Клятва

Винтерфелл стоял, словно вросший в землю страж Севера, массивные серые стены из древнего гранита, покрытые мхом и инеем. Над башнями клубился дым из труб: горячие источники под замком согревали его даже в самые лютые морозы. Во дворе сновали слуги, кузнецы стучали молотами, а где-то вдали раздавался лай охотничьих псов жизнь шла своим чередом в этой твердыне Старков. Лорд Бартоган Старк был ошеломлён, получив ворона из столицы. Нельзя сказать, что между Винтерфеллом и Королевской Гаванью царила напряжённость, но и особой близости не наблюдалось. В зале было шумно — неудивительно, ведь Старки всегда старались держаться вместе. Сыновья оживлённо обсуждали очередную тренировку, каждый хвалился своими достижениями. Леди Старк с гордой улыбкой смотрела на сыновей — статных, красивых и могучих. Алис подарила мужу четырёх сыновей и одну дочь. — Меня вызывают в столицу, — без эмоций объявил за ужином лорд Старк семье. Сыновья переглянулись, и в каждом взгляде читались вопросы: "Война?", "Бунт?". Лишь леди Старк осталась внешне спокойна.— Ты отправишься? — тихо спросила она. — Неужели так необходима поездка в столицу? Или ты что-то недоговариваешь, муж мой? Бартоган грустно улыбнулся и положил ладонь поверх её руки. Нельзя сказать, что между супругами пылала большая любовь, но уважение — безусловно. — Я выдвигаюсь завтра на рассвете. Лорд окинул взглядом зал, ища кого-то. Алис томно вздохнула: — Она снова сбежала. Видят боги, когда нибудь я её запру. Бартоган рассмеялся: — Хоть запри все двери — она найдёт выход. Искать "сбежавшую" долго не пришлось, она была там, где и всегда, — сидела возле чардрева. Старк никогда не выделял любимчиков среди детей, но все и без того знали, кто это. Единственная дочь, Лейна Старк, девятнадцатилетняя девушка с русыми волосами до плеч и нежным лицом слегка розоватого оттенка. Она не была похожа на северянку скорее на девушку из тёплых краёв, будто случайно занесённую ветрами в суровый Винтерфелл. В её чертах читалась мягкость, несвойственная этим суровым краям, тонкие дуги бровей, лёгкий изгиб губ, будто застывший в полуулыбке, и глаза цвета серого неба перед рассветом — в них мерцала тихая задумчивость. Но при всей своей нежности Лейна не казалась хрупкой. В осанке чувствовалась сдержанная сила, в манере держаться достоинство, унаследованное от рода Старков. Она была самой большой драгоценностью дома Старк: не только из за редкости дочери в длинной череде наследников мужчин, но и потому, что в ней удивительным образом соединились мягкость и стойкость — качества, столь нужные в мире, где зима всегда рядом. — Завтра я отправляюсь в столицу, — сказал Бартоган. — Король вызывает. Лейна без доли сомнения вскочила. — Зачем? Что королю от нас нужно? Отец коснулся лба девушки и слегка провёл пальцем: — Не хмурься, ты же знаешь, как это не нравится матери. Не стоит переживать — думаю, не только меня вызывают ко двору. Слушайся мать, не перечь ей, не нужно ссор. Бартоган поцеловал дочь в макушку и ушёл прочь. Лейне лишь оставалось смотреть вслед уходящему силуэту. Он и раньше покидал дом, и вопросов не возникало, но чаще всего цель визита была известна. В этот раз лорд Старк не указал — возможно, он не знал? Или решил утаить информацию от семьи, чтобы не посеять зерно тревоги? Дни шли, превращаясь в недели. Путь был долгим, но вести пришли раньше, чем ожидалось. Ворон из столицы — письмо от отца. Алис созвала всех детей. Все стояли, затаив дыхание. "Я возвращаюсь домой". Удивлённые глаза леди Алис вызвали смех у сыновей. — И это всё, что он удосужился написать? — воскликнул один из них. Семья вздохнула с облегчением. Но Алис, несколько раз перечитав письмо, всё пыталась понять, для чего потребовался этот далёкий визит. Лишь богам было известно, зачем лорда вызвали туда. Алис велела подготовить всё к приезду супруга. Всю оставшуюся ночь Лейна не могла сомкнуть глаз, пытаясь понять, что происходит. Впервые за долгое время она ощущала необъяснимую тревожность. Спустя сорок дней после получения письма о возвращении лорда Бартогана к дворцу наконец подъехали несколько всадников. Дети, словно волчата, выбежали навстречу вожаку. Алис отрешённо стояла у входа. Для неё было странно и чуждо подобное проявление чувств, она была строга, скромна и сдержанна. Их брак нельзя было назвать неудачным — многим женщинам повезло намного меньше. Она была леди Винтерфелла, женой великого лорда Старка, но любви в их союзе не было. Лорд Старк подошёл к жене и одарил её усталой улыбкой. Леди Алис лишь коротко поклонилась супругу. Бартоган велел всем собраться на ужине для объявления новости. Алис сразу поняла: дело серьёзное, ведь супруг даже не стал отдыхать после такой тяжёлой дороги. Потребовалось немного времени, чтобы собрать всех. Лорд Старк стоял, будто искал в толпе свою дочь — которая, как всегда, опаздывала на подобные торжества. Пир был пышным: все радовались возвращению, но никто не понимал, почему до сих пор нет никакой новости. Чего же ждал сам лорд? Наконец Бартоган встал, поднял бокал и сказал. — В столицу меня позвали по очень важному делу, которое не терпело отлагательств. Мой дом долго и верно служил Таргариенам, и наша верность укрепится ещё более. Король Дейрон предложил укрепить связи между нашими домами, и я дал согласие: принц Мейкар и моя единственная дочь, Лейна Старк, обручены. Зал взорвался аплодисментами и возгласами радости — для многих это была прекрасная новость. Но для некоторых она стала ужасной. Леди Алис в гневе вышла из зала и направилась в свои покои. За ней последовал супруг. Лейна в ужасе смотрела на происходящее, не понимая, неужели она выходит замуж за Таргариена? И не просто за кого-то, а за Мейкара, одного из самых могущественных принцев. Пир длился всю ночь, но леди Алис так и не вернулась обратно. Лейна подошла к покоям матери и услышала то, чего больше всего боялась: Алис кричала, умоляла отозвать помолвку, просила, заклинала. — Наша единственная дочь! Ты собираешься отдать её этому мерзкому, грязному, отвратительному человеку, который плевать хотел на все законы! Он опорочит нас и её! Мы можем выдать её за кого угодно, она будет рядом, близко… Она будет совсем одна там, среди их законов! Лорд Старк посмотрел на жену, надеясь, что она успокоится, но в очередной раз бокал был сброшен со стола. — Я умоляю тебя, напиши письмо королю с просьбой прервать помолвку. Я лучше умру, чем отдам собственную дочь этому МОНСТРУ! Лейна в маленькую щель в дверном проёме увидела мать. Из леди она превратилась в ведьму: её лицо было красным от прилива крови, волосы торчали во все стороны, а вена пульсировала на шее. Девушке доводилось видеть мать в гневе, но это был не гнев — её словно поразило безумие. Она ходила из одной стороны покоев в другую, лихорадочно проклиная Таргариенов. Бартоган поначалу пытался успокоить Алис, но после тщетных попыток смиренно сел на кровать и начал смотреть на жену, пытаясь понять, что так тяготит её — ведь до этого из её уст никогда не звучало столько злобы по отношению к Таргариенам. — Лейна выйдет замуж за Мейкара. Это уже решено. Свадьба состоится через три месяца в Королевской Гавани, — твёрдо ответил он. Лорд Старк попытался взять за руку жену, но она лишь вырвала руку и громко заплакала. Бартоган вышел из покоев и увидел краем глаза скрывшийся за углом силуэт. Не требовалось гадать, чтобы понять, кто именно там был. Его дочь Лейна. После услышанного девушка сидела в своих покоях и не могла понять, неужели отец продал её, как какой-то товар? Ему действительно всё равно на своих детей, и они — лишь способ укрепить связи между домами? Из-за тревог и слов матери сон ушёл на второй план, Лейна представляла, как её пожирает огненный красный дракон. Утром казалось, что всё произошедшее прошлым вечером было иллюзией, кошмаром или просто ошибкой. Служанка принесла тёплой воды в покои и осторожно поставила рядом с кроватью. Девушка лишь кивнула головой, чтобы та поспешно вышла прочь и оставила её одну. — Вас ждёт отец, госпожа, — перед уходом сказала служанка. Приведя себя в порядок, Лейна нехотя покинула свои покои и направилась в общий зал, откуда доносились голоса братьев. За столом сидела леди Алис — словно призрак, она озарила вошедшую дочь взглядом. Лорд Старк собрал сыновей и Лейну, чтобы объявить окончательное решение: — Свадьба состоится в Королевской Гавани. Будут пиршества и турниры — семь дней в честь такого события. Лейна лишь покорно кивнула и опустила голову. Встречаться взглядом с матерью она не желала, боясь, что та вновь впадет в безумие. В глазах леди Алис читалась такая боль и отчаяние, что девушка невольно содрогнулась. Отпустив сыновей и супругу, лорд Старк остался наедине с дочерью. В зале повисла тишина слышно было лишь слабое потрескивание дров в камине да далёкий гул голосов за стенами замка. Лейне казалось, что сердце вот вот выскочит из груди от тревоги, но она изо всех сил старалась сохранить внешнее спокойствие, не выдать тот ужас, что сковал её изнутри. Бартоган подошёл к дочери и мягко приподнял её подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Взгляд его был полон отцовской нежности и тревоги. — Я бы никогда не отдал тебя, если бы знал, что он плохой человек, — тихо сказал он. — Ты моя дочь, сокровище Севера. Но если ты действительно боишься и не хочешь этого брака, я напишу письмо королю. Лейна замерла, пытаясь осмыслить сказанное. В его словах звучала искренность, которую она знала с детства отец всегда был честен с ней. Она подняла глаза, встретив его взгляд, и на мгновение в ней вспыхнула надежда. Отец продолжил, чуть понизив голос: — Но жизнь не такая, как в книгах или сказках. Брак это чаще всего политика и защита, способ укрепить земли. Но многие после заключения союза меняют мнение. Мы с твоей матерью полюбили друг друга после свадьбы. Она родила мне прекрасных сыновей и тебя. Я бы никогда не простил себя, если бы велел отцу отменить нашу помолвку. Лейна глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. В голове вихрем проносились мысли: о матери, о доме, о будущем, которое теперь казалось таким неопределённым. Она понимала: если сейчас откажется, может разразиться война. Союз с Таргариенами — не просто брак, а залог мира между домами. После недолгой паузы, собрав всю волю в кулак, она твёрдо сказала: — Я выполню свой долг. Выйду замуж и сделаю всё возможное, чтобы полюбить своего супруга. Лорд Старк улыбнулся в этой улыбке смешались гордость и печаль. Он обнял дочь, прижав её к груди, и тихо произнёс. — Ты — истинная Старк. Я горжусь тобой. Лейна закрыла глаза, вдыхая знакомый запах кожи и железа, исходивший от отцовского плаща. В этот момент она почувствовала, что не одна, что за ней стоит род, который она должна защитить. И пусть путь будет трудным, она пройдёт его с достоинством.