Сотый взгляд

Мой мир обрывается каждое четвертое октября. Я знаю это не потому, что помню. Я знаю это потому, что так написано в дневнике на прикроватной тумбочке. Черная обложка, потертая по углам, местами исцарапанная — видимо, я часто таскал его с собой. На первой странице моим же почерком выведено: «Юн Джонхан, если ты это читаешь — ты снова все забыл. Не бойся. Рядом друг. Его зовут Джошуа. Он хороший. Доверяй ему». Джошуа приходит каждый год с горячим супом и терпением, которого хватило бы на сотню жизней. Он показывает мне фотографии, рассказывает, кем я работаю, что люблю есть и каких людей стоит избегать. Я киваю, записываю, учусь жить заново. Каждый год — новая жизнь. Каждый год — чистый лист. В этом году, листая дневник за прошлые годы, я наткнулся на странность. Фотографии. Много фотографий одного и того же лица. На одной — парень поет в баре, свет софитов падает на острые скулы, глаза блестят, и кажется, что он смотрит только на меня. На другой — гонщик в шлеме, снятом наполовину, улыбается в камеру, пот стекает по вискам, а взгляд такой живой, такой знакомый. На третьей — просто селфи со мной, где я улыбаюсь так искренне, как будто знаю этого человека вечность. Подписи везде разные: «Красавчик певец, с которым я будто знаком», «Фото с гонок по просьбе Джошуа», «Снова он. Странное чувство». Я провожу пальцем по глянцевой бумаге. В груди что-то щемит. Ноет. Болит сладкой болью, которую невозможно объяснить словами. Кто ты?