону красивой чёрной машины. Какучо вёл себя как настоящий джентльмен: открыл перед ней дверь в салон, спрашивал, не жарко ли ей или не замёрзла ли. Однако прежде чем она окончательно повелась на внешность и манеры этого божьего посланника, Мин вспомнила, что уже слышала или по крайней мере видела его имя. Но вспомнить не смогла, однако, пришла, наконец, в чувства и взяла себя в руки. Вообще-то, она едет не парня себе искать в этом гадюшнике, а вдохновение для написания статьи. Стоит сконцентрироваться на деле, а не пускать слюни на сошек Майки. До роскошного здания они доехали без происшествий. Какучо снова открыл перед девушкой дверь, но на этот раз она была непреступна и не повелась на знаки внимания со стороны своего временного надзирателя. Здание оказалось роскошным не только снаружи, но и внутри. Кроме того, это было весьма приличное место. Совсем не такой клуб, в которые ходят студенты, у которых что-то чешется в штанах. Здесь и не дрались пьяные уебы, и не занимались плотскими утехами у всех на глазах, и не танцевали стриптиз на барной стойке полуголые девушки, в ноги которых летят купюры огромного номинала. — С ума сойти... Не думала, что клуб может быть одновременно приличным и при этом не выглядеть как библиотека у дома. Дорого стоило это удовольствие? — Абсолютно ничего. Этот клуб принадлежит одному из руководителей Бонтен, — Мин думала, что он хвастается, но в его голосе не прослеживалось ни капли самодовольствия и восхищения собой любимым. Придурки-гангстеры, с которыми ей приходилось общаться раньше, чуть ли не надрачивали на собственное отражение в луже, а эти будто и не особо гордятся своими успехами. Странные ребята. Что Сано, что его подсосы. Хитто объяснил девушке где уборная и сказал, что она может брать любые угощения и напитки — всё за счёт Сано. От такой щедрости у Хае отвисла челюсть, ведь, судя по самому заведению, стоит вся эта красота огромных денег и если бы не Майки, то кошелёк Хае опустел бы только от того, что она дышит парами этого дорогого виски и коньяка. Сам Майки, по словам Хитто, появится чуть позже и будет болтать с деловыми партнёрами. Попросил, чтобы девушка не мешалась. «Пусть занимается чем хочет, но не лезет, куда не следует», цитировал босса Какучо. На это девушка лишь пожала плечами и отошла в сторону накрытого стола с тарталетками с красной рыбой и творожным сыром, приправленных сверху тонким ломтиком лимона. Пока Хае закидывала в рот третью тарталетку, думала, как ей лучше подслушать, что скажет Майки своим деловым партнёрам и что это за перцы вообще. Когда официант передал ей в руки бокал мартини, она подумала, что быть в плену у Сано не так уж и плохо. Особенно если не отмораживаешь задницу на складе. Если тарталетки улетали с большой скоростью, то алкоголь Мин сметала просто за считанные секунды. С каждым бокалом ей всё сильнее хотелось прекратить пить, ведь только что съеденные тарталетки подступали прямо к горлу и норовили прямо тут вырваться наружу и всем всё испортить. Однако, несмотря рвотные позывы, горло продолжало обжигать дорогущее пойло для богачей. Алкоголь и правда был огромной слабостью Хае. При этом тяга к спиртному была не только её слабостью, но и силой. Закалённая самыми разными алкогольными напитками из коллекции отца, Мин хоть и сильно пьянела, но всё ещё продолжала здраво мыслить. Многие из её статей были написаны под шафе, ведь разговорить пьяного и убедить в своей лжи куда проще, чем трезвенника. Нередко её красивое личико сподвигало этих недалёких придурков выпить с ней, в надежде, что после пары тройки шотов она станет как тряпочка, которую можно использовать в своих целях. Но выходило всё в точности, да наоборот. Мин, пошатываясь, скиталсь по клубу в надежде пригреть свои чуткие ушки, но так ничего дельного и не услышала. Пока в её поле зрения не попал Майки. Он сидел на диванчике в тени балкончика, угрожающе нависающего над его столиком с верхнего этажа. Девушка отметила, что выглядит он необычайно красиво и ухожено в отличие от того, каким она видела его дома. Там он был осунувшимся, бледным и с огромными синяками под глазами. Сейчас же его лицо казалось более свежим, чем обычно. На нём была белая рубашка и чёрный галстук, а сверху что-то вроде пальто или пиджака чёрного цвета с вышитыми на нём японскими цветами. Он спокойно разговаривал с двумя мужчинами, сидящими на диванчике напротив него. Из-за тени от терассы журналистка не сразу заметила рядом с майки красивую девушку. На ней было немного неприлично короткое платье, она сидела в полулежачем положении, облокачиваясь на Манджиро головой. Казалось, что гостей она не слушает, только сладко дремит на плече лидера Бонтен. «Проститутка, может, какая» — думала Мин. Она долго наблюдала за своим похитителем и его пассией со стороны, усевшись за барную стойку, напротив которой стоял стеллаж с дорогими бутылками и вмонтированным в него узеньким зеркалом, в которое она и смотрела. Чем дальше, тем меньше их взаимоотношения были похожи на взаимоотношения проститутки и её клиента: Майки относился к ней слишком... Просто? Он не пытался схватить её за задницу, не говорил что-то вроде "знай своё место, грязная шлюха" или что-то около того. Он был с ней нежен и не позволял себе лишнего. Пару раз к ним подходил Какучо и что-то спрашивал у девушки, а она отвечала ему с улыбкой. Мин скрипнула зубами, когда увидела, что по окончанию переговоров девушка обняла майки за шею, а тот, придерживая её за талию, уткнулся носом в изгиб шеи, а потом и вовсе поцеловал тыльную сторону руки. Её возмущало это его поведение. Было обидно. За девушку, конечно же. Выходило так, что Майки просто пудрит ей мозги, а дома у него живёт другая. Темноволосая дама ускакала к стоящему у входа Какучо и они вместе вышли на улицу. Майки же, найдя взглядом Хае, двинулся в её сторону. Отведя взгляд от зеркала в стакан с виски, она насупилась. — Собирайся, поедем домой, — сказал он на выдохе, а Хае молча закатила глаза и слезла со стула, так и не допив янтарный напиток. В отличие от своей сожительницы, Манджиро в рот и капля алкоголя не упала, поэтому он был в состоянии вести машину сам. Девушка сидела на переднем сиденье, насупившись. Майки то и дело кидал на неё косые взгляды время от времени, но спросить всё не решался. Тогда она заговорила сама: — Не стыдно тебе? Так девушку обманывать, – проговорила тихо, но твёрдо, скрестив руки на груди и тщательно рассматривая своё отражение в окне, которое будто было наложено на пейзажи ночного города. — Стыдно? Мне? За что? – он усмехнулся с толикой непонимания в голосе. — Какой же ты всё-таки мерзкий. Она тебя любит наверняка, а у тебя дома какая-то тёлка живёт и её вещами пользуется. — Очень самокритично. Его спокойствие удава её раздражало. В каждом слове она слышала какую-то напыщенность и высокомерие, хотя таковыми там и не пахло. Она сжала зубы до скрипа. Какое-то неприятное колющее чувство преследовало её с тех пор, как она увидела этих двоих. Было неприятно. К горлу снова подступал тошнотворный ком, заставляющий её чаще сглатывать слюну, чтобы подавить желание вытошнить весь выпитый ею за сегодня алкоголь. Безусловно, она списывала это чувство на жалость к девушке. Иначе как ещё объяснить эти странные чувства? Примерно то же она ощущала, когда Шу хвалила её коллег, а не саму Хае. Остаток пути они проехали молча. Майки путь и не показывал этого, но его возмущало поведение девушки. С чего она вообще решила, что Исуми его возлюбленная? Но оправдываться и отчитываться он не собирался. В конце концов это просто наглая журналистка из которой он должен вытрясти флешку с компроматом. А ведёт она себя так, будто Майки должен ползать в её ногах, словно щенок. По дороге домой Сано всеми силами пытался подавлять свой чёрный импульс и желание пробить этой напыщенный дуре череп чем-нибудь тяжёлым. Но последней каплей для него стало то, что когда он открывал перед ней дверь в дом, она цыкнула и закатила глаза. Ярость тут же проглотила его целиком и полностью. Манджиро даже не сразу осознал, что уже прижимает девушку к стене, слегка придушивая рукой. — Ты вроде как забыла, где твоё место. Я повторюсь ещё раз: здесь тебе не курорт и я не твоя подружка. Я и за меньшее головы отрубал, Хае Мин. Девушка кряхтела из-за сложности вдохнуть воздух. Она стояла на носочках, потому что Манджиро слегка приподнял её в воздух. В глазах девушки было чисто отвращение. «Да пошёл ты» – хотела было произнести, но вспомнила, в каком положении находится. В конце концов, она и правда находится в слишком хороших условиях. Не будь у Сано цели найти флешку о которой знает только она, наверняка бы кормила рыб на дне какого-нибудь залива. Он мог оставить её погибать на том складе, но позволил жить в хороших условиях. По какой-то причине Мин решила, что увидев его слабым прошлой ночью, она может вести себя с ним более открыто, не скрывая собственных чувств. Но явно забыла об одном — он всё ещё Манджиро Сано – лидер Бонтена, который безжалостно избавляется от таких мразей, как она. А сдерживает его только тот факт, что он ненавидит насилие над женщинами и то, что только Хае знает, где находится эта блядская флешка. В конце концов Майки отпустил её, так и не дождавшись страха в её взгляде. Безусловно, ей было страшно и даже больше. Но показать она этого не могла, ибо считала, что дай она слабину – и ею воспользуются. Если он поймёт, что она боится его, то в будущем при каждом её неповиновении будет запугивать. Это сильно помешает делу. И она не позволит собой манипулировать. Хае развернулась и убежала в свою комнату, так и не проронив ни слова. Лежа в кровати, она думала о том, что ей очень не хватает поддержки начальницы. Вот появится возможность – тут же ей напишет. С этими мыслями она довольно быстро погрузилась в крепкий сон.