К сожалению, я не Герой

      — Что ты натворил?       Удивительно, но на этот вопрос пришлось отвечать мне. Учитывая, что Лорд Хилл ни за что не умер бы от того, что каменный город просто загорелся, мне нужно было, чтобы Райзер закончила работу. Поэтому я швырнул обрывок поводка Ифрит ей под ноги и оглядел луки, выстроенные вдоль стены.       Ага, как и ожидалось: все сделаны под профессиональных имперских солдат. Иными словами, для меня, с моим отсутствием сверхчеловеческой физухи, они были абсолютно бесполезны. По правде говоря, большая часть имперского арсенала находилась за пределами моих физических возможностей.       — Это... это сильно поможет нашему делу, но последствия для горожан...       Шестерёнки у неё в голове заскрипели, но я не собирался помогать им крутиться. Свою искорёженную логику пусть чинит в свободное время, тем более что паники снаружи было куда меньше, чем я ожидал.       Да. Один взгляд сквозь узкие бойницы в окнах кузницы подтвердил мои догадки.       — У них таран. Готовься к бою. Используй любое оружие, что есть в этой комнате, — расплавленный проход, который пробила Ифритка в своём предсмертном рывке, какое-то время будет непригоден, так что пока нас волновал только один вход. Дверь была рассчитана на то, чтобы сдерживать монстров, но я сильно сомневался, что она выдержит шестерых закованных в латы гигантов, тащащих утяжелённый стальной столб. — Я впущу их, а потом запру остальных. Убей их всех.       — Постой!       Я не стал ждать: отряд с тараном уже нёсся к двери. За миг до удара я скинул засов, и ровно в тот момент, когда они должны были врезаться в створку, я распахнул её. Шестеро латников кубарем влетели внутрь, не встретив никакого сопротивления, и прежде чем они успели опомниться, я захлопнул дверь. Затем, призвав на помощь всё свое мастерство и скорость, я молниеносно задвинул засов обратно. Без долгих лет практики и тренировок я бы ни за что не справился со столь сложной миссией, одновременно ныряя за прилавок кузницы.       Тот, что бежал первым, умер от меча Райзер, даже не успев подняться. Второй успел встать на ноги, но лишь для того, чтобы получить клинок в горло. Остальные четверо сумели вскочить и среагировать до того, как она на них налетела, но и тогда третий рухнул замертво: меч Райзер с лёгкостью рассёк его латы. Двое оставшихся схватили оружие и бросились в атаку. Один почти мгновенно лишился руки вместе с клинком, другой уже занёс молот для удара, но острие меча нашло щель в забрале, вонзившись ему прямо в глаз.       Она выигрывала схватку, но исход боя зависел от меня, потому что последний солдат рванул к двери, чтобы впустить остальных. Что им двигало, я не знал. Опыт, логика, дрессура – всё подходило. Они обязаны были открыть дверь: таран у них был один, а найти второй, пока по городу носится обезумевший огненный элементаль, вряд ли получится. Значит, для победы ему нужно было любой ценой открыть проход.       К сожалению для него, даже я способен подставить подножку и повиснуть на человеке, чтобы его затормозить.       Правда, не обошлось без удара тыльной стороной ладони по моему лицу: боль волной прошила мне череп, а мои рот и нос мгновенно заполнились кровью. Но этого хватило, чтобы он насквозь поймал грудью таран, который сам же и тащил вместе с товарищами.       Лицо жгло, перед глазами всё плыло, но я сумел подняться без помощи Райзер. Она протянула мне склянку – видимо, лечебное зелье, – но я предпочёл просто вправить нос, сплюнуть кровь и отмахнуться.       Кровь моя была тёплой и дико бесила, стекая по коже из моих ноющих, распухающих ссадин, но рана была пустяковой. Получи я удар по рёбрам или в живот, тогда выпил бы не раздумывая, просто на всякий случай. А способность быстро исцелиться может пригодиться позже.       — Прибереги. Нам ещё понадобится, — сказал я, прислонясь к ближайшему окну, и увиденное мне не понравилось.       Опять же: не было никакой паники среди войск, хотя ночное небо уже начинало наливаться оранжевым заревом. Кое-где поднимались столбы дыма, но их было слишком мало, чтобы обратить армию в бегство. Я-то думал, что перспектива города, превращающегося в магму, заставит хоть кого-то отступить. Оказалось, я чертовски, ахуеть как ошибался. Ифритка успеет самовыпилиться задолго до того, как Хилл потеряет контроль над своими людьми.       — Они даже не шелохнулись, — отметил я.       — Хилл Несгибаемый славится тем, что никогда не уступает врагу ни пяди земли. Своим молотом он в одиночку переламывал ход многих битв, сражаясь в первых рядах вместе со своими людьми.       — Ага, после того как сотни рабов замедляли врага или калечили его       Всё верно. Его тактика ничем не отличалась от тактики любого другого имперского дворянчика. Дать пролиться достаточного количеству крови, затупить клыки монстров другими, дождаться, пока они начнут поддаваться своим низменным инстинктам, и вот тогда выехать на белом коне, будучи с ног до головы увешанным зачарованной броней. Лошади у них, кстати, размером с малолитражку, и металла на них примерно столько же. Какой, однако, восхитительный, выдающийся человек. Интересно, вызвался бы он продемонстрировать мне, как работает его план, начиная с первого шага?       — Я же велел тебе молчать? Вроде говорил, но на всякий случай повторю: заткнись.       Вопрос заключался в том, почему силы Хилла не бегут. Авангард уже сожрала локация, которую они штурмовали, а город, который они должны были защищать, плавился вокруг них. Почему никто не воспротивился решению Хилла остаться? Почему никто даже не задался вопросом, с какого перепуга ради одной женщины и одного раба стоит жертвовать целым городом «достойных людей»?       Разве что у них нет выбора и они сами рабы.       Но это не имело ни малейшего смысла.       Рабов никогда не вооружали и не заковывали в нормальную стальную броню, не говоря уже о зачарованных латах, в которые были одеты люди Хилла. Дать тому, у кого на шее ошейник подчинения, экипировку, способную сопротивляться магии, полнейшим идиотизм, и даже Империя умудряется соответствовать ожиданиям, заниженным до толщины визитной карточки. Как бы мне ни хотелось, чтобы мои бывшие хозяева были настолько тупыми, что выдали рабам магически стойкую броню, способную выдержать пару ударов Адской Гончей, – увы, они были достаточно умны, чтобы не перерезать себе глотки по собственной глупости. Хотя мир стал бы только лучше, сделай они это.       Однако, как сказал бы один детектив, нюхающий кокс: если невозможное – единственная возможность, то оно не может быть невозможным.       Я что-то упускал в этой картине.       Что-то слишком важное, чтобы продолжать игнорировать Райзер, даже пока весь город начинал пылать, а тусклое сияние адского пожарища медленно вытесняло звёзды с неба.       Достаточно важное, чтобы рискнуть жизнью ради ответа и выйти к Хиллу лично.             

***

             Для меня Хилл, по сути, эталон имперского дворянина. Он был моим «хозяином», человеком, державшим мой поводок и поводки сотен других, прежде чем нас отправили в Илсту. Словно оценивая скот, он осмотрел нас, приказал проверить тела на «дефекты», а потом вынес вердикт. Тех, у кого были талант и магия, разумеется, изъяли сразу, так что в строю остались в основном те, кто просто мог убивать. А я – провалившийся дорогостоящий эксперимент по созданию «сверхмощного мага» – удостоился одного взгляда и улыбки: он был рад увидеть, что я достаточно силён, чтобы выдать мне дубину, кожаную жилетку и отправить на фронт.       — Ах, Хикигая. Рад встрече. Я планировал заняться тобой лично, но вся эта неразбериха началась прежде, чем я успел, — его лицо, улыбка и рыжие волосы были безупречны. Волевая челюсть, волнистые блестящие локоны и идеальные, ровные белые зубы. Да, он был из тех парней, за право обладать которыми монстры устроили бы соревнование. И я был бы более чем счастлив уступить его им... чтобы он навсегда лишился рассудка и свободы. Но это было не так важно. Важно было то, как он собрал отряд, стоявший сейчас при нём. Строй лояльных, отлично вооружённых и тяжелоснаряжённых рабов, не задающих вопросов, пока они окружают его в горящем, кричащем городе. — Я надеялся снести тебе голову и преподнести её моему Повелителю, сразив тебя собственным мечом.       — Засунь свой меч себе в очко, Хилл. Скажи лучше, что ты сделал с этими рабами.       Райзер поравнялась со мной, взяв на себя задачу по охране меня. Она уже была готова отразить любую атаку, держа по оружию в каждой руке. В одной руке у неё был её читерский меч, который стоил больше всех жизней, что мне пришлось пустить в расход. В другой же был стальной столб тарана, который люди Хилла собирались использовать, чтобы выломать дверь. Она была ой как искусна, но эта сила перед ней была ей не по зубам. Ну, если не считать грядущего взрыва Ифритки.        — Перед сколькими стариками тебе пришлось раздвинуть булки, чтобы получить личную армию безмозглых суперсолдат?       — Суперсолдат. Какое простецкое название для моих новых бойцов, особенно учитывая, что они плод твоих собственных трудов, Хикигая, — целая шеренга из шести солдат шагнула вперёд как единое целое. Двигались они так, будто тела для них ничего не значили, словно они машины. Значит, вот в чём прикол. Ладно. Я услышал достаточно и получил всю нужную информацию. — Я должен поблагодарить тебя за...       Самое время атаковать врага на полуслове для максимального урона:       — Райзер. Сейчас.       С рыком и по моей команде Райзер метнула оба оружия. Стальной таран полетел сквозь воздух, а следом за ним, рассекая пространство, устремился меч. Разумеется, оба снаряда предназначались Хиллу. Ход был самоубийственным, но, по моей оценке ситуации, необходимым. Если Империя решила начать лоботомировать рабов и управлять ими напрямую, чтобы пополнить регулярную армию, то убить командира нужно было до того, как он успеет отдать приказ.       Разумеется, я мог ошибаться в оценке ситуации.       Империя могла потратить время и силы на создание автономных машин для убийства, которым не требуются команды извн... пф-ф.       Блин, я даже выговорить это с серьёзным лицом не могу!       Утяжелённый стальной столб, ранее принадлежавший людям Хилла, понёсся к нему, но стоило ему отшатнуться, как его рабы прыгнули наперерез стремительной массе металла. Силу Райзер я бы поставил на один уровень с Ур, хотя у амазонки было преимущество благодаря специализации и магическому уклону в воинское искусство. Впрочем, у психопатки тоже была пара тузов в рукаве, так что передняя линия, бросившаяся на перехват снаряда, не просто «закрыла собой амбразуру». Первые трое начали разваливаться на куски прямо в полёте: Райзер магически «заточила» летящий столб перед броском, и оружие вырывало из рабов куски мяса, пронзая строй. Следующих троих просто превратило в фарш ударом, когда броня первых погасила магический заряд.       Таким образом, первая атака лишь расчистила путь для второй.       Меч не смог обезглавить Хилла, но снёс ему верхушку черепа, начисто срезав к хуям верхнюю половину мозга. Зрелище было классным: рот раскрыт в беззвучном крике, рука рефлекторно тянется к голове... но длилось это недолго. Хилл вывалился из седла, застряв одной ногой в стремени, отчего его скакун встал на дыбы, заржал и начал биться среди неподвижных латников, пока наконец не скинул тело. Безусловно, досадно, что я не смог в полной мере насладиться устранением моего «хозяина», но за бесплатную лошадь спасибо.       — Не расслабляйся. Займись конём, подготовь его. Ифритка скоро взорвётся, — я отдал Райзер приказ, но она не сдвинулась с места. Её глаза были прикованы к рабам. А, нет. К мученикам. Тьфу, точно, она, наверное, подумала, что это бездарная трата потенциальных жертв во славу Империи. Ну зашибись. — Ладно, сама не хочешь, я сделаю. Если эта тварь меня сожрёт, это будет на твоей совести.       — Замолчи, Хачиман.       Не знаю почему, но когда она заговорила со мной в этот раз, мой рот захлопнулся сам собой.       Она подошла к одному из неподвижных рабов и сняла с него шлем.       И увидела во всей красе новейшие, ублюдские методы Империи по достижению победы.       Что, честно говоря, удивило даже меня:       — Это граждане Империи.       Всё верно. Так и было. Откуда я знал? Потому что под каждым шлемом, который снимала Райзер, было лицо, которое на Земле сочли бы красивым. Идеальные «фэнтези-люди» с безупречными телами и чертами. Это означало, что из них выйдет отличная солдатня. Превосходное «железо» для загрузки твоего «софта», особенно если этому железу предстоит носить и использовать магическое оружие и броню.       — И... это печать Башни Волшебства Империи, — сказал я.       На шее сбоку красовалось знакомое клеймо: простая башня на щите с двумя скрещёнными посохами. Какая, сука, неожиданность. Межпространственные похитители и работорговцы готовы клеймить уже и своих собственных людей. Хм-м-м. Хотя нет. Никакой неожиданности. Это как раз то дерьмо, на которое они способны без малейших колебаний.       К сожалению, ожидаемо, для Райзер это стало новостью.       Она рухнула на колени, пока я карабкался на белого боевого коня, на котором раньше сидел Хилл. Естественно, учитывая холод на улице, я предварительно стянул с его трупа плащ, а заодно прихватил всё ценное, что нашёл перед тем, как сесть в седло. Розанна наверняка выскажет мне всё, что думает, за то, что я потерял меч и знак, которые она мне дала, в ныне плавящемся городе, но это будет ей уроком за плохую координацию в кризисных ситуациях. Серьёзно, мне что, самому отсюда выбираться? Где сигнал моей мобилки? Чёрт, да где вообще моя мобилка?       Но вернёмся к текущей ситуации.       Психика Райзер, прошитая пропагандой, ломалась обо что-то совершенно несовместимое с её картиной мира.       Город горел. Из центра бил свет, жар накатывал со всех сторон. Воздух пах гарью, вдали эхом отдавались крики. Я сидел на белом коне Хилла, его солдаты стояли безмолвно, ожидая приказа, который уже никогда не прозвучит, а Райзер могла лишь бессмысленно смотреть перед собой.       Я подумал было поговорить с ней, но решил этого не делать.       Почему?       Потому что если я стану её единственной привязкой к этому миру, то ей лучше сдохнуть.       Поэтому я мог предложить ей лишь простой выбор.       — Можешь попытаться поймать меня и угробить нас обоих, или же вернуться в город и попытаться спасти тех, кто тебя предал.       Я не знал, дошли ли до неё мои слова.       Но когда я выехал из города, навстречу крылатым фигурам, пикирующим на пылающие руины, она за мной не последовала.       Лучший расклад?       Она просто оставалась на месте, неподвижная, пока Ифритка не взорвалась и не оплавила город до состояния стекла.       Но, учитывая мою удачу, я был уверен: она не сделала мне одолжения и не умерла.