Часть 1
5 марта 2026 г., 22:21
***
Утро в Ли Юэйском университете искусств и наук всегда начиналось одинаково: с хаоса, запаха пережженного кофе и гула сотен голосов. Но в четыреста второй аудитории сегодня было особенно шумно — новость об уходе старого профессора археологии обсуждали громче, чем предстоящий финал баскетбольного сезона. — Говорю вам, он не просто уволился, он сбежал в горы лечить нервы! — Ху Тао запрыгнула на парту, едва не опрокинув стаканчик с латте, принадлежащий Люмин. Ее глаза-звездочки горели задорным огнем. — Я видела, как он вчера выбегал с кафедры. У него дергался глаз! — Ху Тао, если бы ты подкладывала и мне в ящик стола записки с текстом «Твое время истекает», у меня бы тоже глаз задергался, — Люмин устало потерла переносицу, пытаясь отодвинуть конспект подальше от опасной близости с ногами подруги. — Ты просто невыносима. — Я просто создаю атмосферу! — Ху Тао хохотнула и ткнула локтем сидящего рядом парня. — Правда, Сяо? Скажи ей. Сяо, закутанный в темно-зеленое худи, даже не пошевелился. Он сидел в наушниках, уставившись в одну точку на стене. Его аура буквально кричала: «Не приближаться на расстояние вытянутой руки». — Он тебя не слышит, Тао. И слава Архонтам, иначе бы он тебя проклял, — подал голос Итэр, сидевший рядом с сестрой. Он лениво листал ленту в телефоне, изредка поглядывая на часы. — Где этот новый препод? Уже пять минут, как пара началась. — Да какая разница? — раздался вальяжный, чуть хрипловатый голос с задних рядов. Все обернулись. Чайльд сидел, максимально нарушая все мыслимые и немыслимые правила приличия: ноги закинуты на стол, спина расслаблена, в руках — золотая монета, которую он ловко перекатывал по костяшкам пальцев. Его рыжие волосы были в художественном беспорядке, а на губах играла та самая наглая улыбка, за которую его ненавидели преподаватели и обожали все остальные. — Очередной зануда в костюме, который будет бубнить про династии и черепки, — Чайльд подбросил монету высоко вверх и поймал ее с сухим щелчком. — Спорим на ужин в Глазурном павильоне, что я выведу его из себя до конца этой лекции? — Аякс, ты когда-нибудь угомонишься? — вздохнула Люмин. — Тебя уже трижды предупреждали об отчислении. — Чтобы меня отчислить, им сначала нужно меня поймать, — он подмигнул ей. — К тому же, в этом месте так скучно... Мне нужен достойный противник, а не эти ходячие мумии в очках. — Говорят, этот новый какой-то крутой специалист из фонда «Ритуал», — вставила Ху Тао, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Его зовут Чжун Ли. И он вроде как... Очень строгий. Чайльд громко рассмеялся, запрокинув голову: — «Очень строгий»? О, я обожаю испытания. Пусть попробует заставить меня сесть прямо. В этот момент дверь аудитории открылась. Шум мгновенно стих, словно кто-то нажал кнопку «выкл». В помещение вошел мужчина. Его шаги по паркету звучали четко, весомо, как удары метронома. На нем был безупречный, идеально подогнанный по фигуре темно-коричневый костюм. Длинные волосы, перехваченные заколкой, золотистыми концами ложились на плечи. Он подошел к кафедре, не глядя на студентов, аккуратно положил кожаный портфель и достал из кармана старинные часы. — Доброе утро, — голос был низким, бархатистым и таким густым, что Чайльд невольно опустил ноги на пол, сам того не осознавая. — Меня зовут Чжун Ли. Я ваш новый профессор истории и археологии. Чайльд прищурился, чувствуя, как внутри просыпался странный, колючий азарт. Он снова подбросил монету, но на этот раз она со звоном упала и покатилась по ступеням вниз, остановившись прямо у туфли профессора. Чжун Ли медленно опустил взгляд на монету, а затем поднял его на задние ряды. Его янтарные глаза встретились с голубыми глазами Чайльда. — Мистер Аякс, полагаю? — спокойно произнес Чжун Ли, и в этом спокойствии Чайльд внезапно почувствовал угрозу посильнее любого крика. — Поднимите вашу собственность и подойдите ко мне. Мы начнем наш первый урок с обсуждения... Уважения к пространству. Чайльд почувствовал, как в груди закипала горячая, колючая смесь азарта и злости. Этот человек только что вошел, а в воздухе уже стало тесно от его авторитета. Весь класс замер, глядя на Аякса: все ждали, когда «король» этой аудитории поставит выскочку на место. Чайльд не сдвинулся с места. Он медленно откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и вызывающе искривил губы в улыбке: — О, профессор, вы уже знаете мое имя? Польщен, — голос Аякса прозвучал нарочито громко, разрезая звенящую тишину. — Но я не ваша собачка, чтобы бегать за каждой упавшей побрякушкой. Если она вам так мешает — просто пните ее в сторону. Или у вас в контракте прописано, что студенты должны кланяться вам в ноги с первой же минуты? Ху Тао за соседним столом тихо охнула, прикрыв рот ладонью. Итэр замер, а Люмин бросила на Чайльда уничтожающий взгляд, одними губами прошептав: «Идиот, замолчи». Даже Сяо приоткрыл один глаз, вынимая наушник — пахло настоящей кровью. Чжун Ли не дрогнул. Он продолжал смотреть на Чайльда не с злостью, а с каким-то пугающим исследовательским интересом, словно препарировал его взглядом. — В моем контракте, мистер Аякс, прописано сохранение порядка в этой аудитории, — спокойно ответил Чжун Ли. Он медленно обошел кафедру и двинулся вверх по ступеням, сокращая расстояние между ними. С каждым шагом он словно забирал кислород из помещения. — Порядок начинается с дисциплины, а она начинается с умения признавать свои ошибки. Он остановился прямо перед столом Чайльда. Профессор был выше, и теперь Аяксу приходилось смотреть на него снизу-вверх, что дико бесило. От Чжун Ли пахло сандалом, старой бумагой и чем-то... Дорогим. — Ошибки? — Чайльд вскочил, сократив дистанцию до минимума. Он был почти одного роста с профессором, и сейчас их разделяли жалкие сантиметры. Его глаза горели безумным синим пламенем. — Единственная ошибка здесь — это то, что вы решили, будто сможете мной командовать. Я не один из ваших послушных заучек. Хотите дисциплины? Попробуйте заставить меня. — Вы бросаете мне вызов? — Чжун Ли чуть склонил голову набок. Его голос стал еще тише, почти шепотом, который предназначался только для Аякса. — Вы так отчаянно стремитесь к столкновению, мистер Аякс. Вам скучно? Или вы просто ищете того, чья рука окажется достаточно тяжелой, чтобы вас остановить? Чайльд почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Этот мужчина читал его как открытую книгу. — Вы слишком много о себе возомнили, «профессор», — выплюнул Чайльд, чувствуя, как кулаки зачесались от желания ударить по этой идеальной челюсти. — Вы для меня просто очередной говорящий манекен. Чжун Ли внезапно улыбнулся. Это была не добрая улыбка — это был оскал существа, которое поймало добычу в капкан. Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь, поправил воротник рубашки Чайльда. — Что ж, раз вы так жаждете внимания, я предоставлю его вам в избытке. После занятий жду вас на кафедре. И не забудьте монету, — Чжун Ли развернулся, не дожидаясь ответа, и пошел обратно к столу. — Садитесь. Чайльд стоял, тяжело дыша, ощущая, как горели кончики ушей. Его только что публично «приручили» одним лишь жестом, и он ненавидел это... И одновременно хотел, чтобы это повторилось. Весь оставшийся час в аудитории стояла такая тишина, что было слышно, как гудела люминесцентная лампа под потолком. Чжун Ли читал лекцию, отчеканивая каждое слово, а его низкий голос вибрировал в грудной клетке Чайльда, словно рычание хищника. — Посмотри на него, он же невменяемый, — прошептала Ху Тао, перегнув через парту к Люмин. — Аякс сейчас либо взорвется, либо запишется к нему в рабы. Видела, как у него руки тряслись, когда препод поправил ему воротник? — Тао, замолчи, он же нас услышит, — шикнула Люмин, судорожно записывая тезисы профессора. — Но ты права... Аякс выглядит так, будто его током ударили. Итэр покосился на заднюю парту. Чайльд сидел неподвижно, впившись пальцами в край стола. Его взгляд, обычно блуждающий и насмешливый, теперь был намертво приклеен к широким плечам Чжун Ли, обтянутым дорогой тканью пиджака. — Эй, — Итэр пихнул в бок Сяо, который подозрительно притих. — Ты чего такой бледный? Сяо медленно снял один наушник, не сводя глаз с профессора. — От этого человека веет опасностью. Настоящей. Аякс играет с огнем, и в этот раз он не просто обожжется. Его сожрут. Как только прозвенел звонок, Чжун Ли даже не поднял головы от бумаг: — Свободны. Мистер Аякс, жду вас. Чайльд рывком поднялся, едва не опрокинув стул. Друзья попытались его затормозить у выхода. — Чувак, не ходи туда один, — Итэр схватил его за локоть. — Он выглядит как тип, который прячет тела в подвале. Пойдем лучше в спортзал, выплеснешь пар. — Пусти, — огрызнулся Чайльд, стряхивая руку друга. Его зрачки были расширены, а на щеках горел нездоровый румянец. — Я хочу узнать, что он мне скажет. Хочу увидеть, на что он способен, когда в комнате не будет свидетелей. — Ты сумасшедший, — выдохнула Люмин, провожая его тревожным взглядом. — Мы будем ждать тебя у входа в корпус. Если через полчаса не выйдешь — звоним в полицию. — Не утруждайся, Люми, — бросил Чайльд через плечо, уже направляясь к кафедре. — В этой игре полиция не поможет. Дверь кафедры археологии была массивной из дуба. Чайльд не стал стучать, он толкнул ее ногой, завалившись внутрь с привычной наглостью. Кабинет утопал в полумраке. Пахло ладаном, чаем и кожей. Чжун Ли сидел за столом, подперев подбородок сцепленными пальцами. Перед ним лежала та самая золотая монета. — Вы опоздали на две минуты, — произнес профессор, не поднимая глаз. — В моем мире время — это эквивалент жизни. Вы только что украли у меня две минуты жизни, Аякс. Как планируете возмещать долг? Чайльд прошел вперед и оперся руками о край стола, нависая над профессором. — Оформите мне штраф, «папочка»? Или что вы там делаете с непослушными мальчиками? Читаете морали? Чжун Ли медленно встал. Он был выше, массивнее, и его аура буквально прижала Чайльда к столу. — Морали бесполезны для тех, кто понимает только язык силы. Вы ведь этого хотели, верно? Проверки на прочность? Профессор внезапно протянул руку и схватил Чайльда за затылок, заставляя его резко прогнуться в пояснице и посмотреть прямо в золотые лишенные жалости глаза. — Заприте дверь, Аякс. На два оборота. И если вы хоть раз издадите звук без моего разрешения, наказание удвоится.
