К сожалению, я не Герой

      Полезность диктуется обстоятельствами. Кто-то смотрит на сантехников, дворников и мусорщиков свысока, с презрением – но факт остаётся фактом: когда они нужны, заменить их некем. Люди отдают часть своей свободы, превращаясь в винтики машины под названием «общество», лишь бы вода приходила к ним в дом, чтобы их защищали и чтобы им не приходилось копаться в отходах. Общества, построенные на идеях и мечтах, неизбежно пошатнутся и рухнут из-за коррупции и тирании; но общества, построенные на взаимной зависимости, хоть и будут трещать по швам, но устоят.       Почему?       Потому что человек, привыкший к определённому уровню жизни, начинает считать этот уровень нормой и ради сохранения этой «нормы» готов отказаться от большего, становясь не более чем марионеткой, пляшущей под чужую дудку.       Источник: Я.       Так было в моём прошлом мире, и так же обстоят дела в этом.       По крайней мере, новый мир, в который меня призвали, подкупает освежающей честностью: тут не делают вид, будто похищают людей из других миров «ради высшего блага». Тут прямо говорят, чего хотят и что собираются сделать с теми, кого утаскивают сквозь границы реальностей.       Проблема: армии демонов.       Решение: межпространственный призыв тех, по кому никто не будет плакать.       И так по кругу, пока армии демонов не захлебнутся телами людей, которые не могут вам отказать, которых вы поработили и на которых вам плевать.       Если честно, я бы с удовольствием прочитал такую исекай-новеллу. Главного героя там просто втаптывают в грязь, пока он либо не сломается, либо не воспрянет над обстоятельствами – ну прямо-таки глоток свежего воздуха в затхлых коридорах жанра. Не то чтобы жанр не был затхлым с самой минуты своего зачатия в голове какого-нибудь слюнявого дегенерата типа Займокудзы: всё там вторичное, всё без искры. Но я человек бескультурный и безвкусный, вот мне такое и заходит. Я бы очень хотел почитать, как ГГ получает по шапке, выкарабкивается и, может быть, выживает только благодаря чужим жертвам.       Само собой, мне это перестало нравиться, когда тем самым ГГ оказался я в декорациях, где мне позволено только страдать.       Я продержался дольше всех в своей партии похищенных.       Некоторые попытались сбежать сразу, но их превратили в наглядный пример того, насколько крепко новые хозяева держат нас на поводке. Стоило им сбиться в кучу и рвануть прочь, как в тот же момент будто с небес спустился Кира с Тетрадкой Смерти в руках, чтобы выразить своё недовольство. Да, неповиновение означает инфаркт и инсульт. Никакой клоунады вроде электричества или «волшебной молний». Это только для наказания. Незаменимых нет, значит, и нужды нет в таких расточительных мерах.       Тех, у кого обнаруживался магический потенциал, уводили учиться: выстраивали в огромные шеренги и превращали в живые артиллерийские батареи, которые командирам даже не приходилось переставлять с места на место.       Оставались лишь те, кто мог работать телом и держать копьё, в том, что было на них надето.       А дальше, бой за боем, мою «группу» стачивали.       У некоторых проявлялся потенциал воина: в разгар схватки у них пробуждалась какая-то дешёвая, кривослепленная хрень, и их уводили в расходуемые авангарды. У нескольких нашлись навыки дальнего боя, и их бросали как жертвенных застрельщиков, чтобы рвать линии снабжения. А те, кто не был ничем особенно примечателен, просто умирали в боях – даже несмотря на то, что каждый раз, когда мы выживали, нам выдавали броню и снаряжение получше.       В итоге я уже сам вёл в бой новую партию свежепохищенных людей из совсем других миров, когда от моей прежней группы не осталось никого.       Старый раб-ветеран, который ведёт остальных на бой против монстродев.       М-м?       Что такое?       Да, я сказал: монстродев.       И что?       Поверьте, будь это какой-нибудь похабный мирок, я бы поехал кукухой куда меньше, чем сейчас. Монстродевы просто монстры, которых нужно одолевать строго рассчитанным жертвоприношением расходного мяса. Люди мира, куда мы попали, были предельно рациональны и до отвращения собранны.       Никакого «пикантного» сюжетного поворота не предвиделось.       Ну... так мне казалось, пока я не пал в бою и не очнулся снова.       Оказалось, сюжетный поворот в том, что человеческая империя, похищающая из других измерений людей, чтобы те вели за неё войну, вообще-то всё это время была злодеем.       А монстродевы вообще-то хорошие.       И опять же: кто бы мог подумать, что маги, которые крадут здоровых людей сквозь время и пространство, чтобы те воевали за них против целого мира, жаждущего их крови, это плохие ребята?       Правда.       Честное слово.       Удивительно.       

***

             Это наглядно показывает, насколько бесполезно образование: не так уж много старшеклассников из современных и развитых миров сумели пережить бои, где тебя заставляют либо драться, либо умирать. Более того, по словам моего очень даже полезного связного, когда я очнулся в палате уже без клейма, человеческие королевства предпочитали набирать рекрутов из миров более племенного или феодального уклада. Подростки из таких эпох обычно уже были либо крестьянами, либо воинами, либо ещё какими-то работягами.       То есть теми, кем современные подростки, как правило, не являются.       И ещё они искали людей с определённым уровнем физической подготовки.       Опять же, они искали тех, чем большинство современных подростков не является.       Займокудза, прости, конечно, но ты, мать твою, слишком жирный для протагониста исекая. Искренне извиняюсь (нет), что вынужден сообщить дурную весть: с таким пузом мечты не исполняются.       Как бы там ни было, пусть я и не был ни работягой, ни воином, ни выходцем из общества, где насилие считается нормой, годы поддержания формы – чтобы не нарваться на презрение и не стать ещё одним «Займокудзой» – в итоге сыграли против меня.       Если вынести за скобки то, что я больше никогда не увижу семью, что я навсегда заперт в другом мире и буду до конца жизни знать, что где-то кто-то похищает людей, превращая их в рабов-воинов, – у монстродев и без того дела обстояли так себе. Бесконечный поток тел, валом перетекающий через границы их империи, вместе с костяком настоящей человеческой армии – той самой, магической, – растягивал их силы до предела. Да, их было много; да, каждая из них в среднем была куда боеспособнее; да, земли у них было больше хотя бы потому, что они не вели себя как мудаки и умели договариваться друг с другом. Но этого всё равно не хватало, чтобы выдержать постоянный натиск крепких, годных к бою людишек, у которых выбор либо драться, либо умереть.       И вот мне предложили помочь им.       И вот я решил – не помогать.       Как только мне предложили уйти туда, где тихо и спокойно... я ушёл. Два года рабства, два года, за время которых мне приходилось выкарабкиваться из мусора в мусор повыше – в мусор, который присматривает за остальным мусором, – в общем, я собирался оставить всё это позади. Что? Почему я не продолжаю сражаться, вдруг бы нашёл способ вернуться домой? Во-первых, я не идиот. Во-вторых, мне не нравится драться. В-третьих, мне нравится жить – желательно с комфортом и сводя контакты с людьми к минимуму.       После спасения я надеялся либо дожить остаток дней в лесу, либо отыскать маленький городок и стать там самым угрюмым и ворчливым стариком на скамейке. В мире без развлечений я прикинул, что стану фермером, может, напишу пару книг да займусь чем угодно, только не войной против империи, которая умеет похищать и порабощать людей сквозь время и пространство. Да вообще что угодно звучало лучше, чем это.       К сожалению, моя мечта о простой и мирной жизни так и осталась мечтой.       Почему?       Потому что после того, как мне дали возможность уйти, меня опознали, отвели в сторонку и сообщили, чем я на самом деле займусь.       Устами дракона.       Из тех самых, монстродевчачьих.       Но всё-таки дракон.       Как и следовало ожидать, в этом мире человека можно поработить не одним-единственным способом.             

***

             Я был бы даже рад встретить Владычицу Демонов в её тронном зале. В конце концов, тронные залы всегда находятся в самом центре столицы любой фракции. Это де-факто место, где правителю проще всего сохранять безопасность, держать оборону и строить планы. А значит это самое безопасное место во время войны. Даже в войнах, где магия способна сравнивать с землёй целые города, бездумно прикончить лидера государства – значит нарваться на чудовищный ответный удар, фактически пригласить такую же атаку на свою голову и окончательно похоронить шанс на перемирие.       Хороший правитель сидит в столице, потому что так он может поддерживать связь с противником, оставаться вне поля боя и следить, чтобы война не скатилась в бойню на уничтожение.       К сожалению, Владычица Демонов вела войну прямо с передовой, потому что это как раз и была тотальная война на истребление, без малейшего шанса на перемирие, и закончиться она могла только полным уничтожением одной из сторон. Хуже того, именно она командовала той самой когортой монстродев, которая размазала мою. И, наконец, худшее из худшего во всей истории: меня тогда спасла не удача... меня искали, нашли и взяли.       Иными словами, я уже знал, что меня ждёт, ещё до того, как передо мной распахнули полог шатра.       Конкретная сторона конфликта забрала меня из-за моих навыков, чтобы я применял их против другой.       Следовательно, естественно, мне нужно было накосячить так сильно, как только возможно, чтобы меня просто отпустили.       Если, конечно, «накосячить» не означало «сдохнуть»...             

***

             Владычица Демонов, ожидаемо, оказалась демоном. На поле боя демоны обычно выступали командирами, которые врывались в схватку и выжигали всё живое. Если говорить игровыми терминами – это «геройские юниты» для особо повёрнутых на стратегиях в реальном времени. У каждого такого была своя специализация, свой трюк, который он отрабатывает до идеала, и убить такого можно, либо заваливая его расходным мясом, пока кто-то издали медленно, методично снимает ему здоровье... либо ударом в спину.       Разумеется, я и был частью того самого «мяса», которое должно было умереть, открывая возможность для удара.       — Нет нужды держать оружие наготове, Жан. Без оружия он не сможет причинить вред ни одному из нас.       «Типичная» и «стереотипная» – эти слова лучше всего описывали красноволосую рогатую женщину в доспехах, склонившейся над огромной картой. Над той же самой картой, которой я пользовался прошлой ночью, планируя атаку, так что я примерно представлял, куда смотреть. Ага, вот фишка, обозначающая меня и моих. О, это ещё и чёрно-золотая пешка, а не просто чёрная, как остальные рабские подразделения. Миленько.       — Наш бывший противник впустую растрачен в бою. Уверена, он со мной согласится.       Хах. При всём сходстве с шаблонной Владыкой Демонов вела она себя совсем не так, как я ожидал. Ни тебе «ара-ара», ни «о-хо-хо-хо». И, несмотря на внешний вид, ни малейшего намёка на флирт или похабщину. Она подошла ко мне, закованная в латы от шеи и ниже, и протянула руку для рукопожатия.       Когда я, помедлив, всё же пожал её руку, она не улыбнулась, лишь кивнула.       — Рада встрече, но времени нет. Ты исцелён, накормлен, и теперь поможешь мне составить план, как вывести мои войска из клещей, в которые нас взяла Империя после того, как ты принял командование, — она указала на пергамент. Магия сложила над картой куда более цельную, объёмную картину поля боя. — Скажи, что ты видишь. Сама я не вижу способа отступить без катастрофических потерь.       Рельеф ожил. Миниатюрные модели обозначили армии, вокруг них вспыхнули цифры, потекли строки с важной информацией. Но прежде всего я заметил другое: «живые» подразделения Владычицы Демонов передавали сведения и обновления в реальном времени, а также запрашивали приказы. Судя по тому, что мой конвоир смотрел на это без тени удивления, а Владычица пользовалась этим так легко, подобное было обычным делом для хорошо оснащённых командиров. И вообще, если задуматься, мои похитители очень быстро освоили манёвренную войну и столь же быстро перебрасывали подкрепления в ответ на угрозы.       То есть меня имели не только на поле боя, но ещё на тактическом и на стратегическом уровне. Мои же бывшие хозяева.       Какие же они суки.       Но сейчас меня, похоже, проверяли. И только что мне дали понять: о моих способностях здесь прекрасно известно.       Впрочем, попытаться изобразить дурака всё равно не помешает...       — Мы чрезвычайно ценим твою помощь. Будь уверен: после успешного отхода о твоих товарищах позаботятся наилучшим образом.       Вот же блядь.       — Ты слишком растянула силы, чтобы убрать приоритетную цель, зато захватила пленных и обоз. Неудивительно, что я сумел вас потеснить, — я понимал, что они застряли в средневековье, но это был кристально чистый случай идиотизма. — Уволь к хуям того, кто учил тебя тактике: эта маленькая авантюра тебя угробит.       Драконица рыкнула, но я проигнорировал её, даже когда Владычица Демонов не остановила свою спутницу. Ни попытки выхватить меч, ни истерики из-за пары резких слов. Лицо моей «хозяйки» тоже почти не изменилось: она лишь улыбнулась и кивнула. Они были сильны и компетентны, но тактически и стратегически хромали на обе ноги. Неудивительно, что их продавливают паршивыми волнами мяса и полуобморочными планами.       — В следующий раз, если ты идёшь на такое, создавай группу, которую тебе не жалко потерять, но у которой есть шанс сделать то, что ты от неё требуешь.       Риск, награда и цена – вот что определяет любую операцию. Если можно заплатить цену, риск перестаёт быть проблемой, и можно забрать награду. Само собой, монстродевы могли позволить себе устроить кровавую баню, а даже если они выкосили бы множество людей, это не имело значения, если эти люди в глазах их хозяев были расходным материалом.       — Вообще-то, — сказал я, — тебе следовало приказать похитить меня теми, кто не является бесполезным сбродом. Потому что теперь ты в заднице.       — Я это запомню. Но сперва, текущая проблема, — Владычица Демонов указала на стол.       Она шагнула, чтобы показать мне позицию, но я посмотрел туда раньше. В магии я был почти полный ноль – обычное дело, как никак, – однако с магической картой взаимодействовать я мог. Вот река, на которой шёл бой; вот артиллерия и кавалерия. Пехоты нет, потому что это была моя работа, и я её провалил. Значит, дальше всё понятно: нам бы пришлось иметь дело только с тяжёлыми войсками – артиллерией и конницей. Но нет, как бы не так.       — Как ты предлагаешь справиться с двумя дополнительными дивизиями, которые подошли и сомкнули кольцо после того, как их усилили остатками твоих?       Обычный ответ на потерю пехотной части соединения являлось прибытие полноценной дивизии через сутки. Это была стандартная схема: усиливаешь тыл, потом выдвигаешь свежие силы вперёд, так у тебя прикрытая спина и шанс дать войскам передышку.       Откуда взялась вторая дивизия, я понятия не имел. Но это уже не имело значения.       Мне нужно было решать проблему, прямо как я и делал с самого дня, когда меня выдернули в этот проклятый мир, чтобы бросить рабом в мясорубку.       К счастью, на этот раз я действительно сражался за то, чтобы выжить.       А значит, я охотно буду играть грязно вместо того, чтобы списывать решения из учебников истории.       Вот уж радость: наконец-то я могу поднасрать тем, кто испоганил всю мою долбанную жизнь.       Единственное, что могло бы сделать этот момент ещё приятнее, если бы мне не приходилось переживать, что я сдохну в случае провала.       В конце концов, действовать назло приятнее всего, когда жертва не может ударить в ответ.       Похоже, придётся довольствоваться тем, что есть – до тех пор, пока не придёт моё время.