К сожалению, я не Герой

      Как сказали бы толпы мрачных, плоских, как картон, главных героев: в драке важно только одно – победить. Однако, чего и следовало ожидать при их зацикленности, скудоумии и одноклеточной натуре тупых дегенератов, это штампованные недовояки могут выигрывать стычки, возможно, даже битвы, но не войны.       На войне важно абсолютно всё. И если хоть один важный элемент летит к чертям, никакой победы не видать, даже если ты выиграл десятки сражений.       Я оказался в своих нынешних обстоятельствах лишь потому, что случайно знал, что именно нужно делать, чтобы быть значимым. Пока любой другой похищенный на моём месте «выигрывал битвы для Империи», я продвигал их планы, добывал то, что им требовалось, и пережил тех мясистых качков, которые всерьёз верили, будто победы в драках принесут им свободу.       Единственная свобода, доступная нам после того, как на нас надели магические кандалы, это умереть на своих условиях.       Поскольку выйти на «Истинную Концовку со Свободой» было абсолютно невозможно, я сменил рут. Потому что я не идиот.       Эджовые герои с тонкой, как бумага, кожей шли бы по своему пути до самого конца, где и умерли бы позорно, смешно и, что самое важное, заслуженно.       Источник: Я.       Так или иначе, моим первым приоритетом было выживание, затем накопление силы, и, наконец, приобретение целой дивизии «мясных щитов». Чем дольше я жил – даже если для этого приходилось жертвовать другими и ублажать моих межпространственных магических похитителей, – тем весомее была моя победа. Госпожа Дегуршафф наверняка бы гордилась мной и моими действиями, ведь я уверен: всё это идеально укладывается в правила современного, рационального капиталистического общества.       Эксплуатация ради собственной выгоды никогда не бывает злом, пока она приносит прибыль обществу и поддерживает социальный порядок.       Просто так вышло, что «общество» и «социальный порядок», которые я поддерживал, представляли собой межпространственных поработителей, заслуживающих смерти.       А эта часть, уж извольте, не моя вина. Но тот факт, что результатом моих действий стало спасение младенцев, мужчин и женщин из числа межпространственных захватчиков, которым следовало бы сдохнуть, конечно же, записали на мой счёт.       Количество жизней, которые я разменял, чтобы меня сочли кем-то, кого нужно захватить и использовать как актив, давно перевалило за тысячи. Отступления с боем, самоубийственные фланговые манёвры и засады против превосходящего противника перемалывали людей без разбору. Однако Империя видела, как растут горы вражеских трупов или как их «настоящие» солдаты возвращаются живыми – а значит, им было плевать, как я это делал, пока я выдавал нужный результат силами, обреченными на убой.       В их глазах я спасал жизни тех, кого они считали людьми. Следовательно, я имел ценность.       Следовательно, я обеспечил себе жизнь, оставаясь «хорошим человеком».       Опять же, «хорошим» для межпространственных рабовладельцев, но такова жизнь.       Разумеется, мои коллеги по несчастью заметили, что я выживаю в боях и выслуживаюсь, пока они дохнут.       Вот на этом моменте какой-нибудь эджовый «умник» с опилками вместо мозгов уже познакомился бы во сне с гаремом из ножей.       Но со мной такого случиться не могло.       Почему?       Да потому что у меня был товар, который был нужен всем. Я получил право на жизнь, благосклонность начальства и полномочия командовать, пока многим другим приказывали умирать. Я подошёл к тем, кто это понимал, кто хотел той же безопасности, и предал остальных моих «товарищей», отправив их подыхать на полях сражений, пока сам руководил из тыла под прикрытием толковой охраны.       Ну... одной охранницы.       Сколько времени прошло с момента, когда я начал ловить на себе косые взгляды своих солдат вскоре после того, как Империя стала обращаться со мной как с ценным активом, и до того, как меня схватила Владычица Демонов? Месяц, может?       Короче, нельзя ожидать, что парень вроде меня мгновенно сколотит вокруг себя преданную свиту. Даже если я предлагал долгое, жалкое существование раба, идущего по головам ради выживания, я всё же оставался одиночкой до мозга костей.       Тот факт, что я умудрился заполучить одну способную, верную охранницу – это уже достойно похвалы, чёрт возьми!       Даже если, технически, я читерил: я спас ей жизнь, а её отсталая культура подразумевала, что теперь я её «хозяин» или типа того.       Технически, я спас ей жизнь дважды, так что я прав вдвойне, и точка!             

***

             После встречи с моей новой начальницей, которая выдала мне невыполнимый квест – вырваться из клещей противника, превосходящего нас числом в три раза, – я сделал первое, что сделал бы любой здравомыслящий человек.       Пошёл за телохранителем, который прикроет меня собой.       Естественно, раз Владычица Демонов намеревалась заручиться моей помощью, она постаралась захватить как можно больше моих солдат. А учитывая, что её войска в основном состояли из драконов, «как можно больше» означало практически всех. Ага, всё верно. Всю мою дивизию взяли в плен и теперь использовали как рычаг давления.       Как бы то ни было, среди всего этого потока дегенератов из разных измерений, которыми я командовал, важен был только один человек.       И она стояла передо мной прямо сейчас.       — Йо.       — Ты жив. Как неудачно для меня. А я-то думала, что свободна, — Ур не выглядела особо радостной. На самом деле, даже стоя в железной клетке, она выглядела так, будто попыталась подраться с всемогущим Грузовиком-куном, Героем Империи. Да, она явно старалась сдержать своё слово, даже против армии драконов во главе с Владычицей Демонов. — Видать, с тебя ошейник тоже сняли? И ты намерен сражаться против Империи, которая вырвала нас из родных домов?       — Не стал бы, будь у меня выбор. Я бы предпочёл бросить всех вас, дурней, здесь, но нас собираются атаковать три дивизии плюс настоящие имперские части.       Меня мало интересовало, как именно мою охрану превратили в отбивную, но всё же Ур умудрилась заставить стражников замешкаться, когда им приказали выпустить её для лечения. Могу лишь предположить, что, пока я был в отключке, она вытворила что-то невероятно тупое и безумное.       — Вылезай оттуда и иди лечиться, — сказал я. — У нас есть работа.       — Ты больше не нуждаешься ни во мне, ни в ком-то ещё. Теперь в твоём распоряжении монстры. Монстры, что победили меня и моих родичей, — золотые глаза встретились с моими сквозь чёрные пряди волос.       Несмотря на фиолетово-чёрные синяки, расплывшиеся по загорелой коже, Ур оставалась дерзкой. Среди тупоголовых она была настоящим эталоном: бесполезна в разговоре, учебе и вообще во всём, что приемлемо в современном обществе, но в драке... против монстров вполне сгодится. Иными словами, меня уже начинало тошнить от её «воинской чести».       — Я больше не принесу тебе пользы, —сказал Ур. — Смерть – вот мой удел.       — Сдохнешь только тогда, когда вернёшь мне долг за то, что я спас твою жизнь, и за то, что ты не смогла уберечь мою. То есть только когда я, сука, разрешу.       Воинам племен из других миров нужна твёрдая рука. Их общества зародились в мирах, полных чудовищ и угроз, которые убили бы большинство одиночек ещё в колыбели. К сожалению, все очки навыков они вкачали в физические характеристики, а интеллект использовали как мусорный стат.       — Так что давай, харэ хандрить, иди лечись, — сказал я. — Умереть я тебе не дам, так что с тем же успехом могу использовать тебя, чтобы взять с тебя долг.       — Я поняла. Значит, моя жизнь по-прежнему принадлежит тебе.       Как обычно, Ур работала на чистом идиотизме и решимости. Стоило мне прояснить, что я не дурак, что она мне всё ещё нужна и что она не провалилась, как она буквально рухнула мне на руки. Учитывая, что она загорелая дикарка-штурмовик, я едва удержал эту гору мышц, когда она повалилась лицом вперёд. До смерти от истощения ей оставалось около часа, но чудеса целительной магии не переставали меня поражать. Я держал свою никчемную, сомневающуюся идиотку-охранницу, пока её латали. У неё ещё хватило наглости вцепиться в меня после того, как она меня чуть не раздавила. Вот дура.       — Разбуди меня, когда начнётся бой, — сказала она.       Тц.       — Какая же ты, блядь, дура, — тут не нужен IQ выше девяти тысяч, чтобы понять правду. Пока меня вырубили, похитили и «обслужили» как и всех остальных, Ур сражалась. Либо она сделала это, очнувшись во время лечения, либо дралась до тех пор, пока её не заперли в клетку, а потом отказалась отдыхать. Руки, цеплявшиеся за мои плечи – напряженные даже сейчас, когда их хозяйка закрыла глаза и задышала ровно, – были покрыты порезами, синяками и ссадинами. На некоторых пальцах виднелись кости и не хватало ногтей. — Тебе нужно начинать думать головой, а не кулаками.       К счастью, она отключилась и не смогла ляпнуть в ответ очередную глупость.       Теперь, когда Ур была на моей стороне поля, я мог привести в чувство остальную дивизию.       Иметь власть очень классно...       Но возможность обрушивать невыразимое насилие на тех, кто отказывается исполнять мои прихоти, ещё ахуеннее.             

***

      

      — Ты снова завербовал почти всю свою дивизию, чтобы они сражались за тебя, хотя я предложила им свободу.       — Пожалуйста, перестань озвучивать очевидное, пока я не начал сомневаться в твоём интеллекте.       Охрана Владычицы Демонов сверлили меня взглядами, но я продолжал есть. Быть гостем командира, который де-факто является правителем целого государства, имело свои плюсы. Я наслаждался свежеиспеченным хлебом, куском мяса и свежими фруктами. Ур тоже. Несмотря на то, что я упивался своим самодовольством как самый пафосный наглец в мире, я ел аккуратно, в то время как моя телохранительница умудрялась размазывать еду по... всему. Похоже, мне не суждено выглядеть круто, да?       — Итак, — продолжил я, — теперь, когда у нас есть расходная броня, ты и твои люди можете заняться тяжелой работой. Я приказал своим солдатам начать окапываться, так что готовь своих к контратакам.       — Ты намерен использовать тех, кто поклялся тебе жизнью, как приманку для моих войск, точно так же, как ты делал это для Империи, — Владычица Демонов встала. Закованная в латы, с изогнутыми рогами, огибающими череп и пронзающими гриву алых волос, она представляла собой весьма устрашающее зрелище. Единственная причина, по которой Ур не вскочила, чтобы закрыть меня и броситься на угрозу, заключалась в том, что даже эта тупица понимала: против Владычицы Демонов она сможет разве что умереть вместе со мной. — А я сочла тебя добрым, когда ты так охотно согласился сражаться за меня, узнав о наших обстоятельствах.       — Это всё равно будет «добротой» по отношению к тем, кто переживёт битву, в которую ты всех втянула. Если тебе не нравится идея, просто улетай и оставь всех подыхать, — говорят, тот, у кого нет гордости, перекладывает вину на других. Если это правда, то я сейчас изрядно сэкономил Владычице Демонов чувство стыда. Вся эта ситуация – результат её действий. Не моих. — Вот моё решение проблемы, которую ты мне подкинула, одзё-сама.       Удивительно, но никто из охранниц не выхватил меч, чтобы Владычица Демонов могла благородно поднять руку и остановить их. Проклятье, я так давно не смотрел аниме, что пытаюсь воссоздать его в реальности. Оглядываясь назад, провоцировать девочек-драконов – плохая идея, но было бы круто увидеть эту сцену вживую.       Ладно, в качестве компенсации мне хватит и того, что Владычица Демонов впервые с момента нашей встречи по-настоящему разозлилась.       — Неприемлемо. Я поклялась именами тех, кого ты списал в расход, что у них будет новая жизнь, — с каждым её словом расстояние между нами сокращалось. Обойдя стол, она вскоре нависла надо мной. От её красоты не осталось и следа. Её лицо было скрыто массой тьмы, которая также сочилась из сочленений доспехов. Да, без сомнения, это было то самое чудовище, что проломило ряды моей дивизии, пронеслось мимо Ур и обрушила на меня боль и мрак. — Именем моей семьи, идеалами, на которых был создан союз всех племён, я поклялась, что они будут свободны от жизни в качестве корма для клинков, магии и когтей.       Никакой драматической паузы, никакого шанса вставить хоть слово. Владычица Демонов смотрела на меня с отвращением и презрением, которые едва сдерживала:       — Ты предложишь мне другую стратегию. Такую, которая не будет бессмысленно разбрасываться жизнями ради удобства. Я требую не невозможного, я требую от тебя лучшего результата, — каждое её слово было произнесено без тени колебания. Каждый её слог был налит силой. Вся её воля была выражена предельно ясно, не оставляя места для споров. — Думай быстро и думай хорошо, хвалёный тактик, потому что ты будешь рядом со мной и доведёшь эту битву до конца.       Многие в комнате дрожали от мощи Владычицы Демонов, звучавшей и в её словах, и в её магической ауре. Вооруженные драконы в броне, охранявшие её, стояли прямо лишь благодаря силе воли или опираясь на оружие. На лице Ур застыла гримаса, несмотря на все те битвы, через которые она прошла спокойно, одетая лишь в то, что она соизволяла называть одеждой, и с любым оружием, что попадалось под руку.       А я?       Я потел как свинья, трясся как псих и кусал губу, чтобы не заорать.       Поправка.       Кусал губу, чтобы не улыбнуться отлично проделанной работе.       — Х-хорошо, — зубы у меня стучали, когда я соглашался, но, кланяясь, я позволил себе ухмылку между судорожными вдохами.       Это было только начало, но мне нужно было убедиться, что я не попал в руки очередного тирана, который одобрит самый быстрый и безжалостный вариант. И что я не в руках беспомощной, некомпетентной идиотки. Доверять незнакомцу есть несусветная глупость. Доверять тому, кто позволил перевооружить пленную вражескую армию и вернуть её командиру, есть чистейшее самоубийство. Теперь я знал, что Владычица Демонов не дура, раз она могла уничтожить всех тех, кого вооружила, и что она не просто притворяется благородной – ей действительно не плевать, как тратятся их жизни.       — Я сделаю это.       Определенно стоило нескольких минут экзистенциального ужаса.       — Уж надеюсь, — давление её силы ослабло. Дышать – нет, существовать – стало проще и понятнее.       Когда я поднял голову, чтобы встретить её спокойный взгляд – весь в поту и страхе, стерев ухмылку со своего лица... я заметил проблеск сожаления, который тут же скрылся за решимостью. Ещё один хороший знак. Она не психопатка. Или, по крайней мере, очень хорошо притворяется, что не психопатка. В любом случае, очко в её пользу. Я бы предпочёл иметь на своей стороне идеального психопата, особенно если он не понимает, что его проверяют и им манипулируют.       — И моё имя Розанна, а не «одзё-сама». Обращайся ко мне именно так, Хикигая Хачиман, мой новый придворный тактик.       Ха!       Забудем про «не идиотка».       Мне нужно быть начеку: у неё острый ум и куча подозрений.       Одной лишь фразой, почти ничего не потратив, она поставила меня под своё начало вместе со всеми моими войсками и сделала так, что каждое моё решение должно проходить через неё. Несомненно, чтобы выжить рядом с ней, мне придется работать не хуже, а то и лучше, чем при Империи.       Розанна?       Розанна станет настоящей занозой в заднице в качестве начальства... что почти слишком хорошо, чтобы быть правдой, учитывая полное безразличие моего предыдущего работодателя.       Надеюсь, это не дурацкий сон, и я на самом деле не работаю всё ещё на Империю!