«Дышать в одну сетку»

Глава 8. Финал Два месяца пролетели как один долгий, изматывающий сон. Артём восстанавливался. Гипс сняли через три недели, но ходить сразу не разрешили — ещё две недели костылей, потом долгая реабилитация. Он сходил с ума от безделья, бесил медсестёр, ругался с врачами и каждый вечер ждал Даниила. Даниил приезжал. Всегда. После каждой тренировки, после каждой игры, даже когда валился с ног от усталости. Они сидели в палате, пили чай, смотрели волейбол по старому телевизору, висящему на стене, и молчали. Или говорили. Обо всём на свете. Оказалось, Артём умеет смеяться. По-настоящему, заразительно, запрокидывая голову. Оказалось, он любит дурацкие комедии и терпеть не может детективы. Оказалось, у него есть младшая сестра, которая живёт в другом городе, и они почти не общаются. Оказалось, он боится высоты — ирония для человека, чья жизнь проходит в прыжках под потолок. А Даниил рассказывал о себе. О том, как начал играть в волейбол в пять лет. О том, что его отец ушёл из семьи, когда ему было десять, и они с мамой вдвоём. О том, что он тоже боится — не высоты, а одиночества. И что в команде он нашёл семью, но всё равно иногда просыпается ночью и думает: а если все уйдут? — Не уйдут, — сказал Артём однажды. — Я не уйду. И посмотрел так, что у Даниила перехватило дыхание. К финалу Артём вернулся в строй. За две недели до решающего матча он впервые вышел на полноценную тренировку. Команда встречала его овациями — Лёха носился вокруг, рассыпаясь в шутках, близнецы хлопали по плечам, Коля молча пожал руку и кивнул. Марк Ильич смотрел строго. — Готов? — Готов, — ответил Артём. — Проверим. Они гоняли его два часа. Квадраты, приём, нападающий удар, блок, снова квадраты. Артём выложился так, что к концу тренировки еле стоял на ногах. Но держался. Ни одной скидки, ни одной слабины. — Завтра ещё, — сказал тренер. — И послезавтра. И через день. Вкатываться будешь жёстко. — Я готов, — повторил Артём. В раздевалке, когда все ушли, он сидел на скамейке и растирал затёкшую ногу. Даниил сел рядом. — Болит? — Терпимо. — Врал. — Немного, — признался Артём. — Пройдёт. Даниил молча взял его руку и положил себе на колено. Просто держал. Артём замер, потом выдохнул и расслабился. — Ты как? — спросил он. — Волнуюсь. — Я тоже. — Непохоже. Ты всегда как каменный. — Это снаружи. Внутри — мандраж. Даниил повернулся к нему. — Мы выиграем. — Знаю. — Откуда? Артём посмотрел на него долгим взглядом. — Потому что ты у меня есть. Финальный матч собрал полный зал. Люди сидели даже в проходах — таких очередей на входе не было с советских времён. «Зенит» против «Локомотива». Второй круг принципиальнейшего соперничества. Золотые медали на кону. Разминка перед игрой была напряжённой. Артём двигался осторожно, но с каждой минутой всё увереннее. Нога слушалась. Боль ушла на второй план, затопленная адреналином. Даниил ловил его взгляд через сетку. Короткие кивки, понятные только им двоим. Связь, которая не нуждалась в словах. — Выходим! — скомандовал Марк Ильич. Матч начался. Первая партия — разведка боем. «Локомотив» был готов к Артёму. Они закрывали его вдвоём и втроём, ждали удара, ждали скидок, ждали всего. Но Артём был другим. Он играл в пас, отдавал на близнецов, тянул тяжёлые мячи в защите. Он стал частью механизма, а не просто тараном. 25:23. Первая партия наша. Вторая партия — их. Громов разыгрался не на шутку, забивал из любых положений. 22:25. Счёт сравнялся. Третья — снова наша. Близнецы закрыли Громова блоком, Лёха вытаскивал мёртвые мячи. 25:20. Четвёртая — их. 23:25. 2:2. Всё решалось на тай-брейке. Перед пятой партией в раздевалке было тихо. Слышно было только дыхание. Пятнадцать человек, которые прошли долгий путь, сидели и смотрели в пол. Марк Ильич не говорил тактических речей. Он просто обвёл команду взглядом и сказал: — Я горжусь вами. Что бы ни случилось дальше — я горжусь. Вы сделали невозможное. А теперь идите и заберите своё. Даниил поднялся. Подошёл к Артёму. — Готов? — Готов. — Ты мне веришь? Артём посмотрел на него. Серые глаза в карие. — Верю. — Тогда пошли. Тай-брейк. Счёт шёл очко в очко. Трибуны стояли на ушах. 3:3. 7:7. 10:10. 12:12. При счёте 12:12 случилось то, чего никто не ждал. Даниил, принимая сложный мяч от Громова, неудачно упал. Что-то хрустнуло. И через секунду по его лицу потекла кровь. Рассечение. Бровь разорвана в мясо. — Врача! — закричал Лёха. Даниила увели к скамейке. Кровь заливала лицо, врачи пытались остановить её, но рана была глубокой. По правилам, его нужно было менять. — Я не могу уйти, — твердил Даниил, отбиваясь от врачей. — Там пятая партия! Там финал! — Ты истечёшь кровью, дурак! — рявкнул врач. — Дань. Голос Артёма прозвучал откуда-то сверху. Даниил поднял залитое кровью лицо. Артём стоял над ним. Спокойный. Собранный. — Иди, — сказал он. — Я сыграю связку. Даниил замер. — Ты с ума сошёл? Ты диагональный. Ты никогда в жизни не пасовал. — А ты думал, я зря на твои тренировки смотрел? — усмехнулся Артём. — Иди, зашей нос. Мы тут без тебя справимся. — Тём... — Иди. Я сказал. Врачи увели Даниила в подтрибунное помещение. Его уложили на кушетку, начали зашивать. Он не чувствовал боли. Только стук сердца в висках и одну мысль: «Только не проиграйте. Только не проиграйте». На площадке творилось что-то невероятное. Артём встал на позицию связующего. Соперник опешил — они не понимали, что происходит. Где Даниил? Почему этот монстр, который должен вколачивать мячи, вдруг встал под сетку? Первый же пас Артёма был пушечным — слишком сильным, слишком резким. Но Саша Ветров чудом поймал его и пробил. Очко. — Есть! — заорал Лёха. Следующий розыгрыш. Артём отдал на Пашу. Тот вколотил. Ещё очко. Потом на Колю. Коля продавил первый темп. Артём не думал об атаке. Он думал только о том, чтобы мяч дошёл до нападающего удобно. Он вспоминал, как Даниил отдавал ему пасы. Как двигался. Как находил нужную точку. Он просто делал то, чему научился за эти месяцы. Не играл — дышал. Счёт пополз вверх. 13:12. 14:13. Матч-бол. «Локомотив» взял тайм-аут. Команда собралась у скамейки. — Последний розыгрыш, — сказал Марк Ильич. — Действуем по ситуации. Артём, ты видишь поле лучше всех сейчас. Решай сам. Артём кивнул. Посмотрел на скамейку запасных — там, в глубине, уже сидел Даниил с заклеенной бровью. Их взгляды встретились. Даниил чуть заметно кивнул. Свисток. Подача Громова — мощная, в угол. Лёха нырнул, достал, мяч взлетел свечой. Артём рванул под сетку. Блок «Локомотива» ждал его. Все трое готовились прыгать, закрывая края — они были уверены, что пас уйдёт на Ветровых. Артём видел это. Видел, как они смещаются, как открывается центр. И вместо паса на край он, неожиданно для всех, перебросил мяч через сетку двумя руками. Мягко. Нежно. Точно в пустую зону за спинами блокирующих. Мяч коснулся пола. Тишина. А потом взрыв. Зал взорвался криками. Команда налетела на Артёма, повалив его на паркет. Лёха рыдал в голос, близнецы орали что-то нечленораздельное, Коля молча тискал всех подряд. Артём лежал на спине, смотрел в потолок и улыбался. Потом сквозь мельтешение рук и тел к нему прорвался Даниил. С заклеенной бровью, с диким взглядом, с дрожащими губами. — Ты... — выдохнул он. — Ты гений. — Я знаю, — ответил Артём. И притянул его к себе. Они сидели на коленях посреди площадки, обнявшись, и смеялись. Вокруг бушевал праздник, люди орали, кидали вверх бутылки с водой, обнимались и прыгали. А они просто сидели и смотрели друг на друга. — Спасибо, — сказал Даниил. — За что? — За то, что поверил. За то, что не сдался. За то, что ты есть. Артём провёл рукой по его щеке, осторожно, почти невесомо. — Это ты меня спас. Тогда, в сентябре. Вытащил из моей скорлупы. Заставил поверить, что я не один. — Ты не один, — тихо сказал Даниил. — Никогда больше не будешь один. Артём улыбнулся. Настоящей, открытой улыбкой. — Я знаю. Потом был душ. Шампанское, которое Марк Ильич принёс вопреки всем правилам. Крики, смех, бесконечные поздравления. Фотосессия с кубком, где команда толпилась вокруг золотой горы, счастливая и уставшая. Когда шум немного утих, Даниил и Артём вышли на пустой балкон спорткомплекса. Внизу горели огни ночного города. Где-то далеко гудели машины, смеялись прохожие, жила своей жизнью обычная субботняя ночь. — Красиво, — сказал Артём, глядя вдаль. — Ага. Они стояли рядом, плечом к плечу. Тёплый ветер шевелил волосы, приносил запах осени и свободы. — Помнишь, ты спрашивал, чего я боюсь? — вдруг сказал Артём. — Помню. — Я тогда не ответил. Думал, что страшно только одно — остаться одному. А теперь понял: страшно не остаться одному. Страшно потерять того, кто рядом. Даниил повернулся к нему. — Не потеряешь. — Откуда знаешь? — Знаю. Они смотрели друг на друга. Долго. Пристально. Так, будто видели впервые — и знали друг друга всю жизнь. Артём шагнул ближе. — Дань, я... — Тсс. Даниил приложил палец к его губам. — Не надо слов. Я знаю. Он взял его лицо в ладони. Осторожно, бережно, будто боясь разбить. — Я тоже, — сказал он тихо. — Тоже. И поцеловал. Город внизу горел огнями. Где-то гудела команда, празднуя победу. Где-то Лёха уже рассказывал очередную байку, близнецы спорили, Коля молча улыбался. А здесь, на балконе, под звёздным небом, двое людей наконец перестали бояться. Потому что нашли друг друга. Утром Даниил проснулся от того, что солнце светило прямо в лицо. Он лежал в своей кровати, и рядом с ним, уткнувшись носом в плечо, спал Артём. Спал спокойно, без обычного напряжения на лице. Дышал ровно, расслабленно. И даже во сне улыбался. Даниил смотрел на него и думал о том, как странно устроена жизнь. Полгода назад он сидел на пустой трибуне и вспоминал проигранный финал. Полгода назад он думал, что этот сезон будет очередным, обычным, без надежды на чудо. А потом пришёл этот человек. Взрывной, недоверчивый, сломленный. Пришёл и перевернул всё. — Я люблю тебя, — прошептал Даниил едва слышно. Артём не открыл глаз. Но рука его под одеялом нашла ладонь Даниила и сжала. — Я знаю, — сказал он хриплым со сна голосом. — Я тоже. Даниил рассмеялся. — Ты подслушивал? — Не-а. Просто чувствую. — И давно ты... чувствуешь? Артём открыл глаза. Серые, тёплые, бесконечно родные. — С той самой первой тренировки. Когда ты сказал, что мы не разбежимся. — А почему молчал? — Боялся. — А теперь? — А теперь не боюсь. Теперь ты рядом. Даниил наклонился и поцеловал его. Легко, невесомо, обещая всё, что будет дальше. За окном просыпался город. Начинался новый день. И новая жизнь. А в спорткомплексе «Зенит» на стене раздевалки уже вешали новую фотографию — команда с кубком. Счастливые лица, объятия, улыбки. Даниил и Артём стояли в центре. Плечом к плечу. Рука об руку. Так, как будет теперь всегда. Конец. С днем рождения меня и их любовь! ❤