Течения жизни

Марина бегала по двору, размахивая руками и подбрасывая в воздух охапки опавших листьев. Собаки носились вокруг нее кругами — две лохматые дворняги и старый черный спаниель. Они лаяли, прыгали, ловили листья в воздухе, а Марина заливалась звонким смехом. Двор был залит мягким осенним светом. Листья клёна и березы покрывали землю желто-красным ковром. Ветер шуршал в ветках, и иногда новые листья медленно падали вниз, кружась, словно маленькие парашюты. Лариса стояла на крыльце, держа в руках чашку кофе. Пар поднимался вверх тонкой струйкой. Она молча наблюдала за дочкой. Марина была голубоглазой, с пшеничными волосами, которые вечно выбивались из косичек. Она двигалась легко, словно ветер. Ее смех наполнял двор жизнью. Но вдруг Лариса поймала себя на странной мысли. На месте Марины она вдруг увидела другую девочку. Та тоже бегала по двору, только волосы у нее были черные, как крыло ворона, а глаза — темные, почти угольно-черные. Лариса узнала ее сразу. Амина. Ее дочь. Ее пропавшая дочь. Образ был настолько живым и естественным, что Лариса даже сделала шаг вперед, будто боялась, что девочка исчезнет. Сердце резко забилось. Но через секунду она остановилась. Амины здесь быть не могло. Если она вообще жива, ей сейчас уже шестнадцать. Почти взрослая девушка. Лариса медленно выдохнула и крепче сжала чашку. В последнее время такие видения случались всё чаще. Иногда ей казалось, что она слышит голос Амины среди детского шума на улице. Иногда — что видит ее в толпе. Но все чаще в голове появлялась другая, тяжелая мысль. Что Амины, возможно, уже нет в живых. — Мамочка! Марина подбежала к крыльцу и обняла ее за ноги. От нее пахло холодным воздухом и мокрыми листьями. Лариса наклонилась к ней и свободной рукой обняла. — Устала? — тихо спросила она. Марина покачала головой. — Нет! Собаки хотят еще играть! Она немного помолчала, потом вдруг сказала: — Знаешь, мамочка… я сильно скучаю по Амине. Лариса невольно улыбнулась. Несколько недель назад Марина случайно нашла старую фотографию. На ней была маленькая девочка с черными волосами и серьезным взглядом. Марина долго рассматривала снимок и спросила: — А это кто? Лариса долго молчала, но потом сказала правду. — Это твоя сестра. Ее зовут Амина. С тех пор Марина постоянно спрашивала о ней. Как она выглядела, что любила, где она сейчас. Лариса тихо ответила: — Я тоже по ней скучаю. Марина удовлетворенно кивнула и тут же побежала обратно к собакам. Лариса устало опустилась на ступеньки крыльца. Марина была живым, шумным, неугомонным ребенком. В ее движениях было столько энергии, что иногда казалось — она не умеет сидеть на месте. Амина в четыре года была совсем другой. Тихой. Спокойной. Она могла часами сидеть на ковре и расставлять маленьких пластиковых солдатиков. Выстраивала их в ровные ряды, командовала тихим голосом, придумывала целые сражения. Этих солдатиков покупал ей Али. Лариса тогда сердилось: — Али, это же девочка. Купи ей куклу. Но Амина только равнодушно смотрела на куклы. А солдатиков расставляла с таким вниманием, будто это были настоящие бойцы. Али смеялся: — Пусть играет. Может, будет генералом. Лариса вздохнула. Именно в тот вечер Амина тоже играла солдатиками. Она сидела на полу, серьезно переставляя фигурки, когда Лариса решилась на разговор. Ее больше невыносимо тяготила жизнь в Червинии. В стране шла война. На улицах стояли танки, иногда по ночам слышалась стрельба. Дома в некоторых районах были изрешечены пулями. Она не хотела растить ребенка в такой жизни. Она сказала Али: — Я возвращаюсь в Гомель. Домой. Али долго молчал. Он сидел у окна, курил и смотрел в темноту. — Я тебя не держу, — сказал он наконец. — Но Амину ты не заберешь. Лариса резко повернулась к нему. — Она моя дочь! — И моя тоже. Он говорил спокойно, но в голосе была железная уверенность. — Я полковник полиции. И любой суд встанет на мою сторону. Амину оставят со мной. Лариса тогда проявила слабость. Она ушла. Утешала себя мыслью, что это ненадолго. Что она устроится в Гомеле, найдет работу, жилье — и вернется за дочерью. Но жизнь пошла совсем не так. Вернуться в Червинию она смогла только через пять лет. И там ее ждал удар. Али погиб во время задания. Амина пропала. Соседка тетя Галя сказала, что после похорон девочку забрал друг Али — Николай. Лариса бросилась к нему. Она помнила тот день до мелочей. Николай открыл дверь, выслушал ее, но даже не пригласил в дом. — Амину забрали родственники Али из Азербайджана, — коротко сказал он. — Где она? — почти закричала Лариса. — Не знаю. И закрыл дверь. Лариса поехала в Баку. Но там она только запуталась в бесконечной паутине бюрократии. Чиновники отправляли ее от одного кабинета к другому. Требовали документы, справки, подтверждения. Но никто так и не сказал ей, где ее дочь. Вернувшись в Гомель с пустыми руками, Лариса долго жила как в тумане. Пока не встретила Степана. Он оказался спокойным, терпеливым человеком. Он не задавал лишних вопросов, не давил. Просто был рядом. Со временем она согласилась выйти за него замуж. А потом родилась Марина. И жизнь постепенно снова наполнилась светом. Лай собак внезапно вырвал Ларису из воспоминаний. Марина снова носилась по двору, а собаки с радостным шумом гонялись за ней. Лариса медленно поднялась со ступенек. Поднялась по лестнице и вошла в дом. Тетя когда-то говорила ей: — Нельзя жить только прошлым. Надо смириться и жить настоящим. Наверное, она была права. Лариса остановилась у окна и посмотрела на двор. Марина смеялась. Жизнь продолжалась.