Плохие вожатые

— Какая ещё, блять, жеребьёвка?! — произнёс Рома с откровенной злобой, явно не понимая, каким боком из распределения по отрядам можно было сделать полный рандом. Рядом стоящая Полина метнула на него презрительный взгляд, поджимая губы. А затем и вовсе устало выдохнула:  — Рома, не выражайся.  — А ты мне не указывай, — отрезал он слишком торопливо, но губы всё равно поджались. — Как ребёнок малый, — добавил Антон в поддержку подруги, коротко взглянув на неё. Он не был сильно рад тому, что друг так открыто матюкается при старших. — Не нравится что-то, значит ехать не надо было.  Словно не услышав его, Ромка демонстративно отвернулся к Бяше и начал донимать уже того.  Возможно, это было даже к лучшему. — Ребят, ну вы чего? — снисходительно улыбнулся Виктор, всё это время сидевший за письменным столом. — Вы ведь и так последние приехали, нужно распределиться поскорее.  Не то чтобы Антона напрягал тот факт, что они сильно опоздали в первый рабочий день. Он ведь уже было начал надеяться, что этот день пройдет более чем нормально, без ссор и неуместных разногласий.  Но конечно, ожиданием совсем не суждено было сбыться.  Это подтвердили недовольный Ромка, сонный Бяша и растерянные девочки.   Все шло не по плану, который так и норовил всплыть в мыслях всё чаще.  — Во-от именно, что последние! — не унимался Ромка, как будто сам факт наличия «жеребьёвки» был уже его личной проблемой. Или попросту юношеским порывом эмоций, желанием доказать свою независимость. — Мы чё, не имеем права выбирать, в каком отряде служить?  Уже даже Бяша не выдержал, прыснув торопливым смешком:  — Служат в армухе, на! — выразил своё негодование он, схлопотав подзатыльник от Ромки, чьё лицо не разделяло этого смеха. — Ай! Чё руки распускаешь?! — Уж простите, заслужил! — фыркнул Рома, запрокинув руки за голову, словно на этом его полномочия «всё».  — Извини их, — устало выдохнул Антон, пальцами пробираясь под оправу очков, дабы стереть надоедливый пот. От июньской жары становилось почти не по себе, а от мысли, что такое адское пекло будет ещё пару месяцев хотелось упасть прям в этом домике. — Как всё-таки работает жеребьёвка?  Словно не заметив всего конфликта, что сложился между ребятами за последние десять минут, Виктор тут же улыбнулся:  — Всё очень просто, — с какой-то странной благодарностью заговорил он, шурша по столу руками. — У нас, как вы уже знаете, всего три отряда, — всё-таки найдя нужное, он вскинул перед собой пять карточек, — в каждом по одной девушке и два парня.  Антон склонил голову к плечу, вслушиваясь в каждое слово внимательно.  Совсем не хотелось упустить что-либо из внимания.  — Но-о так как вы приехали последние, — подцепив карточки со стола, Виктор поднял взгляд на ребят, — остальных ребят я уже заселил. — Он подошёл ближе к девочкам, протягивая им две карточки. — У вас осталось всего два варианта, так что тяните.  Катя переглянулась с Полиной, протянула руку первой. Её пальцы слегка дрогнули, когда она коснулась руки Виктора.  — Вот же-е, — поджав губы, прошептала она. Глаза продолжали прожигать надпись, пока Катя всё-таки не опустила бумажку. — Старший! В голосе её сквозило недовольство, которое Антон понял как никто другой. По всей видимости, подруга уже настолько устала он выпускного класса, постановки вальса — что стать вожатой старшего отряда было сравнимо разве что с приговором.  — Я думаю, ты справишься, — подмигнул ей Виктор, а затем повернулся к Полине с улыбкой на губах. — А у тебя, значит...  Она без раздумий схватила бумажку, почти подпрыгнув на месте от волнения.  — Младший! — слишком громко воскликнула Полина, торопливо пробегая по тексту глазами и задорно хлопая в ладоши. — Я так и хотела!  — Ну во-от, видишь, — тихо добавил мужчина, подходя к письменному столу и помечая что-то в своём блокноте. — Парни, теперь вы. Только предупрежу: старший вам уже не светит.  Невольно напрягшись, Антон скользнул взглядом по друзьям, которые уж слишком вопросительно уставились на Виктора. — Миша и Женя вас опередили, — тут же пояснил за свои слова мужчина, подцепив оставшиеся карточки со стола. — Но это же не проблема?  — То есть, у меня ещё теперь нету даже шанса с друзьями быть? — с какой-то слишком уловимой грустью в голосе Катя поджала губы. — Вообще чудесно...  — Ну ты чего, — шагнул к ней Виктор, положив одну руку на её плечо. — Не переживай, Миша и Женя отличные, взрослые парни! — он кивнул ей, как будто поддерживая свои же слова. — Общий язык точно найдёте. Еще несколько секунд Катя пристально смотрела на мужчину, прежде чем сдавленно кивнуть и отойти в сторону. Она словно специально освободила чуть больше пространства, чем нужно, дабы парням было удобно вытягивать отряды.  Когда Виктор в очередной раз протянул уже три бумажки, Ромка, опередив друзей, подошёл первым и вытянул:  — Средний, ну-у, — выдохнул он, скользнув взглядом по Полине. — Хотя б не малолетки.  Вскинув бровь вверх, Полина украдкой показала Ромке средний палец.  Антон, завидев это, сдавленно прыснул смешком.  И он уже было потянулся к бумажкам, но его руку быстро прервали. Бяша всунулся вперёд, умоляюще взглянув на него.  — Братан, можно я первый? — уж слишком жалостливо проговорил Бяша. Он чуть ли не вывернул нижнюю губу, невинно захлопав глазами. — Буду должен, на!  Антон протяжно выдохнул, отступив на один шаг назад. Коротко кивнув, он улыбнулся Бяше:  — Конечно можно.  Просияв широченной улыбкой, Бяша таки вытянул именно то, что хотел.  Когда его глаза пробежались по тексту, он вскинул руки вверх в слишком победном жесте.  — Ура! Полинка-а! — Бяша чуть ли не подорвался с места, очень резко срываясь на бег. В его голосе звенела такая искренняя, почти детская радость, что невозможно было не улыбнуться. Он даже не стал замедляться и вихрем подлетел к Полине.  Руки тут же сомкнулись вокруг неё, крепко, но осторожно, и он словно без всяких раздумий подхватил её. Бяша закружил подругу в воздухе, широко улыбаясь, и от этого движения волосы Полины взметнулись, а смех вырвался сам собой.  — С малыми будем! — выпалил Бяша, даже не пытаясь скрыть своего восторга.  Его глаза сияли, щёки чуть покраснели от эмоций и движения, а дыхание сбилось, но он всё равно продолжал кружить Полину, не спеша отпускать.  Это было настолько умилительно, что Антон на секунду будто выпал из реальности. Улыбка сама собой тронула губы, а взгляд невольно задержался на Бяше и Полинке. Он даже на мгновение забыл, что сейчас вообще-то его очередь тянуть. Но имело ли это смысл? Мысль пришла спокойно, словно ответ был известен далеко заранее. Ведь даже когда Антон всё-таки взял свою бумажку и, чуть помедлив, развернул её, никакого удивления не последовало.  Ни резкого вдоха, ни вскинутых бровей — только тихое, почти ленивое осознание. Как только он услышал, что Бяша вытянул младший отряд, внутри сразу что-то щёлкнуло: у самого точно будет… «Средний». И вот оно — чёрным по белому. Антон скользнул по слову взглядом, задержался на секунду. Это было не худшее. Совсем нет. Даже наоборот. Потому что с ним будет Ромка. Эта мысль неожиданно согрела, разлилась внутри спокойствием, и уголки губ сами приподнялись. Антон поднял взгляд, сразу находя его среди остальных, и, не раздумывая, шагнул ближе. — Ну что, — он сжал руку в кулак и легко, почти по-дружески лениво ударил того в плечо. — Мы теперь в одной команде. Жест получился привычным, простым, но в нём было что-то своё. «Всё будет хорошо». И прежде чем Антон успел добавить что-то ещё, Ромка словно загорелся изнутри. — О-о-о! — он широко ухмыльнулся, глаза прищурились от радости, а в голосе прозвучало искреннее, почти шумное облегчение. Он тут же влез рукой в волосы Антона, растрепав их без всякого стеснения. — Ну, хоть с друганом буду! Его ладонь на секунду задержалась, как будто он хотел убедиться, что это не шутка, что всё действительно так. Антон чуть качнул головой от этого движения, но не отстранился — только хмыкнул, позволяя этому моменту остаться таким, какой он есть: простым, живым и неожиданно важным. Ромка, в свою очередь, послал слишком ехидный взгляд Кате, почти торжественный.  — Не ссы, — он кивнул подруге, всё-таки смягчаясь в своей интонации. — К тебе заходить будем!  В ответ Катя лишь кивнула, предпочитая отмолчаться. Видимо, факт того, что она будет в отряде без друзей, сильно ударил по ней.  Антону стало почти жалко подругу, захотелось утешить и подбодрить её. Но этому не суждено было случаться, да и Катя не приняла бы поддержку.  — Ну вот, — словно не желая продолжать это диалог, Виктор пометил что-то в своём блокноте. — Выдержите в таком составе до конца всех смен?  Он даже слегка наклонил голову к плечу, вдумчиво поглядывая на ребят.  — Будем по ситуации смотреть, — быстрее всех ответил Антон, улыбнувшись краешком губы. — А то сейчас трудно сказать.  Ребята лишь прыснули смехом, но промолчали. А Виктор коротко кивнул, захлопнув свою тетрадку.  По домику пробежался лёгкий ветерок с приоткрытого окна. Антон словил этот порыв всем телом, мысленно благодаря природу, ведь сегодня было душно. До такой степени, что майка начала ещё назойливее прилипать к телу.  — Тогда, думаю, можете расходиться по отрядам, — мягко сказал Виктор, сложив руки в карманы. — Там вас встретят остальные. — Он слегка отвернулся к окну, глядя на реку. — На сегодняшний день работа закончена. С вас осталось только отдохнуть и набираться сил перед завтрашним днем.  Все кивнули, принявшись подхватывать довольно тяжелые сумки с пола. Антон на пару с Ромой и Бяшей услужливо взял и сумки девочек, ловя на себе благодарные взгляды.  Было нетрудно порадовать подруг, особенно своими манерами.  — Помните хоть, где какой? — слегка прищурившись, спросил Виктор, облокачиваясь на письменный стол.  — Конечно помним, — вдруг ответила ему Катя. — У нас же был тако-ой крутой экскурсовод!  Виктор смущённо улыбнулся, заводя одну руку за затылок, а затем коротко кивнул.  — Супер, — выдохнул он. — Можете быть свободны.  Спустя какое-то время ребята коротко распрощались с Виктором, который уже нашёл себе новое, не менее важное занятие. Он остался в своем домике, коротко кивнув им на прощание.  Они все вышли на улицу, гурьбой покинув помещение. Летний воздух моментально обдал Антона, заставляя дышать полной грудью.  Решение отвести сначала Бяшу с Полиной пришло моментально. Они пошли вдоль реки, попутно обсуждая сегодняшний день и распределение.  Благо, идти было недолго, поэтому прибыли к месту назначили они за считанные минуты.  — А вот и наш замок, на! — воскликнул Бяша, ухмыляясь в сторону Полинки. — Щас разложимся и будем кайфова-ать!  В ответ девушка лишь коротко усмехнулась, сложив руки на груди.  — Ну что, тогда до скорого? — спросила она у остальных, принимая свою сумку из рук Антона.  И как только подруга её забрала, Антон почувствовал дикое облегчение. Ведь по дороге сюда сложилось странное ощущение: будто Полина сложила в неё камни.  Не то чтобы Антон был слабым, до такой степени, что не смог нести обыкновенную сумку. Просто, по-видимому, Полина решила собрать разом весь свой скромный гардероб.  — Увидимся, — не обнимаясь, ответил Антон уже направляясь вперёд с Ромкой и Катей.  Старший и средние отряды находились в одной стороне, почти у самого входа в лагерь. Поэтому дальнейшая дорога прошла довольно быстро, учитывая тот факт, что Катя шла налегке. Её сумку услужливо нёс Ромка.  Наверное, он не испытывал такой тяжести, как Антон, ведь Катя не набирала много вещей. Никогда и ни в какой поездке подруга не сгребала пол своего гардероба, обходясь лишь самым нужным.  — Повезло вам, мальчики... — нарушила тишину она, перебирая ногами не резче обычного.  Её выражение лица оставалось подавленным всё время, что они шли.  — Ну ты чего, Кать? Не переживай так сильно, — всё-таки решился на поддержку Антон, ведь видеть подругу такой грустный не хотелось от слова совсем. — Зато тебе не надо за мелкими смотреть.  Плечи Кати моментально сдулись, она резко поджала губы и фыркнула.  — Вообще класс! — её голос почему-то стал намного резче и громче чем обычно, в нём сквозила обида. — Они меня не будут всерьёз воспринимать! Им же всем по шестнадцать и семнадцать.  — Ну и чё? — неожиданно для всех вмешался Ромка, перекидывая сумку через плечо. — Ты из нас всех как никто другой подходишь на эту роль!  Антон удивлённо вскинул брови вверх, скользнув беглым взглядом по подруге, чья физиономия была непонятна.  То ли слишком явное удивление, то ли неожиданно вспыхнувшая злость. Это по-настоящему напрягло Антона, руки сами собой сжались на ручке сумки сильнее.  — А чё? — Рома тут же попытался оправдаться, вскинув брови. — Ты вообще знаешь, как я очковал к тебе на репетиции ходить? — А ты и не ходил! — возмущённо воскликнула Катя, тут же складывая руки на груди. — Потому что я очковал! — выпалил он, раздражённо разводя свободной рукой. Лёгкий смешок сам собой вырвался из груди, пока Антон наблюдал за этими двумя. Уж до боли комичными они казались.  — Ой, иди ты к чёрту, — махнув рукой в сторону Ромки, Катя явно окрестила диалог законченным. — Ладно мальчики, дальше я сама.  Подруга ловко подхватила свою сумку из Роминых рук и, коротко улыбнувшись, благодарно кивнула на прощание. Солнечные лучи скользнули по её лицу, запутавшись в растрёпанных волосах, а лёгкий тёплый ветер качнул ветки высокой ели рядом.  Ещё мгновение — и девушка уже скрылась за деревьями, оставляя парней наедине. Антон проводил её взглядом, после чего шумно выдохнул и сунул свободную руку в карман шорт.  Впереди, среди зелени и узких тропинок, стояли два светлых деревянных домика с ярко-красными крышами. Окна были распахнуты настежь.  — Ну, вот и всё, — протянул Ромка, кивнув в сторону домиков. — Погнали к нам. Антон поправил сумку на плече и слегка ускорил шаг, догоняя друга. Под кроссовками тихо зашуршали мелкие камни, а раскалённый воздух пах соснами и озером. — Пошли, — вздохнул он, проведя ладонью по шее. — Нас вроде встретить должны были? Рома тут же повернул голову в его сторону и непонимающе выгнул брови. — Ты чем Витьку слушал, жопой? Антон недовольно покосился на него. — Виктора вообще-то, — с нажимом поправил он. Ромка фыркнул и криво усмехнулся. — Не душни, — закатив глаза, отмахнулся Ромка. — И без тебя солнце палит так, что плавиться скоро начну. Антон только хмыкнул себе под нос, но спорить не стал. Жара и правда стояла невыносимая. Вскоре они всё-таки добрались до домиков. Деревянные стены нагрелись за день и пахли смолой, а открытые окна едва шевелили тонкие занавески от редкого ветра. Парни переглянулись и, не сговариваясь, направились к ближайшему дому. Ромка первым дёрнул дверь на себя. Та открылась с тихим скрипом. Внутри оказалось подозрительно тихо. — Тут кто-нибудь есть? — громко спросил Антон, проходя внутрь. Его голос эхом прокатился по длинному коридору. Он подошёл к одной из дверей и слабо толкнул её ладонью. — Эй? Ответа не последовало. — Тоха, тут ни души, — слабо хлопнув Антона по плечу, Ромка огляделся ещё раз. И правда — домик оказался абсолютно пустым. Никто их не встретил, хотя Виктор уверял, что кто-нибудь обязательно будет на месте. Парни переглянулись и почти одновременно вышли обратно на улицу, быстро спускаясь по нагретым деревянным ступенькам. Ромка прищурился, оглядываясь по сторонам. — Может, мы перепутали чего? — неуверенно протянул он. — Ну его?  — А что ты предлагаешь? — не выдержав, Антон скинул свою сумку на землю и забрался руками под оправу очков, потирая глаза. — К Виктору идти?  — Чё ты докопался? — закатил в ответ глаза Ромка, точно так же скидывая с плеча свою сумку. — Не знаю я!  Антон сдавленно выдохнул, ещё раз обернулся на домик, в попытке выискать глазами хоть кого.  — А я знаю, — раздался звонкий голос откуда-то сзади, заставляя резко обернуться. — Предлагаю познакомиться! За спинами их, весело качаясь с пятки на носок, стояла девушка. Или девочка — сразу по ней не было понятно.  Светлая кожа, усыпанная роем веснушек. На секунду показалось, что они повсюду, а коротенькая футболка стала тому подтверждением — на каждом видимом сантиметре веснушки были.  В придачу к этому всему почти золотистые волосы, достигшие длинны ниже пояса. И медово-карие глаза, словно две карамельки.  Взгляд так же зацепили выразительные губы и слегка вздёрнутый носик.  — Детей что, на день раньше пустили? — первым засмеялся Ромка, явно намекая на её невысокий рост. Антон и сам подметил, что она едва ли выше Ольки. А сестра не доставала даже до его груди. — Смешно! — вдруг захихикала девушка, оценив подкол сполна. Она вскинула волосы назад, шагнув к ним на шаг ближе. — Но неоригинально. Не ты первый, не ты последний кто подметил, что я на ребёнка смахиваю.  Прыснув смешком, мысленно Антон поощрил её ответ. Пока Ромка таки сдулся, нахмурившись и сложив руки на груди.  — Значит, шутка, проверенная временем, — хмыкнул Рома, скользнув по ней взглядом. — Но тебе идёт. Выглядишь безобидно, а язвишь как стерва. Девушка ничего не ответила, лишь приподняла брови и коротко улыбнулась.  — Простите, что не встретила, — она подошла ещё ближе, внимательно разглядывая их. — Отходила кое-куда.  В моменте девушка замолчала, склонив голову к правому плечу.  Повисло неловкое молчание, которое моментально захотелось убрать. И Антон уже открыл рот, дабы что-то спросить, но его опередили.  Девушка протянула руку вперёд, широко улыбнувшись. Да так, что на её щеках появилось маленькие ямочки.  — Меня Стеша зовут! — она произнесла это с таким энтузиастом, глядя на них снизу вверх. И невозможно было ещё раз не подметить, что Стеша очень миниатюрная девушка. — А вы..? — Я Антон! — он впопыхах вытянул одну руку вперёд, с силой сжимая её ладонь. — А это, — кивнув на рядом стоящего со слишком выраженным на лице недовольством друга, — Рома.  Отпустив ладонь Стеши и шагнув назад, Антон любезно уступил место Роме. Тот, казалось, словно и не хотел знакомиться с ней за руку.  Движения его были медленные, почти ленивые и даже в какой-то степени наигранные.  — Приятненько, будем знакомы! — вмиг просияла она, шумно выдыхая и упирая руки в бока. При этом выглядела Стеша настолько искренне счастливой, что Антону самому захотелось расплыться в широкой улыбке. — Ну что, показать вам тут всё? — Это было бы очень мило с твоей стороны, — торопливо ответил Антон, подхватывая сумку с земли и поправляя лямку. Рома последовал его примеру, лениво перекинув свою сумку через плечо. Он уже развернулся к домикам, ещё раз окинув их внимательным взглядом — деревянные корпуса стояли ровными рядами, утопая в тени высоких сосен. — Ну давайте тогда, — выдохнул он, шагнув вперёд. В этот момент голос Ромки прозвучал почти устало, будто дорога успела выжать из него все силы. Но Стеша, кажется, совершенно не обратила на это внимания. Она тут же вырвалась вперёд и бодро зашагала по тропинке, будто всё вокруг принадлежало только ей одной. — Так-с, — заговорила она, на ходу разводя руки в стороны. — У нас в среднем отряде два домика. Пятнадцать девочек и пятнадцать мальчиков. У старших, к слову, всё точно так же… — То есть? — нахмурился Антон, чуть ускоряя шаг. — То есть в корпусе парней живёте вы, а я — в корпусе девочек! — Стеша взлетела по лестнице, перепрыгивая через ступеньки сразу по две. Её волосы растрепались от резких движений и захлестали в разные стороны, так что Антон невольно подумал, что ей бы пошёл высокий хвост. — В общем, мы считаемся одним отрядом, но живём в разных домиках. Лестница под её ногами жалобно скрипнула, а сама Стеша уже обернулась к ним через плечо, явно готовая продолжать свою экскурсию дальше. — А комнаты у нас отдельные хоть? — опередил Антона с вопросом Ромка, первее проявив любопытство и проходя за Стешей в домик.  Она, резко обернувшись и остановившись, ехидно ухмыльнулась.  — Иж чего захотел! — засмеялась Стеша с лёгким прищуром. — У меня, конечно, отдельная, я же де-евушка! А вы — парнишки, можете в одной ужиться.    Слегка смутившись, Антон поджал губы и продолжил движение по коридору за ней.  — Ну вы не переживайте, — выдохнула Стеша, слегка пожимая плечами и пихая дверь самой дальней комнаты. — Так у всех отрядов.  Вскоре она показала парням каждую из комнат, рассказала, что на двери в их спальню висит табличка, где нужно вписать свои имя и отчество. Потом быстро показала корпус девочек, показала, где общий туалет и душ.  И, наконец, привела их в корпус мальчиков, в их комнату.  — А вот и ваши хоромы! — резво заявила Стеша, пихая деревянную дверь с силой.  Тёплый солнечный свет пробивался сквозь светлые занавески и ложился длинными полосами на светлый линолеум. Стены и потолок, полностью обшитые тёмным деревом, создавали ощущение старого лагерного домика — уютного и немного тесного. Воздух был пропитан насквозь свежевыстиранным пастельным бельём и резким запахом древесины.   — Кстати, я вам форму принесла! — улыбнулась Стеша, указывая на одежду. — Надеюсь, с размером угадала.  У окна стояли две узкие кровати с зелёными одеялами. На них, бережно сложенная в стопочку, лежала форма вожатого: ярко-оранжевая майка с логотипом лагеря на груди, тёмная байка с таким же знаком на спине и сложенные рядом спортивные шорты.  Антон благодарного кивнул, проходя в глубь комнаты, и, остановившись около правой кровати, поставил свою сумку. Между кроватями стоял маленький деревянный столик. А около стены довольно-таки большой шкаф.  Солнце делало дерево золотистым, и вся эта простая лагерная комната выглядела уютной. — Спасибо тебе, — развернулся к Стеше Антон, слегка кивнув головой. Он уселся на край кровати, опираясь руками о довольно жёсткий матрас. — На сегодня есть ещё какие-нибудь дела?  Стеша задумчиво прищурилась, отводя глаза в сторону. Её плечи слегка приподнялись, когда она тихо хмыкнула.  — Так... программку на открытие смены вы уже вряд ли выучите, — она окинула парней взглядом. — Корпуса к заселению я успела подготовить, — перебирала варианты слишком торопливо, будто боялась сбиться с мысли. — План встречи детей я составила...  — Ты чё, всю работу переделала? — слишком радостно воскликнул Рома, плюхнувшись на кровать. — Так у нас лафа!  Антон злостно взглянул на Ромку, а затем развернулся к Стеше всем туловищем. Кровать под его весом скрипнула.  — Может, с чем-то другим тебе помочь? — предложил Антон, уж слишком виновато себя чувствуя. — А то не дело, что ты всю работу сделала...  — Ой, да брось! — отмахнулась от него Стеша. — Но если ты так хочешь, сегодня вечером можешь помочь.  — Что нужно сделать?  — Да там немного, сбор вожатых с каждого отряда. — Стеша провела рукой по волосам, переминаясь с ноги на ногу. — Нужно к старшему зайти и некоторые детали от отряда решить.  Не раздумывая не минуты, Антон тут же кивнул.  — Вот и чудно, — хлопнув в ладоши, разбавив спокойную атмосферу комнаты, Стеша шагнула к двери. — Ну, в общем, располагайтесь тут! Если что — зовите.  Как только дверь громко хлопнула за её спиной, Ромка, до этого спокойно сидевший на кровати, хмыкнул, вскинув брови вверх.  — Ну и болтушка, — недовольно пробурчал он, откидываясь на подушку. Прям в обуви, не стесняясь.  Выдохнув, Антон провёл ладонью по затылку. Он лениво начал распаковывать вещи, вытаскивая футболки и глаженые толстовки, складывая их на кровать.  Из сумки выпал старенький блокнот, и он тут же кинул его на прикроватный столик. Рома продолжал лежать на кровати, закинув ногу на ногу. — Ты всегда такой злой? — Антон усмехнулся, засовывая стопку вещей в шкаф. — Как по мне, хорошая девушка. — Да ты на всех людей падкий, — Рома фыркнул и откинулся назад, макушкой в древко кровати. — Она ж гиперактивная пиздец. Антон коротко хмыкнул, доставая из сумки кружку. — Ты и про Виктора вчера «взникал», — на Ромкин лад передразнил он, сдерживая улыбку. — Сегодня про Стешу, с тобой всё хорошо? — Со мной-то всё отлично! — тут же огрызнулся Рома. — Устал просто. Антон поднял на него взгляд, ненадолго задержавшись. — Ну да, усталые люди обычно всех подряд ненавидят, — он вскинул одну бровь вверх, явно дразнись.  — Они меня просто бесят — это разные вещи. Антон прыснул себе под нос и продолжил разбирать вещи, пока Рома недовольно прожигал взглядом стену напротив, будто спор всё ещё продолжался. — А ты чего сумку не разбираешь? — спросил Антон, только сейчас заметив, что вещи Ромы так и валяются нетронутыми у второй кровати.  Но в ответ послышался лишь невнятный хрип. Ромка что-то пробормотал себе под нос, лениво скинул кроссовки на пол и, приподнявшись на локтях, плотнее закутался в одеяло. Потом ещё и отвернулся к стенке, прячась от полоски солнца, что упрямо лезла прямо ему в лицо через неплотно задвинутую штору. — Я спать ложусь. — В два часа дня? — хмыкнул Антон, машинально взглянув на настенные часы возле двери. Секундная стрелка раздражающе тикала в тишине комнаты. — У меня… — Ромка вдруг широко зевнул, даже не договорив фразу. Потёр глаза ладонью и уже совсем сонно пробормотал: — У меня тихий час. Антон тихо усмехнулся, но внутри всё равно что-то неприятно кольнуло.  Он-то думал, что в первый день они хотя бы ещё раз пройдутся по территории, осмотрятся нормально. Может, дойдут до стадиона или хотя бы сходят в столовую, пока там почти никого нет.  Всё-таки лагерь был огромным, непривычным, и сидеть в комнате казалось каким-то наказанием. — А когда дети приедут, тоже спать будешь? — не унимался он, нарочно продолжая разговор, лишь бы Рома окончательно не вырубился. Но тот его будто не слышал. Только сильнее натянул одеяло до самого носа и что-то недовольно проворчал.  И лишь когда Антон, не выдержав, потянул край одеяла на себя, Ромка резко дёрнулся. — Петров! — заорал он так громко, что голос эхом ударился о стены комнаты. На ощупь ляснув Антона по руке, он поморщился и приоткрыл один глаз. — Как приедут, тогда и посмотрим! — Но… — Съеби, по-братски, — пробормотал Ромка уже куда тише, снова утыкаясь лицом в подушку. — Хоть полчаса дай человеку спокойно покемарить. Антон фыркнул, отпуская одеяло.  Делать было нечего — спорить дальше бесполезно. Стало почти обидно. Не сильно, терпимо, но всё же неприятно. Они только приехали, вокруг столько всего нового, а Ромка уже вырубился, будто не в лагерь приехал, а после трёх смен подряд на заводе вернулся.  Хотя, если подумать, выглядел он и правда уставшим. Глаза красные, движения вялые и голос хриплый. Может, действительно сил ни на что не осталось. Но самому валяться в комнате совершенно не хотелось. От духоты и тишины начинало давить на голову.  Поэтому Антон долго не думал. Ещё раз мельком посмотрев на уже мирно сопящего Ромку, он тихо вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь, чтобы та не хлопнула. Он быстро миновал коридор и наконец вышел на улицу. Тёплый воздух тут же ударил в лицо, и не успел Антон спуститься по ступенькам, как сразу остановился. На ступенях сидела Стеша. Склонив голову вниз, она задумчиво ковыряла носком кеда потрескавшийся бетон, даже не замечая его появления. Волосы спадали ей на лицо, пряча глаза, а рядом на ступеньке стояла недопитая банка газировки, уже покрывшаяся каплями от жары. — Ты чего тут? — удивлённо спросил Антон, явно не ожидавший наткнуться на неё так скоро. Стеша вздрогнула так резко, что едва не выронила книжку из рук. Она шумно втянула воздух, подскакивая на месте, а потом быстро обернулась к нему, щурясь от солнца. — Напугал! — засмеялась она, прижав ладонь к груди. А затем тут же хлопнула рукой по ступеньке рядом с собой, приглашая сесть. Антон долго не думал. Опустившись рядом, он слегка одёрнул футболку и упёрся локтями в колени, чуть наклоняясь вперёд. Ступеньки были тёплыми от солнца, а откуда-то со двора тянуло запахом свежескошенной травы. Несколько секунд они сидели молча. Где-то неподалёку чирикали птицы, а в корпусе за их спинами хлопнула дверь. — Так чего ты тут? — переспросил Антон, искоса взглянув на неё. — Читала, — хмыкнула Стеша, лениво прокручивая книжку в руке. Обложка уже была слегка помята по краям, будто она таскала её с собой не первый день. А потом девушка и вовсе отложила книгу рядом, тихо вздохнув. — Пока ты не сбил меня с великого литературного настроя. Антон невольно усмехнулся. Почему-то сразу захотелось извиниться за то, что он прервал её одиночество.  Она выглядела слишком спокойной в этот момент. Просто сидела, щурясь на солнце, перебирала пальцами страницы, и казалось, будто ей действительно было хорошо одной. Он уже открыл рот, на ходу подбирая слова, но Стеша не дала ему даже начать. — Да ладно тебе, — хмыкнула она, поворачиваясь к нему боком. — Не так уж я и страдала. Антон выдохнул тише, чем собирался. — А второй где? — вдруг спросила Стеша, оглядываясь в сторону корпуса. — Ромка? — Антон закатил глаза, тут же фыркая. — Спит, наглец. Стеша тихо захихикала, прикрыв рот ладонью. На солнце её глаза казались совсем светлыми, почти янтарными, и Антон почему-то слишком долго задержал на них взгляд. — Он у тебя какой-то ленивый. — Не-е, ты не подумай, — сразу затараторил Антон, будто Ромка мог каким-то образом услышать этот разговор и обидеться. — Он очень хороший, на самом деле. Ему просто привыкнуть надо, а тебе — узнать его получше.  Стеша усмехнулась, поджав под себя ногу. — Да я и не говорю, что он плохой. Просто выглядит так, будто его насильно сюда приволокли. Антон фыркнул, опустив взгляд на свои ладони. Он почти начал прокручивать в голове разговор после репетиции, и на душе в миг стало спокойнее.  — Есть такое, — он хмыкнул, уложив голову на руки. — Ромка вообще людей долго к себе подпускает. — А ты? Вопрос прозвучал слишком быстро. Антон даже поднял голову, будто не до конца понял суть.  А Стеша же продолжала смотреть спокойно, с явным интересом. Лишь только пальцами перебирала уголок обложки книги. — Что я? — Ты тоже долго привыкаешь? Вовремя не найдясь с ответом, Антон пожал плечами, задумавшись.  Долго ли ему нужно привыкать к новому?  Как быстро он сам втянется в лагерную рутину с головой — продолжало быть неизвестным.  Но что точно Антон знал, так это то, что к людям привыкает быстро. И, к счастью, только хорошим.  — Не знаю, — всё-таки заговорил Антон, зарываясь носом в собственные руки. — Наверное, нет. — Значит, ты просто всем сразу доверяешь? Антон хмыкнул. — Не всем. Стеша улыбнулась уголком губ, подтянув колени ближе к себе. — Тогда расскажи мне что-нибудь про своего Ромку, — почти ласково попросила она, усевшись поудобнее. — А то я кроме того, что он любит спать, ничего не знаю. Антон тихо усмехнулся. — Это уже немало, между прочим. — Ну Анто-он, — протянула она, слегка толкнув его плечом. — Давай. И стоило задуматься всего на пару секунд, в голову пришли миллиард вещей, которые он мог рассказать.  Уж слишком долго они дружили, историй накопилось не мало.  — Рома на самом деле очень покладистый и преданный.  — Ага! — засмеялась Стеша. — Это я уже заметила. — Сегодня просто день такой, — быстро добавил Антон. — А Ромка, если человек ему не нравится, то всё. Его отношение меняется в корне. — Ого. — Ага, пока не начинаешь извиняться перед людьми за него. Стеша тихо засмеялась, опуская взгляд на ступеньки. — И часто приходится? — Постоянно! — уверенно заявил Антон. Стеша качнула головой, всё ещё улыбаясь. — А вы давно дружите? Вопрос застал почти врасплох, заставляя погрузиться глубоко в собственные воспоминания.  Стало немного не по себе, когда мыслей коснулись те самые моменты — старые, затёртые временем, но до сих пор неприятно острые где-то под рёбрами. Ненавистные.  Руки непроизвольно сжались на собственных коленях. Пальцы дрогнули, цепляясь за ткань шорт, будто это могло помочь удержать внутри внезапно поднявшееся напряжение.  Антон отвёл взгляд куда-то в сторону, на несколько секунд выпадая из разговора. — Дружим мы с класса седьмого, — выдохнул Антон, всё-таки решившись поделиться. — А знакомы с шестого. Стеша чуть качнула головой, будто мысленно прикидывала, сколько это вообще лет. В её глазах мелькнуло искреннее любопытство, без насмешки или давления.  Просто интерес. — А как вы познакомились? Антон тихо усмехнулся себе под нос, но улыбка вышла короткой и какой-то кривой. — Ну… я переехал тогда только в Майский, — он сглотнул, стараясь звучать ровно. — В школу новую пошёл. Никого там толком не знал. Всё чужое было.  Он ненадолго замолчал, вспоминая. Перед глазами будто снова всплыли те дни — холодный декабрь, тяжёлый рюкзак за спиной и ощущение, что ты совершенно лишний среди уже давно сложившихся компаний. — Вы в одном классе учились? — продолжала интересоваться Стеша, внимательно слушая Антона. — А чего сразу не подружились? Антон тихо хмыкнул, опуская взгляд. — Там ситуация была… Он замялся, будто пытаясь решить, стоит ли вообще продолжать. Некоторые вещи даже спустя годы вспоминались слишком отчётливо. Они сидели внутри, как саднящие раны, напоминая о том, что прошло. Но в памяти всплывали иногда, заставляя просыпаться в холодном поту.  — Если не хочешь, можешь не говорить! — Да нет, — Антон поспешно улыбнулся. — Мы сначала с ним враждовали, но это о-очень долгая история. На этот раз улыбка вышла чуть живее. Даже в голосе мелькнуло что-то тёплое, почти ностальгическое. Будто сами воспоминания, несмотря на всё, всё равно оставались для него важными. Стеша не стала задавать наводящие вопросы, явно не желая лезть в слишком личное.  Это вызвало почти благодарное чувство. Антон поймал себя на том, что впервые за долгое время ему не хочется срочно закрываться или переводить тему.  Рядом с ней почему-то было спокойно. — Может, на обед пойдём? — спустя какое-то время предложила Стеша, уже слегка привставая со ступенек. — Есть хочу жутко!  — А пойдём, — вмиг поднялся Антон, уже следуя за ней. — Мне тоже как-то голодно, что ли.  До столовой они дошли быстро, даже сразу не заметили, как пролетело время. По дороге цеплялись за любые темы — от какой-то ерунды до совершенно случайных воспоминаний, всплывающих по ходу разговора.  И от этого становилось неожиданно легко.  День, который с самого утра тянулся уныло и серо, наконец начал оживать. Уже не приходилось сидеть в четырёх стенах, слушая тишину комнаты и собственные мысли. Воздух у реки был прохладнее, чем в остальной части лагеря. От воды тянуло свежестью, а со стороны столовой доносились голоса, звон посуды и запах чего-то жареного. Антон почти сразу выцепил взглядом знакомые силуэты возле входа. Полина и Бяша стояли у перил, о чём-то оживленно болтая. Рядом с ними был ещё какой-то парень, которого Антон видел впервые.  Незнакомец что-то рассказывал, активно жестикулируя, и Полина тихо смеялась, прикрывая рот ладонью. — Ребят! — крикнул Антон, тут же ускоряя шаг. Стеша рядом едва поспела за ним. Она что-то недовольно пробормотала себе под нос, но Антон уже не слушал. И стоило им подойти ближе, как он резко затормозил. Прямо посреди дорожки. Будто в стену врезался. Судя по лицам Полины и Бяши — не он один. Оба уставились сначала на Стешу, потом медленно перевели взгляды на парня рядом с собой. И снова обратно. Антон моргнул, пытаясь уложить увиденное в голове. Потому что стоящий перед ними парень был буквально мужской версией Стеши. Те же тёмные глаза, тот же разрез губ, даже выражение лица чем-то до боли похожее.  Только выше почти на полторы головы, шире в плечах и с короткими волосами. На секунду стало не по себе. Но, кажется, самого незнакомца чужой ступор вообще не смущал. Он спокойно качнулся вперёд и протянул Антону руку. — Я Ваня, — с лёгкой улыбкой представился он. Ладонь у него оказалась крепкой, тёплой. — Антон, — автоматически ответил тот, всё ещё не сводя взгляда то с него, то со Стеши. Полина же выглядела так, будто сейчас начнёт задавать вопросы один за другим. Бяша просто молча хлопал глазами, явно пытаясь переварить происходящее. И именно в этот момент Стеша не выдержала и громко расхохоталась. — Да чего вы все зависли-то? — сквозь смех выдала она, подходя ближе к Ване. — Он мой брат-близнец! На пару секунд повисла тишина. — А ты?.. — осторожно начала Полина, уже улыбаясь. — Стеша, приятно познакомиться! — тут же отозвалась девушка, будто за сегодняшний день повторяла это уже раз десятый. После этого напряжение наконец спало.  Разговор снова задвигался, все начали знакомиться, перекидываться шутками и какими-то мелкими фразами. Но Антон всё равно продолжал время от времени коситься то на Ваню, то на Стешу. Слишком уж они были похожи. Если прищуриться — вообще одно лицо. Различались только волосы, рост и какие-то совсем мелкие детали, которые замечаешь не сразу. И именно разница в росте смотрелась особенно комично. — Не, ну вы реально как две капли воды, — всё-таки не выдержал Антон, качнув головой. — Только рост подвёл. Стеша сразу закатила глаза, уже понимая, к чему всё идет. — У нас папа очень высокий, — смущённо улыбнулась она, поправляя волосы. — Вот Ваня в него пошёл. — Ага, — довольно хмыкнул тот, сунув руки в карманы. — А Стеша со своими ста сорока девятью сантиметрами решила остаться маминой радостью. — Вообще-то я сто пятьдесят! — тут же возмутилась она. — Снизу не слышно! — невозмутимо бросил Ваня. Стеша со всей силы пихнула брата локтем в бок. — Не обращайте внимания! — почти прошипела она, поджимая губы. — Пошлите лучше кушать!  На обед подавали суп на каше и картошку в соусе. И Антон уплетал еду за обе щеки, запивая яблочным компотом, — на секунду захотелось встать и пожать руку поварихе. Настолько вкусно всё было приготовлено.  Разговоры за столом цеплялись один за другой, перескакивали с темы на тему. От этого первый день в лагере переставал казаться чужим и неловким.  За окнами медленно сгущался день. Сквозь стёкла тянуло прохладой от реки, а внутри столовой стоял тёплый запах еды. Лампы под потолком отдавали мягким жёлтым светом, из-за которого лица напротив выглядели спокойнее. Антон всё чаще ловил себя на мысли, что напряжение, сидевшее в нём с самого приезда, понемногу отпускало.  Сидя за этим столом среди друзей и почти незнакомых людей, он впервые за день почувствовал что-то похожее на лёгкость.  Полина смеялась над чем-то вместе с Бяшей, а Ваня лениво спорил с ним о какой-то ерунде. Стеша сидела рядом, периодически поправляя упавшие на лицо волосы.  Когда с обедом было покончено, сидеть внутри уже никому не хотелось.  После духоты помещения воздух на улице показался особенно свежим. Компания медленно двинулась по тропинке вниз, к реке, переговариваясь между собой и лениво пиная попадающиеся под ноги камни. До пляжа дошли не сразу — по пути несколько раз останавливались просто потому, что разговор снова уводил куда-то в сторону.  У самой реки воздух оказался намного холоднее, и вода темнела под светом неба, лениво двигаясь вдоль берега.  Бяша первым плюхнулся прямо на песок, скинув с себя кроссовки.  — Всё! — выкрикнул он, задрав голову к облаком. — Я отсюда не уйду, на.  — Через десять минут тебя сожрут комары, — спокойно заметила Полина, присаживаясь рядом с другом.   Стеша тихо засмеялась, опускаясь рядом с ребятами. А Ваня сел чуть дальше, вытянув ноги вперёд. Подойдя чуть ближе к воде, Антон задержался у самого берега и невольно взглянул на противоположную сторону озера, где густой лес темнел насыщенной зеленью, уходя куда-то вдаль.  Солнечный свет мягко ложился на поверхность воды, заставляя её поблёскивать мелкими бликами. Ветер лениво перебирал траву у ног, принося запах сырости, хвои и прогретой земли.  В груди неожиданно стало спокойно. Так тихо и легко, будто все мысли наконец затихли хотя бы ненадолго.  Антон медленно прикрыл глаза, наслаждаясь этим коротким моментом тишины. Но долго побыть одному ему не дали. Спустя мгновение позади послышались знакомые голоса и весёлый смех. К берегу подошли Полина и Бяша, о чём-то оживлённо споря между собой. Казалось, даже атмосфера этого места делала их легче и беззаботнее. Бяша первым подошёл к воде. Присев на корточки, он склонился ближе и задумчиво провёл пальцами по прохладной поверхности, тут же хмыкнув себе под нос. — Думаете, купаться можно? — спросил он, обернувшись к друзьям. Полина сразу улыбнулась, чуть склонив голову набок. — А ты проверь воду, — в её голосе уже слышалась насмешка, и Антон почему-то сразу понял, чем всё закончится. Бяша медленно прищурился, посмотрев на неё с привычной хитрой ухмылкой. — Может, ты проверишь, на? — Что? «Только не это», — только и успело промелькнуть в мыслях Антона. Но было поздно. Бяша резко зачерпнул ладонью воду и с довольным смешком брызнул прямо в Полину. Она тут же взвыла, словно её окатили ледяной водой с головой, и резко метнулась в сторону. Но, к её огромному сожалению, на светлой футболке всё равно расползалось мокрое тёмное пятно.  Полина замерла на месте, медленно опустив взгляд на ткань, а затем так же медленно подняла глаза на Бяшу. И вот тогда стало по-настоящему страшно. Если быть честным с собой, даже Антон иногда побаивался этого взгляда. Спокойного, почти ледяного, за которым обычно следовало что-то очень плохое.  На всякий случай он сразу шагнул в сторону, мысленно отсекая себя от происходящего и делая вид, что вообще тут ни при чём. — Будаев! — крикнула Полина так громко, что на неё обернулись даже мирно сидящие неподалёку Стеша и Ваня. — Беги. В её голосе уже слышалась откровенная угроза. Бяша нервно усмехнулся, начиная медленно пятиться назад. Определённо точно — это был конец. — Я тебя сейчас утоплю, — с каким-то почти нечеловеческим удовольствием проговорила Полина и тут же сорвалась с места. — Полин, ну ты чего, на?! — завопил Бяша, мгновенно разворачиваясь и срываясь на бег вдоль берега. Со стороны это выглядело настолько нелепо, что Антон едва сдержал смешок. Бяша нёсся по песку, то и дело поскальзываясь, оглядываясь назад и одновременно пытаясь вымолить себе прощение. — Я ж любя! В ответ ему прилетела горсть песка прямо в лицо. — Ты мне в глаза попала, на! — возмущённо заорал он, резко затормозив и согнувшись. И это стало его главной ошибкой. Полина нагнала его буквально через секунду. Антон только тяжело выдохнул, уже заранее понимая, что сейчас произойдёт. И, если честно, вмешиваться он даже не собирался. В итоге через несколько мгновений он с абсолютным спокойствием наблюдал за тем, как Бяшу без особых церемоний окунают лицом в воду. Причём сопротивлялся тот чисто символически — скорее для вида. По его обречённому виду становилось ясно: он уже полностью смирился со своей участью. Когда всё наконец закончилось, троица вернулась обратно к остальным и уселась рядом на тёплый песок, будто ничего и не произошло.  Солнце к этому времени поднялось почти к самой вершине неба, начиная припекать уже совсем по-летнему.  Антон лениво щурился от яркого света и был почти уверен: ещё пара часов под таким солнцем, и кожа будет гореть так, что ночью никто нормально не уснёт. Но сейчас думать об этом совершенно не хотелось. Воздух был слишком тёплым, а вода спокойной. И настроение хорошим. — Пацаны, — неожиданно окликнул их Ваня, заставляя всех обернуться. Антон вопросительно поднял взгляд. — В баскетбол играть умеете? Вопрос прозвучал настолько внезапно, что на пару секунд повисло молчание. — Когда-то играли, — пожал плечами Антон. Ваня довольно хмыкнул, будто именно такого ответа и ждал. — Отлично. Тогда будете участвовать в играх вожатых. Слишком быстро кивнув, совсем не подумав, Антон вскинул голову к небу и закрыл глаза.  «Баскетбол так баскетбол» Мысли начали разлететься, смешиваясь с разговорами на фоне. Сознание прокручивало моменты сегодняшнего дня, погружая в атмосферу по полной.  «Ромке бы тут понравилось». — Почему-то вспомнилось вдруг, что его рядом нет.  Но с мысли быстро сбили. Стеша уже начала рассказывать очередную историю, вынуждая обратить внимание.  Было интересно. 

***

Слишком быстро пролетело время. Антон едва успел опомниться, как они уже возвращались назад к отрядам.  Вечер постепенно начал сгущаться, окрашивая территорию лагеря в тёмные, прохладные оттенки, и совсем скоро ему нужно было отправляться на собрание вожатых. Где-то между деревьев уже начинал тянуться сизый вечерний воздух, пахнущий сырой травой и пылью от натоптанных тропинок. Странно, конечно, придумали, что только один человек с каждого отряда — но какой-то смысл в этом явно был. Может, чтобы не создавать толпу, а может, чтобы вожатые хоть иногда учились брать ответственность только на себя, без вечной поддержки со стороны. А сейчас у Антона было максимально хорошее настроение, широкая улыбка до ушей.  День прошёл явно не зря. В груди до сих пор оставалось приятное тепло после прогулки, лёгкости разговоров и того редкого ощущения, когда всё складывается как-то само собой, без напряжения и неловкости.  Даже усталость ощущалась приятной. Стеша и Ваня оказались хорошими ребятами, смешными и, на удивление, максимально разными по характеру. Хотя сходств тоже было немало, как минимум общая привычка курить. Стеша была шумной, постоянно перебивала сама себя, размахивала руками и смеялась так громко, что на них оборачивались поварихи.  Ваня же, наоборот, говорил мало, чаще усмехался себе под нос, но иногда выдавал такие фразы, что Антон сгибался пополам от смеха.  И каким-то странным образом они идеально друг друга дополняли. Забавно, но именно на курилку они и отошли, поблагодарив компанию за прогулку. А Полинка умчала в отряд, наводить порядки перед завтрашним днём. Поэтому Антон и Бяша уже шли по направлению к среднему отряду, дабы забрать Ромку, пока время до собрания ещё оставалось. Бяша лениво пинал носком кроссовка мелкие камни, временами что-то напевая себе под нос, а Антон шёл чуть впереди, продолжая улыбаться и глядеть вдаль. Пока глаза не наткнулись на него. Сидящий на ступеньках, опустивший голову в пол и положивший руки на широко расставленные ноги Ромка. Ждал. И выглядел слишком мрачно для обычного ожидания. Тёмная толстовка смялась на локтях, волосы растрепались после сна, а плечи были слегка напряжены, будто он сидел так уже довольно долго. А когда они подошли ближе, Рома словно учуяв, вскинул лицо вверх. Его брови сошлись на переносице, а губ коснулась странная улыбка.  Почти обиженная, если Антон правильно это уловил. Именно это выражение лица заставило улыбку Антона чуть дрогнуть. Потому что Рома выглядел не злым.  Скорее задетым. — Где были? — без бравады в голосе поинтересовался Ромка, склонив голову к плечу. Его взгляд прошёлся по каждому из парней по очереди, особенно цепляясь за улыбки на лицах. Будто он пытался понять, что именно успело случиться без него. Антон не хотел оправдываться, совсем нет, но что-то внутри слабо кольнуло.  Стало почти стыдно перед другом, хотя он понимал, что ничего плохого не сделал. Это чувство было глупым и совершенно нелогичным, но избавиться от него почему-то не получалось. — Хавали, — сказал Бяша из-за спины, качнувшись с пятки на носок. — А потом по территории лазили, на. Ромка сдавленно усмехнулся. Это выбило из колеи сильнее, чем любые громко сказанные слова. Потому что смех вышел каким-то пустым. Без привычной наглости и подкола. — Заебись, — на выдохе произнёс Ромка, поднимаясь со ступенек. Его руки скользнули в карманы почти моментально. — А я тут сижу, как дурень, один. Он отвел взгляд в сторону, будто сказанное случайно вырвалось наружу.  Антон слишком хорошо его знал, чтобы не заметить — Рома действительно был в обиде. — Ром, — шагнул вперед Антон, разводя руками в сторону. Собственный голос, на удивление, был более чем спокоен. — Ты же сам спать остался. — Остался, — согласился Рома, кивнув в подтверждение своим словам. — Но ты же мог меня разбудить, сказать, что жрать идёте? На последних словах он всё-таки посмотрел прямо на Антона.  В этом взгляде мелькнуло что-то почти детское, совершенно не вязавшееся с его привычным поведением. Бяша тихо хмыкнул, по-доброму поджимая губы. Но всё-таки он озвучил то, что крутилось на языке у Антона. — Так-то ты сам виноват, на, — он выдохнул, водя ногой по земле. — Не надо было спать. И эта фраза, по всей видимости, кольнула Рому сильнее всего. Он наклонил голову вперёд, смотря почти с прищуром. А затем вовсе отвернулся. На секунду между ними повисло неприятное молчание.  — Ты мне хоть и друг лучший, Бяшка, — он ткнул пальцем куда-то в его сторону. — Но иди-ка ты отсюда куда подальше. Он слабо усмехнулся, явно нехотя обижая его. Потому что по лицу Бяши пробежала почти детская обида. От этого вся ситуация казалась до смешного нелепой. Будто поссорились не взрослые парни, а дети, которых не взяли играть вместе. Антону определённо было жаль обоих.  Поэтому, открыв рот и собираясь сказать что-нибудь примирительное, он набрал воздух в грудь. А потом замолчал. Рома тыкал пальцем уже в его сторону. — А ты, Тоха, не по-мужски поступил, — поджав губы, заявил Ромка. — Мог хотя бы сказать, что уходите надолго. Антон шумно выдохнул через нос, устало прикрывая глаза на секунду. — Я не знал, что мы задержимся, — ответил он, пробираясь пальцами под оправу очков. — Знаешь же что мы без злого умысла. Рома молчал. Ничего не говорил. Только смотрел куда-то мимо него, продолжая упрямо хмуриться, словно не мог так быстро сдаться. — И не будь ты такой злюкой с утра, — шагнув ближе, продолжил Антон. — Сам бы пошёл с нами. Еще мгновение между ними висела тишина.  — Да пошли вы оба, — пробормотал он уже совсем беззлобно, потерев ладонью лицо. — Нашлись туристы лагерные. Бяша тут же довольно оскалился, словно только этого и ждал. — Во-о-от, другое дело, на! А то надулся и стоит, как бабка у подъезда. — Сейчас договоришься. — А ты не борзей, на. Антон невольно усмехнулся, наблюдая за ними. Напряжение понемногу рассеивалось, растворяясь в привычных перепалках.  Всё снова становилось нормальным. Настолько, насколько это вообще возможно рядом с Ромкой и Бяшей. — Ладно, — Рома качнулся на пятках, снова переводя взгляд на Антона. — И куда вы ходили? — Да никуда особо, — пожал плечами тот. — Я Стешу встретил, потом наших. По территории прошлись немного. При упоминании Стеши Ромка едва заметно прищурился. Совсем чуть-чуть, но Антон всё равно это уловил. — А-а, — протянул он как-то слишком спокойно. — Так вот почему вы потерялись. — Ой, началось, — сразу закатил глаза Антон. Бяша тихо заржал себе под нос. — Да не, Тох, всё понятно уже, на. — Да что вам понятно?! — Да ничего, — Ромка пожал плечами, отворачиваясь, но уголки губ у него всё-таки дёрнулись вверх. — Ты клювом не щёлкай, а то через неделю уже венчание устроите в актовом зале. — Иди на хер. — Я серьёзно. — Ром. — Всё-всё, молчу, — он поднял руки в примирительном жесте, хотя по лицу было видно, что ещё одно слово вертится на языке и держится Рома из последних сил. Антон только тяжело выдохнул, качая головой.  Иногда Рома был просто невозможен. Но именно сейчас стало неожиданно легко. Будто эта тупая ссора и правда закончилась окончательно. Рома пихнул его плечом в бок, уже без всякой обиды. — Я жрать хочу вообще-то. — Так мы ж ели, — довольно протянул Бяша. Ромка медленно повернулся к нему. — Вот за это я тебя сейчас и убью. Бяша заржал раньше, чем Рома успел сделать к нему шаг. А уже через секунду он сорвался с места. — Не догонишь, на! — Иди сюда, — заорал Рома, параллельно стараясь сдержать смех. — Придурок! Антон остался стоять на месте, глядя, как они носятся по двору, толкаясь и матерясь друг на друга так громко, будто только что не дулись всерьёз. — С вас все равно морожко в качестве извинений! — Обнаглел, — улыбнулся Антон. И только после этого внутри окончательно отпустило. Будто ничего серьёзного между ними и не было.  Хотя Антон всё равно мысленно отметил, что в следующий раз Ромку действительно лучше будить. Хотя бы чтобы потом не ловить на себе этот обиженный взгляд.