Красная шапочка

Сан уже не понимал, куда бежит. Глубокая ночь и без того скрывала улицы, но туман проглатывал их целиком. Фонари расплывались в жёлтые пятна, припаркованные машины с трудом отличались от стен тёмных пятиэтажек, которые и при свете дня выглядели одинаково, а ночью и вовсе превращались в бесконечный лабиринт. Ориентироваться удавалось только если район был хорошо знаком, но и это спасало не всегда. Сана не спасло. Он обернулся — за спиной ничего. Впереди, впрочем, тоже. Сан замедлил шаг, пытаясь вслушаться, но в тишине раздавалось только его собственное дыхание, застревающее под чёрной плотной тканью маски, и пульс, бьющий по вискам. Ориентиры исчезли окончательно, и вместе с ними ушло и последнее понимание, где он находится. Он не мог сказать, где сейчас машина, где остался Юнхо и есть ли поблизости хоть кто-то из своих. Тишина давила всё сильнее, но он прекрасно понимал, что любой крик в этом тумане обернётся быстрой смертью. Хонджун ведь предупреждал, говорил ещё до выезда, что такие районы не бывают пустыми просто так, что если целый сектор внезапно выпадает из отчётов, значит дело не в везении и не в ошибке, а в том, что там их скорее всего уже ждут. Сан медленно сжал челюсть. Весь последний час они думали, что шли по следу, проверяли, наблюдали. Но в итоге сами зашли туда, куда их и хотели загнать с самого начала и теперь выслеживали уже их самих. За ночь целый микрорайон превратился в охотничьи угодья для гибридов. Сан сделал ещё несколько шагов и остановился, вглядываясь в белую пустоту перед собой, где в какой-то момент вдруг мелькнуло движение. Он резко обернулся, вскидывая ружьё, но вместо силуэта уловил только тихую, мягкую, едва различимую поступь. — Сан, — прозвучал рядом злой шёпот, — Живо за мной. Он даже не успел толком среагировать, как Хонджун уже оказался рядом, сжал его плечо и потянул в сторону. Сан молча пошёл следом, уже понимая, что его ждёт, когда они доберутся до машины. Но добраться им не дали. Со стороны мелькнула ещё одна, куда более массивная фигура. Хонджун остановился и всмотрелся в белую пелену, не отпуская Сана. Силуэт не нападал. Он стоял на расстоянии, едва различимый, и будто наблюдал за ними, не спеша сокращать дистанцию. В этом было что-то неправильное, слишком спокойное и выжидающее, словно гибрид не собирался просто убить, а хотел посмотреть, как далеко перед этим они успеют уйти. Хонджун сильнее сжал предплечье Сана и медленно отступил на шаг, призывая тихо идти следом. Сан кивнул и тоже шагнул назад. Они отошли всего на несколько метров, когда фигура в тумане так же спокойно сдвинулась за ними, не ускоряясь и не отставая. Гибрид позволял уйти ровно настолько, чтобы было удобно наблюдать, как они сами пытаются выбраться. Сан глазами отделил от белой завесы движение и, не выдержав этого напряжения, поднял ружьё. Глаза капитана расширились, но ничего сказать он не успел и в пустоте раздался гулкий грохот выстрела. — Что ты творишь!? — зло прошипел Хонджун, резко дёрнув его назад, — Хочешь всех сюда собрать? Ответить Сан не успел. Где-то в тумане раздался глухой протяжный звук, будто что-то протащили по асфальту. Тень пригнулась, затем медленно вытянулась обратно и уже увереннее шагнула в их сторону. Хонджун выругался себе под нос и толкнул Сана вперёд. — Быстро. Они сорвались с места, практически на ощупь выбирая направление. Сан слепо следовал за капитаном, надеясь, что хотя бы он ещё понимает, где они находятся, потому что сам он окончательно потерялся. Улица поплыла перед глазами, по сторонам замелькали одинаковые стены, подъезды, фонари. Сан бежал, не разбирая дороги, цепляясь взглядом за размытые пятна света и фигуру Хонджуна впереди. Сзади за ними кто-то двигался следом всё так же спокойно, не срываясь в открытую погоню. Сан прибавил шаг, пытаясь оторваться, и на мгновение ему показалось, что им действительно удаётся, и машина должна быть где-то совсем рядом. Он повернул голову, пытаясь уловить знакомые ориентиры, и первым, что удалось разглядеть, оказался тёмный силуэт стройки. — Сюда, — коротко бросил он, уже сворачивая. Впереди показалось нагромождение бетонных блоков, сваленных друг на друга, и в этот момент это выглядело как укрытие. Хонджун без задней мысли последовал за ним и только потом понял, куда ведёт их Сан. Стройка. Такие места даже без тумана были идеальны для гибридов — с кучей небольших помещений, завалов, слепыми зонами, в несколько этажей. Людей там обычно не так много, и потому это становилось идеальным укрытием. В тумане же они превращались в настоящие гнёзда, где уживались сразу несколько одиночек. Хонджун окинул взглядом массив здания, и быстро понял, что это худшее направление из возможных. Паника Сана становилась всё очевиднее, поэтому капитан не сказал ни слова и только ускорился, не отпуская его из поля зрения. Они нырнули за бетонные блоки. Сан рухнул на землю и навалился спиной на бетон. Он сорвал с лица маску и жадно втянул воздух, которого уже критически не хватало. Лёгкие жгло от бега и адреналина. В паре метров от него, за такими же блоками, уже сидел Хонджун. Он быстро менял магазин, то и дело поворачивая голову в стороны, прислушиваясь к каждому звуку. Где-то дальше глухо отдавались выстрелы Юнхо, по-видимому, прикрывавшего им отход к машине. Сан вытер рукавом взмокшее лицо, всё ещё пытаясь отдышаться. — Я почти его достал, — бросил он между вдохами. Хонджун даже не посмотрел в его сторону. — И чуть не сдох. Сан сжал челюсть, но промолчал. Сердце колотилось как бешеное, и за собственным дыханием он не услышал ни шороха сверху, ни чужого движения за спиной. Хонджун не расслаблялся. Он сидел, пригнувшись к земле и слушал внезапную тишину. Такая никогда не приносила с собой ничего хорошего. Он заметил не сразу, только краем зрения, как в белёсой завесе прямо над Саном вдруг проступило тёмное пятно. Хонджун медленно повернул голову и наконец разглядел мужской силуэт с острыми волчьими ушами. Гибрид не прыгал и не бросался вперёд. Он осторожно взобрался на блок и смотрел вниз, на свою добычу. Затем бесшумно перегнулся через бетонный край, вытягиваясь вниз, и уже тянулся к воротнику куртки, будто проверяя, успеет ли тот заметить. — Сан. Твёрдый голос капитана заставил замереть, и тут же грохнул выстрел почти в упор. Пуля вошла волку ниже, чем рассчитывал Хонджун, и разорвала шею с плечом. Гибрид захлебнулся рыком, сорвался вниз и рухнул прямо перед Саном, забрызгав его тёмной, густой кровью. Сан отшатнулся, не в силах отвести взгляд от волка. Ещё живой, тот судорожно дёргался, захлёбывался кровью и, цепляясь пальцами за асфальт, пытался отползти. Капитан уже был рядом. На гибрида он не смотрел, только хлопнул Сана по плечу. — Встал. Сан тут же ухватился за бетон и попытался подняться, но Хонджун уже схватил его за шиворот и дёрнул вперёд. — К машине. Быстро. Они сорвались с места и рванули через улицу к двум расплывающимся в тумане фарам. Справа мелькнула ещё одна массивная фигура, и почти сразу по ней ударил выстрел Юнхо. Тень дёрнулась и растворилась обратно в белой пелене. У распахнутой двери пикапа Юнхо закинул ружьё внутрь и быстро сел за руль. Подбежавшие Сан и Хонджун прыгнули следом на задние сиденья. — Давай, — коротко бросил капитан. Юнхо вжал педаль, и пикап рванул с места. Всех троих резко качнуло вперёд, а затем вдавило в спинки сидений. Юнхо мельком глянул в зеркало заднего вида. — Живой? Сан только кивнул, боясь издать лишний звук под тяжёлым взглядом капитана рядом. Глаза Хонджуна впились в новенького, пытаясь найти причину такого безрассудства. — Ты чем думал? — зло спросил он. Сан молчал смотрел на дорогу, а затем опустил глаза. — Мы его видели, — ответил он. — И что? Надо было бежать сломя голову? — Мы могли взять его прямо здесь, — упрямо выдохнул Сан. Он повернул было к капитану голову, но быстро сдался и снова отвернулся, сжав покрепче челюсть. — Ещё одна такая выходка, и ты у меня до конца сезона будешь патроны на складе считать, — процедил Хонджун, — Сколько раз было сказано: при угрозе отступать. Юнхо снова взглянул на них. Вид у крепкого, широкоплечего, обычно уверенного Сана напоминал провинившегося школьника и Юнхо невольно усмехнулся. Удар по спинке сиденья заставил его тут же вернуть взгляд на дорогу. — А ты чего смеёшься? — прозвучал голос капитана, — Ты почему его отпустил? — Я говорил ему не ходить, — оправдывался Юнхо. — Говорил? Надо было за шкирку и в машину, — ругался Хонджун, — Я вас двоих ставлю вместе, потому что ты самый опытный. А ему учиться надо. Юнхо недовольно скривился. — Из меня плохой учитель. — Напарник из тебя плохой, — спокойно поправил Хонджун. Юнхо хотел возмутиться, привычно отмахнуться или перевести всё в шутку, но быстро осёкся и отвёл взгляд обратно к едва различимой дороге. Возразить, по сути, было нечего. Сан пришёл к ним всего год назад, уже после тумана, и в обычное время с ним не возникало никаких проблем — он был сильным, быстрым, с отличной реакцией и уверенно держался в любой стычке, где всё решали сила и скорость. Но в тумане это переставало иметь значение. Здесь всё ломалось: расстояние, звук, ощущение пространства. Стоило на секунду потерять концентрацию, и улица уже становилась чужой, а любое движение могло стоить жизни не только тебе. Юнхо это знал. Знал лучше многих. И потому должен, обязан был остановить не словами, а силой, даже если бы пришлось действительно тащить его обратно в машину против воли. Он привык работать один: разведывать обстановку, выслеживать, замечать, искать нарушителей, которые пытаются сбежать. В такой работе никто не зависел от него напрямую, и он ни от кого тоже. Работа в паре же требовала совсем другого и всегда давалась ему непросто, и сегодня это чуть не погубило Сана. Юнхо медленно вздохнул, не отрывая глаз от дороги. До базы они ехали почти в полной тишине. Когда пикап вышел на знакомую улицу, Хонджун машинально поднял взгляд от колен и посмотрел вперёд. Где-то здесь, в паре кварталов, должен был быть его дом. Он смотрел в ту сторону до тех пор, пока Юнхо не свернул к базе, и только тогда опустил голову. Он обещал заехать. Сказал это всего несколько часов назад, уже больше на автомате, потому что всегда говорил так после тяжёлых смен. Будто этим обещанием можно было компенсировать все переживания мужа, запертого в стенах дома. И теперь к утру снова придётся вернуться, снять куртку, пропитанную влажным воздухом и чужой кровью, и сесть напротив Сонхва, который снова не станет задавать лишних вопросов. Хонджун уже знал, как это будет. Тот посмотрит на него глазами, полными тихой боли и беспокойства, и отведёт их в сторону, зная, что всё равно не сможет ни на что повлиять. Хонджун закрыл глаза и провёл ладонью по лицу. Совсем недавно он сидел в кабинете, сжимая трубку, тихо просил прощения, говорил, что устал, и даже сам себя не веря заикнулся о переезде. Тогда на секунду это показалось возможным. Но теперь он возвращался на базу с людьми, которых едва не потерял. За которыми самому пришлось идти в туман и снова рисковать собой, пока дома ждёт тот, кто ещё десять лет назад умолял не идти в охоту. Хонджун откинулся в сиденье машины и закрыл глаза. В сознании медленно проступила их спальня, где сейчас наверняка уже глубоким сном спит Сонхва.  Но ехать домой было ещё рано. Дежурство ещё не закончилось, и всё произошедшее нужно было обсуждать, пока горячо. Уже на базе Хонджун снова нырнул с головой в работу, на ходу выслушивая отчёты и собирая людей в кабинете. Он снова и снова склонялся над картами, которые знал уже наизусть, но даже новые данные пользы не приносили, а лишь больше путали. Ночь тянулась тяжело и вязко, как и сам туман, который так и не рассеялся к утру. Нападения продолжались, хотя и не с той частотой, что в первые часы, и постепенно становилось ясно, что хаоса в происходящем куда меньше, чем им хотелось бы думать. С других баз поступали такие же отчёты — кварталы, которые ещё вчера оставались пустыми, за одну ночь наполнялись гибридами. Все они действовали будто по единому плану, но раньше такого не случалось, даже когда гибриды сбивались в группы. Теперь же они передвигались по улицам подозрительно точно, оставляя за собой участки, где не происходило ничего, и внезапно ударяя там, где их не ждали. К утру один из рядовых не вернулся. Ещё двоих удалось вытащить живыми, но с такими ранениями, что в строй они вряд ли вернутся в ближайшее время. Взамен было несколько убитых гибридов, один из которых остался на счету самого Хонджуна, и по следам стало ясно, что как минимум ещё двое ушли ранеными. Слабое утешение. Основной состав собирался вместе ещё несколько раз. Они пытались понять, что именно видят, выдвигали версии, спорили, но к рассвету так и не смогли прийти к ответу. Под утро база постепенно затихла. Люди расходились — кто-то уходил на смену, кто-то оставался отсыпаться прямо там. Хонджун измотался настолько, что когда кабинет снова залил мягкий свет, в его голове не осталось уже ни единой мысли. Он впустую смотрел на карты, и видел только россыпь красных бессмысленных пятен. Пора было ехать домой и попытаться проспать хотя бы несколько часов, пока гибриды зализывают раны по укрытиям. Дома в это время было ещё тихо. Сонхва осторожно двигался по кухне, стараясь не разбудить волка, а тот отсыпался, впервые за долгое время почувствовав себя в безопасности. Проснулся он чуть позже, когда с кухни уже тянуло жаренными яйцами и сосисками. Минги приподнялся на диване и медленно потянулся, разминая шею и плечи. Чуть прислушавшись к звукам на кухне, он различил два совсем тихих голоса. Идти на кухню резко стало не так просто, как могло быть. Минги всё ещё чувствовал себя неправильно рядом с охотником, и, хотя после заводов, Хонджун больше не казался прямой угрозой, нарушать их семейный покой, было всё так же неловко. Однако, голод победил. Минги нехотя поднялся с дивана и направился к кухне. Он тихонько выглянул в коридор, и тут же встретился с глазами Хонджуна, сидевшего как всегда ровно напротив кухонной двери. Пришлось идти. — Доброе утро, — сказал он, присаживаясь за стол. — Доброе, — отозвался Сонхва, даже не оборачиваясь от плиты. Минги взглянул на Хонджуна, ожидая хотя бы привычного хмурого взгляда или короткого кивка, но в ответ не получил ничего. Однако, язвить не хотелось. Охотник выглядел изнурённым до такой степени, что сил видимо не осталось даже на привычное раздражение. Он сидел, упершись локтями в стол, и смотрел в одну точку, будто перед ним всё ещё лежали карты, а красные отметки на ней никак не отпускали. Они расползались по памяти так же хаотично, как на бумаге и заставляли снова и снова мысленно ходить по району, в попытках их сопоставить. Чего-то они явно не видели. — Как прошла смена? — спросил Минги. Но ответа не последовало. Хонджун даже глазом не повёл, глубоко погрузившись куда-то внутрь себя. Сонхва обернулся от плиты и нахмурился, глядя на мужа. — Хон? — позвал он мягче. — Я ничего не понимаю, — отозвался тот, не двигаясь, как будто продолжая разговор, который шёл у него в голове, — Они часть района не трогали два дня, а сегодня ночью ударили ровно по нему. Минги и Сонхва переглянулись, понимая, что тот всё ещё с головой в работе, но перебивать не стали. — У них будто есть какая-то система, которую мы не видим, — продолжал Хонджун, — Но раньше они так не работали. Минги, услышав это, посмотрел на Сонхва, словно спрашивая разрешения вмешаться, но перед глазами уже встал завод, куда его загнал тот гибрид и где, судя по запахам, он был далеко не один. Молчать в любом случае не вышло. — Любой системой кто-то управляет, — спокойно сказал Минги, — Они, скорее всего, уже сбились в стаю. И думаю, вожака вы уже знаете. Хонджун наконец оторвался от одной точки и взглянул на волка. — Вряд ли, — ответил он после паузы, — Сообщения идут со всех районов. Картина похожая, но город слишком большой. Стая не может быть такой… огромной. — С чего ты взял? — спросил Минги без тени иронии, — Если по всему городу происходит одно и то же, значит, кто-то их этому учит и показывает, как надо делать. На кухне стало тихо. По затылку Сонхва медленно прошёл холод. Стаи такого размера в города не заходили. Это было слишком заметно и слишком рискованно, ведь вычислили бы их почти сразу. Обычно волки сбивались в небольшие группы, держались одной территории, не отходя далеко, и выжидали. Отлавливать такие в чём-то было даже проще, стоило лишь найти их укрытие. Но большая стая может не привязываться к месту. Это десятки глаз, ушей и запахов, которые смешиваются в единый организм и без проблем могут друг друга прикрыть. Это не просто сила, это возможность быть одновременно в нескольких местах, распределяться по району, снова собираться обратно, перемещаться и появляться там, где их не ждут. И если такая стая пришла в город в туман, когда на улицах теряются даже охотники, то у последних шансы теперь ещё ниже, чем обычно. Хонджун молчал, наконец складывая в голове всю картину, которая чем яснее становилась, тем меньше ему нравилась. — На том заводе он уже был не один, — добавил Минги всё так же спокойно, — А он крупный. Если такой занимает территорию, остальные к нему не сунутся. — …Только если они не из одной стаи, — закончил за ним Хонджун. Сонхва посмотрел на них по очереди и нервно сглотнул. — Зачем им приходить в таком количестве? — тихо спросил он, — С целым городом они всё равно не справятся. Туман держится максимум пару недель, вечно грабить они не смогут. — Не смогут, — кивнул Минги, — Туман спадёт и на улицу выйдут люди. Их задавят просто количеством. Легче от этого не стало. Шанс того, что на улицах снова начнётся бойня, не могла успокаивать. Сонхва сложил руки на груди и поёжился. — Тогда что им нужно? Минги ненадолго задумался. — Не знаю, — честно ответил он, — У того здоровяка здесь точно есть кто-то, кого он хочет найти. Или убить. Остальных скорее всего просто убедил. — Даже если так, они ведь почему-то идут за ним, — проговорил Хонджун, всё ещё глядя в стол, — В городах волки стаями держаться не любят. Минги мягко улыбнулся. Неожиданная наивность капитана была даже милой. — Ты просто недооцениваешь положение волков, — ответил он, — Если в туман сюда приходит злой и дикий молодняк, то терять им нечего. А вокруг городов таких полно. Хонджун на секунду поднял на него глаза, медленно кивнул и снова уставился в одну точку. Все трое замолчали, пытаясь уложить всё сказанное в голове, но чем дольше капитан думал над словами волка, тем сильнее понимал, что проблема куда шире и глубже, чем просто один опасный гибрид. Всю ночь они с командой ходили по кругу и цеплялись за одни и те же догадки, спорили, сверяли те же карты и выдвигали те же теории. А теперь напротив сидел волк, который за несколько минут объяснил больше, чем вся их ночная смена. Хонджун опустил лицо в ладони и потёр виски. После бессонной ночи голова уже противно гудела от усталости, и мысли, которые ещё успевали пробраться в голову, тут же затухали. Продолжать этот разговор сейчас было бессмысленно, но отпускать новый след было никак нельзя. Он подпёр голову рукой и посмотрел на волка. — Ты должен поехать со мной на базу. Сонхва вскинул голову, но Минги только усмехнулся. — С чего вдруг? — Нам нужна помощь, Минги, — спокойно ответил Хонджун, не отводя взгляда. — Зачем мне вам помогать? — спросил тот, — Это не моя война. Хонджун прекрасно видел, что волк уже всё понял и сейчас упрямится скорее из принципа, чем по-настоящему собирается отказаться. Обычно он бы продолжил давить логикой или начал спорить, но после этой ночи сил на подобное уже не осталось. Зато он уже знал, куда нужно бить, чтобы точно попасть. — Этот урод уже ломился в дом, — тихо сказал он, — И если бы не один из моих людей… Сонхва бы здесь уже не было. Голос Хонджуна предательски дрогнул и перешёл почти в шёпот. — Мы должны найти его, — он прочистил горло, — И чем раньше, тем лучше. Самоуверенное лицо Минги быстро сменилось чем-то действительно беспокойным. Он перевёл взгляд на Сонхва, и всего на мгновение их глаза встретились, прежде чем тот опустил свои. Хонджун не сводил с волка взгляда, терпеливо ожидая ответа и наконец Минги глубоко выдохнул. — Твои рады не будут, — ответил он. — Это уже моя проблема, — Хонджун одним глотком допил свой кофе и поднялся из-за стола, — Завтракай, собирайся и поехали. Сонхва тут же посмотрел на мужа и остановил ладонью в грудь, не давая пройти мимо. — Ты уже уезжаешь? — тихо спросил он, — Ты приехал час назад. — Хва… — Ты даже не отдохнул. Хонджун устало прикрыл глаза, а затем осторожно накрыл его ладонь своей и медленно провёл большим пальцем по тёплой коже. — Я посплю уже там, хорошо? Сонхва на секунду замер. — Ты сам вчера говорил, что в этот раз со мной хотя бы Минги останется. — Говорил, — тише подтвердил Хонджун и опустил глаза, — Но… Он замолчал, будто подбирая слова, хотя на самом деле просто не хотел произносить их вслух. Перед глазами всё ещё вспыхивали мутные улицы, белый туман, кровь на бетоне и Сан, которого он в последний момент дёрнул назад. — Я уже чуть не потерял тебя, — наконец выдохнул он, — Потом Уёна. Сегодня ночью ещё и Сана… а один из наших рядовых так и не вернулся. Ладонь Сонхва медленно ослабла под его пальцами. — В этот раз мы не в том положении, чтобы пренебрегать чьей-то помощью, — добавил Хонджун, и в его голосе прозвучало что-то виноватое. Он всё-таки поднял глаза, уже не надеясь увидеть хоть какое-то понимание, и оказался прав. Сонхва смотрел на него с такой накопленной усталостью, что вдруг захотелось бросить всё прямо сейчас, увезти его как можно дальше отсюда и больше никогда не возвращаться к этим разговорам, туману, оружию и бесконечным ночным вызовам. Минги всё это время молча наблюдал за ними, переводя взгляд с одного на другого. Ещё недавно он чувствовал себя лишним в этом доме, чужим, случайным прохожим, но за последние дни что-то незаметно изменилось. Сонхва ставил для него еду, просил помочь по дому, втягивал в какие-то совершенно обычные мелочи вроде закладок, книг или уборки, и Минги сам не заметил, как постепенно перестал ждать момента, когда его просто попросят уйти. И теперь, наблюдая, как усталость медленно ломает их обоих, он почему-то совсем не хотел, чтобы они опять начали ранить друг друга. Он медленно выдохнул и развалился на стуле, закидывая руки за голову. — Я присмотрю за ним, Хва. Хонджун медленно повернул голову к волку. Сонхва, заметив этот взгляд, едва заметно улыбнулся и замер в ожидании. — За кем ты там присматривать собрался? — спросил Хонджун, — Я в охоте почти десять лет. — Но с заводов тебя всё равно вытаскивал я, — невозмутимо отозвался Минги. Хонджун даже приоткрыл рот от такой наглости. Но возразить, к сожалению, оказалось нечего. — Это ты собирался в одиночку бегать за тем парнем, — продолжал Минги, уже откровенно наслаждаясь моментом, — По закрытому заводу. Среди целой стаи. Хонджун мгновенно почувствовал на себе взгляд Сонхва. Очень недовольный, очень тяжёлый взгляд. Но головы он не повернул и уставился на волка, внутренне уже обдумывая планы мести. Но Сонхва его прервал. — Ты собирался пойти туда один? — тихо переспросил он. Хонджун упрямо молчал, всё ещё не решаясь посмотреть на мужа. Сонхва выдернул ладонь из его пальцев и скрестил руки на груди. — Мы ранили его ещё до этого, — начал оправдываться Хонджун, — Там один выстрел бы всё решил. И почти сразу перед глазами вспыхнул Сан, который всего несколько часов назад с точно таким же упрямством пытался объяснить капитану, почему решил полезть в туман один. Сравнение оказалось на редкость неприятным. Сонхва только сильнее поджал губы, а затем перевёл взгляд на Минги. — Присмотри за ним. Минги тут же довольно кивнул. — Эй, — возмутился Хонджун, вскидывая руку, — Он вообще-то сам недавно сбежал в туман голодный, мокрый и весь перевязанный. — Он своё наказание уже получил, — спокойно ответил Сонхва, — Теперь твоя очередь. Минги не удержался от широкой улыбки. Хонджун скривился и чуть не передразнил его, но спорить уже не стал. Сонхва сделал шаг к двери, но у самого выхода всё-таки остановился. — Проследи за ним, — сказал он, оборачиваясь к Минги, — Если опять начнёт вытворять, скажешь мне. Хонджун недовольно отвёл взгляд в сторону. Казалось, он собственными руками только что подарил Сонхва идеальное средство слежки. Раньше у него ещё получалось скрывать самые опасные вылазки и отделываться коротким «всё нормально», но теперь рядом с ним будет ходить волк, который точно увидит всё, что видеть не надо. — Мне не нужна нянька, — буркнул он себе под нос, — Я вообще-то капитан. — А я твой муж, — спокойно напомнил Сонхва. Минги невольно усмехнулся, уже начиная привыкать к этому странному, местами совершенно абсурдному укладу капитанского дома. И, кажется, зря. Сонхва уже заметил это довольное лицо, шагнул обратно к столу и вдруг взял его прямо за мягкое волчье ухо. — Ай, — тихо прошипел Минги от неожиданности, мгновенно замерев. Сонхва чуть наклонился к нему. — А ты только попробуй его теперь упустить, — негромко предупредил он, — Сам вызвался. Минги послушно кивнул, стараясь лишний раз не шевелиться, пока его наконец не отпустили. Сонхва вышел в коридор и через несколько секунд дверь спальни мягко закрылась, а кухня снова осталась в тишине. Минги осторожно потёр пострадавшее ухо пальцами, пытаясь унять боль от щипка. И на этот раз не удержался уже Хонджун. — А ты думал, тебе не достанется? — спросил он с заметным удовольствием в голосе, — В этом доме все равны. Минги покосился на закрытую дверь спальни. — Кроме Сонхва? Хонджун тихо, тепло усмехнулся. — Скорее перед ним. После этого кухня постепенно снова наполнилась обычными утренними звуками. Сонхва всё-таки заставил их нормально позавтракать, одинаково ворча на обоих, пока Хонджун с сонным видом пил уже вторую кружку кофе, а Минги доедал всё, что появлялось перед ним на столе. Последнему Сонхва был особенно рад — наконец его потребность о ком-то заботиться с лихвой закрывалась одним голодным волком. После завтрака они отправились собираться. Хонджун раздеться после смены ещё не успел, и только напомнил волку не брать на базу вещи Сана — проблем им сегодня хватит и без этого. Когда волк был готов, они отправились на улицу. Несмотря на всё ещё тлеющее внутри раздражение сразу на обоих, Сонхва, конечно, пошёл их провожать. Утренний воздух оказался внезапно теплее обычного. Ночные потепления всегда значили только одно — туман скоро пойдёт на спад, и в этом году, к счастью, надолго не затянется. Хонджун остановился у машины и устало посмотрел на мужа. Сонхва молча поправил ему воротник, а потом потянулся ближе и коротко поцеловал. Хонджуну отчаянно хотелось задержаться в этом моменте чуть дольше, но он только на секунду прикрыл глаза, а затем всё-таки заставил себя отступить. Минги всё это время стоял чуть в стороне, наблюдая за ними с каким-то странным, тёплым ощущением внутри. А потом Сонхва шагнул уже к нему. Минги даже не задумался, когда притянул его к себе одной рукой, обнимая на прощание. Ладонь сама легла между лопаток и тёплый запах Сонхва снова оказался слишком близко. Это длилось всего мгновение, но по телу уже почему-то медленно разлилось спокойное, мягкое, тягучее тепло. Минги отпустил его почти сразу, но Хонджун, стоявший у машины, уже молча посмотрел на волка. Где-то груди у него тяжело стянуло, и он чуть сильнее сжал зубы, не позволяя себе додумывать лишнего. — В машину садись, — буркнул он и открыл водительскую дверь. Сонхва только чуть улыбнулся мужу и ещё раз быстро поцеловал его в щёку, прежде чем двери машины захлопнулись.   Он поднялся обратно на крыльцо, когда пикап уже тронулся с места, и только тогда вдруг понял, что впервые после того нападения остаётся в доме совершенно один. Без Хонджуна. И даже без волка. Сонхва ещё несколько секунд продолжал смотреть машине вслед, пока красные огни не растворились в утреннем тумане, а затем медленно оглянулся. Даже соседние дома всё ещё различались с трудом, а весь их участок был затянут мутной белой пеленой, за которой теперь могло скрываться что угодно. Сонхва плотнее запахнул на себе кофту и вернулся в дом, заперев дверь на все три замка. Всю дорогу до базы в машине тоже было тихо. Минги сидел у окна, машинально наблюдая за проплывающими мимо улицами, и всё сильнее понимал, что совершенно не представляет, как вообще разговаривать с Хонджуном без Сонхва рядом. Дома тот хотя бы отвлекался на мужа, спорил, раздражался, огрызался в ответ, а теперь только молча вёл машину, сосредоточенно глядя вперёд. Впрочем, у самого Хонджуна голова была занята совсем другим. Он уже представлял, как через несколько минут заведёт на базу живого гибрида и попытается объяснить собственному отряду, почему теперь им придётся работать вместе. Никакие слова и хоть немного убедительные аргументы в голову не шли, а здание базы тем временем неизбежно приближалось. И когда они наконец заехали на парковку, Хонджун заглушил двигатель и посмотрел на волка. — Капюшон надень хотя бы, — сказал он, — Уши спрячь. Минги усмехнулся, натягивая ткань на голову. — У меня вообще-то ещё хвост есть, — напомнил он, — Его может в штаны заправить? Но Хонджун не ответил и вышел из машины. Минги окинул взглядом невысокое тёмное здание и тоже выбрался наружу. Влажный воздух делал запахи только тяжелее. Стоило подойти ближе ко входу, и волк сморщился. В нос сразу ударила густая, едкая смесь пороха, мокрой синтетики, грязи и засохшей крови. После тёплого чистого дома Сонхва это место ощущалось особенно неприятным. Хонджун молча толкнул тяжёлую дверь и первым вошёл внутрь. С утра база была куда тише, чем ночью. Часть патрулей наконец разошлась спать, остальные уже сменились и уехали по районам, так что по пути к кабинету им почти никто не встретился. Зато внутри сидел весь основной состав, который после бессонной ночи всё ещё не оставлял попыток разобраться в происходящем. Однако стоило капитану переступить порог, как разговоры начали стихать сами собой. — Капитан? — обернулся Юнхо, — Вы разве не домой уехали?.. Его голос оборвался сам, когда следом за Хонджуном в кабинет вошёл кто-то ещё. Высокий, крепкий парень тут же притянул к себе взгляды, а затем внимание зацепилось за детали. Сначала кто-то заметил слишком объёмный капюшон, а затем и хвост, который даже не пытался скрываться под курткой. Сан среагировал первым. После ночи его тело всё ещё работало вперёд головы, и рука сама дёрнулась к оружию на поясе. — Руку с кобуры, — холодно произнёс Хонджун. Он тут же развернулся вполоборота, автоматически закрывая Минги собой, и Сан замер. Несколько секунд он недоверчиво смотрел то на капитана, то на волка за его спиной, но руку всё-таки медленно убрал. — Это гибрид? — спросил он, хотя ответ и без того был очевиден. — Это Минги, — спокойно ответил Хонджун. И почему-то именно это прозвучало для всех особенно странно. Волчьи имена в этих стенах обычно появлялись только в отчётах, ориентировках или списках на ликвидацию. Но сейчас капитан стоял перед ними так, будто этот волк не угроза, а имеет какой-то вес. Но команда молчала, ожидая объяснения. Хонджун подошёл к столу и мельком посмотрел на Минги. — Сядь пока туда, — устало сказал он, кивая на стулья в углу позади своего стола. Минги молча прошёл через кабинет под тяжёлыми взглядами охотничьих глаз, и развалившись сел на указанное место. Напряжение людей волк чувствовал почти физически. Запах оружия, пороха, страха, раздражения и уже хорошо знакомая готовность людей в любой момент перейти в нападение. И если бы они только знали, каких усилий стоило сейчас не начать скалиться в ответ. Пока Хонджун просматривал уже появившиеся на столе отчёты, Минги неспешно скользил взглядом по лицам. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то неприкрытой злостью, и только один из охотников практически сразу отвёл глаза в сторону. Ёсан. Минги запомнил это имя. И запах его тоже отлично врезался в память, даже несмотря на то, в каком состоянии он был в их первую встречу. Волк только чуть прищурился, ожидая хотя бы ответного взгляда, но Ёсан продолжал спокойно смотреть куда-то мимо, будто вообще не заметил его присутствия. Минги тихо усмехнулся себе под нос и двинулся глазами дальше. Рядом с ним сидел ещё один уже знакомый охотник. Его имя Минги так и не запомнил, зато видел, как спокойно тот слушался капитана, и где-то глубоко внутри сейчас был благодарен ему за молчание и за то, что не пристрелил его на месте, как только заметил. Остальных волк совсем не узнавал. Чуть дальше, почти в центре кабинета, сидел высокий, подтянутый парень. Он смотрел прямо, открыто и, кажется, вообще единственный здесь не воспринимал Минги как угрозу, готовую в любой момент вцепиться кому-нибудь в глотку. По крайней мере от него точно не исходило ничего угрожающего, и потому плотное напряжение в груди Минги даже на секунду отступило. До тех пор, пока он не двинулся глазами дальше. В углу кабинета сидели ещё двое. Тот, что пониже и заметно худее, хоть и крепкий, с каким-то совершенно детским любопытством разглядывал волчьи уши. Он даже слегка наклонял голову то в одну сторону, то в другую, словно пытался понять, где именно они крепятся и как вообще устроены. Минги тут же это заметил и несколько раз демонстративно дёрнул ушами в разные стороны. Парень мгновенно посмотрел в глаза волка, и осознав, что его поймали, тут же отвернулся и прыснул смехом, прикрывая рот рукой. Минги улыбнулся. А вот сидевший рядом с ним охотник явно веселья не разделял. Даже сидя, он казался массивным за счёт широких плеч и груди. В его взгляде читалась та самая обычная охотничья уверенность, к которой Минги как раз привык. Такие скорее пробьют стену, чем станут тратить время на поиски двери. И то, как он схватился за оружие, едва увидев волка, только подтверждало это ощущение. Сейчас охотник смотрел прямо на Минги, даже не пытаясь скрыть неприязнь. Сам факт того, что рядом находится гибрид, его раздражал. Но ещё сильнее, кажется, не нравилось то, насколько спокойно волк уже чувствует себя рядом с его людьми и капитаном. Минги ещё несколько секунд спокойно выдерживал тяжёлый взгляд охотника напротив, а затем уголок его губ медленно дёрнулся вверх. — Как тебя вообще в отряд взяли с такими нервами? — небрежно спросил Минги. Сан только двинул бровью вверх. — Чего? Хонджун уже повернулся к волку, но не успел ничего сказать. — А если бы ты не того застрелил? — всё так же спокойно продолжил волк, — Или ты во всё, что движется, сразу целишься? После бессонной ночи, тумана и нескольких часов на взводе это оказалось последней каплей, и Сан резко подался вперёд. — Да ты— — Минги, — громко и твёрдо позвал Хонджун. Уён среагировал быстро и придержал Сана за предплечье. Тот сел на место, но сцепил зубы, продолжая смотреть на наглого волка. Минги в свою очередь только довольно ухмылялся. — Что он здесь делает, капитан? — спросил Сан, — Его место разве не на улице? — Прекратили, — Хонджун быстро посмотрел на них обоих, — Оба. Но ни Сан, ни Минги даже не отвернулись. Они продолжали упрямо смотреть друг на друга, пока Хонджун наконец не выдохнул. — Это Минги, — повторил он уже жёстче, — И он поможет нам найти того ублюдка. В кабинете повисла тишина. Даже Уён перестал улыбаться. Охотники все разом посмотрели на волка, прикидывая, насколько эта идея вообще реальна. Сану, например, она казалась полным бредом. — Мы серьёзно будем работать с гибридом? — спросил он после общей паузы. — Ну раз вы сами не справляетесь, — тут же улыбнулся Минги. У Юнхо дёрнулся уголок губ. Но стоило ему повернуть голову в сторону Уёна, который уже смотрел на него, едва сдерживая смех, как улыбка всё-таки расползлась и по его лицу. Тут не выдержал уже Хонджун. Поведение волка было объяснимо, но делу совершенно не помогало. Он обернулся к Минги и посмотрел уже действительно строго. — Ты всегда себя так ведёшь? — спросил он, глядя, как тот чуть не закатил глаза, — Не забывай, благодаря кому ты вообще жив. Ухмылка на лице волка всё-таки осела. Он недовольно отвернулся и сложил на груди руки. Сан тут же победно ухмыльнулся, глядя на приструнённого соперника, что Хонджун, разумеется, сразу заметил. — И ты, кстати, тоже, — осадил его капитан, — Это тебя ночью чуть не задрали, не тебе сейчас возмущаться. Если есть идеи лучше, я слушаю. Уён мгновенно повернул голову к Сану. — Тебя ночью что?.. Сан сразу опустил взгляд. Он до последнего надеялся, что это не дойдёт до Уёна, но тщетно. Юнхо улыбнулся уже совсем открыто, предвкушая, как тому сейчас прилетит с ещё одной стороны. — Он в одиночку в туман попёрся, — подлил он масла в огонь, — Мы там на убийцу вышли, а этот герой за ним рванул. — Сан?! — Уён даже привстал от возмущения. Тот только сильнее ссутулился, а затем посмотрел на Юнхо и попытался перевести стрелки. — А ты меня почему не остановил? — Чего я-то? — невозмутимо отозвался Юнхо, — Даже дети знают, что в туман одному ходить нельзя. — Сан! — снова возмутился Уён и со всей искренностью хлопнул того ладонью по колену. Сан прошипел и тут же схватился за пострадавшее место. — Капитан, остановите их, — пожаловался он. — Заслужил, — без всякого сочувствия ответил Хонджун, отводя взгляд в сторону. Ёсан и Чонхо, всё это время тихо наблюдавшие за происходящим со стороны, переглянулись и только молча улыбнулись. Минги тоже наблюдал за этими перепалками с неприкрытым удовольствием. Впервые охотники казались ему не просто безликим орудием власти. Что-то в этих людях было такое, что в его жизни обычно называли стаей. И пока он с улыбкой наблюдал, как такого крепкого Сана продолжает отчитывать небольшой, но очень громкий Уён, сбоку на него тоже внимательно смотрели. — Если вы закончили, — громче произнёс Хонджун, — Давайте всё-таки вернёмся к делу. — А можно вопрос? — поднял руку Юнхо. Хонджун прикрыл глаза и устало вздохнул. — Да, Юнхо. — А это не тот, кто на Сонхва нападал? — Юнхо показал на свои щеки, дублируя родинки волка, — Мы же по родинкам искали. Минги посмотрел на Хонджуна, но тот даже не поднял глаз от бумаг. — Он, да, — спокойно отозвался капитан и в кабинете в миг стало тихо, — Это долгая история и к делу не относится. Но Минги быстро считал эту неловкость в голосе и усмехнулся. Пройти мимо он, разумеется, не смог. — Я у них живу теперь, — довольно улыбнулся он. Хонджун медленно повернул к нему голову, но когда комментариев от капитана не последовало, вся команда переглянулась между собой. — Это правда?.. — осторожно спросил Уён. — Долгая история, — сквозь зубы повторил Хонджун, потирая переносицу, — И к делу не относится. Но Минги уже явно вошёл во вкус. — Я пытался уйти однажды, — с самым невинным видом продолжил он, — Но он меня нашёл и обратно притащил. Парни по очереди подняли брови, и только Ёсан чуть опустил голову, едва сдержав улыбку. Он прекрасно помнил, кто именно заставил капитана пойти искать сбежавшего волка. Хонджун снова оглянулся на Минги и сжал челюсть. Тот выглядел настолько довольным собой, что капитан всерьёз начал задумываться, не выставить ли его обратно за дверь прямо сейчас. Сан же всё ещё сердито смотрел на волка, и такая дерзость к капитану ему совсем не нравилась. Казалось, Хонджун и сам терпит его из последних сил. — Вы помогаете гибриду, который напал на вашего мужа? — спросил Сан. Хонджун только тяжело вздохнул. — Это не моё решение, — ответил он и обернулся на волка, — Моя бы воля — давно бы пристрелил. Минги только усмехнулся. — У тебя рука не поднимется, — уверенно сказал он, — Ты мне сам раны залечивал. — Ничего, — быстро ответил Хонджун, — Я и пулевые обрабатывать умею. Минги снова растянулся в довольной улыбке, без малейшего смущения глядя прямо в глаза капитана. Сана от этого зрелища ощутимо передёрнуло. Так свободно и нагло разговаривать с капитаном не позволял себе даже Уён. — Мы ведь можем просто оставить его где-нибудь на охоте, — вмешался Сан, — Зачем терпеть? Хонджун только коротко посмотрел на него. — На его стороне Сонхва, — спокойно ответил он, — Поэтому выбора у нас всё равно нет. Капитан подвинул к себе карту, пока по кабинету прокатилась волна понимающего смеха. Никого особенно не удивило, что Сонхва оказался готов пожалеть даже собственного обидчика. Особенно, если обидчик голоден до такой степени, что ради еды готов пойти на ограбление. Недоволен остался только Сан. Он всё ещё смотрел на волка с откровенным недоверием, будто до сих пор не мог поверить, что сидит в кабинете охотников и слушает перепалки капитана с гибридом вместо того, чтобы просто вывести того на улицу и пристрелить. — В общем, Минги здесь, потому что у него есть интересная теория, — выпрямился капитан, — И лучше бы она оказалась ложной, но пока она слишком похожа на правду. Он глубоко выдохнул и ещё раз обвёл взглядом карты на столе. Команда напряглась и в кабинете наконец стихло. — Есть вероятность, что всё это, — он указал пальцем на каждый из районов, — Работа одной и той же стаи. Фраза растворилась в тишине, и каждый на несколько секунд застыл на месте, пытаясь осознать, что именно имеет в виду капитан. Первым нахмурился Сан, а затем недоверчиво усмехнулся. Дилетантство. — Для стаи их слишком много, — сказал он со знающим видом, — Есть же правило: одна стая — один район. Ну максимум два удержат. А тут по всему городу одна и та же картина. — И эти не держатся территории, — добавил Юнхо, поднимаясь, шагнул к столу и тоже склонился над картами, — Стая так не работает. Должен быть центр, логово и постоянные проверенные маршруты. А у этих всё плавает. — Сегодня пусто здесь, а завтра нападают именно там, — согласился Уён, — Будто специально ждут. Сан скрестил руки на груди. — Значит, не стая. Стая защищает территорию, а этим будто плевать. Просто гоняют нас по городу кругами. — Или отвлекают, — тихо добавил Чонхо. Минги посмотрел сначала на него, потом на рядом сидящего Ёсана, который почти сразу опустил глаза. Волк едва заметно ухмыльнулся, но ничего не сказал. Капитан медленно кивнул, всё ещё глядя в карту. — Ночью именно так и было, — сказал он, — Мы пошли проверять пустую зону, а они уже ждали. — Это и правда оказалось ловушкой, — подтвердил Юнхо, — Они уже не просто охотятся. — Волки тоже умеют загонять добычу, — возразил Сан. — Умеют, — согласился Хонджун, — Но не так организованно и не через полгорода. Уён почесал затылок и снова посмотрел на карту. — Тогда это вообще ни на что не похоже, — заключил он, — Обычно в туман они лезут за едой, за вещами или просто холода переждать. Зачем эти пришли вообще непонятно. — Они даже свидетелей не всегда убирают, — согласился Юнхо, — У нас за ночь несколько выживших гражданских, которые с ними встречались. Команда стихла. Кто-то продолжал медленно водить взглядом по карте, кто-то просто смотрел перед собой, снова и снова сопоставляя всё услышанное. Минги всё это время сидел в углу молча, развалившись сразу на двух стульях. И чем дольше он слушал охотников, тем сильнее щурился, а в какой-то момент всё-таки тихо усмехнулся себе под нос. Сан тут же повернул к нему голову. — Что смешного? Минги сначала медленно прошёлся взглядом по разложенным картам, по красным отметкам, по которым люди уже несколько часов пытались объяснить то, что для него выглядело совершенно ясным, а затем поднял глаза на охотников. — Смешно просто, как вы ходите вокруг да около и не хотите признавать очевидное, — наконец сказал он, — Вы же сами уже всё перечислили: слишком большая территория, логова нет, ложные следы, ловушки, выборочные жертвы, дисциплина совсем не такая, как обычно. Он говорил так спокойно, что это раздражало почему-то ещё сильнее. Но к несчастью охотников, он был единственным, для кого всё происходящее было чем-то элементарным, а потому перебивать его никто не торопился. Но Минги замолчал, и Хонджун медленно нахмурился, нехотя отрывая взгляд от карты перед собой. — К чему ты клонишь? — К тому, что вы всегда делаете одну и ту же ошибку и принимаете гибридов за животных, — ответил Минги, — Но мы такие же люди, как и каждый из вас здесь. Команда молчала, глядя то на волка, то на своего капитана. Даже Сан ничего не сказал, хотя по его лицу было прекрасно видно, насколько сильно ему не нравится сама эта мысль. Минги устало вздохнул, будто приходилось объяснять что-то совсем простое, и кивнул на карту. — Вы ищете стаю волков, хотя искать надо обычных преступников. Пальцы Хонджуна застучали по столу, и он снова посмотрел на отметки. И правда, они действовали по одному и тому же сценарию сразу в нескольких районах. Всё было слишком слаженно для тумана, слишком широко для обычной стаи и слишком осмысленно для простой звериной охоты. И чем дольше он смотрел на карту, тем сильнее внутри разрасталось неприятное ощущение, что версия волка пока звучит самой разумной из всех. — Просто банда?.. — тихо произнёс он. — Тогда уж целая ОПГ, — негромко добавил стоящий рядом Юнхо. Минги только пожал плечами. — Называйте, как хотите, — отозвался он, — Но пока вы смотрите на них, как на диких волков из леса, они видят вас, как обычных людей и потому выигрывают. Хонджун медленно выпрямился, сложив руки на груди. В голове только теперь всё начало складываться в хоть сколько-то единую картину. Все эти ловушки по городу, ложные маршруты, пустые районы — всё действительно больше напоминало группировку, желающую взять город под контроль. И в том, что их главаря они уже знают, Минги тоже был прав. Перед глазами снова вырос тот здоровый волк, прижавший Минги в дверном проёме, как щенка, и капитан мотнул головой. — Значит, мы имеем дело с обычным маньяком, — медленно выдохнул Хонджун. Сан всё это время продолжал недовольно смотреть на волка. Мало того, что ему приходилось делить с ним рабочую базу, так теперь и капитан постепенно начинал его слушать. — Но ты же сам сказал, что это стая, — нахмурился Сан. Минги едва не закатил глаза, но всё же повернул к нему голову. — А ещё я сказал, называйте, как хотите, — спокойно напомнил Минги, — Я понятия не имею, что для вас стая. — У неё так много значений? — съязвил Сан. Но Хонджун уже не обращал внимания на вновь разгорающуюся ругань. Упускать возможность получить хоть какую-то информацию от гибрида он не собирался. — А что для тебя стая? Минги на пару секунд даже замешкался. Вопрос неожиданно оказался сложнее, чем должен был быть.   Он никогда не пытался объяснять это словами. Всё, что он знал о стае, всегда ощущалось скорее телом, чем головой: спокойствие рядом со своими, запах, который узнаёшь ещё до того, как видишь лицо, уверенность, что что бы ни случилось, рядом всегда есть кто-то, кто тебя подхватит. Несколько секунд волк просто смотрел перед собой, будто перебирал внутри что-то не до конца понятное даже ему самому. На мгновение в памяти всплыл мокрый школьный бассейн и приближающееся к нему красное пятно. — Люди, которых ты считаешь своими, — наконец сказал он, — Стая связана эмоционально, поэтому чаще всего это семьи. Но не всегда. Минги снова кивнул на карту, лежащую перед охотниками. — Вашим вон достаточно иметь общую цель, — добавил он. Хонджун задумчиво закусил губу, медленно перебирая в голове всё услышанное. Версия волка хорошо объясняла происходящее, и от этого становилось понятно, что они всё это время смотрели совершенно не туда. — То есть… даже если цель — убивать конкретных людей, этого уже достаточно? — Конечно. Тут вдруг подключился Юнхо, всё это время молча слушавший разговор. — А как же тогда эмоциональная связь? — заметил он, — Их же там немереное количество. — Я уже говорил вашему капитану, — начал Минги, — Скорее всего сама стая сначала пришла в город, а уже здесь они просто начали собирать молодняк. — То есть где-то есть костяк стаи, который просто стягивает к себе неопытных, — уточнил Ёсан. Минги снова ухмыльнулся ему, но тот в очередной раз проигнорировал. — Как-то слишком сложно для волчьей своры, — недовольно буркнул Сан. — Стаи, — не выдержав поправил его Чонхо, — Ничего сложного. У нас тоже основной состав есть. Сан тут же наклонился вперёд и выглянул из-за Уёна. Тот только вдавился в стул и тихо фыркнул в кулак, уже заранее понимая, к чему всё идёт. — Ты сейчас нас с гибридами сравнил? Чонхо устало закатил глаза и откинулся на спинке стула. — Сан, тебе может чаю зелёного заварить? — предложил он, — Или поспишь сходишь? На губах Ёсана расцвела улыбка, но он быстро спрятал её, отвернувшись к Чонхо. Хонджун всё это время молчал, продолжая копаться в собственных мыслях, а затем всё-таки поднял глаза на Минги. — Если большинство из них толком друг друга не знают… то что тогда вообще даёт им такая стая? Минги посмотрел на охотников, но каждый из них уже затих и молча ждал его ответа. Волк даже чуть нахмурился, сам удивляясь, что это нужно объяснять. — Всё, — наконец ответил он, — Особенно в вашем тумане. Он посмотрел за окно, где всё ещё стояла плотная белая завеса. — Вы там сейчас практически слепые. Теряетесь, путаетесь. Вам не понять даже, сколько их вокруг на самом деле, — объяснял Минги, — По ощущениям это может быть пять человек, а по факту только два. — Как это возможно? — недоверчиво спросил Уён. Минги сначала усмехнулся, решив, что тот просто шутит, но когда остальные тоже промолчали, ожидая ответа, выражение его лица неожиданно стало даже несколько растерянным. — Да очень просто, — пожал он плечами, — Загоняют, окружают, меняются местами, создают лишний шум и движение. Он поднял было глаза на капитана, наедясь, что хоть тот поймёт сразу, но и Хонджун только внимательно его слушал. — Им ведь даже говорить друг с другом не нужно, — продолжил Минги, — Тут как раз и включаются инстинкты. Стая чувствует своих по запаху, понимает, кто куда и для чего идёт, кто ранен, кто ведёт добычу, и просто подстраивается друг под друга. Юнхо медленно закивал, явно прокручивая в голове ночную засаду. — Поэтому они так быстро перекрыли нам выходы, — тихо сказал он. Хонджун медленно повернулся обратно к столу и потёр рукой уже прилично уставшие глаза. — То есть это просто банда, которая в нужный момент подключает волчьи инстинкты, — подвёл он итог. — А это разве не очевидно? — всё ещё искренне удивлялся Минги, — Это ведь гибриды. Мы может и не совсем люди, но и не до конца животные. В кабинете повисла пауза, но охотники на него даже не смотрели. Казалось, каждый из них переваривает новую информацию и то, насколько мало они всё это время знали о тех, на кого охотились. Минги прошёлся глазами по лицам и медленно покачал головой. — И как вы вообще столько лет работаете? — пробормотал он, — Вы будто вообще ничего о нас не знаете. — Гибриды с нами не разговаривают, — вдруг ответил Ёсан и кивнул в сторону книжных полок рядом с волком, — У нас только книги есть. Минги обернулся. Полки были полупустыми. На них лежали какие-то старые папки, потрёпанные учебники и тонкие, местами порванные методички. Волк медленно скользнул по ним взглядом, а потом снова посмотрел на Ёсана с каким-то странным выражением лица, от которого тот сразу отвернулся, машинально прикусив кольцо в губе. Минги поднялся со своего места и подошёл ближе к полкам. У стола, за его спиной всё ещё раздавались голоса. — Но если это всё-таки банда, то база у них всё равно должна быть, — рассуждал Юнхо, склонившись над отметками напротив капитана. — Тогда скорее всего заводы, — Хонджун указал на один из районов, — Там мы тоже попали в засаду. И там же столкнулись с этим уродом. — Там и людей сейчас как раз не будет, — добавил Чонхо, — После того, что они там устроили. Капитан согласно кивнул. Юнхо всё ещё задумчиво смотрел на карту, машинально покусывая губу, когда со стороны книжных полок снова раздалась очередная тихая усмешка. Минги стоял, опираясь бедром о стену, и листал одну из книг. Небольшую, в тёмно-красном переплёте, с пожелтевшими от времени страницами. — «По ночам волки выходят на охоту в лес, чтобы утолить свои охотничьи инстинкты», — с выражением прочитал он, — Это вот по такому вы учитесь? Какой идиот вообще это писал? Разговор у стола мгновенно стих. Хонджун обернулся и сразу заметил красную обложку. Внутри тяжело стянуло. — Мой отец, — он шагнул к волку и забрал учебник из его рук, — По ней уже никто не учится, она давно устарела. Минги успел заметить на обложке только фамилию Ким, прежде чем капитан быстро убрал книгу в ящик стола и задвинул его обратно. Он поднял глаза на Хонджуна и всмотрелся в его лицо. — Твой отец тоже охотник? Но Хонджун вдруг даже усмехнулся. — Он ненавидел охоту, — ответил он, — Он был исследователем. Минги вскинул брови. Такие новости в голове никак не укладывались, и слова без задней мысли вырвались сами собой. — Исследовал тех, кого ты теперь убиваешь, — сказал он и снова обернулся к полкам. Но в кабинете вдруг стало как-то чересчур тихо. Уён посмотрел на капитана и поджал губы, Юнхо чуть поморщился, и даже Сан промолчал. Минги медленно повернул голову обратно к капитану, и встретился с его прямым, твёрдым взглядом. По спине неожиданно пробежала мелкая дрожь. — Ты ни черта не знаешь ни обо мне, ни о моём отце, — холодно сказал Хонджун. Минги быстро уловил эту перемену в голосе и на всякий случай замер. Собственный язык в очередной раз завёл его куда-то не туда. И будь это кто-то другой, он, быть может, и глазом бы не повёл, но это был Хонджун. Муж Сонхва, который уже успел стать ему дороже, чем требовалось. — Я… не хотел обидеть, — тише сказал он и чуть дёрнул ушами назад. Но Хонджун ничего не ответил. Только снова развернул к себе карту, уже по привычке пытаясь спрятаться от всего лишнего в работе. Ещё несколько секунд красные линии и точки расплывались перед глазами и сфокусироваться на них толком не получалось. Воспоминания об отце всегда отдавались глухой, тянущей, очень личной болью, бьющей даже по его нынешнему званию. Отчасти Минги был прав. Но та другая часть до сих пор разжигала в нём тот болезненный огонь, который он носил в себе долгие-долгие годы. И который с таким трудом в конце концов пришлось задавить собственными руками. Он набрал в грудь воздуха и медленно вытолкнул его обратно из лёгких. — Нам надо понять, что делать дальше, — продолжил он уже спокойнее. Юнхо задумчиво потёр шею, прочистил горло и снова склонился над столом. — Может всё-таки вернёмся к заводам? — предложил он, — Если это их база, попробуем хотя бы понять, сколько их там. Может найдём что-нибудь полезное. Уши Минги прижались почти к самой макушке. Он поднял глаза на капитана и теперь заговорил уже с заметной осторожностью. — Вряд ли их основная база там, — прозвучало негромко. Но к его удивлению, Хонджун обернулся к нему уже безо всякого раздражения. Скорость, с которой ему удалось вернуться в строй, даже вызывала что-то вроде уважения. Минги на секунду замялся, сглотнул, а потом всё же продолжил. — На заводах они скорее всего держат молодняк. Собирают, объясняют правила, учат, что и как нужно делать — Почему? — нахмурился Хонджун, — Там же сейчас для стаи идеальное место. Лишних глаз нет, места много. — Много, — кивнул Минги, — Для кучи неопытных гибридов, которых надо учить. Но сама стая не станет жить в холодной дыре среди бетона, если есть варианты лучше. Юнхо задумчиво поднял голову от карты. — Тогда где? Минги пожал плечами. — Я ваш город почти не знаю, — честно ответил он, — Но искать надо там, где можно жить долго. Где тепло, есть еда, вещи и крыша над головой. В кабинете раздалось сразу несколько тяжёлых вздохов, потому что таких мест в городе было действительно сотни: от складских заводских помещений до заброшенных, некогда жилых пятиэтажек. Люди уезжали отсюда пачками, а до пустующих зданий городу дела не было. — Да мы так весь город месяц прочёсывать будем, — недовольно вмешался Сан, — Даже если остальные районы подключить, людей всё равно не хватит. Хонджун наконец сел за стол и откинулся на спинку кресла. — Пока мы точно знаем только одно, — наконец произнёс он, — Этот урод всё ещё крутится где-то у нас. Палец капитана медленно прошёлся по району вокруг базы. — Значит, начнём с того, что уже есть, — продолжил он, — А заводы всё равно нужно проверить. Если они действительно собирают там молодняк, мы можем найти хоть что-то полезное. На этот раз никто спорить не стал. Даже Сан только молча кивнул, хоть по его лицу всё ещё было видно, насколько ему не нравится, что в этом решении замешан гибрид. — Тогда ночная смена идёт отдыхать, Ёсан и Чонхо в патрули, — сказал капитан и посмотрел на Уёна, — А ты пока тоже пока свободен. Только Сану не мешай. Уён коротко прыснул смехом и обернулся на Сана, который уже поднялся и тоже смущённо улыбался. — Вечером едем на заводы, — уже серьёзнее продолжил Хонджун, — Так что к смене всем быть готовыми. Охотники начали понемногу подниматься со своих мест. Хонджун снова встал, чтобы размять спину, а Минги всё ещё сидел в углу кабинета. — А мне что делать прикажешь? — Ты тоже пока свободен, — ответил Хонджун. Он устало опустился на край стола и сложил руки на груди. Тело уже просто отказывалось стоять дальше после бессонной ночи. — Осмотрись пока на базе. Уёна с собой возьми, хоть делом займётся. Уён обернулся уже у самой двери и ткнул в бок Сана, который уже успел недовольно фыркнуть. Минги же только сильнее нахмурился. — На базе? — переспросил он, — Почему не домой? — Потому что здесь ты сейчас нужнее, — ответил Хонджун, — Пойдёшь вечером с нами. С тобой может надёжнее будет. Минги хмыкнул и вдруг подумал, что этот человек как-то слишком быстро начал раздавать ему указания. — Интересно, — буркнул он, — Так говоришь, будто это не обсуждается. А если я не хочу? — Захочешь, — улыбнулся капитан, — Ну или можешь идти обратно на улицу. К своим. Минги понял, что спорить бесполезно и тоже скривил губы в недовольном подобии улыбки. В голову лезло только одно средство. — Сонхва вообще-то дома один остался, — намеренно тише сказал он. — Без тебя как-то жил раньше, и сейчас проживёт, — ехидно ответил капитан. Он шагнул обратно к рабочему кресло, сел за стол и потянулся за очередной папкой с бумагами. — Хва знает, что делать, — уже суше закончил Хонджун, — А ты сейчас нужен здесь. Минги ещё несколько секунд смотрел на него, подбирая очередную язвительную реплику, но в итоге только недовольно повёл ушами и поднялся со стула. — Ладно, капитан, — протянул он. — Уён, — позвал Хонджун, не поднимая головы от бумаг. Тот, всё ещё стоявший у дверей, тут же выпрямился. — Проведёшь его по базе, — сказал капитан, — Без самодеятельности. И чтобы нигде ничего не трогали. — Я не ребёнок, — возмутился Минги. — Я и не тебе говорю, — отозвался Хонджун и всё же посмотрел на Уёна, — Ты меня понял? И к сирене не подходить. Уён быстро кивнул, расплываясь в той самой подозрительной улыбке, от которой у Хонджуна мгновенно заболела голова. — Уён, — строже проговорил он. — Но показать-то можно? — с надеждой спросил тот. Хонджун уже открыл рот, подбирая наиболее приличные слова и попутно вспоминая, как в прошлом году система оповещения подняла половину района среди ночи, но на счастье всех присутствующих из коридора заглянул Юнхо. Он, судя по всему, всё это время стоял рядом и прекрасно слышал разговор. — Я их заберу, — сказал он, едва сдерживая улыбку. Хонджун посмотрел на него с такой искренней благодарностью, будто тот только что закрыл его от выстрела. — Спасибо, — тише сказал Хонджун, — Но потом спать. — Есть, капитан, — отозвался Юнхо и шагнул обратно в коридор, пропуская двоих. Уён прыснул смехом и распахнул дверь шире, жестом приглашая волка наружу. Минги ещё раз взглянул на изрядно уставшего Хонджуна и шагнул за охотниками. Кабинет наконец опустел. Хонджун поставил локти на стол и подпёр голову руками. Огромный шквал мыслей, не затихавший ещё с ночи, снова обрушился на него единым потоком. Карты перед глазами плыли, буквы и цифры теряли смысл, а красные отметки постепенно сливались в одно большое, расползающееся пятно. Он скользнул взглядом по столу и остановился на верхнем ящике. Несколько секунд просто смотрел на него, потом всё-таки выдвинул. Сверху лежала красная книга. Старая, с потёртым переплётом, но бережно сохранённая. Хонджун осторожно вытащил её наружу, провёл пальцами по обложке и задержался на имени в самом верху. Для большинства охотников, особенно молодых, это имя уже ничего не значило. Просто автор старых исследований, которые давно потеряли актуальность и теперь стояли на полках скорее для количества, чем по необходимости. Для Хонджуна же это был человек, который однажды перевернул для него целый мир. Пока вокруг — соседи, учителя, случайные прохожие на улицах — говорили маленькому Хонджуну, что гибриды опасны по самой своей природе, отец упрямо показывал ему другую сторону. Рассказывал не о клыках и когтях, не о нападениях и не о сводках, а о людях, которым город сам приписал какие-то страшные байки. В их доме никогда не позволялось говорить о гибридах, как о зверях. Каждый, кто пытался спорить с отцом, быстро сталкивался с его горячим сердцем и так же быстро проигрывал в спорах с ним. Отец мог часами говорить о праве на страх, на ошибку, на защиту, на собственный голос, и каждый раз возвращался к одному и тому же: мы не можем судить тех, кого не попытались понять. И Хонджун вырос на этих словах. На книгах, историях, записях, которые отец приносил домой и хранил так бережно, будто каждое из них могло спасти кого-то от превращения в очередной номер в отчёте. Хонджун положил книгу перед собой, закрыл глаза и откинулся на кресле. Минги был неправ. Неправ, потому что ничего не знал ни о нём, ни об отце, ни о том, как всё начиналось. Не знал площади десять лет назад, не знал оглушающего гула толпы, не знал того чувства, когда мир, в который тебя учили верить, вдруг прямо у тебя на глазах становится безвозвратно жестоким. Но всё же и далеко от правды он не ушёл. Хонджун раскрыл глаза и с неимоверной усталостью снова посмотрел на обложку. Он ведь действительно шёл в охоту, чтобы продолжить дело отца изнутри. Чтобы собрать рядом людей, которые смогут думать прежде, чем стрелять. Чтобы однажды доказать системе, что защищать город можно и без неоправданного насилия. И всё же сегодня утром на его базе сидел волк и объяснял им самые простые вещи о собственном народе. А Хонджун слушал. Потому что устаревшие исследования отца были последними попытками этого мира понять гибридов. За дверью снова послышались шаги, чужие голоса, громкий шёпот Юнхо, приглушённый смех Уёна и низкое недовольное бурчание Минги, которому, судя по всему, уже успели что-то запретить. Хонджун невольно улыбнулся, вспомнив, как уверенно тот заявил, что он не ребёнок. Но улыбка быстро пропала. Вечером этого смеха уже не будет. Вечером они снова выйдут в туман и будут рисковать жизнью ради города, который сам всё это породил.