пожалуйста, будь моим.

на улице уже давно стемнело, и неоновые вывески города окрашивали тротуары в призрачные оттенки фиолетового и оранжевого. воздух был пропитан ароматом приближающегося дождя — смесь озона и влажного асфальта. Кэтнэп, кутаясь в свой длинный темный плащ, шел, едва касаясь пятками земли, словно опасаясь разбудить саму ночь. рядом, уверенно и немного шумно, вышагивал Догдэй. его оранжевая шерсть даже в полумраке казалась теплой, излучая незримый свет, который всегда, казалось, исходил от него самого. — тебе точно не холодно? все таки уже почти зима — Догдэй снова покосился на кота, чьи уши нервно дернулись. Кэтнэп едва заметно покачал головой. его голос, низкий и тягучий, прозвучал как шелест сухой листвы: — мне комфортно, Догдэй. температура меня не беспокоит. — ну, конечно, «тебя не беспокоит». ты всегда так говоришь, а потом ходишь с ледяными лапами, — усмехнулся пес, но в его тоне не было ни капли упрека, только привычная, теплая забота. он подтолкнул кота локтем, мягко направляя его в сторону нужного подъезда. они шли молча, и эта тишина была особенной. она не была неловкой; наоборот, это была та редкая тишина, которую двое могут разделить, не чувствуя нужды заполнять пространство бессмысленными словами. Догдэй всегда удивлялся, как в этом тихом, скрытном существе, которое вечно пряталось в тени, сочетается столько спокойствия. Кэтнэп был как глубокое озеро — гладкий и темный, в то время как Догдэй ощущал себя солнечным днем, полным энергии. когда они подошли к дому Кэтнэпа — старому, уютному зданию, окруженному разросшимся плющом, — кот остановился и повернулся к другу. в желтых глазах-щелках отражался свет уличного фонаря. — спасибо, что проводил, — Кэтнэп помедлил, словно подбирая слова. — я… ценю это. — не за что, Нап, — улыбнулся Догдэй, и его хвост невольно дернулся. — знаешь же, я не могу спокойно спать, зная, что ты бродишь по этим темным переулкам в одиночку. Кэтнэп чуть склонил голову набок, и на его морде промелькнула едва уловимая тень улыбки. они поднялись на этаж. квартира кота пахла лавандой и старыми книгами — запах, который всегда действовал на Догдэя умиротворяюще. как только дверь захлопнулась, отделяя их от внешнего мира, напряжение дня окончательно покинуло их плечи. Кэтнэп сразу направился в спальню. он двигался плавно, почти грациозно, и к тому времени, как Догдэй снял куртку и повесил её на вешалку, кот уже стянул обувь и, тяжело вздохнув, опустился на край широкой кровати. — ты выглядишь совершенно измотанным, — констатировал Догдэй, подходя ближе. он аккуратно присел рядом, чувствуя, как матрас прогибается под их весом. — сегодня был долгий день, — признался Кэтнэп, прикрывая глаза. он позволил себе откинуться назад, расслабляя мышцы. — просто… долгий. Догдэй бережно коснулся его плеча. — тогда тебе нужно поспать. я видел в твоем холодильнике только пустую полку и пакетик с чаем. собираюсь сходить в магазин. пока ты спишь, я приготовлю что-нибудь нормальное, а не то, что ты обычно ешь на бегу. Кэтнэп открыл один глаз, глядя на друга с легким недоверием, которое тут же сменилось благодарностью. — ты не обязан, Догдэй. — я хочу, — твердо ответил пес, вставая. — это мой вклад в твой отдых. ложись. укройся одеялом. и не вздумай вставать, пока я не позову. Кэтнэп не стал спорить. он знал, что если Догдэй что-то решил, спорить бесполезно, зато время как они познакомились, кот узнал много о своем друге — пес был упрямым, когда дело касалось заботы о ком-то. кот заполз под тяжелое пуховое одеяло, свернувшись калачиком, и почти мгновенно погрузился в полудрему. мягкое одеяло окутывало его, а запах Догдэя, оставшийся на его толстовке, успокаивал лучше любого снотворного. ему, спустя долгое время, наконец то не приснился кошмар. вернувшись, он сразу прошел на кухню. квартира Кэтнэпа была наполнена тишиной — такой глубокой, что было слышно, как тикают часы в гостиной. пес включил плиту, стараясь не шуметь посудой. он нарезал овощи с методичностью профессионала, слушая легкое шипение масла на сковороде. в воздухе начал распространяться аромат жареного чеснока и розмарина. Догдэй любил готовить — это было творчество, алхимия, превращение простых ингредиентов в нечто, что может согреть сердце. время текло незаметно. когда мясо дошло до нужной кондиции, а соус загустел, распространяя аппетитный запах по всей квартире, Догдэй выключил конфорки. он сервировал стол, стараясь сделать всё максимально уютно: зажег небольшую свечу, поставил два глубоких блюда. он на секунду замер, прислушиваясь к звукам из спальни. тишина. Кэтнэп всё еще спал. Догдэй осторожно подошел к двери и приоткрыл её. в комнате было темно, лишь слабый свет фонаря за окном падал на кровать. Кот спал очень крепко, его дыхание было размеренным и тихим. он выглядел таким уязвимым и спокойным в этом сне, что сердце Догдэя сжалось от нежности. пес тихо подошел к кровати и мягко позвал: — Нап,  Кэтнэп, просыпайся, соня. ужин готов. Кэтнэп пошевелился, издал короткий, сонный звук, похожий на мурлыканье, и медленно открыл глаза. сначала он выглядел дезориентированным, глядя в темноту, пока не сфокусировал взгляд на теплой, знакомой фигуре в дверях. — Догдэй? — голос его звучал глухо, как из-под толщи воды. — ага. я приготовил поесть. пойдем, пока не остыло. Кэтнэп сел, потирая лицо лапами. он выглядел взъерошенным и милым, что заставило Догдэя сдержать улыбку. Кот медленно поднялся, потянулся всем телом, выгибая спину, и последовал за псом на кухню. когда они сели за стол, атмосфера изменилась. комната казалась меньше и уютнее из-за мерцающего пламени свечи. Кэтнэп взял вилку, попробовал блюдо и довольно прикрыл глаза. — это… очень вкусно, Догдэй. ты превзошел сам себя. — старался, — Догдэй довольно улыбнулся, сам принимаясь за еду. — тебе нужно лучше питаться. я так понял учеба для тебя важнее всего, поэтому ты забываешь покушать?  — может быть.., — тихо ответил Кэтнэп, глядя в тарелку. — просто иногда… я забываю, что у меня есть физическое тело, которое требует топлива. — вот для этого есть я, — подмигнул Догдэй. — чтобы напоминать тебе, что ты живое существо, а не призрак. они ели в спокойной беседе. обсуждали всякую ерунду: новости, планы на выходные, какой-то странный фильм, который видели неделю назад. для них обоих эти моменты были дороже всего на свете. в мире, который постоянно требовал от них чего-то — быть сильными, быть лидерами, быть примером — здесь, в этой маленькой кухне, они могли просто быть собой. — тебе ведь не обязательно уходить, — сказал Кэтнэп, когда они вернулись в гостиную, где стоял большой, мягкий диван. — у меня есть гостевой комплект постельного белья. или ты можешь просто остаться здесь, если хочешь. Догдэй посмотрел на него. в глазах Кэтнэпа читалось неприкрытое желание: он хотел, чтобы пес остался. — знаешь, — сказал Догдэй, садясь на диван и хлопая по месту рядом с собой, — я, пожалуй, воспользуюсь предложением. дождь начинается, не хочется мокнуть по дороге домой. Кэтнэп сел рядом, и вскоре они оказались прижаты друг к другу. Догдэй почувствовал, как кот придвинулся ближе, почти утыкаясь носом в его плечо. Пес накрыл их пледом, который лежал на спинке дивана. они были знакомы всего пару месяцев, но за это время кот смог привязаться к парню, хотя он мало рассказывал о себе или не участвовал в прогулках, он все равно смог переосмыслить себя и дать шанс судьбе. — тебе удобно? — спросил Догдэй, чувствуя, как шерсть Кэтнэпа щекочет кожу. — идеально, — пробормотал кот, закрывая глаза. они сидели так долго. за окном действительно начался дождь: крупные капли застучали по стеклу, создавая мерный, убаюкивающий ритм. это было лучшее завершение дня, которое можно было представить. в этом доме, наполненном теплом, вкусной едой и присутствием того, кто понимал тебя без слов, все тревоги исчезали. Догдэй чувствовал, как размеренно дышит Кэтнэп. кот уже почти засыпал, его тело расслабилось, превращаясь в теплую, мягкую массу рядом с ним. пес тоже почувствовал, как тяжелеют веки. сесь день — учеба, суета, покупка продуктов, готовка — сменился чувством глубокого удовлетворения. в комнате стало совсем тихо, если не считать шума дождя. это была простая история. без великих свершений или драматических поворотов. просто два существа, которые нашли друг друга в этом огромном и странном мире и решили, что вместе справляться с холодом, одиночеством и усталостью — гораздо легче. И в эту ночь, под шум дождя и свет неона, они были по-настоящему счастливы.