Страницы открывающие правду

— Кто следующий будет читать? — спросил Адам, приподняв книгу. — Давайте я, — предложил свою кандидатуру Оскар. Люмьер на это закатил глаза, но спорить не стал, как и все остальные. Наоборот, многие даже в душе порадовались, так как злые взгляды Адама, когда его перебивали, никому не нравились. Открыв книгу на нужной странице, Оскар принялся читать. Скэриэл прохаживался по ателье, заинтересованно изучая всё вокруг. Он щупал материал, проверял швы, словно разбирался в этом, рассматривал костюмы на манекенах, примерял галстуки, стоя перед зеркалом. Готье покосился на Скэриэла. Его, конечно, всегда напрягала эта странная дружба между его водителем и Скэром, но теперь, зная весь план его вроде как бывшего друга, у него появилось недоброе предчувствие. Неужели Кевин был последователем Лоу? Я без энтузиазма листал мужской журнал, в котором рекламы было больше, чем статей. Временами бросал беглый взгляд на Лоу. Обычно Скэриэл справлялся здесь без моей помощи, но сегодня он внезапно предложил съездить вместе. Наверное, если бы Эдвард был дома, он бы позвал и его. – Вывеска у вас незаметная, – как бы между делом отметил Скэриэл. Не упрёк, не замечание, не осуждение. Он просто констатировал факт. Вывеска и правда была бестолковая. С первого раза не разберёшь, что тут: секонд-хенд или всё-таки ателье. От ножевого ранения Адама не осталось и следа, но всего три дня назад Скэриэл выполнил очередное заражение по приказу мистера Эна и сутки провёл под капельницей. Он то просыпался, то впадал в горячку, и Эдвард под конец выдал взволнованным голосом: «Ему нужно завязывать с этим. Он долго не протянет». Теперь уже Гедеон неодобрительно посмотрел на полукровку. Всё же теперь, будучи его наставником, он по сути нёс ответственность за Лоу, и в его же интересах было, чтобы полукровка оставался в живых хотя бы год. И вот, поглядите. Резвый, весёлый, словно не он совсем недавно был на грани жизни и смерти. Быть может, только такие и выживают? Они всегда ходят по лезвию ножа. Всё или ничего. Скэриэл не боялся смерти и потому всегда оставался хозяином положения. – Вывеска? – оживился Томас и нервно посмотрел на Кевина. – А что с ней не так? – Не привлекает внимания. Нужно сменить, – объяснил Скэриэл, рассматривая бабочки. Он взял бордовую, поднёс к шее и спросил у меня: – Ну как тебе? Скэриэл прекрасно знал, что я не разбираюсь в этом, но, возможно, так он пытался развлечь меня. Было приятно, когда он интересовался моим мнением, вот только я не мог высказать то, что было на уме. Головой-то я понимал, что хочу сказать, но не хватало слов, чтобы оформить их в связную речь, которая бы точно пришлась ему по душе. В такие моменты разница между мной и Хитклифом была почти осязаемой. Уверен, тот просто говорил как есть и не беспокоился насчёт сказанного. — Как мы уже поняли, это не так, — хохотнул Оливер. — Если бы Готье говорил всё, о чём думает, думаю, в стране уже началась бы ещё одна революция. — Я думаю, ты преувеличиваешь, — сморщив носик, ответила ему Оливия. — А мне больше нравится, что и Готье, и Джерому в друг друге нравится честность, — заметил Кэмерон. Готье и Джером удивлённо переглянулись и мысленно оба согласились со словами полукровки. Больше никто ничего не стал добавлять, и Оскар продолжил чтение. – Симпатичная? – неуверенно предположил я. – Не знаю… Бордовый цвет на нём хорошо смотрелся. Да, в принципе, как и любой другой. – А вам? – Он игриво повернулся к мужчинам. – Тебе бы подошло что-то более яркое, – посоветовал Томас со знанием дела. Кевин нахмурился. Он сидел как на иголках, наблюдая за Скэриэлом. Хорошо, что я больше ничего не сказал и тем самым не попал в неудобное положение. Мне стоило и дальше молчать. То, как быстро Скэриэл адаптировался к миру чистокровных, немного пугало. Сколько бы я тут ни жил, центр не принимал меня, лжеца, что скрывался под маской полукровки. – Согласен, – усмехнулся Скэриэл. – Чувствуется рука мастера. Сделано с душой. – Он вернул бабочку на место. – Вывеску всё же стоит сменить. Джером, подай сумку. Я отложил журнал, поднялся со стула, прихватив сумку. Неужто он позвал меня, чтобы сторожить деньги? – Не экономьте. – Скэриэл достал две пачки купюр, а потом, задумавшись, ещё одну. – Наверное, нужно больше. – Он протянул Кевину деньги и подытожил: – К следующей неделе жду новую вывеску. Это место заслуживает хорошей рекламы. Он говорил дружелюбно, словно давал совет близкому человеку, но даже в этих фразах можно было уловить властные нотки. Если всегда молчишь, то заметишь и не такое. – Хорошо… – Кевин потянулся, принял деньги и передал их брату. Выглядел он при этом слегка растерянным, будто совсем не этого ожидал. – Спасибо. – Как у тебя с работой? – спросил Скэриэл и, не дожидаясь ответа, добавил: – Я могу устроить тебя… — Вообще, с чего такая доброта? — прищурив глаза, Оливия посмотрела на полукровку, но тот не спешил объясняться. — Думаю, там всё будет написано, — фыркнул Адам. – Нет, спасибо, – покачал головой Кевин. – Я хочу заняться семейным бизнесом. Когда это место станет нашим, – он чуть выделил «нашим», но Скэриэл и бровью не повёл, продолжая улыбаться, – я бы хотел, чтобы ателье переросло в сеть по всему центру. – И то верно, – улыбнулся Лоу. – Хороший выбор. Лучше вкладывать силы и деньги в своё дело. Неприкрытая лесть, замаскированная под комплименты. Согласие с мнением собеседника. Открытые позы при беседе. Всем этим пользовался Скэриэл изо дня в день. Он хорошо применял метод кнута и пряника. Хвалить и поощрять он любил. Я только недавно осознал, как часто он применял ко мне похвалу, даже за самые пустяковые дела. А в качестве поощрения использовал прикосновения, объятия и реже, отчего я жаждал этого ещё больше, поцелуи. Джером потупил взгляд от смущения, но никто даже бровью не повёл. Все и дальше продолжали сидеть, никак не реагируя на такие смущающие замечания. Только Скэриэл слегка усмехнулся. – До нас доходят странные слухи… О тебе много говорят, – неуверенно проговорил Томас. Скэриэл продолжил обход: примерял то шляпу, то платок, увлечённо рассматривал запонки. Я закрыл сумку, вернулся на своё место и вновь уткнулся в журнал. Разговор у них не клеился. – И что же про меня говорят? – озорно переспросил Скэриэл. У него с утра было хорошее настроение. Ещё за завтраком он пытался развеселить меня шутками, имитировал голос и походку Эдварда, а потом и вовсе включил музыку и пустился в пляс. В чём Скэриэл был плох, так это в танцах. Плох был и я. Мы не рассчитали силы, как и размеры кухни, и, танцуя, разбили чашку с кофе. Горячий напиток растёкся по всему паркету. Это ничуть не расстроило Скэриэла, а вот меня да. Убирать последствия нашего веселья предстояло именно мне. – Я сам. – Он вернулся с тряпкой в руках. – Иди пока соберись. Поедешь сегодня со мной. Скэриэл нечасто помогал с уборкой, больше предпочитал подкидывать мне работу по дому. – Куда? В Запретные земли? – Навестим друзей, – хмыкнул он, сидя на корточках и пытаясь собрать тёмную жидкость тряпкой. – Нужно будет протереть ещё пару раз. – Зачем? – Кофе был с сахаром. Будет липнуть. Скэриэл посмотрел на меня и кивнул. Согласие с собеседником. Беспрекословное выполнение чужих указаний. Я не мог перестать думать о том, что он даже сейчас наверняка использует свои приёмы, оттачивая их, чтобы в дальнейшем применять на чистокровных. Я сидел в своей комнате со свитером в руках и думал о том, что, возможно, я всё себе придумываю. Не размышляет же Скэриэл о том, как манипулировать другими, сутки напролёт. Так и рехнуться можно. – Я, конечно, не очень в это верю, но… ты цепной пёс мистера Эна? – последнее Томас произнёс, понизив голос. Прозвучало это как-то зловеще. Скэриэл аж скривился. – Это Адам Шерр у нас цепной пёс, а я, – он пожал плечами и скромно потупил взор, – просто иногда выполняю поручения мистера Эна. Скэриэл был переносчиком смерти, и он мог сколько угодно возмущаться и скидывать ответственность на Адама, но мистер Эн доверял Скэру больше всех. Кэмерон фыркнул. Мистер Эн никому никогда не доверял. Даже от Скэра и Адама он поспешил избавиться, как только дело запахло керосином. Скэриэл не просто выполнял поручения. За два года работы в Запретных землях он стал его правой рукой. Кличка «Цепной пёс» появилась среди людей совсем недавно. Никто толком не был уверен, кто скрывается под этим громким именем, но Скэриэл отрицал свою причастность, стоило указать на него. В клубе Скэриэл иногда ходил в маске сероголовой птицы с острым клювом. Я был уверен, что это выдуманная птица или какой-нибудь воробей, но он как-то поведал про серого сорокопута. Сказал, что маску заказал у мастера. На вопрос, чем ему так не угодил «Цепной пёс», он ответил, что нет хозяина, способного удержать его на привязи, а вот кто точно на цепи, так это безбашенный Адам Шерр, и не забыл упомянуть о том, что этот ублюдок недавно чуть не вспорол ему живот. Рана и правда вышла глубокой. Не будь Скэриэл переносчиком смерти, способным к быстрому восстановлению, кто знает, смог ли бы он в принципе выкарабкаться. Мне нравились Кевин и Томас, они хорошо ко мне относились, но было заметно, как полукровки напряжены рядом со Скэриэлом. – Ходят слухи, что кто-то скупает земли у границ, – добавил Кевин, внимательно наблюдая за Лоу. – Я не слежу за слухами. – Мы вот подумали, – переглянувшись с братом, продолжил Томас, – что если ты что-то задумал против мистера Эна, то мы на твоей стороне. Скэриэл улыбнулся в ответ. – У стен есть уши. Вы работаете слишком близко к Запретным землям, будьте осмотрительны. – Он указал на дальний пиджак: – Мне нужно что-то в этом стиле. Подбери и сшей как можно скорее. – Сроки? – уточнил Томас. – Чуть больше недели. Томас явно был не в восторге. – Спасибо, что… – Кевин осёкся, кашлянул и продолжил: – что разобрался с теми парнями. Они в последнее время требовали слишком много денег. Ему с трудом давались эти слова. – Если бы не ты, наверное, здание бы уже сожгли… – проговорил Томас. Скэриэл ничего не ответил и задумчиво посмотрел в сторону. – Семья Хитклиф в безопасности? – спросил Кевин. – В полном. Ты к ним слишком прикипел, – хмыкнул Скэриэл, сев рядом со мной на стул. – Знал ведь, на что шёл. – Да я и не отрицаю. Они все хорошие люди, и я… не знаю, как выразиться… не хотел, чтобы кто-то из них пострадал. Особенно младший. – Кевин потёр шею и нерешительно посмотрел на Скэриэла. – Я был его шофером и как бы в ответе за него. Понимаешь? – Я уверен, что с ним всё в порядке, – убедительно проговорил Томас, когда Скэриэл вновь ничего не ответил Кевину. – Хороший парень этот Готье, мне он понравился в нашу первую встречу. Кевин выжидательно посмотрел на Лоу. – Не переживай, ты не сделал ничего плохого. – Доверительный тон Скэриэла быстро успокоил его. – Что дурного в том, чтобы сообщить репортёру, что сын Уильяма Хитклифа отправился в музей? Готье устремил леденящий душу взгляд в сторону Скэриэла. Вот и раскрылась ещё одна манипуляция со стороны полукровки, и от этого почему-то становилось легче. Раньше Готье всегда обвинял себя в том, что хранил от друга тайны, но теперь перестал чувствовать вину. Теперь он мог спокойно самостоятельно идти к престолу, не испытывая мук совести и сомнений. Скэриэл был теперь его соперником. И вспомни, я его спас. А ты в благодарность привёл меня в их дом. Быть благодарным не преступление. Всё вышло вполне естественно. Я бы в любом случае познакомился с Готье, это был лишь вопрос времени. С твоей помощью или без, – хмыкнул он. – Ты только ускорил процесс. – И если бы не Сильвия, ты бы и дальше работал у них, – поддержал Томас. – Она хорошая женщина и выполняет свою работу, – заступился Кевин. – Все мы выполняем свою работу, – кивнул Скэриэл. – Значит, Готье в безопасности? Ты обещаешь? – Я выполню свою часть уговора – их семья не пострадает. И вам перейдут права на ателье, как и договаривались, – серьёзно произнёс Скэриэл. – А вы должны выполнить свою часть. – Хорошо. Ещё кого-то привести в дом? – Ничего сложного. – Скэриэл махнул рукой. – Готье очень хочет тебя навестить. Придёт, поболтает, всё в дружеской обстановке. Тебе нужно будет ему кое-что сообщить. — По-моему, это всё уже как-то слишком, — тихо прошептал Оливер, напряжённо вслушиваясь в голос Оскара. Ему было очень больно слушать, как один из его друзей оказывается простым манипулятором, который просто использует всех вокруг. И с горечью он признавал, что Оливия оказалась права. – Что именно? – Признайся ему, что вы в плачевном состоянии и вам угрожают местные чистокровные. – Угрожают чистокровные? – переспросил Томас. – Да. Сообщи ему, например, что они требуют завышенную плату за аренду здания. – А если он проверит, раскопает, что в качестве арендодателя по документам у нас Эдвард Лоу? – засомневался Кевин. – Он может догадаться, что за всем этим стоишь ты. – Нет, дальше, чем разговоры на эту тему, дело не зайдёт, а я уже прослежу, чтобы он не копал так глубоко. – Значит, я должен обвинить чистокровных в своих проблемах? Но зачем? — Вот именно, зачем? — с нажимом повторил вопрос Гедеон. — А мне кажется, что всё очевидно, — вмешался Люмьер. — Готье и так не особо хорошо ладит со многими чистокровными, а после таких новостей они бы быстро упали ещё ниже в его рейтинге. Сам вспомни, что у Готье очень высокое чувство справедливости. И если бы он не узнал, что он Берко, поверь, Готье уже примкнул бы к Лоу. — Уж не знаю, что из этого лучше, — недовольно пробормотал Гедеон, но дальше спорить не стал. Оскар же продолжил чтение. – Хочу, чтобы чаша весов в его голове окончательно перевесила. Чистокровные не святые. Полукровки – жертвы нынешнего режима. – Что именно нужно будет сказать? И про угрозы о поджоге? – Особенно про угрозы о поджоге. Можешь соврать, что уже были и битые стёкла витрин, и облитые краской двери. И обязательно скажи, что в полицию ты ни ногой, потому что везде на высоких постах чистокровные. Полукровок никто никогда не слушает. Во всех спорах чистокровный будет на стороне чистокровного. – А что тебе это даст? – спросил Томас. – Предстану в лучшем свете в глазах Готье. А он уже передаст это своим друзьям-чистокровным. – Сомнительная причина, – высказался Кевин. – Остальное вас не касается. Самое главное, сделайте акцент на том, что полукровки не имеют голоса в Октавии. Я уже не говорю о низших. – А вывеска? Мы будем жаловаться на плачевные условия, а потом у нас появится вывеска? – Верно подмечено, но к этому времени я ему сообщу, что мы – а это я, Эдвард, Джером, – он указал на меня, – вы и ещё парочка полукровок скинулись и купили вывеску. – Такое только в фантазиях бывает, – хохотнул Кевин. – Чтобы полукровки скидывались и что-то покупали в качестве благотворительности. – Готье это знать необязательно, – хитро улыбнулся Скэриэл. – Пусть думает, что полукровки все поголовно хорошие люди. Не бросим друга в беде и всё в таком духе. На контрасте с чистокровными, которые только и способны, что эгоистично сорить деньгами. — Ты меня вообще за идиота считаешь? — нахмурившись, спросил Готье у Лоу. — Да, признаю, я старался быть слепым ко многим твоим пропажам и странностям, но это не значит, что я совсем идиот. — Готье, я не говорил, что ты идиот, — нахмурился полукровка. — Но почему-то считаешь именно так, — продолжил парень. — Готье прав, — вмешался Оливер. — Если мы купились на твою ложь, это не значит, что мы идиоты. Мы просто были слишком воспитаны, чтобы послать тебя куда подальше. — Ох, — восторженно выдохнул Кэмерон, удивлённый тем, что Лоу всё же кто-то отправил куда подальше. — Оливер, я никогда не считал никого из вас идиотами, — начал было Лоу, но был перебит Леоном: — Но твои поступки говорят об обратном. Всё же мы с Оливией оказались правы в своих предположениях. — Может быть, хватит ругаться? — вмешался вечно хмурый Шерр. — Я согласен с ним, — кивнул Гедеон. — Время назад уже не перемотаешь, поэтому давайте продолжим чтение. – А что потом? – Потом вы встретитесь с Эдвардом и съездите к нотариусу. Он подпишет дарственную на это здание. За хорошо выполненную работу я плачу сполна. – Сразу после того, как приедет Готье? – Да. Выкупить здание ради «высокой» цели. Скэриэл иногда поступал как умалишённый. Ни одно здание не было записано на его имя. Везде в документах фигурировал Эдвард. Я иногда думал о том, что будет, если с Эдвардом что-то случится. Его подстрелят, прирежут в Запретных землях или он попадёт в автокатастрофу. Что будет с этими зданиями? Я никогда не видел документы Скэриэла об опекунстве. Но, возможно, он и здесь разобрался. Когда покупаешь здание и владельцем ставишь подставное лицо, всегда нужно подготовить план Б на случай, если подставное лицо пропадёт. Скэриэл, чёртов засранец. Гений или безумец. Скупить три здания: ателье, дом, в котором мы живём в центре, и дом в Запретных землях. Сколько у него денег? Он работал переносчиком слишком часто за последние полгода. Даже если он строит огромные планы, его организм может не выдержать нагрузки. Одна только мысль о том, что Скэриэл может умереть, причиняла мне нестерпимую боль. – Хорошо, – кивнул Кевин. Скэриэл поднялся и протянул ему руку. Рукопожатие вышло чуть более долгим, чем следовало. – Готье от этой лжи не пострадает. – Скорее утверждение, чем вопрос. Томас тоже поднялся для рукопожатия. Я остался на своём месте, не зная, должен ли тоже пожать им руку. В сегодняшней встрече я практически не участвовал. – Только если пару дней пострадает от бессонницы. – Скэриэл в последний раз улыбнулся Кевину. Пора было уходить. Я поднялся, схватил сумку и вышел первым, успев кивнуть Кевину на прощание. Томас в это время привычным движением перебирал галстуки. Теперь он был в приподнятом настроении. Весть о том, что скоро ателье будет принадлежать их семье, очень обрадовала его. – Чуть больше недели, – у самого выхода напомнил Скэриэл Томасу. – У меня важное мероприятие. – Всё будет к сроку, – лучезарно улыбнулся тот. На улице Скэриэл поправил чёрную шапку и поёжился. – Это заняло даже меньше времени, чем я рассчитывал. – Всё прошло так, как ты хотел? – Голос мой звучал хрипло. Я прочистил горло. – Да. – Он указал на вывеску. – Нет, ну ты глянь. Что за кошмар? Встречают по одёжке… Они шьют классные костюмы, но не могут привести вот это в должный вид. – Ты правда вернёшь им ателье? – Этот вопрос мучил меня последние двадцать минут. – Я ведь обещал. Такой был уговор. – Ты специально выкупил ателье, чтобы шантажировать их? – Шантажировать, фу, Джером. – Скэриэл рассмеялся. – О каком шантаже тут речь? Обычное деловое сотрудничество. Верну им ателье. Я даже налоги все уплатил, чтобы им меньше тратиться. И кто из нас добрый самаритянин? Кевин выполнил свою часть сделки. Ведь, согласись, получить бизнес в собственные руки за два года – это крутая перспектива. Если бы я не выкупил у прошлого хозяина это здание, то и не смог бы попасть в дом Готье. – И опять всё ради него, – буркнул я. – Всё ради того, чтобы попасть в Академию. – И что теперь? – Завтра ты поедешь к Ноэлю. Побудь у него. Мне нужно провести Готье по самым злачным местам Запретных земель. — Кто бы сомневался, — закатив глаза, недовольно протянул Гедеон. Самое главное, чтобы ни мистер Эн, ни его прихвостни – Адам и, как там зовут его дружка, кажется, Кэмерон – не разнюхали про Хитклифов. Прихвостни. Скэриэл был тоже в какой-то мере прихвостнем мистера Эна. – После Ноэля что мне делать? – Оставайся в доме в Запретных землях. Помоги Эдварду с организацией. Мы шли в сторону главной дороги, чтобы вызвать такси. Скэриэл болтал о том, что хочет заказать индийской или вьетнамской еды, сесть у телевизора и умереть от количества специй под какую-нибудь документалку. Я бы предпочёл просто пиццу и бургеры, чем опять давиться жареным тофу. – Знаешь, что я подумал? Тебе бы сдать на права и стать моим личным водителем, когда Эдвард занят. Я трачу слишком много денег на такси. – Ты купил ателье и жалуешься на траты на такси? – Ателье было необходимым вложением. А такси – лишь желание поскорее добраться до пункта назначения. Ты вообще знал, что отсюда до нашего дома можно доехать на автобусе? Но придётся сделать аж три пересадки. Водителя пришлось ждать около десяти минут, пока он пытался развернуть машину в нужном направлении. Я уже успел замёрзнуть в куртке и чуть ли не подпрыгивал на месте. – Тебе нужно купить тёплую обувь, – отметил Скэриэл, усаживаясь в такси. – Эти ботинки совсем никуда не годятся. Да и куртка тоже. – Угу. – Я серьёзно. Как я справлюсь без тебя, если ты заболеешь? Этот заботливый взгляд нельзя было подделать. Я знаю, что многое можно подделать, но не то, как Скэриэл иногда смотрел на меня. Улыбки, адресованные мне, забота, которую он проявлял, – всё это казалось таким искренним, что быстро вскружило голову. И даже когда Эдвард вновь намекал на то, что я должен быть начеку, я отмахивался от непрошеных советов. Готье краем глаза покосился на низшего. Он совершенно не осуждал его за помощь Лоу, понимая, что без Скэриэла Джером, скорее всего, не выжил бы, как и многие жители Запретных Земель. В салоне было тепло, и я мигом согрелся. Скэриэл стянул шапку. Пока я тёр замёрзший нос, он потянулся к телефону и написал кому-то сообщение. Настроение у меня моментально испортилось. Я сразу понял, что он писал Готье. Люмьер усмехнулся. Его очень веселила ревность Джерома. Тот и в самом деле походил на кота, который ревностно охраняет свою территорию. Мой телефон завибрировал в кармане. Я вытащил его и с удивлением понял, что сообщение было адресовано мне. «За нами слежка. Веди себя как обычно». — О, ну наконец-то хоть что-то интересное. Готье, без обид, но твоим главам не хватает экстрима и драйва, — улыбнулся Кэмерон. Первым порывом было посмотреть, кто за нами едет, но я быстро отмёл эту затею. – Как насчёт съездить в Запретные земли? – спросил Скэриэл у меня и вдруг обратился к водителю, слегка привстав: – Мы хотим сменить маршрут. Доплатим за лишние мили. Поезжайте в Запретные земли. Он сел обратно и чуть громче произнёс: – В двух кварталах от «Глубокой ямы» есть прикольное местечко. Сейчас съездим, повеселимся. – Да, отлично, – наигранно хихикнул я. А сам весь похолодел от мысли, что Скэриэл задумал поиграть с преследователем в кошки-мышки.