Ты мой пленник

Пробраться к Поттеру ночью оказалось сложнейшей задачей. Хотя бы потому, что теперь его охранял малознакомый мне человек, ведь Амикус был занят «своей» миссией. Попробовать очаровать я отказалась сразу и теперь полагалась на удачу и чужую глупость. К камере я ступала твердым шагом, совершенно не смутившись пристального взгляда Пожирателя, который похоже уже долго боролся со сном от скучной работы. Но увидев меня его лицо вмиг сосредоточилось и он встал по стойке смирно. — Открой, мне нужно испытать новое заклинание на пленнике, — как нечто обыденное произнесла я и уперла взгляд в ручку. Мужчина раннее встречался мне мельком и я мало, что знала о нем. Однако он был высоким и с непроницаемым, равнодушным лицом отчего верилось в успех все меньше. — Это приказ Повелителя? — слегка замявшись, спросил он. Конечно ответ «да» во многом облегчил бы работу, но ждать, что он решит молчать об этом визите казалось мне чересчур наивным. — Это мой приказ, ты же знаешь кто я? — выдерживая хмурый взгляд Пожирателя я впервые хотела, чтобы статус дочери Повелителя возымел вес не как что-то обременительное. — Мисс, — смягчая голос начал он. — я знаю вас. Год назад я был в отряде с миссией по доставке вас из Массачусетс в Лондон. Забрать меня из школы решили спонтанно и я не посмела сопротивляться дюжине незнакомых, взрослых мужчин с холодными взглядами. К тому же им даже удалось убедить директрису отпустить меня раньше окончания семестра. И находясь в гуще событий мне не довелось запомнить всю эту группу колдунов, кроме Яксли, что обхаживал меня и пытался успокоить и убедить, что со мной ничего плохого не случиться. Наивно с его стороны. — Тогда не вижу проблемы, — вырываясь из омута воспоминаний, сказала я. — Вы собираетесь испытать на нем снотворное заклинание? — со скепсисом спросил мужчина. — Это моё личное дело, — возмущённо ответила я. — вам нужно лишь открыть дверь или прикажете наведаться к отцу и рассказать о вашем неповиновении? Он будет очень рад, что его беспокоят по такой ерунде. — Мне не сообщили о том, что вы можете прийти. Если это срочное дело я могу отправить Керроу письмо. Он сказал обращаться по всем вопросам касательно Поттера к нему напрямую. Я почувствовала, как сердце ускорило ритм и как я близка к провалу. Но похоже пути назад не было. — Керроу? С каких пор он раздает приказы? — и моё возмущение было искренним. — Послушайте, я работаю над одним заклинанием и не могу уснуть, потому что мне не на ком проверить его действие. Ещё одной ночи без сна я просто не выдержу и в ужасном настроении прийду к Повелителю и расскажу, кто причина всех моих бед. Мерлина ради, десять минут и я смогу закрыть глаза и закончить работу! В глазах Пожирателя ясно читалось недоверие со страхом отказать. И хотя авторитет мой был низок среди ближайших слуг Господина, все же на кого то я могла нагнать страха. Пусть и прикрываясь отцом. — Только не долго. Мне приказано не беспокоить пленника ночью. — Он и не вспомнит, — выдохнула я и проскользнула в едва открывшуюся щель. Единственный факел на стене все так же горел несмотря на темное время суток, но сам Поттер не встречал меня безумным зелёным взглядом. Я замерла, стараясь не шуметь и уставилась на скрюченное на полу тело. Рубаха обтянула худую спину на столько, что я могла бы посчитать каждый позвонок. Он лежал на холодном камне и тело еле вздымалось от размеренных вздохов. Я старалась ступать тихо, отчего то опасаясь прервать сон пленника, что сегодня мне показался уже не диким животным, а беззащитным парнем, который смиренно принял свою участь и сейчас спал не в теплой уютной постели, а на неровных кирпичах. Но после моего второго шага слух Поттера не подвёл и тот резко вскочил на колени и шустро нацепил на нос очки, которые похоже лежали прямо в руке пока тот спал. А второй рукой, словно по привычке, он начал шарить по полу в поисках, как-то догадалась я, палочки. Грудь его вмиг сменила размеренные движения на неровные скачки и зеленые глаза устремились на меня отражая панику. Машинально я вытянула руки вперёд и сказала: — Спокойно, это всего лишь я. Поттер нахмурился, но рука перестала рыскать по полу. — Я отвык от ночных визитов. Обычно в такое время меня не беспокоят, — слишком честно сказал он и сразу же это понял. Потому как он полностью поднялся на ноги и его лицо разгладилось, а глаза теперь с привычным интересом рассматривали меня. Но я отчего то прицепились к этой фразе и мне стало ещё более неловко от того, что я побеспокоила Поттера. И хотя у него не было права составлять график посещений, все же до меня границы здесь были. — Я бы не пришла просто так, — шепотом сказала я. — просто случилось кое-что непредвиденное и мне нужна…твоя помощь. Пленник потянулся, его испуг совсем прошел и теперь все выглядело так, словно это Поттер побеспокоил меня среди ночи. — Никогда не подумал бы, что окажусь ещё кому-то срочно нужен, — ехидничал он. Я подошла совсем близко к решетке, но страха не было совершенно. — Твой план оказался слишком хорошим. — Вот как? — брови Поттера забавно подпрыгнули. — раньше они никогда не срабатывали. Я вообще-то привык действовать спонтанно, по обстоятельствам, — он в развалочку приблизился и сложил руки крест на крест, ожидая объяснений. — Тогда не удивительно, что ты оказался здесь, — раньше, чем я смогла сдержать язык эти слова вырвались, но Поттер не обиделся (сейчас это было бы очень не кстати), а наоборот улыбнулся и покивал: — Возможно ты права. Так что привело тебя ко мне в такое компрометирующее время? Не поверили, что сама придумала? — Нет, мой, то есть твой план, украли, — злясь все сильнее после каждого слова, сказала я. Но Поттер не бросился с вопросами, а чересчур спокойно спросил: — И что? — Как это что? Керроу услышал через эти ваши подслуши и побежал докладывать Повелителю, только забыл упомянуть откуда у него взялась такая чудная идея. Теперь это его задание и привилегии за поимку мятежников получит он! Но Поттер был все так же беспристрастен. Он слишком наигранно вздохнул от скуки и сказал: — Какая досада. Но что ты хочешь от меня? — Мне нужен способ обойти Амикуса. У нас с тобой сделка, Поттер, — твердо произнесла я. Он был последним шансом и уходить с пустыми руками из темницы было равно поражению. Но глаза пленника сузились, а уголок рта потянулся вверх. Вся беззащитность, что открылась мне пока тот спал ушла бесследно, оставив передо мной лишь чересчур наглого и уверенного в себе парня. — Я выполнил условия сделки, милая, так что ко мне вопросов быть не может. А в том, что ты упустила свой шанс виновата только ты. Так бывает, когда хочешь прыгнуть выше головы. Упуская весь смысл слов после, я сосредоточилась только на обращении. Из его уст «милая» прозвучало слишком по новому. Лично, но при этом без того отвратительного подтекста, что слышался мне от Керроу. — Однако, — продолжал он. — хотя мне все равно кто из Пожирателей поймает Невилла, я все же могу тебе помочь. Но это будет новая сделка. — И что ты хочешь на этот раз? — с замиранием сердца спросила я и приблизилась, решив, что Поттер ответит шепотом. Он склонился так близко, что я смогла рассмотреть каждую крапинку зелёного в его глазах, не решаясь моргнуть и потерять его из вида хоть на секунду. — Всего одно письмо. — Кому? — Далеко идти не придется, — шептал Поттер гипнотизируя меня взглядом. — Гермиона наверняка ждёт весточку от своего друга. Это было слишком, скорее даже предательство. Поттер мог договориться о побеге. Но все же на кону висела моя репутация ну и что таить — жизнь Малфоя. — Я прочту его перед тем, как отдать этой зазнайке, — стараясь вставить хоть одно условие, сказала я. — Вижу, вы подружились, — похоже пленник уловил моё негодование. — Но как хочешь, так мы договорились? Помедлив ещё немного, я кивнула. Мы промолчали ещё несколько секунд, а потом Поттер резко сказал: — Ну давай пергамент. Или мне нацарапать на камне? Я отпрянула от решетки в возмущении. — Не так быстро, мне нужны особые чернила. — А палочка тебе на что? Так уж и быть, могу нацарапать кровью, правда послание выйдет короткое, — вновь, как шутку, сказал он. А меня передернуло от лёгкости с которой Поттер рассуждает о жестокости над собой. Он был сумасшедшим и я убеждалась в этом при каждой встречи. Но все же когда-то он представлял угрозу даже для моего отца, так что опасности в нем было столько же, сколько и искушения. — Жди меня завтра в это же время, — слишком заговорчески сказала я. — и придумай план, как обставить Керроу. — Глаз не сомкну, — хмыкнул он. А я собралась с силами, чтобы обеспечить себе возможность вновь зайти в камеру и пойти на сделку с совестью и ненормальным волшебником. Не успел Пожиратель-охранник отпереть мне дверь, как его нос встретился с моей палочкой. Отступать было уже некуда и я решила идти до конца ставя на кон всю свою спокойную жизнь и преданность. — Как удачно я наткнулась на предателя, — сказала я глядя в распахнутые от шока глаза Пожирателя. Его рука держала палочку, но он так и не осмелился поднять ее на меня. — Что-то случилось? Поттер что-то сделал с вами? — аккуратно выведывал он, но даже не догадывался, как глубоко я нырнула с обвинениями. — А ты не догадываешься? — припирая к стенке мужчину тонким оружием я старалась сделать свой голос максимально похожим на шипение отца. — пустить в камеру опасного преступника без проверки и разрешения. Пахнет изменой, — лицо Пожирателя вытягивались все сильнее после каждого моего слова. Ему нечего было возразить. — Мисс, вы же понимаете, что я не был бы столь неосмотрительным с другими, — пытался выкрутиться он, пока моя палочка упиралась ему в центр груди. — А если это кто-то под оборотным? Как ты это проверил? Отец будет в гневе после того, как узнает, что ты не прошел проверку. И вновь после упоминания Повелителя лицо его слуги побледнело. Он сомкнул губы, очевидно не находя слов для оправданий, но был слишком гордым, чтобы умолять меня. На его счастье все мои слова были ложью. Ведь после предательства Амикуса я поняла, что с Пожирателями иначе нельзя. — Но ты мне нравишься, ты гордый и умный мужчина. Если бы не твоя наивность, то давно получил бы метку. Пожиратель молчал, похоже взвешивая свои шансы. А мне не хотелось произносить следующие слова вслух: — Но я могу оставить это между нами, — и хотя мой голос, как ласковый шепот тонул в длинном коридоре подвала, все же шум сердца в ушах был оглушительным. Эти слова я ощутила на сердце словно камень предательства, по глазам Пожирателя я поняла, что он тоже. Но у того точно не было выбора. — я промолчу об этом, ведь мне не хочется расстраивать отца. Но помни, что впредь я буду следить за твоей службой Господину…и мне. Он сказал лишь еле слышное: — Благодарю, мисс. Но по глазам я поняла, что тот уже тысячу раз пожалел, что связался со мной.

***

Малфой помог добыть необходимое, но я отказалась говорить о возможном спасении. Поттер был слишком непредсказуем, в отличии от охранника, что вновь ждал меня у входа в темницу и не смог отказать в посещении. Хотя взгляд его был жёстче, чем в первый раз, так что я не поленилась наложить на него заклинание, обязуя того молчать о моем присутствии. Поттер в этот раз не спал, а бродил туда-сюда по камере, пока не увидел меня. — Надеюсь ты не забыла чернила? Или придется ждать ещё сутки, — вместо приветствия сказал он. Пленник даже не догадывался о моём плане, но оставалось проверить ещё кое что. — В прошлый раз мы не смогли коснуться друг друга, решетка защищена от проникновения, — раздумывая над сверкающим металлом, поведала я. В ответ Поттер подобрал с пола маленький камешек и кинул прямо мне в руки. — Она реагирует только на тепло, так что если ты не спрятала пергамент под юбкой проблем не будет. Его наглость выходила за пределы, но я была так близка к цели и по светящимся глазам пленника было ясно, что план он точно придумал. — Учти, Поттер, — как можно изящнее я взмахнула кистью с палочкой, сотворяя лист бумаги и ловя его протянула через решетку так, чтобы моя рука не коснулась границы перил. — послание дойдет до адресата только после того, как я доставлю Долгопупса Повелителю. Он схватил лист мертвой хваткой и со всей уверенностью сказал: — Ты тоже будь добра выложиться на полную. А перо и чернила? Для пера я тоже использовала заклинание и пёрышко плавно проплыло прямо в руку Поттера. Он уставился на атрибуты в своей руке и похоже задумался. Лицо его омрачилось, стало жёстче, а мышцы на руках напряглись, словно он хотел разорвать на куски предметы для письма. — Чернила будут особенные, — сказала я, надеясь, что Малфой не подвёл. Но Поттер неожиданно впился в меня таким ненавистным взглядом, что пригвоздил меня к месту, не давая достать из кармана заветный пузырек. — Хочешь оставить свой след на мне? — прошипел он словно на парселтанге. Его ненависть была столь сильная, но совершенно не обоснованная. — О чем ты? Поттер бросил на пол перо и пергамент и встав прямо передо мной, вскинул руку показывая тыльную сторону ладони: — У тебя не получилось меня удивить, — злился он. — я проходил и через худшее, но больше ни одна тварь не сможет диктовать мне приказы! Мои глаза в ужасе читали шрам самой необычной формы из всех, что довелось мне видеть на израненных телах грязнокровок. Буквы были неровными, но при этом прочитать удалось легко: «Я не должен лгать» Голова закружилась, а кривая надпись словно отпечаталась в голове, оставляя в памяти каждый рубец. — Думаешь ты первая? Самая изобретательная? — слова Поттера становились все тише и неразборчивее. — …жесткости. В ушах зашумело и через секунду я уже чувствовала горечь и жуткое ощущение в желудке. Меня вырвало прямо на пол. Звук вышел унизительно громким. В голове чуть прояснилось, как только ледяная вода окатила мою голову. — Что ты творишь! — откашливаясь и убирая прилипшие волосы с лица, заорала я на Поттера, который с ведром в руках стоял прямо напротив, за решеткой, и похоже пытался таким образом привести меня в чувство. — Я и забыл на сколько ты нежная особа, — от былой злости пленника не осталось и следа, скорее даже просачивались веселые нотки. — Эванеско, — прошептала я поскорее убирая остатки своего позора. Меня всё ещё мутило и хотелось по скорее отогнать эти воспоминания. Я вытащила из кармана пузырек с чернилами и со всей злости швырнула драгоценную жидкость в ублюдка. К счастью или нет, но он поймал одной рукой. И словно ничего не произошло, спросил: — К чему было тянуть? Любишь интригу? — Это необычные чернила, — я говорила прерываясь на тяжёлые вздохи, но понемногу мое состояние приходило в норму. — они изготовлены из крови фестрала. Глаза Поттера округлились и он внимательнее в смотрелся в пузырек, в котором плескалась перламутрово-черная жидкость. — То есть они… — Невидимы, да, — закончила я. — спустя несколько минут надпись исчезнет и прочитать ее сможет только тот, кому адресовано письмо. Мне же нужно подстраховаться. Не хочу умереть, если кто-то решит покопаться в моих вещах. — После случая с Керроу ты стала предусмотрительней. И все же, никогда не слышал о подобном, — похоже его очень сильно впечатлила моя находка. О немом вопросе Поттера смогла догадаться даже я, не знающая всех тонкостей. — Думаю мятежники не используют их по причине редкости и, я бы сказала гуманности. Мне довелось вновь увидеть интерес в его глазах, как и в день нашей первой встречи. — Поэтому фестралы такие редкие? Их убивали ради чернил? — несмотря на все сумасшествие, что таилось внутри этого парня, о жёсткости к животным он даже слышать не хотел. Не то, чтобы принять. — Я лишь немного изучала этот вопрос. В моей школе делали больше акцента на зелья, где применима их кровь. Но в целом да. Раньше их численность была сравнима с кентаврами, сейчас же намного меньше. Особенно в Англии. От того и редкость. — Откуда они у тебя? — В Хогвартсе остался небольшой табун. Разумеется мы не наглеем, но для самых секретных миссий в запасах хранится пару бутылок с кровью. А я способна приготовить чернила. — Пару бутылок? — воскликнул он. — Хагрид бы не позволил такому случиться. — Если ты про великана, то именно он и присылает нам нужных существ. Ну знаешь, саламандра, акромантулы. Я видела даже жуткую тварь с жалом и щупальцами. Он тот ещё защитник угодий, — со скепсисом закончила я. — Соплохвосты, — словно в бреду пробубнил Поттер. Он был на столько поражен, что так и не притронулся к письму. — неужели он принял его сторону. Неловкость сгустилась в камере и видя растерянное лицо парня мне захотелось сказать хоть что-то, вот только все слова были излишне. Он не знал, что за мир ждёт его снаружи. — Все смирились, — прошептала я. — может, пора и тебе? Он не ответил, но взял перо и макнул его в чернила. Поттер не спешил марать пергамент, словно вспоминал какого это — писать. Я не торопила. Спустя несколько минут за которые я успела рассмотреть пустую камеру вдоль и поперек ужасаясь, чем Поттер занимается от скуки, он наконец потянул пергамент через решетку. Читать чужие письма мне было в новинку, но сейчас дело было не в личных желаниях, так что я решила сделать это по быстрее. Однако прочитанное заставило таки заострить внимание:

«В саду у Хогсмида кружится сугуб,

и я вступаю в шахматный клуб.

Профессор Снейп перепутал носки —

Имбирные пряники пишут стихи.

Неуклюжий опять потерял свой ботинок,

И, кажется, спорит с кустом мандаринок.

Считает узоры на сырых плитах,

Я не успею научить его быту.

Рыжий потерялся в смешных коридорах,

Неведомо мне где такие узоры.

И тень у решётки хранит свой секрет —

Но ключей к нему вроде бы нет.

Когда у двери запоет грязный троль

(Это, конечно, совсем не намёк),

Но тот, кто считает гриффиндорский пирог,

Поймёт, что пора открывать коридор.

Если вдруг кажется: странный рассказ —

Просто забудь этот малый проказ.»

— Это что? — не находя слов, спросила я. — Стих, — пожав плечами, ответил Поттер. — а что ты ждала? План побега? — Я изучу и только потом передам эту…этот пергамент. Для изучения всей глупости, что начеркал пленник однозначно нужно время. — Тогда займёмся твоим вопросом, — подмигнул Поттер. — слушай внимательно и запоминай… Я кивнула и, засунув лист в карман мантии, сосредоточила все внимание на пленнике, который начал излагать свой безумный план с кучей дыр и переменных. Однако выхода не было и все, что мне оставалось это уповать на помощь от самого заинтересованного колдуна.