илья малинин лайкнул ваше фото

Помните ту мысль, что появилась у Пети не так давно в подсознании? Мысль о том, что ему впервые по-настоящему страшно перед стартом.  Теперь он уже не может ее отогнать. Маленькая такая, незаметная сначала мыслишка вдруг разрослась раковой опухолью. Теперь она занимает все пространство в Петиной голове. Просто так от нее не отмахнешься. Петя всегда отличался высоким эмоциональным интеллектом. По всем канонам психологической самопомощи он осознал то, что ему страшно. Принял это. Прожил. Но легче почему-то все равно не стало. Вот он и сидит один в своем номере, скованный болезненным оцепенением души.  Вдруг на телефон приходит уведомление.  ilia_quadg0d_malinin привет спишь?  Петя улыбается от того, насколько нелепо и милó это сообщение. На родине никто так уже не пишет, потому что все знают, что «спишь?» находится примерно в той же категории кринжа, что и «в душ и без меня?». Только если ты не используешь эти фразы в постироничном ключе, но Илья бы так не смог. Языковой барьер как ни как.  — Надо будет провести ему лекцию по правилам онлайн переписки для зумеров на русском, — думает Петя, пока печатает ответ. 

petr_og

Нет) 

ilia_quadg0d_malinin  why? 

petr_og 

Сам не знаю, не могу заснуть.

Наверное волнуюсь

перед квалификацией … 

Прочитано.  Но ответа что-то долго нет.  Зато есть тихий стук в дверь.  Петя в два шага пересекает комнату и распахивает дверь. Там Илья.  — Ты чего тут?  — I came to check on you, — просто отвечает Илья, — come on, let me in. И Петя let him in.  Позавчера случилась вся эта невозможная история с Ильей и его отцом. Илья тогда от морального истощения случайно провалился в сон на Петиной кровати. Когда проснулся, обнаружил себя укрытым пледом. На столе лежала записка: «Извини, убежал на тренировку. Тейпы и мазь можешь взять себе». Петя написал все печатными буквами. Илья не смог сдержать улыбки, потому с прописными у него проблемы имеются, но Пете он этого конечно не говорил. Петя сам догадался. Илья ушел из номера до того, как Петя вернулся.  Сейчас же он ловко проскальзывает внутрь.  Они садятся на кровать.  — Why are you nervous? — спрашивает Илья и заглядывает Пете в лицо.  Смотрит своими голубыми глазами прямо в душу. Что-то в них изменилось после недавней ситуации.  Раньше радужки были словно покрыты корочкой льда. Взгляд был таким холодным, недоверчивым. А сейчас на Петю смотрят два утренних майских неба, таких чистых-чистых. И добрых.  — Почему не знаю. Просто боюсь. Головой вроде понимаю, что надо отбросить все это, что только хуже себе делаю, но чувства же по щелчку не выключишь. Раньше я только перед самим собой ответственный был. Вот и не волновался. А сейчас вдруг стал перед всей страной.  Вот так берет и вываливает все Петя. Удивительно, но стоило сказать это вслух, как ему вдруг действительно стало капельку легче. — I am also scared … Петя, let’s be scared together?  И подвигается ближе. Сначала неловким, но решительным движением берет Петю за кончики его вечно холодных пальцев. А затем неуверенно руками всего Петю обвивает.  Петя не сопротивляется. Утыкается Илье куда-то в плечо и растворяется. Он все-все вокруг вдруг на тысячу процентов начинает чувствовать. Илья теплый. От него пахнет шампунем с ягодной отдушкой. Не малиновой, конечно — это было бы уже совсем как в фильмах. Какой-то ежевично-голубичной. Наверное впервые в жизни Петя решает ничего не анализировать. Обнимает в ответ. Отказывается от рационального в пользу эмоционального и просто чувствует.  Сердцем чувствует, что сейчас никто в нашем огромном мире не понимает его лучше, чем этот парень рядом.  Он чуткий. Он нежный. Он настоящий.  И Петя делает то, что давно уже хотел сделать. Только себе в этом не признавался. Он же у нас математик-стратег. Все события его жизни расписаны в его маленьком блокноте, рассчитаны по теории вероятности. Только сейчас все летит крахом, потому что он не учел одну переменную. А она вдруг оказалась настолько важной, что безумным вихрем поменяла все-все-все. Имя этой переменной — Илья Малинин. Тот самый.  Так что же Петя делает?  Целует его конечно. Сначала так робко и аккуратно. Но когда вместо сопротивления он встречает жаркие податливые губы напротив — уходит в отрыв. Что там говорят про тихий омут? Хватает Илью за его обесцвеченные волосы на макушке и углубляет поцелуй. Тянет-кусает за верхнюю губу. В ответ получает горячее обрывистое дыхание и что-то невнятное на русско-английском. Приходится остановиться.  — Петя, would it be strange if I said I’ve been dreaming about you since day one? — Не-а, я уже все понял, когда ты свой первый лайк оставил под видео с полуголым мной, — говорит Петя и бесстыдно улыбается.   — Shut up! — бледные щеки Ильи тут же вспыхивают алым, — it was an accident!  — Оправдывайся, — нагло мурлычет Петя и валит их обоих на кровать, снова целуя.  Все гадкие мысли про квалификацию, про ответственность, про нейтральный статус почему-то вдруг испаряются из его головы. В эту минуту он достигает величайшего спокойствия и величайшего экстаза одновременно. А все из-за этого парня в его объятиях. Неужели это и есть то самое счастье? Петя понимает, что да.  Потом они поедут на Олимпиаду.  И где-то там потом Илья заработает своей команде золото.  Петя выложит всю свою душу без остатка на прокатах.  Илья упадет в произвольной.  И где-то там потом они получат свое шестое и восьмое.  Но это будет где-то там, потом. Сейчас же они лежат в объятиях друг друга в маленьком номере в Пекине. И им так хорошо и спокойно, как никогда в жизни еще не было.  Они перенесут все то, что будет там, потом. Перенесут же? Конечно да.  И будут дни еще лучше прежних.