Среда в пять

Маша хотела заниматься астрофизикой с Корвиным — да. Хотела ли она хранить чужие тайны — нет. Особенно те, которые одним своим наличием отзывают желание жить. Да будет проклят тот день, когда она согласилась сходить за опоздавшим на планёрку Мороком. Василиса Васильевна даже предположить не сможет, какой шок-контент поджидал её тут. А это она всего лишь легонько стукнула по двери кулачком, а та взяла да и открылась. А ведь это Маша всего лишь встала в пороге, скромно заглядывая в комнату. — Влад? Ой, — она замялась, вспомнив, что какая-никакая, а субординация между ними теперь есть. — Владислав Владими… — и так и осталась стоять с открытым ртом и поднятым кулачком в пороге, пока дверь со скрипом открылась до конца, явив ей не просто обитель бывшего врага, но и что-то большее. Настолько большее, что об этом предпочтильней было бы не знать. — Варя?! — кровать стояла почти прямо напротив двери, так что да, Маша видела всё совершенно чётко и ясно. Сонные Морок и Ветрова растерянно потирали глаза, пытаясь разбуркаться и понять, что происходит. Варя прикрыла рот рукой, зевнув, и наконец привстала с утонувшей в подушках руки Влада, на которой всё это время лежала её голова. — М-маш? — слегка сиплым ото сна голосом, она потерянно огляделась, всё ещё не понимая, что происходит. Влад где-то за её спиной прокрехтел, громко вздохнув и лениво потянувшись, затем тоже поднялся. Тело ещё было тяжёлым и слабым, поэтому он уронил голову на её плечо, потеревшись об открытую кожу носом. Но стоило его взгляду подняться и уткнуться в Машу, Влад смог проснуться достаточно быстро, возможно, даже местами болезненно, глядя на то, как сузились его зрачки. — Маша… — он сглотнул и замотал головой, как будто от этого им всем стало бы проще. Варя наконец тоже проснулась, прозрела, осознала и с ужасом громко вобрала в себя воздух. — О, боги… Маш, Маша, Маш, э-это это совсем не то… Не то, что ты подумала, Маш!.. Несмотря на то, что отнимались ноги, Маша всё же сделала неловкий шаг назад, видимо, пытаясь в физическом плане уйти от этой ситуации. Морок и Варя затрепыхались на кровати, путаясь в одеялах и подушках в попытке встать. Влад вскочил первым, и прежде чем Маша успела что-либо предпринять, молниеносно оказался у порога, схватил её за руку, втащив внутрь комнаты, и захлопнул дверь. Стоило моргнуть, и уже Варя оказалась перед её носом, вытавляя вперёд руки, что-то тараторя и выглядя испуганной. Маша прикрыла глаза, зажала переносицу пальцами, чуть приподняв очки с носа, и медленно выдохнула. — Вы можете сначала… — она сделала паузу, взглянув на них искоса. — Одеться… Ветрова, закутанная в одно одеяло, мгновенно покраснела до самых кончиков ушей и телепортировала себя в ванную, судя по тому, что там дала сиреневый засвет вспышка её магии. А Влад, пока Маша отвернулась и старалась просто дышать, глядя в пол, спешно рыскал вокруг кровати в поисках пижамных штанов, выудил их из-под тумбочки и спешно натянул, оставив шнурки небрежно не завязанными болтаться у его голого торса. — Маш, ты только не… Не подумай… Мы просто э-эм… Просто… — Влад почесал затылок, стыдливо отведя взгляд. — Дай угадаю, ты помогал ей закрыть пропуски на свои уроки? — Маша всё-таки не выдержала, съязвив, и сняла очки, достав из кармана тряпочку, чтобы их протереть. Не потому что это было необходимо, а просто, чтобы занять чем-то руки и взгляд. Влад нервно хмыкнул и покраснел. — Хорошая мысль, кстати, — Маша скривилась, на что он вновь нервно хмыкнул. Только Варя вышла из ванной, переодевшись в пижамный комплектик из майки и шортов, она тут же бросилась к подруге, обхватив её плечи и крепко сжав. — Маш, я тебе сейчас всё объясню! — она выглядела стеснённой и застуканной, особенно с наспех заплетённой косой, из которой неряшливо выбивались кудряшки. Маша осторожно сняла с себя её руки и сделала шаг назад, положив ладони на бока и склонив голову. Она посмотрела на Варю пристально, затем на скрестившего руки Морока и вздохнула, вновь прикрыв глаза и потерев переносицу. Ветрова закусила губу и обхватила собственный локоть, поглаживая его пальцами, пытаясь хоть как-то закрыться и успокоиться. Она обменялась с Владом взглядами. Он выглядел невыспавшимся и слегка нервным, но в целом держался намного более уверенно, чем она сама. Возможно, потому что это не он врал всё это время подругам, разыгрывая сценки, какие они тут между собой враги, когда сам каждую ночь встречался с ней и просто терял голову. — И как давно это началось? — Варя ещё раз закусила губу, ещё раз посмотрела на Влада. Насколько будет корректно называть конкретную дату их первого поцелуя, если до него происходило куда больше интересных и компрометирующих вещей, о которых в двух словах и не расскажешь… Просто Влад оказался привлекательным, вот и всё. Оказывается за злостным-тёмным-князем-Мороком, которого Ветрова рисовала в своём воображении всякий раз, скрывался человек. И не просто человек, а симпатичный парень. Она разглядела это случайно, лишь на секунду забыв навести на него маску злого и ужасного, и больше не смогла развидеть. Он тогда очень злился, она уже даже не помнит, на что конкретно, но в этот момент он выглядел таким… Живым? Его тёмные брови были нахмурены, чёрные локоны выбились из хвоста и спали на лицо, жилки на шее напряглись, а корпус… Он был без своей синей олимпийки, в одной лишь майке, и Варя слишком хорошо помнит то, как он тогда выглядел. И, видимо, Влад заметил на себе её взгляд, её непривычно румяное лицо, её заторможенность. Хотя это трудно было не заметить, ведь Ветрова после того случая стала просто открыто пялиться на Морока всё время, при любой удобной и неудобной возможности. Она проедала его взглядом, пытаясь понять, как она могла всё это время не замечать его. Того, как он смеётся, и как в этот момент напрягаются его мышцы шеи, как он потирает лицо и туго завязывает волосы в хвост, когда под его глазами пролягают тёмные круги после бессонной ночи, как теряется, когда попадает в тупик, как быстро при этом бегают его глаза в поисках ответа. Удивительно, как Ветрова такое долгое время была абсолютно слепа по отношению к нему. Но, возможно, это было только к лучшему, потому что, стоило ей заметить, стоило осознать, как остановиться она уже, почему-то, не смогла. Вот Алёнка — Алёнка разглядела в Мороке потенциального друга сразу же, но её мнение на его счёт и не шло дальше этого! А остальные девочки — Снежка, Маша, Алиса, даже, будь она неладна, Любава! Они тоже удостаивали его своим внимаем, но не заигрывались — не заходили дальше определённых норм, которые кажется подстёрлись персонально для Вари. Может, она сама была виновата. Даже скорее всего так оно и было. Возможно, Ветрова слишком долго игнорировала Влада, видела в нём лишь злого-и-ужасного-князя, что теперь, по какой-то нелепой случайности прозрев, оказалась просто сбита с ног всем… Всей… Всей его красотой и всем обаянием! Хотелось умыться холодной водой, чтобы грубый поток смыл с её лица всю краску, все дурные мысли, которые привели к дурным последствиям. И ведь, на удивление, Влад был не против. Он заметил её взгляд сразу же, с первых дней — просто не мог не заметить, потому что так на него ещё не смотрели. Глубоко, пристально, так… очаровательно. Варя не смотрела на него в принципе раньше, поэтому этот поток внимания вызывал у него сухость во рту, даже когда он её не видел, а только чувствовал. За собой, за своей спиной, где-то в топле, среди других студентов, слышал только эхо голоса, вроде далеко, а вроде касающееся его уха так близко. Внезапно, она стала быть везде. Он замечал её вещи в коридорах и кабинетах, когда это не было нужно, и слишком часто искал кончик её длинной густой косички, который всегда чуть запаздывал и, словно хвостик, выныривал из-за кого-нибудь угла. Заискивающе, заигрывающе, маняще… Он почти сошёл с ума от того, насколько это всё было головокружительно. И даже не помнит точный момент, когда они всё-таки смогли поговорить. Возможно, его и не было вовсе. Возможно, они всегда были такими, — целовались под лестницей, запирались в кабинетах, искали друг друга в толпе, — просто боялись в этом признаться. Ведь когда Влад осторожно коснулся её уха губами, не прячась от всеобщего внимания и надеясь лишь на то, что никто этого не увидит в суматохе и толпе, это так естественно, так привычно, что даже жутко. Маша испуганно вобрала в себя воздух, но тут же поспешила успокоиться и напомнить собственному я, что теперь она пленница любовных квадратов, тайн чужих отношений и загадок любви, которая вынуждена держать рот на замке, даже когда физически это не представляется возможным. Теперь она видит, — слишком отчётливо, как бы этого не хотелось, видит, — что Варя действительно смотрит на Влада чересчур полюбовно, иногда забывая этого не делать, что Влад действительно касается её часто и без причины, когда думает, что этого не заметно. Заметно. То, что они перешли на какой-то другой уровень общения, оторвавшись от привычных «колючка-морок», - заметно. И Маше было очень жаль, что не всем.