Ты мой пленник

Я задержала дыхание, чтобы успокоиться. Мне предстояло вновь врать и что самое худшее — эта ложь была для человека который маловероятно мог на нее купиться. Но Поттер не оставил мне выбора, заявив, что другого варианта нет и убедил, что раз я Пожирательница, то враньё должно стать для меня вторым языком. Я сочла это грубым, но зеленоглазый пленник стоял на своем. Вновь сделав глубокий вдох я постучала в дверь. Голоса в комнате притихли и дверь распахнулась сама собой, ну или как все работало здесь — магией. Амикус сидел в удобном кресле за столом и копался в бумагах, а его страшная сестра Алекто, которая напоминала мне гориллу с ее огромным лбом, маленькими глазками и коротким туловищем с чересчур широкими для женщины плечами стояла напротив и ухмылялась. И хотя по началу найти их общие качества было сложно, все же знакомый прищур вызвал у меня к ней отвращение в равной степени, что и к самому Амикусу. Мне стоило многих усилий не передумать и войти в комнату под их взглядами. — Ты посмотри какая птичка к тебе залетела, — грубоватым голосом сказала Алекто. Она была единственной женщиной среди ближайшего окружения Повелителя и отчего-то считала, что этим можно гордиться. Амикус распахнул руки словно я брошусь в его объятия и ласково произнес: — Меррит, какая неожиданность. Хотя совру, что не ждал твоего визита. Я прямо слышала между строк его насмешку над тем, как он обвел меня вокруг пальца. Но сильнее пугало, что он был прав. Тема разговора похожа была для него известна и этот Пожиратель с лёгкостью мог поймать меня на лжи. Он оказался не такой дурак, да к тому же меня изучил, иначе не был бы так рад встрече. Алекто тем временем скорчила страшную рожу, словно ее вырвет. Ей не удавалось скрыть ко мне ненависть, хотя та и не пыталась. — Алекто выйди, у меня личный разговор, — на сколько возможно, надменно сказала я и увидела, как у той дернулась рука к палочке. Ее вспыльчивость не зашла далеко под взглядом брата, но тот не смог остановить ее язык: — Приятно вам развлечься, не сломайте стол от страсти. Не надо представлять, как изменилось мое лицо от такого оскорбления. Но сукин сын Амикус даже не отвёл глаз. Когда дверь за ней захлопнулась я почувствовала облегчение. Пересекаться с ней и до интрижки с ее братом было неприятной случайностью, а теперь я даже не хотела гадать, что она думает на мой счёт. Я подошла к его столу и стараясь говорить четко и уверенно, заявила: — Я хотела бы помочь в поиске Долгопупса. Брови Амикуса подпрыгнули, а морщины стали ещё глубже от улыбки растянувшейся на все лицо. Он осмотрел меня протяжным взглядом и я впервые поняла на сколько опасную игру затеяла. Тогда он казался мне просто старым похотливым извращенцем, но теперь я чётко видела перед собой игрока. Словно зная все мои слова наперед, он лениво протянул: — Увы, мне не нужна помощь неопытной девицы. Я бы не предложил свой — подчеркнул Керроу. — план Повелителю, не продумав все детали. Пусть я не считала его близким человеком все же обида достигла меня. Его равнодушие задело сильнее, чем ожидалось, но потом я поняла, что это лишь от того, что ранее мне не доводилось сталкиваться с подобным предательством. — Дело не в твоих навыках, — без злобы, недовольства и других чувств, говорила я. — а как ты верно высказался — моем опыте. Я не собираюсь отбирать твою славу, но хочу поучаствовать. — Отобрать мою славу? — Амикус разразился громким смехом. — Детка, ты ещё не доросла, чтобы бороться со мной. Он словно испытывал мое терпение, заставляя унижаться и я это делала. — О том и речь, мне просто надоело находиться вне игры. Небольшое задание…малость, чтобы я включилась в работу. Он веселел все сильнее и я понимала, что добиться его согласия будет трудно, но идти на шантаж не хотелось, ибо Керроу, как я уже говорила, был не дурак. — Ты очаровательна, — протянул он, — но я нашел кем сбросить напряжение и сейчас устойчив к твоему дерзкому взгляду. Сколько оскорблений мне было нужно вытерпеть? Такое унижение, казалось никогда меня не коснется, но вот он, Керроу во всю развлекался кидаясь похабными словечками и втаптывая мою гордость все глубже. Я отомщу ему! — Амикус мне бы очень хотелось… — Неубедительно, — ещё более мерзко тянул Пожиратель. — …стать полезной для общего дела. — И всё ещё нет. — Я прошу малость… В мыслях я отрывала ему каждый пальцем, которым тот взмахивал при новом отказе, но продолжала просить. — Ты бесполезна. — Мой план же показался тебе гениальным, — промурлыкала я, ели сдерживая зубы от скрипа. Его лицо не дрогнуло, но взгляд потемнел. Амикус конечно знал, что рано или поздно я упомяну об этом. — Твой? — наклонившись ко мне почти вплотную, прошептал Керроу. — Твой, — выдыхая ему в лицо сказала я, добавив. — если я к примеру, сама отравлюсь в редакцию и передам пример послания для Долгопупса. — И что тебе это даст? Если я найду хоть одну несостыковку в печати, то Господин сочтет это предательством. Побереги свое милое личико. Правдоподобность. Вот о чем я только думала. Поттер сказала я не должна отводить взгляд, говорить медленно и четко без отрывов излагая ложь, дабы у него не возникло ни одно подозрение. — Это низкое обвинение, даже учитывая наши прошлые отношения, — как можно мягче проговорила я. — но повидать Косую аллею мне может больше не представиться. Амикус задумался, откинувшись на спинку стула. И хотя я не знала на сколько правдоподобна была моя игра все же его взгляд обнадеживал. — Ты спокойно можешь попросить Повелителя отпустить тебя прогуляться. Или нет? — Пожиратель сузил глаза и внимательно следил за моей реакцией. Правда была в том, что за год я не покидала поместье ни разу. Причину этого объяснил лишь Яксли, свалив все на безопасность, но спросить отца я боялась. К тому же я прекрасно понимала, что тот задаст простой вопрос — зачем? А придумать действительно вескую причину за год не удалось. — По таким глупостям я не стану тревожить его, — выпрямив спину и задрав голову, ответила я. Мой высокий рост мог бы помочь смотреть на всех свысока, но даже сидя за столом Керроу выглядел куда более уверенным. — Отнести письмо в редакцию — это простое задание, — наконец сказал он. — хотя малейшая ошибка станет губительна. Если с тобой что то случиться виновата будешь только ты. — Не делай вид, будет тебя это волнует, — теперь когда его дозволение было получено, я стала вести себя чересчур грубо, но терпение было не бесконечным. — Ладно, — пожал плечами Амикус и достал из ящика стола небольшой конверт, запечатанный черным штампом. — отдай главному редактору и предупреди, чтобы объявление находилось на главное странице и крупным планом. Выпуск должен выйти завтра утром. Я молча взяла конверт и задержала взгляд на Амикусе. Была ли вероятность того, что внутри меня ждало ещё одно предательство? В любом случае я собиралась все сделать по своему и главное, чтобы этот горбатый Пожиратель не смог мне помешать.

***

Мы с Малфоем двигались по одной из самых известных улиц среди волшебников Британии под его ворчание. Все его слова, как он не старался, пролетали мимо моих ушей, так как я впервые за длительное время вырвалась из-под вечного наблюдения и ощутила вкус свободы. Правда привкус был специфичный. Косая аллея сильно отличалась от рынков и переулок в Европе. Самое главное различие — отсутствие шума. Я привыкла слышать гул, восторг и крики со всех сторон. Удивляться реву странных животных в клетках и вздыхать вместе с толпой над новенькой метлой, сияющей через витрину. Толкаться в очередях за нужным товаром, попадать под красочные фейерверки — все это осталось где-то далеко в моем прошлом, когда поход по магазинам был отдельным развлечением. Школьники в Британии похоже обходились необходимым. И хотя сейчас был не сезон для покупки принадлежностей, все же такой скуки я не ожидала. На витринах не было ни единой картинки, кроме жёлтых пергаментов со страшными лицами разыскиваемых преступников и названия магазинов. Когда мы проходили мимо магазина с чудными тварями те не вскакивали в надежде обратить внимание, а сидели по углам клетки. Да и разнообразия среди тварей не наблюдалось. Совы да крысы. — У вас здесь необычайно тускло, — сказала я Малфою, когда мы прошли мимо патрулирующих в масках колдунов. Те расхаживали по всему переулку и похоже, поддерживали дисциплину. Один раз я заметила, как те остановили дамочку в высокой шляпе и та прижала сумку к груди, словно ее хотели обокрасть. — Я бы сказал, все под контролем, — сдержанно ответил Малфой. Он не хотел идти со мной, но по правде я слегка боялась неизвестности и бродить по улицам, когда столько мятежником ещё на свободе. Ну и ещё он совсем немного не верил в мой план, к счастью ему хватило довода, что хуже не будет. — У нас все иначе, — продолжала рассуждать я заметив через витрину скелет какой-то твари. — как это вообще может привлечь покупателей? Жуть. — В Лондоне больше нет мест, где можно было бы купить необходимые товары. Черная торговля запрещена. Мы добрались до высокого белоснежного здания, единственного светлого пятна на всей улице. Драко рассказал мне, что это банк, которым управляют гоблины. Правда вместо них на входе я вновь увидела людей в масках. — Гоблины — это так необычно, — пробормотал я разглядывая величественное здание. — почему они решили работать с вами? Вы им доверяете? — Они самые беспристрастные существа и именно поэтому Гринготтс долгое время считался самым безопасным местом хранения, — посвятил в историю меня Малфой. Он смотрел на банк немного с грустью, словно у того тоже имелись свои воспоминания об этом месте. Неприятные воспоминания, возможно. — Почему же это изменилось? Открыли новый банк или гоблинам надоело с вами работать? Малфой развернулся и двинулся дальше, лишь когда мы отошли на безопасное расстояние, он огляделся и тихо произнес: — Поттер ограбил один сейф и сбежал. По правде он был единственным кому это удалось. Будь я проклята, но в голосе Малфоя очень отдаленного звучали нотки восторга. — Мерлин всемогущий! — Драко нахмурился и я понизила голос. — как это произошло, ты знаешь? — Не больше остальных, это печатали в газетах. Он сбежал вместе со своими чудоковатыми друзьями верхом на драконе. Это звучало на столько невероятно, что даже представить в голове было трудно. Поттер верхом на драконе ограбил банк, охраной которого занимались гоблины. Самые жадные существа на земле, коим не писаны ни одни правила. Я видела гоблинов лишь на картинках, но нам рассказывали, что обмануть тех просто невозможно, каким бы искусным колдуном ты не был. — Он приручил дракона? Откуда он его взял? — вопросы сыпались из меня, но лицо Малфоя мрачнело, отчего-то тот не хотел делиться информацией. — Дракон охранял сейф, на сколько я знаю. Приручить их вряд ли возможно, хотя один раз Поттеру удалось победить в схватке с одним. — Расскажи! — тут же потребовала я, но Драко стал уже не просто грустным, а злым. Для меня словно открылась правда. Ведь до этого он мне казался лишь нахальным парнем с высоким самомнением. Но оказалось, что Поттер и впрямь был необычным волшебником. Столь необычным, что хотелось узнать о нем, как можно больше. — Нет, — шикнул Малфой. — я не стану здесь обсуждать Поттера, мне отрежут язык если кто-то узнает об этом. Мы с тобой знаем где он оказался за свои сумасшедшие поступки и я не хочу сидеть рядом. Да и вообще, — уже спокойнее сказал Драко. — уже не так важно, что он сделал. Ему конец. Малфой сказал это так хладнокровно, что мурашки побежали по моей спине. Я не считала Поттера благородным или достойным быть среди нас, но…так хотелось узнать почему он это сделал, как ему хватило духа и сил. Я долго не признавала, но он стал мне интересен. И это было просто ужасно. Наконец мы добрались до невзрачного здания с табличкой на которой красовалось перо и печатная машинка. — Нам сюда, — сказал Малфой, отворяя передо мной дверь. Внутри все было совершенно иначе. Огромный зал, что конца не было видно, стены которого были усыпаны разными вырезками из газет. В несколько рядов стояли столы, за каждым из которых сидел человек, а рядом печатная машинка стучала по клавишам и заполняла помещение неприятным звуком. По всюду летали страницы, а волшебники болтали друг другом почти крича, стараясь перебить стук клавиш. У ближайшего стола от нас, усатый мужчина ругался на женщину размахивая толстой папкой с пергаментом. — Какой, Мерлин тебя раздери, морщерогий кизляк! Я сказал написать о морщинистых козлах! Да за такую корреспонденцию меня усадят в Азкабан на сорок лет! С другой стороны женщина болтала с неимоверной скоростью, а четыре пера летали в воздухе и пытались записать все ее мысли, вылетающие из не закрывающегося рта: —Присамомневероятномразвитиесобытийниктонемогпредставитьподобношосоверщенияобстоятельствобощающихвсевышеизложенныефакты… Вдалеке раздался взрыв и из печатной машинки вырвалось густое облако дыма. — Драконьи яйца! Я почти закончил! — возмутился мужчина, чей стол почти скрылся в дыму. Малфой первый опомнился и поспешил к тому самому мужчине, что отчитывал бедную журналистку. Надо сказать, Драко вел себя, словно беспорядок вокруг был для него фоном. Он донельзя спокойно увернулся от летящей чернильницы и надменно сказал: — Добрый день, сэр. Я Драко Малфой. Усы мужчины дрогнули и он всё ещё громким голосом, спросил: — Чего надо сынок, не видишь у меня дел по горло. — Я пришел ни один, — он кивнул в мою сторону и усатый мужчина хмуро осмотрел меня с ног до головы и хмыкнул. — у нас к вам послание от Амикуса Керроу. Он предупреждал вас? Женщина, которую минуту назад отчитывали, сгорбилась и уткнулись в стол, начав перебирать бумаги с места на место. Ее начальник же не мог сделать вид, что ничего не слышал и подхватив Малфоя под руку запричитал. — Конечно, конечно, пройдёмте. Очень быстрым шагом тот двинулся в самый конец зала где оказалась небольшая перегородка. За ней стоял такой же стол, отличающийся лишь меньшим беспорядком и небольшой фотографией, на которой маленькая девочка танцевала возле камина. Мужчина наколдовал два стула и предложил нам сесть. Его взгляд все ещё был прикован ко мне и я ждала когда же Малфой меня представит. Но этого не произошло. — Наше дело первостепенной важности, — деловито произнес Драко и протянул мне руку, вероятно, чтобы я отдала письмо. Но это было мое дело и мой план. И тот факт, что меня второй раз пытались задвинуть жутко раздражал. Так что я вытащила письмо из кармана мантии и начала вскрывать. Оба смотрели на меня с недоумением, особенно Малфой, который похоже все ещё надеялся, что я передумаю и отступлю. — Вы можете подготовить заметку прямо сейчас? — спросила я срывая печатку с конверта и доставая пергамент. — Извините, я наверно не так понял, но мне сказали, что заметка должна быть в утренней печати, — неуверенно произнес усатый мужчина. — Да, — я наконец развернула письмо и пробежалась глазами. Подвоха не было, там была изложена информация о необычной змее, что видели в месте, куда Амикус собирался привести засаду. — однако я должна внести коррективы и увидеть конечный результат своими глазами. Будьте добры, — я протянула ему письмо. Он пробежался взглядом и спросил: — Что именно вы хотите изменить? — Вы должны написать, что змею, огромных размеров заметили в месте указанном в письме, однако после вами была собрана тщательная информация и по свидетельским показаниям подобная особь встречалась ещё в нескольких местах. Лекарь, собиравший редкие растения для зелий, столкнулся с ней у подножья Грампианской горы, но позже вы по счастливой случайности нашли письмо от колдуна по имени Джеймс Корбан, который в красках описал чешуйчатое и сказал, что чудом спасся от нее недалеко от ущелья Чедерр. — Что-то ещё? — аккуратно спросил редактор. — Не стоит размещать заметку на главной странице, — дальше мне стало немного неловко, но Поттер дал четкие указания и я надеялась, что тот не решил так глупо надо мной пошутить. — и ещё вам нужно нарисовать некоторые рисунки. — Рисунки? — переспросил журналист. — дело в том, что в газетах обычной фигурируют колдофото. Мы не занимаемся подобными…мы не рисуем! — Придется, — надавила я. — вы должны изобразить несколько рисунков на всей странице. Но три определенных будут рядом с абзацами где указаны адреса. Возле каждого адреса должен быть свой…рисунок. Я готова была сгореть со стыда под взглядом Малфоя и ещё более пронзительным взором журналиста. Но иначе ничего не имело смысла. Решив, что я уже ни раз выставляла себя ненормальной хуже быть не может, мне следует закончить начатое. — Возле адреса указанного в письме нарисуйте кубок по квиддичу. У адреса лекаря — змею, а возле последнего я хочу видеть монету. — Монету? Какую монету? — всё ещё не понимая на сколько я серьезная в своих намерениях, спросил мужчина. — Галлеон. И если возможно, точнее если вы найдете на столько хорошего художника, на монете нужно набить координаты этого места. Ущелья Чедерр. — Это может занять некоторое время, — растянул журналист. — признаться у нас в штате нет на столько умелых колдунов в искусстве. Малфой резко швырнул на стол мешок и по звону я поняла, что тот был набит теми самыми монетами. — Мы вернёмся через час, — подражая своему надменному виду, сказал Драко. — Ах, да, — я решила, что за такие деньги этот усатый журналист просто обязан выполнить все мои условия. — остальные рисунки можно сделать любыми и повторяющимися. У мужчины в глазах не отражалось понимание, но я надеялась, что это звон монет заворожил журналиста. Мы не стали прощаться и молча покинули редакцию, надеясь, что время пролетит быстро. Драко вновь первым двинулся по переулку, но меня всё ещё мучил один вопрос. — Почему ты не представил меня? Малфой не посмотрел на меня, а отчеканил, словно готовил ответ заранее. — Он тоже не представился, вероятно решил, что мы должны итак знать кто он такой. — И ты знал? — Разумеется, я же читаю газеты. Наш знакомый Смит недавно стал редактором «Ежедневного пророка» и вероятно это его призвание. — Ты темнишь, Драко. Наверняка есть причина, зачем ты скрываешь мою личность. — Тебе обязательно это спрашивать у меня? — Малфой был недоволен, но вопрос его показался мне глупым. А кого ещё я должна была спросить? Мистера Смита? — Почему ты не можешь сказать прямо? Обо мне уже известно местному обществу? — Нет, — нехотя ответил блондин. — и меня весьма вежливо попросили не нарушать это. Меня скрывали? Это возмущало и сбивало с толку. Разве моё имя могло хоть отдаленно навести на мысль о Господине? Все эти вопросы кружили ураганом в голове, но Малфой выглядел на столько недовольным, что я решила закрыть тему. Проблем всё ещё хватало. Час тянулся долго в тишине и я выдохнула, когда мы наконец вернулись смотреть результат. Мистер Смит постарался на славу. Страница вся пестрила маленькими рисунками различных тварей, перьев и растений. По сравнению с чёрно-белыми заголовками и серьезными интервью министерских работников она привлекала внимание своей необычностью. — Спрячьте ее по глубже, на предпоследней странице и напишите что то вроде «Новая рубрика: странные истории колдунов». И сделайте все черно-белым, слишком яркая заметка. Смит кивал на все мои слова и выглядел так, словно это уже не было глупой просьбой.

***

О том, что Амикус недоволен моей работой я узнала от поспешно выбегающего из поместья Малфоя. Тот рассказал, что Керроу покраснел до корней волос когда получил почту и был вне себя когда узнал, что Повелитель сегодня отбыл и он не может пожаловаться на меня. Я, стыдно признаться, но обрадовалась его отсутствию. Нам с Драко предстояла самая сложная часть плана. Мы сбегали из поместья, тем самым оставляя Пожирателя с носом и без возможности отчитать меня за самоуправство. С раннего утра мы прибыли к ущелью и создали маскировку. Для пущей убедительности даже пришлось стащить с кухни несколько костей с ужина и раскидать по окрестностям, имитируя обеды змеи. Сколько нам предстояло сидеть в засаде я не могла даже предположить, но если Долгопупс не явиться в скором времени, то мне придется отвечать и за побег, и за испорченную заметку. Однако, Поттер сказал, что Долгопупс точно поймет намек с монетой и координатами. Оказалось, понял и Малфой. — Откуда тебе известно о галлеонах? — в тишине пещеры его голос показался мне ещё более холодным. Разумеется сказать про Поттера я не могла, как и придумать что-то своё. Я слишком мало знала обо всех этих людях, чтобы сделать хоть какие-то предположения. Но взгляд Малфоя был таким пронизывающим, словно за этим маленьким фактом скрывалось что-то серьезное. — А ты? — растерявшись пошла в атаку я. — Я первый спросил, — злобно прошипел Малфой и я шикнула на него. Мы сидели по разные стороны и было бы глупо из-за спора спугнуть мятежника. — Не имеет значения, — чувствуя, как тот загнал меня в тупик я боялась, что единственным выходом станет полное игнорирование Драко. — Ты пытала Грейнджер? — он продолжал задавать вопросы и вгонять меня в ступор. — Грейнджер? Это… — Грязнокровка, которою держат в подвале. Черт возьми, Меррит, ты же падаешь в обморок от капли крови, — я не понимала чего в голосе Малфоя больше: отвращения или недоверия к своим же словам. Я молчала и пыталась срастить его вопросы друг с другом, а тот тем временем не унимался. — Как тебе духу хватило? — Да не пытала я ее, — все, чего мне сейчас хотелось, чтобы Драко заткнулся, но тот словно сбросил обед молчания и требовал четкого ответа. — Грейнджер ни за что не рассказала бы по доброй воле. — Ты о ней много знаешь. Малфой закатил глаза и после недолгой паузы сказал уже спокойным, размеренным тоном: — Мне интересно как быстро ты начнёшь применять Круциатус. От него не веяло осуждением или ненавистью, но все же его слова глубоко засели. Нравилось ли мне по какому пути я двигалась? С того момента, как мне стало известно кто мой отец я испытывала только гордость и желание доказать свою значимость. Стать такой же могущественной и достойной. Но что-то глубоко внутри шептало, что это другая Меррит. Хотя, подумалось мне, я так и не поняла, какая я настоящая. Потемнело быстро, за эти несколько часов мы с Драко лишь молча засели в своих мыслях и изредка обменивались взглядами. От постоянного напряжения даже голод не ощущался. Я сидела на земле и и ждала когда же тут кто-то объявиться. С рассветом растаяла последняя надежда. — Он не придет, либо же купился не на тот адрес. Либо Амикус нашел способ поймать его раньше нас, — закапывал все глубже мою надежду Малфой. Он сильно устал, его глаза покраснели и похоже, шея Драко затекла. Он пытался размять ее рукой, но только морщился. — надо возвращаться. — Нет. Твердость в этом была обусловлена страхом. Дома меня ждало наказание, а что ещё хуже — разочарование отца. Да к тому же, меня могли уже искать, хотя это было маловероятно, ибо метка на руке не ощущалась. — Мне конец, — крайне печально произнес Драко. Я бы посочувствовала ему, не будь мне также страшно. День шел долго. Мы перекусили. Драко предложил отдохнуть по очереди, но я так и не смогла заснуть. Увидеть в этом чертовом ущелье Долгопупса было для меня единственным желанием и я готова была сидеть тут сколько потребуется. Малфой на такие жертвы идти не собирался. — Если до утра не появиться — уходим. Нас итак долго нет и ничем хорошим это не закончится. Казалось я сгрызла все ногти пока не услышала шум. Разбудив Драко я замерла и достала палочку, что потеплела от моего волнения. Напряжение нарастало с каждой секундой и достигло пика, когда между огромными каменными стенами показался высокий и темноволосый колдун. Он хромал, но меч в его руке похоже держался крепко. Я осмотрела этот артефакт из-за угла и подумала о колдунах, кто вживлял свои палочки в разные подручные вещи. В Америки такое запрещалось, но кто помешает? И раз уж вторая рука Долгопупса, а чутье подсказывало, что это именно он, не занята палочкой, то его оружие может быть именно в этом мече. Мы с Малфоем прицепились одновременно и ударили также. Мятежник не успел даже опомниться, как бы сражен и звон упавшего оружия разнёсся на все ущелье. Мы кинулись к телу, как оттуда же, где показалась голова Долгопупса, выскочила ещё тройка незнакомцев, с намотанными шарфами по глаза. Не ожидая подобного мы с Малфоем чуть не попали под удар, чудом увернувшись от заклятий. Впервые участвуя в подобной битве я поняла, что руки дрожат так, что я не могла даже попытаться прицелиться. Малфой боролся за нас двоих, выкрикивая мне, что пора перестать стоять столбом. Не могу сказать, что его слова подействовали, но мне хватило смелости подползти к лежащему преступнику и крикнуть Драко: «сюда». Противники поняли, что мы собираемся сбежать, а потому на Драко обрушился жуткий шквал проклятий, как в меня не кидали ни одной искры, боясь задеть своего соратника. Драко сдавался, я видела, что у того не хватает сил уворачиваться и ставить щиты. Требовалась огромная сила духа встать и выставить палочку. Всего несколько секунд для Малфоя, чтобы он добежал до нас. Несколько мгновений. Одно заклятье попадающее в цель. Но в голове летал лишь ветер, а рука дрожала. Когда Драко подскользнулся на камне и упал, схватившись за руку я поняла, что все кончено. — Бомбардо Максима! — воскликнула я, но дрожащая рука выбрала жертвой заклинания не колдунов, а скалы. Раздался оглушающий грохот, земля задрожала, а треск камня заставил сердце сжаться от страха. Мы не погибнем здесь — твердила я себе и начала тащить Долгопупса за ноги ближе к Драко, нам нужно было лишь коснуться друг друга и трансгрессировать. И чудо, что пальцы все же соприкоснулись.

***

Нас бросило на землю выбив весь дух. Драко протяжно застонал, но моё внимание было обращено на всё ещё бессознательного пленника. Следовало связать его и обыскать. В карманах остался один лишь хлам. Черный порошок, палочка и складной нож. Долгопупс похоже слишком надеялся на свою команду. — Черт! — взвыл Драко. — Как же больно! Я повернулась и увидела, что рукав Малфоя перепачкан кровью на столько, что мои глаза начали терять фокус. Отвернувшись я постаралась глубоко дышать. От тошноты спас почти пустой желудок и появившиеся у ворот поместья Пожиратели. Нас окружили, как преступников и вскинули палочки. Сердце забилось так быстро. Пожалуй, наивно было полагать, что меня встретят с кубком в руках и медалью за храбрость. — Меррит Гонт, — знакомый голос старика Яксли позвал меня и я тут же повернулась, стараясь избегать взглядом Драко. Но вместо вопроса в меня полетел жёлтый луч и с ошеломительной силой ударил прямо в лоб, заставляя потерять сознание.