Один шаг навстречу ветру

Эхо захлопнувшейся двери на площади Гриммо всё ещё пульсировал в висках Джинни, заглушая шум вечернего Лондона. Она не помнила как спустилась по лестнице, как миновала защитные барьеры и оказалась на людных улицах, растворяясь в потоке спешащих домой маглов. Последние два года её жизнь превратилась в медленное удушье. Гарри был везде. Его забота ощущалась как тесная клетка. Каждая мелочь в нём вызывала у неё вспышку беспричинного раздражения: как он поправлял очки, как слишком громко размешивал сахар в чашке, как смотрел на неё, словно она трофей который нужно оберегать. Сегодняшний вечер стал последней каплей. Когда Гарри, с серьёзным лицом предложил «узаконить их отношения магическим браком» — древним ритуалом, который намертво связывает супругов. «Магический брак? Он хочет привязать меня к себе заклинанием? Настолько не доверяет, что готов наложить на меня цепи?» — эта мысль жгла её похлеще любого проклятия. Она шла, не выбирая направление. Просто шла, размышляя. И не заметила, как оказалось в каком-то узком переулке. Джинни затормозила, почувствовав чужое присутствие. Из густой тени впереди медленно, с пугающей синхронностью, выступили два силуэта. Высокие, закутанные в длинные тёмные плащи, они не были похожи на обычных грабителей. Джинни тут же потянулась рукой к карману мантии, туда где обычно лежала палочка. Пусто. Холодный пот мгновенно прошиб спину. Вспышкой перед глазами пронеслась картинка: её палочка, забытая в спешке, мирно лежит на дубовой тумбочке в их спальне. Беззащитность накрыла её ледяной волной. Джинни сделала осторожный шаг назад, не сводя глаз с фигур впереди. Она резко обернулась, надеясь бежать, но за её спиной уже стояли ещё двое. Они возникли из ниоткуда. Ловушка. Один из преследователей медленно поднял руку, и Джинни увидела тусклый блеск полированного дерева — палочку, направленную ей прямо в грудь. — Не так быстро, мелкая Уизли, — прошелестел голос, похожий на скрежет металла. Она хотела закричать, позвать на помощь, но горло словно сдавило. Сердце колотилось так сильно, что удары отдавались в зубах и ужас сковал её конечности. Она была одна. Без палочки. Без защиты. И никто не знал, где она. Ещё секунда и белая вспышка. Мир вокруг начал искажаться, а затем на Джинни обрушилась темнота.

***

Гостиная тонула в полумраке. Гарри мерил комнату шагами, и каждый скрип старых половиц отдавался отголоском в жуткой тишине. Он не находил себе места. Чашка остывшего чая на столе была забыта, а в голове как заезженная пластинка, прокручивался их разговор. Его до сих пор трясло от непонимания. Что пошло не так? Он ведь просто хотел сделать их связь вечной. Магический брак казался ему высшим проявлением преданности, гарантией того, что никто и ничто не сможет их разлучить. А она… она посмотрела на него так, словно он затягивал петлю на её шею. Прошло около трёх часов. Ночь за окном стала непроницаемо чёрной, а Джинни так и не вернулась. Внезапно камин вспыхнул ядовито-зелёным пламенем и один за другим выскочили Рон и Джордж. На них не было лица: одежда в саже, волосы взлохмочены, а в глазах — страх. — Гарри! Где Джинни? — Рон едва не сбил его с ног, вцепляясь в плечи друга. Голос его дрожал. — Я не знаю… — Гарри почувствовал как внутри все похолодело. — Мы поругались и она ушла. А что случилось? Почему вы здесь? Джордж, как всегда не теряющий самообладания, сделал шаг вперёд. — Часы, Гарри… — выдохнул он. — Мамины часы в Норе. Её стрелка… она сорвалась с отметки «Путь» и замерла на «Опасности». Мир перед глазами Гарри на мгновение помутился. В ушах зазвенело. Джинни, одна, в ночном Лондоне, без защиты… — Гарри, очнись! — Рон тряхнул его за плечи, вырывая из оцепенения. — Где она может быть? Куда она пошла? Мы должны её найти! Гарри сглотнул ком в горле. Он знал, что сейчас скажет то, что Джинни никогда бы ему не простила, если бы узнала. Но её жизнь была важнее. — Я найду её, — глухо произнес он. В его взгляде появилась та решимость, которая помогала ему выживать все эти годы. — На ней следящие чары. Я наложил их полгода назад. Рон и Джордж замерли, уставившись на него с изумлением и тенью осуждения. Наложить следящие чары на любимую девушку без её ведома, это было за гранью доверия. Это было то самое, от чего Джинни бежала. Но сейчас никто не стал спорить. — Отправьте сову Робардсу в Аврорат, — распорядился Гарри, накидывая на себя куртку и проверяя, на месте ли палочка. — Скажите, чтобы выслеживали мой сигнал и отправили авроров. — Мы с тобой, — отрезал Джордж. — Даже не думай идти один. Гарри на секунду замешкался. Потом, подумав, он быстро подошел к столу. Взяв чистый лист бумаги, он начеркал несколько слов, сложил листок и запечатал его коротким взмахом палочки. — Кикимер! — позвал он. С негромким хлопком в центре комнаты появился старый домовик. Его огромные глаза вопросительно уставились на хозяина. — Да, хозяин звал Кикимера? Гарри протянул ему сверток. Его рука едва заметно дрожала. — Отправь это срочно. Самой быстрой совой. Адресат указан. И не смей медлить ни секунды! Кикимер поклонился так низко, что его нос коснулся пола, и исчез вместе с письмом. — Идем, — бросил Гарри друзьям. Он уже чувствовал магический след, который вел к Джинни. И чем сильнее он концентрировался на этом следе, тем яснее понимал он готов был сжечь весь Лондон дотла, лишь бы успеть.

***

Пробуждение было тяжелым, словно после долгого, лихорадочного сна. Сознание возвращалось медленно. Джинни попыталась сфокусировать взгляд, но все расплывалось перед глазами: белоснежные, как облака, балдахин над головой, тёмные деревянные столбы кровати, мягкие перины, в которых она тонула. Осознание ударило током. Ссора с Гарри, бегство из дома и люди в темном переулке. А потом, яркая вспышка и темнота. Джинни резко вскочила, но мир качнулся и пол ушёл из-под ног. Головокружение едва не свалило её, но она успела схватится на резную стойку кровати. Наконец голова перестала кружиться. Джинни осмотрелась. Комната была огромна, роскошна: высокие окна с тяжелыми шторами, огромный зеркальный шкаф, две массивные деревянные двери. Она подошла к одной из дверей. За ней оказалась ванная комната. С надеждой она повернула ручку второй двери — возможно, это выход. Но та не поддалась. Она была заперта. Глухо выругавшись себе под нос, Джинни бросилась к окну. Тяжёлые бархатные шторы, казалось весили тонну, но она распахнула их. Яркий солнечный свет ударил по глазам, заставив её отшатнуться и прикрыть лицо ладонью. Когда зрение привыкло, Джинни осторожно выглянула наружу. И ужаснулась. Под ней простиралась глубокая бездна. Здание, где она находилась, стояло на краю обрыва. Выхода нет. Потеряв самообладание Джинни бросилась к двери, она дергала ручку, била кулаками, кричала, но все безуспешно. Никто не отвечал. Никто не приходил. Желудок сводило от голода, горло пересохло. Джинни рухнула на мягкую кровать, чувствуя как силы покидают её. Вся эта ситуация была её виной. Если бы она не ушла из дома, не хлопнув дверью перед Гарри. Ничего бы этого не случилось. Она была в ловушке из-за собственного упрямства и безрассудства. Внезапно раздался тихий хлопок. Джинни вскинула голову. Перед ней стояли два домовика. В своих тонких ручках они держали серебряные подносы, уставленные едой. Домовики синхронно поклонились ей. — Вилли и Тинки рады приветствовать вас в доме нашего хозяина, мисс, — пропищала одна из них, та что казалась более пухлой. Вторая, худощавая и более с острым носом подошла ближе к ней и протянула поднос. Запах еды ударил в нос и инстинкт взял вверх. Джинни жадно схватила поднос, её руки дрожали. Она принялась поглощать все, что попадалось под руку: сочную куриную ножку, свежеиспечённые булочки, запивая ароматным тыквенным соком. Вилли и Тинки всё это время молча стояли, наблюдая за ней своими огромными глазами. Наконец, утолив голод, Джинни оторвалась от еды и посмотрела на них. — Где я? — спросила она, старясь придать голосу твердость. — В доме нашего хозяина, — ответила Вилли. — Я это уже поняла! — раздражение вернулось. — Кто ваш хозяин? — Наш хозяин, мисс… Тинки резко дёрнула Вилли за руку, призывая молчать. Домовики переглянулись. Вилли что-то прошипела в ответ, а Тинки толкнула её локтем. Их морщинистые личики отражали панику, но они продолжали препираться. — Вы закончили? — спросила Джинни, скрестив руки на груди. — Где ваш хозяин? — Он скоро будет, — наконец ответила Тинки, её голос почти дрожал. Она подошла к Джинни, осторожно забрала опустевший поднос. Домовики опять поклонились ей, и прежде чем она успела задать хоть ещё один вопрос, исчезли очередным тихим хлопком. Джинни ахнула от неожиданности. Тишина, наступившая после исчезновения Вилли и Тинки, показалась ей ещё более оглушительной. Она снова осталась одна наедине со своими мыслями, которые теперь, на сытый желудок, стали ещё более едкими. Она мерила комнату шагами — от окна к двери, от зеркала к кровати. В голове всплыл образ Гарри. Его лицо, искаженное обидой. Джинни зажмурилась, пытаясь отогнать чувство вины, которое проникло глубоко в грудь. «Гарри, ты ведь ищешь меня? Или ты настолько оскорблен, что решил дать мне время остыть?» — думала она. Джинни представляла, как он сейчас ходит по Гриммо, злится, а возможно, перебирает бумаги в аврорате. Но потом ее пронзила мысль о маме. Сердце её обливалось кровью. «Как она там?» Джинни молилась чтобы семейные часы не показывали её положение. Солнце медленно начало клониться к закату, окрашивая комнату в багровые тона. Тени от балдахина вытянулись, напоминая длинные костлявые пальцы. Джинни сидела на краю кровати, сжимая свою сорочку, когда вдруг внезапно она услышала щелчок замка. Джинни вскочила на ноги, отступая к окну. Дверь медленно отворилась, пропуская в комнату полоску холодного света из коридора. На пороге стоял высокий мужчина. Он не спешил входить, просто стоял, рассматривая её. Когда он сделал шаг вперед, свет из окна упал прямо на его лицо, и Джинни почувствовала как земля уходит у неё из-под ног. Весь воздух разом покинул её легкие. — Ты… — выдохнула она, и её голос дрогнул.