Практика подчинения

Тишина в библиотеке стала такой плотной, что казалось, её можно резать ножом. Чжун Ли стоял в дверном проеме, и его тень медленно наползала на сжавшегося на полу Аякса, поглощая его целиком. Профессор не сводил золотых, хищных глаз со своего студента, игнорируя присутствие Люмин.— Встаньте, Аякс, — голос Чжун Ли прозвучал как удар хлыста. — Ваша тяга к драматическим сценам в пыльных углах начинает утомлять. У нас есть незавершенный контракт.Аякс вздрогнул, его пальцы судорожно впились в корешки книг. Он начал подниматься, медленно, покорно, словно марионетка, чьи нити натянулись до предела. Его взгляд был прикован к золотой цепочке, которую Чжун Ли лениво наматывал на палец.— Хватит! — Люмин резко шагнула вперед, преграждая путь профессору. Её лицо горело от ярости, а кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. — Я больше не буду на это смотреть! Вы превратили его в тень, в свою личную игрушку! Вы думаете, что ваша кафедра — это ваше королевство?Чжун Ли медленно перевел взгляд на девушку. В его глазах не было ни капли страха — лишь ледяное, вековое высокомерие.— Мисс Люмин, вы вмешиваетесь в вопросы, масштаб которых не в состоянии осознать, — спокойно произнес он. — Идите домой.— Нет! — выкрикнула она, доставая телефон. — Я всё видела! Ошейник, следы, то, как вы сломали его волю... Я прямо сейчас иду к директору. И если он не вызовет полицию, я сама это сделаю! Вы вылетите из этого университета с позором! Ваша карьера, ваша репутация «безупречного консультанта» — всё превратится в пыль!Аякс замер, его глаза расширились от ужаса. — Люми, нет... не надо... — прохрипел он, делая шаг к ней.Чжун Ли внезапно рассмеялся. Это был недобрый, рокочущий смех, от которого по спине пробежал холод. Он сделал стремительный шаг к Люмин, и та инстинктивно отпрянула, но он лишь мягко накрыл её руку с телефоном своей ладонью.— Директор? — Чжун Ли наклонился к её уху, и его голос стал опасно вкрадчивым. — Вы думаете, что человек, который пожертвовал этому университету коллекции стоимостью в бюджет страны, будет слушать фантазии влюбленной студентки? Директор — мой старый должник. А полиция... Посмотрите на Аякса. Разве он скажет, что я принуждал его?Он резко дернул Аякса за ошейник, заставляя того упасть на колени прямо перед Люмин. — Скажи ей, Аякс. Скажи своей «спасительнице», хочешь ли ты, чтобы я ушел? Хочешь ли ты, чтобы этот ошейник снял кто-то другой?— Нет... — Аякс всхлипнул, хватаясь за брюки Чжун Ли, его лицо было искажено гримасой постыдного обожания. — Люми, уходи... Пожалуйста. Я... я сам этого хочу. Я не могу без него. Если он уйдет, я просто... я не выживу. Ты не понимаешь!Люмин смотрела на него с нескрываемым ужасом. Телефон выпал из её рук, с глухим стуком ударившись о ковер. Она видела не своего друга, а сломленное существо, которое целовало руки своему палачу.— Ты... ты чудовище, — прошептала она, глядя на Чжун Ли. — Вы уничтожили его.— Я дал ему форму, — отрезал Чжун Ли, рывком поднимая Аякса на ноги. — А теперь, мисс Люмин, если вы сделаете хоть один шаг к кабинету директора... я позабочусь о том, чтобы ваш брат Итэр узнал всё о «темных делишках» своего друга Сяо. У меня достаточно компромата, чтобы сломать жизни вам всем. Выбирайте: ваше молчание или их свобода.Люмин застыла, её лицо стало мертвенно-бледным. Угроза была реальной, тяжелой, как гранитная плита.— Идем, Аякс, — Чжун Ли развернулся, волоча за собой податливого, дрожащего парня. — У нас еще много уроков... И сегодня я научу тебя, как наказывать тех, кто пытается предать своего господина.Они вышли, оставив Люмин стоять среди пустых стеллажей. Она слышала, как в коридоре затихли их шаги, и как Аякс тихо, почти с облегчением, простонал: «Да, Господин... накажите меня...».

***

Люмин не бежала — она летела по бесконечным лестницам западной башни, задыхаясь от рыданий и собственной беспомощности. Образ Аякса, целующего полы пальто своего мучителя, выжегся на сетчатке её глаз каленым железом. В коридорах университета гас свет, погружая готические своды в вязкую, пугающую тьму, но ей было плевать.Она знала: есть только один человек, чей взгляд холоднее золота Чжун Ли. Тот, кто смотрит на этот мир из такой глубокой бездны, что даже древние скалы кажутся ему пылью.Она ворвалась в обсерваторию без стука. Дайнслейф стоял у огромного панорамного окна, заложив руки за спину. Его синий плащ казался сотканным из ночного неба, а маска зловеще мерцала в свете звезд.— Профессор! — Люмин рухнула на колени прямо у входа, её голос сорвался на крик. — Пожалуйста! Он заберет его… Он уже забрал его! Аякс… он больше не человек, он тень! Чжун Ли… он чудовище!Дайнслейф медленно обернулся. Его единственный видимый глаз, глубокий и печальный, скользнул по её растрепанным волосам и дрожащим рукам. — Ты увидела то, что не должна была видеть, Люмин, — его голос был подобен шелесту льда. — Я предупреждал тебя. В этом городе контракты пишутся не чернилами, а жизнями.— Он угрожал мне! — Люмин вскочила, подбегая к нему и хватая за жесткую ткань плаща. — Он сказал, что уничтожит Итэра, уничтожит Сяо, если я пикну! Он держит Аякса на цепи, как собаку! Дайнслейф, вы ведь знаете, кто он… Вы смотрите на него так, будто знаете его тысячи лет! Помогите мне вырвать Аякса из этого ада!Дайнслейф молчал долго, слишком долго. Воздух в обсерватории стал ледяным. — Ты просишь меня выступить против того, кто не знает поражений, — прошептал он, и в его голосе послышался гул забытых катастроф. — Моракс… он не просто садист. Он — само воплощение незыблемого порядка. Для него Аякс — лишь инструмент, который он затачивает через боль.— Мне плевать на его величие! — Люмин сорвалась на истерику, ударяя кулаками в грудь Дайнслейфа. — Он пытает его! Он запер его в металл, он лишил его воли! Если вы не поможете, я… я сама пойду туда! Я убью его!Дайнслейф перехватил её запястья. Его хватка была железной, но в ней не было жестокости — только бесконечная, тяжелая защита. — Ты не убьешь бога, Люмин. Ты лишь сгоришь в его пламени.Он притянул её к себе, заставляя уткнуться лицом в свой холодный меховой воротник. Люмин зарыдала в голос, чувствуя, как её мир окончательно рушится. — Послушай меня внимательно, — Дайнслейф наклонился к её уху, и его шепот стал обжигающим. — У Моракса есть слабость. Его контракты священны. Если мы найдем лазейку в том договоре, который подписал Аякс… если мы докажем, что цена была завышена…— Как?! — Люмин подняла на него заплаканные глаза.— Мне нужен ключ, — Дайнслейф посмотрел в окно, туда, где за темными деревьями парка светились окна особняка Чжун Ли. — Не тот, что на его шее. Мне нужен доступ к его архивам. Там, в подземельях его дома, хранится «Книга Долгов». Если мы вычеркнем оттуда имя Аякса… замок на его шее откроется сам собой.— Я пойду туда, — решительно произнесла Люмин, вытирая слезы. — Я знаю, как войти.— Ты не пойдешь одна, — Дайнслейф достал из-под плаща странный клинок, светящийся синим пламенем Бездны. — Ночь будет долгой, Люмин. И если мы проиграем… Бездна поглотит нас всех.В это же время в особняке Чжун Ли… Аякс лежал на холодном мраморе холла. Чжун Ли медленно снимал перчатки, глядя на дрожащую спину своего студента. — Твоя подруга была очень храброй, Аякс, — произнес он, и звук расстегиваемого ремня ударил в тишине, как выстрел. — Но за её храбрость расплачиваться будешь ты. На колени. К стене. Сегодня мы проверим, сколько криков может выдержать человеческое горло, прежде чем оно разучится произносить имена «спасителей».

***

Ночь в поместье Чжун Ли казалась застывшей в янтаре. Воздух снаружи был пронизан холодом Бездны, который принес с собой Дайнслейф. Они пробирались через кованую ограду, обходя сенсоры, которые профессор, будучи педантом, расставил с геометрической точностью.— Слушай меня, Люмин, — Дайнслейф перехватил её руку у самого входа в подвальный ярус. Его голос вибрировал от скрытого напряжения. — Моракс чувствует любое колебание порядка. Как только мы переступим порог архива, он узнает. У нас будет не более десяти минут, пока он занят... воспитанием твоего друга.— Я слышу его... — Люмин прижала ладонь к губам, её глаза расширились от ужаса. Из глубины особняка, сквозь толстые стены, донесся приглушенный, полный агонии вскрик Аякса, за которым последовал тяжелый, мерный удар кожи о плоть. — Дайн, мы должны спешить!Они скользнули внутрь. Подземелье особняка напоминало лабиринт: стеллажи с артефактами, пахнущими тысячелетней пылью, и ряды сейфов. В центре зала на постаменте лежала «Книга Долгов» — массивный том в переплете из человеческой кожи, скованный золотыми цепями.— Быстрее! — Люмин бросилась к книге, её пальцы судорожно листали страницы. — Альбедо... Син Цю... Аякс! Вот он! «Контракт на вечное послушание. Цена — воля и плоть».Дайнслейф обнажил свой меч, синее пламя осветило его суровое лицо. — Рви страницу, Люмин! Сейчас!Но как только её пальцы коснулись бумаги, свет в подземелье вспыхнул ослепительным золотом. Пространство вокруг них словно застыло, превращаясь в вязкую смолу.— Вы разочаровываете меня, мисс Люмин, — раздался голос Чжун Ли. Он стоял на верхней ступени лестницы, медленно вытирая окровавленные руки шелковым платком. За его спиной, едва держась на ногах, стоял Аякс.На Аяксе не было ничего, кроме кожаного ошейника и цепей, которые Чжун Ли держал в кулаке, как поводок. Лицо парня было серым, зрачки — пустыми, а по спине стекали струйки свежей крови, пачкая мрамор.— Профессор, отпустите его! — закричала Люмин, пытаясь дернуть страницу, но её рука словно наткнулась на невидимую стену.— Контракты, заключенные со мной, не горят и не рвутся, — Чжун Ли начал спускаться. С каждым его шагом пол под ногами Дайнслейфа и Люмин вибрировал, превращаясь в камень. — Дайнслейф... старый враг. Ты привел дитя в мое логово, надеясь на чудо? Ты забыл, кто установил правила этого мира?— Я помню лишь твою тиранию, Моракс! — Дайнслейф бросился в атаку.Синее пламя Бездны столкнулось с золотым щитом Гео. Ударная волна сбила Люмин с ног, отбросив её к стеллажам. В подземелье начался хаос: древние вазы разлетались вдребезги, воздух стонал от избытка магии. Дайнслейф двигался как молния, но Чжун Ли даже не вынул рук из карманов. Одним лишь движением брови он воздвиг каменные столбы, замуровывая Дайнслейфа в узком коридоре.— Аякс, — негромко произнес Чжун Ли, не оборачиваясь. — Твоя подруга пришла спасти тебя. Покажи ей, насколько ты ценишь её старания.Аякс, словно ведомый чужой волей, медленно пошел к Люмин. Его движения были рваными, механическими. — Люми... уходи... — прохрипел он, но его руки уже тянулись к её горлу. — Господин... он сердится... ты сделала ему больно...— Аякс, приди в себя! — Люмин плакала, пытаясь оттолкнуть его, но он прижал её к стене с нечеловеческой силой.Чжун Ли подошел к ним, возвышаясь над обоими. Он мягко взял Люмин за подбородок, заставляя смотреть на разбитого, скулящего у его ног Аякса. — Вы проиграли. Дайнслейф заперт в своей гордыне, а ты... ты станешь свидетелем того, как я окончательно запечатаю этот контракт.Он достал из кармана золотую иглу и, на глазах у парализованной ужасом Люмин, вонзил её в плечо Аякса, прямо в татуировку контракта. Аякс выгнулся в конвульсии, издав крик, от которого в подземелье треснули зеркала.— Теперь он — часть этого дома, — произнес Чжун Ли. — А вы, мисс Люмин, останетесь здесь на ночь. Чтобы завтра в университете вы могли рассказать всем... что бывает с теми, кто пытается украсть у Бога его любимую вещь.