Золотая клетка

На следующее утро Кориолана вызвали в Цитадель раньше обычного. Он знал этот ритуал: доктор Галл любила приглашать его на «частные беседы», когда хотела проверить, насколько крепко держит его в руках. Сегодня она сидела в своем обычном кресле, перед ней дымилась чашка травяного настоя, а на столе лежала папка с его досье. — Садись, Кориолан, — кивнула она. — Есть разговор. Он сел, сохраняя на лице выражение почтительной готовности. — Я слышала, ты вчера навестил нашу маленькую певчую птичку, — начала доктор Галл, и в её голосе не было и тени неодобрения. — Дамиан говорит, ты был очень... галантен. — Мистер Вейн любезно предложил, — ровно ответил Кориолан. — Я счел невежливым отказываться. — О, брось, — усмехнулась она. — Ты не из вежливых, Кориолан. Ты из голодных. Я знаю, что ты чувствуешь. Знаю, что ты хочешь её освободить. Возможно, даже планируешь что-то подобное. Кориолан замер, но не выдал себя. — Вы ошибаетесь, доктор Галл. — Ошибаюсь? — она подняла бровь. — Ты что, думаешь, я не заметила, как ты смотрел на неё на Играх? Как рисковал своей карьерой, чтобы помочь ей? Как бросился к ней вчера, едва Дамиан отвернулся? — она откинулась в кресле, и её глаза сузились. — Я не слепая, мой мальчик. Я просто ждала, когда ты сам это осознаешь. Кориолан молчал. Слова застревали в горле. — Вот что я тебе скажу, — доктор Галл наклонилась вперед, понижая голос. — Я могу отдать её тебе. Люси Грей. Свободной. Без лекарств. Без Дамиана. Он не поверил своим ушам. — Зачем? — Потому что мне нужен не послушный ученик, — тихо сказала она. — Мне нужен союзник. Равный. Тот, кто однажды возьмет власть в свои руки и не забудет, кто помог ему её получить. Она достала из папки документ и протянула ему. — Это контракт. Ты получаешь Люси Грей. Полностью. Она будет жить у тебя, петь, что захочет, видеться с кем захочет. Единственное условие — она не покидает Капитолий. И ты не покидаешь меня. Кориолан взял бумагу, пробежал глазами. Всё было написано четко, юридически безупречно. Слишком безупречно. — Что вы хотите взамен? — спросил он. Доктор Галл улыбнулась своей тонкой, хищной улыбкой. — Твою верность. Настоящую. Не ученическую, не благодарную. Ту, что не сломается, когда тебе предложат больше. Я вкладываю в тебя слишком много, чтобы потом кто-то другой пожинал плоды. — Вы хотите, чтобы я стал вашим человеком, — медленно проговорил Кориолан. — На всю жизнь. — Я хочу, чтобы ты стал президентом, Кориолан. А я хочу быть рядом, когда это случится. Советником. Серым кардиналом. Называй как хочешь. — Она сделала паузу. — Люси Грей — это не подарок. Это гарантия. Пока она с тобой, ты знаешь, что я держу слово. А если ты когда-нибудь забудешь, кому обязан своей карьерой... она всегда может вернуться в «Обсидиан». Кориолан сжал бумагу так, что она смялась. — Вы будете использовать её, чтобы шантажировать меня. — Я буду использовать её, чтобы ты оставался умным, — поправила доктор Галл. — Ты думаешь, я не знаю, что ты уже начал свою игру? Тигрис, Плюриб, твои маленькие записки... — она покачала головой. — Ты талантлив, но не настолько, чтобы обманывать меня. Кориолан почувствовал, как внутри всё оборвалось. Она знала. Она всегда знала. — Что вы сделаете с Тигрис? — спросил он, и в его голосе прозвучала едва сдерживаемая ярость. — Ничего. Пока ты согласен. Твоя кузина продолжит шить костюмы для «Обсидиана». Люси Грей переедет к тебе. Все будут счастливы. — А если я откажусь? Доктор Галл улыбнулась. — Ты не откажешься. Потому что ты хочешь её. И потому что ты знаешь: если откажешься, я найду способ её сломать. Окончательно. И ты будешь смотреть на это всю оставшуюся жизнь. Они смотрели друг на друга долгую, тягучую секунду. Два хищника, оценивающие силу противника. — Я подумаю, — наконец сказал Кориолан. — Думай, — кивнула доктор Галл. — Но недолго. У меня есть и другие кандидаты на моё расположение. --- Он вышел из Цитадели, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она знала. Она знала всё — про Тигрис, про Плюриба, про планы побега. И вместо того чтобы наказать, она предлагала сделку. Лучшую, чем он мог надеяться. И самую опасную, какую только можно вообразить. Он не поехал домой. Не пошел к Ливии, которая ждала его с очередными свадебными планами. Он поехал в «Обсидиан». --- Дамиан встретил его с понимающей усмешкой. — Тетя уже говорила с тобой? — спросил он, пропуская Кориолана внутрь. — Она умеет делать предложения, от которых невозможно отказаться. — Где Люси Грей? — спросил Кориолан, не тратя времени на любезности. — В гримерке. Готовится к вечернему выступлению. — Дамиан взглянул на часы. — У тебя есть полчаса. Я подожду снаружи. Не заставляй меня ждать. Кориолан прошел по коридору, открыл дверь и замер. Люси Грей стояла у зеркала, вплетая в волосы змеиную заколку. Увидев его, она улыбнулась — не сценической улыбкой, а той самой, настоящей, которую он помнил по озеру. — Я знала, что ты придешь, — сказала она. — Тигрис передала записку. Она сказала, что сегодня что-то случилось. — Случилось, — он подошел ближе, останавливаясь в шаге от неё. — Доктор Галл сделала мне предложение. Люси Грей замерла. — Какое предложение? — Ты. Она предлагает отдать мне тебя. Она не поверила своим ушам. — Что? Как? Зачем? — Она хочет, чтобы я стал её человеком. Навсегда. А ты — гарантия того, что я не выйду из-под контроля. — Он усмехнулся, горько и безрадостно. — Если я откажусь, она обещала сломать тебя окончательно. Люси Грей побледнела, но не отвела взгляда. — Ты не откажешься, — тихо сказала она. — Потому что это единственный способ спасти меня. — Это ловушка, — отрезал Кориолан. — Она будет дергать за ниточки всю мою жизнь. Ты всегда будешь рычагом, которым она сможет на меня давить. — Ты сможешь её переиграть, — сказала Люси Грей, и в её голосе прозвучала уверенность, которой он сам в себе не чувствовал. — Ты умнее её, Кориолан. Ты просто еще не понял этого. Он смотрел на неё, на эту девушку, которую он предал, оставил умирать в лесу, а она стояла перед ним и говорила, что он умнее той, которая держит её в золотой клетке. — Почему ты веришь в меня? — спросил он. — После всего, что я сделал? После того, как я стрелял в тебя? — Потому что ты вернулся, — просто сказала она. — Потому что ты освободил Кови. Потому что ты здесь, рискуешь всем, чтобы вытащить меня. — Она протянула руку и коснулась его лица. — Потому что ты любишь меня, Кориолан Сноу. И даже ты не можешь это отрицать. Он закрыл глаза, чувствуя тепло её пальцев на своей щеке. — Я боюсь, — признался он. — Боюсь, что не смогу тебя защитить. Боюсь, что она будет использовать тебя, чтобы управлять мной. Боюсь, что однажды я проснусь и пойму, что стал таким же, как они. — Ты не такой, — прошептала она. — Я знаю. Потому что я видела тебя настоящего. Того, кто принес мне розу на вокзал. Кто делил со мной еду в зоопарке. Кто отдал мне пудреницу своей матери. — Она улыбнулась. — Того, кто убил человека, чтобы защитить меня. Он открыл глаза и посмотрел на неё. В её глазах горел тот самый огонь, который он так боялся потерять. — Если я соглашусь, ты будешь жить у меня. В пентхаусе. Тигрис будет рядом. Ты сможешь петь, что захочешь, видеться с кем захочешь. Но ты никогда не сможешь покинуть Капитолий. Никогда не сможешь вернуться к своим. К Мод Беж. К озеру. К свободе. — Я знаю, — тихо сказала она. — Я уже сделала этот выбор. В ту ночь, когда ты пришел ко мне в комнату и сказал, что вытащишь меня отсюда. Я выбрала тебя, Кориолан. Он шагнул к ней, прижимая к себе, и почувствовал, как её руки обвивают его шею. — Я не заслуживаю тебя, — прошептал он ей в волосы. — Это не тебе решать, — ответила она. И тогда он поцеловал её. Не как тогда, на прощание перед Играми, когда всё было впереди и они не знали, что их ждет. И не как в лесу, когда он уже сжимал автомат, а она еще надеялась. Это был поцелуй двух людей, которые прошли через огонь, через предательство, через смерть — и всё равно нашли друг друга. Он был горьким, соленым от слёз, и сладким, как первый поцелуй на лугу, когда они были просто мальчиком и девочкой, которые не знали, что мир так жесток. Она отстранилась первой, тяжело дыша, и посмотрела ему в глаза. — Соглашайся, — сказала она. — Соглашайся, и мы будем вместе. А потом... потом ты придумаешь, как переиграть её. Ты же Сноу. Кориолан сжал её руку. — Ты веришь в меня? — Я всегда верила в тебя, — ответила она. — Даже когда ты стрелял в меня. Даже когда я думала, что умираю. Я верила, что ты вернешься. --- В дверь постучали. — Время вышло, Сноу, — раздался голос Дамиана. Люси Грей отстранилась, поправила сбившуюся заколку в волосах. Змея сверкнула изумрудными глазами. — Иди, — сказала она. — Я буду ждать. Кориолан вышел, не оглядываясь. Дамиан стоял в коридоре, прислонившись к стене. — Ну что, решил? — спросил он. — Передай тете, что я согласен, — ровно сказал Кориолан. — Но я хочу, чтобы она переехала сегодня. Дамиан усмехнулся. — Конечно. Я пришлю её вещи. А ты пришлешь приглашение на свадьбу? Или ты всё-таки женишься на Ливии? Кориолан посмотрел на него в упор. — Это тебя не касается, Вейн. — Как скажешь, — пожал плечами Дамиан. — Но знаешь что, Сноу? Я завидую. У тебя будет самая красивая птичка во всём Капитолии. И самое интересное — она ручная только для тебя. Для всех остальных она поет, но не даёт прикоснуться. — Он улыбнулся. — Удачи с этим.