Ain’t Wastin’ Time No More

      Темная, повернутая к солнцу спиной фигура мужчины возвышалась в мелководной реке. Его руки держали перед собой арбалет, и такое их положение казалось уже более привычным, чем расслабленное болтание кистей вдоль туловища. Дэрил вернулся с короткой и удачной охоты и теперь наблюдал за тем, как на берегу Мерл пожимал руку экстравагантной женщине среднего возраста. Она согласилась очень выгодно продать им свой просторный фургон, а вернее выменять на скромную легковушку, которую братья упёрли в автосервисе. Свою сговорчивость и охотное сотрудничество она объясняла ожиданием скорого конца света.        — Мне бы хотелось быть как можно дальше отсюда. — спокойно констатировала она, осматривая машину изнутри. На это Мерлу оставалось лишь переглянуться с приближающимся к нему братом.       Дэрилу сперва не пришлось по душе их новое место обитания. Конца света он не боялся, он очень хорошо знал, что такое судные дни, но давно понял, что конца после них не бывает. Его жизнь продолжалась после того, как погибла мать, после того, как Мерл по десять раз садился в тюрьму, оставляя его с Уиллом один на один. Всё продолжалось. Продолжалось и теперь, только не было больше ни обугленных останков родительницы, ни живущего с ними чудовища, требовавшего называть его отцом. Остались только он и брат, и на данный момент сложно было придумать лучшего расклада.       Так что нет, бежать отсюда от воображаемого конца света ему точно не хотелось, но небольшой трейлерный посёлок всё же ему не нравился. Диксоны прежде жили во врастающем в землю сельском доме, обнесённом высоким забором из гнилых досок, ограничивавщим территорию скудную, но достаточную для того, чтобы называть её частной собственностью. Здесь же люди и их дома как будто громоздились друг на друге. Можно было даже случайно увидеть движение и внутреннюю жизнь в окошках соседних фургонов. Такая бесцеремонная близость других, чужих людей доставляла одичавшему в лесах Джорджии деревенщине ощутимый дискомфорт. А Мерл, казалось, первое время не находил в их новом жилье никаких недостатков. Даже когда Дэрил нечаянно заехал локтем ему под лопатку, пытаясь развернуться в узком кухонном проходе, Мерл оперся руками о кухонный гарнитур и сипло прошипел вместо ожидаемого ругательства: — В тесноте да не в обиде.       Вскоре младший брат перенял тот же тип мышления. Всё-таки их фургон стоял в первой линии к реке, то есть соседи окружали его лишь с трёх сторон. За рекой сразу начинался лес, а если хотя бы из одного окна твоего дома видно зелёные кроны, то жить уже можно, и неплохо. В общем, Дэрил пришёл в полный порядок. Он охотился, когда была на то нужда или настроение, а так — подрабатывал в прежних местечках, откуда его ещё не успели вышвырнуть за мелкие кражи, которые, в общем-то, вскоре прекратились за ненадобностью. А Мерл оставался Мерлом. Как после любого завершенного дела он чувствовал себя в праве жить, как ему хочется. Будь это возвращение из армии, или обретение их нынешнего дома взамен отчему, Мерл был уверен, что сделал достаточно. В данном случае, его вклад ввиде провёрнутой сделки действительно трудно было недооценить. И если бы случился какой прецендт, он без раздумий попрекнул бы Дэрила крышей над головой, намекая на его неразрывную зависимость от воли и дел старшего брата. Но младший Диксон и так легко бы согласился, что встречать осень приятнее в собственном стационарном жилище.       Когда братья только заселялись, очевидной стала нехватка спальных мест — в трейлере они были представлены лишь одной, хоть и достаточно просторной кроватью. Мерла это не смущало, а вот Дэрил сразу без удовольствия представил лягающиеся ступни у своего лица, если бы пришлось лечь "валетом”, и вообще полное изгнание с кровати храпящей доминирующей силой. Однако в результате это никогда не было проблемой из-за невероятно расходящегося по режиму образа жизни Диксонов. Мерл возвращался в трейлер в те часы, когда Дэрил был уже глубоко в лесу на утренней охоте, а покидая дом, ненадолго пересекался с младшим братом у его вечернего костра. Случались, конечно, и накладки. Подружки Мерла придерживались всё-таки более традиционных циркадных ритмов, и он приволакивал их в то время, когда Дэрил грел консервы себе на ужин.       Однажды, сидя у огня на импровизированном “заднем дворе” (клочке земли между трейлером и речкой), Дэрил услышал знакомый сиплый голос по ту сторону фургона:       — Тебе это понравится, крошка. Даю руку на отсечение.       — Посмотрим... Хочу сначала посмотреть на него. — отвечал женский голос уже ближе.       Приблизившись к костру, Мерл сразу приземлился напротив брата, а низкая фигуристая блондинка, сопровождавшая его, тут же устроилась на коленях старшего Диксона. Дэрил взглянул на её отросшие тёмные корни (крашеные блондинки так часто встречались среди этих королев бензоколонок, что ему уже стало казаться, что чёрные корни и светлые концы это их естественный окрас, который обеспечила им мать-природа), взглянул на упругие сильные руки, которые, впрочем, на фоне бицепсов его брата были совершенно девичьими. Странно, но именно так Дэрил бессознательно представлял себе семью. Суровый лысеющий подонок и его симпатичная, слегка взбалмошная жена. Впрочем, кажется, Мерл выглядел так с любой своей новой спутницей.       — Здравствуй, братишка, как жизнь?       Этот вопрос от Мерла не подразумевал никакого ответа, к тому же сейчас тот, на кого была направлена попытка зачать разговор, оказался слишком поглощён размышлениями о своих представлениях о семье. Наличие у Мерла какой-либо семьи помимо него вдруг показалось Дэрилу карикатурным и просто нереальным.       В следующую же секунду Мерл высказал совершенно не семейно-ориентированное предложение.       — Мы тут с Хлоей задумали одно приятное дельце. Без тебя никак не обойтись.       Дэрил неуловимо качнул головой, призывая перейти непосредственно к сути.        — Замутим тройничок? В ответ Дэрил ухмыльнулся и Мерл тут же отразил его ухмылку, ещё не будучи уверенным, что она им сулит. Дэрил не собирался отвечать, но даже если бы собрался, сейчас в эфире оказался голос блондинки.       — Мне не особо он нравится. — прозвучала беззастенчивая оценка. Мерл взглянул на Дэрила, как дилер, у которого срывалась сделка, на своего совершенно бесполезного подельника. Тот ответил ему скептическим взглядом исподлобья.       — Он из тех, кто мало говорит, но много делает, если ты понимаешь, о чём я. — Мерл как мог прорекламировал собственного брата, похабно улыбнувшись. Дэрил вновь почувствовал на себе оценивающий взгляд девушки, прежде чем она обратилась к Мерлу, прильнув к нему.       — Мне интересно только с тобой. Я уже передумала. — блондинка кокетливо провела пальцами по потной скуле старшего мужчины, глядя ему в глаза и не позволяя переключиться ни на кого другого, кроме себя. — К тому же, ты и один за двоих неплохо справляешься, я не права?       Мерл перехватил её руку и Дэрилу стало даже страшно за девушку, потому что в те моменты, когда на лицо его брата не была надета привычная социальная улыбка, по его выражению невозможно было различить сексуальное желание от желания прибить кого-нибудь на месте. Можно было предположить, что Мерл думал что-то в духе: “Вот видите, как вы двое хорошо сотрудничаете, чтобы я не получил желаемое. Разве нельзя посотрудничать в другом направлении?”. Но вслух вместо этого сказал:       — Ладно, киска. Отложим эту авантюру на неопределённый срок. Пока кое-кто не научиться развлекаться как в старые добрые времена. — эта фраза была адресована Дэрилу, Мерл обернулся на него, заходя в фургон, после чего увесисто шлёпнул свою спутницу так, что она чуть не запнулась на крыльце. Уже через мгновение пара скрылась в трейлере.       В старые добрые времена... Мерл ссылался на реальные события, только обычно они оборачивались совсем не так, как он наверное себе их представлял и помнил. По воспоминаниям Дэрила девица, с которой планировался приятный грех, обычно вырубалась от количества выпитого, а сами братья уродливо лизались на диване в гостиной, пока не засыпали друг на друге следом за девушкой. Бо́льшего Дэрил не помнил, а Мерл не помнил и этого. Как только голову, заросшую потемневшими от грязи и пота волосами, посещали подобные мысли, они тут же стекали горячим стыдом куда-то вниз живота, как будто всё упомянутое происходило с ним прямо сейчас. Дэрил всегда списывал это на своё хорошее воображение, которое в такие моменты “награждало” его странными наваждениями с участием собственного брата... Да, Дэрилу точно не хотелось повторять что-то подобное, случившееся между ними.       Он оставался один подозрительно недолго. Мерл вышел из трейлера в одиночку, параллельно поджигая сигарету.       — Что-то я сегодня ей не заинтересовался. — произнёс он в воздух, глядя прямо перед собой и оставаясь стоять. Дэрил знал, что значит это "не заинтересовался" и ничего не ответил. Комментировать сексуальные неприятности Мерла было себе дороже.       — Вот как ты думаешь, что хуже, никогда не нюхать или никогда не трахаться? — теперь уже речь однозначно была обращена к Дэрилу, который своей сгорбленной позой будто пытался от неё увернуться, но не вышло.       — Ты сам знаешь правильный ответ. — процедил Дэрил, теребя соломинку между большим и указательным пальцем и втыкая её между зубов, прямо как его брат сейчас поступал с сигаретой.       Мерл достал из нагрудного кармана жилетки практически початый зиплок и внезапно бросил в огонь. Через мгновение он невесть зачем наклонился всем корпусом вперёд, видимо жалея о поступке, и Дэрил увидел, как огонь от костра поселился в его зрачках. В воздухе успел распространиться едкий запах пластика, спасать зиплок было уже бессмысленно. Мерл молча выпрямился, а Дэрил зачем-то решил продолжить говорить.       — Хотя трахаться с кем попало тоже не стоит. Это так же вредно для здоровья. — пробормотал он, намекая на сифилис Мерла. — Хотя какое мне дело.       Ему не удалось защититься этой последней фразой, как обычно получалось с посторонними. Мерл, пребывавший не в самом добром расположении духа окончательно вышел из себя, решив сорвать свою досаду и разочарование на братце.       — А с кем мне трахаться, с тобой? Что ж ты тогда на тройничок не согласился, любитель инцеста?       Дэрил научился различать, когда ему может прилететь, а когда раздражение брата — беззубое и бессильное, поэтому не побоялся ответить:       — Я не заинтересовался. — он знал, что в иной день Мерл оценил бы эту шутку. Сейчас же брат только молча сплюнул в сторону костра и вернулся в трейлер.       Эту ночь Дэрилу пришлось провести на улице. Он мог бы вообще не спать, но завтра у него было смена на автомойке и всё-таки надо было твёрдо держать шланг в руках. Как бы он хотел быть сейчас на месте Хлои, мирно сопящей в их трейлере и занимающей его законную половину кровати. Но знакомые звуки чужого сна были не единственными мелодиями этой ночи. Где-то между сном и явью острому слуху Дэрила почудились хрипы и стоны, доносящиеся со стороны леса. Сознание отнесло их к местному болоту, и Дэрилу всю ночь снились Болотные обезьяны, Двупалый Том и прочие криптиды, о которых ему приходилось слышать в детстве.