Маленькая ведьма

Каждый человек, если он не имеет врождённых способностей к магии, может их приобрести и развить.

«Чернокнижное мастерство» Ирина Норман

Сегодня ночь казалась темнее обычного. На часах было около десяти вечера, когда я вышла из такси за пару кварталов до дома клиента. Всегда старалась делать так, чтобы успеть настроиться перед встречей. Выезды редко заканчивались чем-то предсказуемым, особенно когда дело касалось экзорцизма. Всматриваться в темные дворы панельных домов и красоту звездного неба не представлялось возможным: в памяти то и дело всплывали прошлые ритуалы с изгнания нечисти из людей.  Молодая студентка с лярвой, которая привязалась к ней из-за затяжной депрессии, вызванной стрессом в медицинском университете; тот подселенец у зрелого седовласого мужчины, которого тот подхватил на кладбище–слишком шумно вел себя на поминках, вот и получил неприятный подарок. Но сейчас я всем нутром чуяла, что все эти случаи были цветочками по сравнению с тем, что мне предстоит сделать сегодня. Клиентка написала пару дней назад в полном отчаянии. Вкратце описала ситуацию: её мама, до этого бодрая и энергичная в свои прекрасные сорок восемь, стала вдруг отстраненной и моментами агрессивной. Она перестала мыться, общалась с дочерью очень грубо, а голос и речь, которыми она говорила, были не её. Сначала я всегда отношусь с долей скепсиса ко всем людям, пишущим мне, хотя, казалось бы, я и скептик? Да скорее инопланетяне захватят Землю, чем я перестану верить в магию и колдовство. Но в девяти из десяти случаев, когда ко мне обращались за сеансом экзорцизма, никаких сущностей я не видела, а все перемены в поведении человека объяснялись вполне логичными причинами. Стресс, тревожность и апатия — это тяжело, но не всегда они появляются вследствие подсела.  Но в день, когда мы созвонились с клиенткой по видеосвязи, я сразу почувствовала негативную энергетику, заполняющую их квартиру, даже через экран своего старенького компьютера. Такое происходит не всегда, но сразу вызывает определенное волнение. Значит, ситуация уже выходит из-под контроля. После двойной предоплаты за срочность я всё-таки согласилась. Признаю, деньги были решающим фактором того, что я перекроила свои планы и сорвалась на этот вызов. Но и вы меня поймите: молодым чернокнижникам в наше время приходится непросто. То сторожу на кладбище дать чекушку с закуской, чтобы он пропустил меня, то откупы бесам с дорогим и свежим мясом с кровью подать, то натуральные восковые свечи заказать. Если так все посчитать, да и с учетом инфляции и налогов (ведь я послушный гражданин и имею самозанятость, представьте себе) набежит кругленькая сумма. А я уже молчу про коммуналку, еду для себя и моего кота, да и прочие расходы. Я не меркантильная сука и не падкая на деньги, но придерживаюсь здравого расчета. В конце концом, мы живем в материальном мире капитализма, верно? Поэтому я ёжусь от догадок, с чем же сегодня придется работать, и глубже кутаюсь в свою черную толстовку, накидывая капюшон. Подходя к нужному подъезду, я делаю три глубоких вздоха и только после этого звоню вдомофон. — Кто? — спрашивает дрогнувший голос. — Ева, — отвечаю и тут же слышу звонкую трель, пропускающую меня внутрь. Делаю шаг в подъезд с левой ноги и оставляю все лишние мысли на улице. Теперь я должна находиться здесь и сейчас, быть готовой ко всему, даже готовой больше никогда не выйти из этого подъезда вновь, по крайней мере, на своих двух. До третьего этажа поднимаюсь быстро и, к своему удивлению, на лестничной клетке вижу молодую девушку. Сразу было видно, что в последнее время она живет в диком стрессе: длинные русые волосы спутались, домашние штаны грязные, а на бледном лице с красивыми чертами виднелись темные круги под глазами. – Здравствуйте, – грызя ногти, сказала Лена, моя клиентка. Я кивнула и протянула руку в ожидании. – А я могу отдать их после того, как вы… Ну… – замялась девушка. – Простите, но нет. Я не знаю, чем может кончиться сеанс и в каком состоянии я буду уходить. Поэтому деньги вперед, – постаралась объяснить я. – Если я вас обману, сможете подать на меня заявление за мошенничество, переписка наша у вас есть. Девушка нервно вздохнула и протянула мне белый конверт. Я пересчитала, удовлетворённо кивнула и убрала деньги в рюкзак. Сегодня я была практически налегке: старое зеркало, несколько свечей на всякий случай, спички и то, без чего я вообще не выхожу из дома – ритуальный кинжал. Он подходит не для всех ритуалов, но для меня это талисман удачи. Достался от моей любимой бабули, прямо-таки настоящая фамильная реликвия. Для экзорцизма из важных вещей я ещё стараюсь брать свой гримуар с шепотками и заклинаниями в общении с бесами-помощниками и старые иконы. Но не сегодня. Интуиция подсказывает мне, что ноги уносить из этого места я буду только так, поэтому минимум вещей – залог успеха. Закидываю рюкзак обратно на плечи и смотрю в сторону квартиры. – Идём? Лена вздохнула и открыла входную дверь, пропуская меня вперед. Стоило сделать лишь шаг, и, оказавшись в темной прихожей, я сразу почувствовала темную энергетику. Даже ведьмой быть не надо, честное слово, мороз по коже идёт. Нужно поскорее со всем закончить. – Так, а где… – но не успеваю я закончить вопрос, как слышу громкий хлопок двери позади меня. Оборачиваюсь и понимаю, что Лена уже сбежала. Что ж, не мне её судить, сама бы сделала точно так же, но работа есть работа. Быстро осматриваю квартиру, но дальше прихожей не иду. Справа дверь в ванную, дальше кухня, а вдоль коридора виднеются очертания дверей, по всей видимости, в спальни. Свет горит только на кухне, поэтому я не сразу замечаю это. Дальняя дверь с противным скрипом приоткрывается, и за ней я вижу её. Женщина средних лет с посеревшим лицом и дикими глазами. Её ледяная улыбка пронзает все нервы, а ещё, насколько я могу понять в этой темноте, она была абсолютно обнаженной. Когда я говорю, что в жизни ритуалы и практика отличаются от всех киношных клише, я слегка лукавлю. Хотя ладно, возможно, очень даже сильно. Потому что в данный момент на меня смотрела одержимая женщина, которая выглядела так, как в любом фильме ужасов. И это было поистине кошмарно. В первую секунду меня накрывает страх, выводя из равновесия, но виду я не подаю и быстро собираюсь с мыслями. – Здравствуй, – безучастно бросаю я. За годы практики пришлось учиться напускать на себя безразличие в самых неприятных ситуациях, любой студент театрального мне бы позавидовал. – Привет, – ответила одержимая, склоняя голову набок.  Голос был не её и, хотя до сегодняшнего дня мне не доводилось с ней разговаривать, в этом я была уверена. Когда общаешься с бесноватым, сразу чувствуешь что-то иное.  Помимо внешнего вида, со временем меняется поведение, повадки, манера речи и даже вредные привычки. Чем дольше сущность владеет телом или чем сильнее она, тем ярче видны перемены. И вот сейчас я четко слышала не голос женщины, а низкий баритон, словно она с детства пристрастилась к сигаретам и успела "прокурить" свои связки. Жутко, не правда ли? Ещё бы, но останавливаться нельзя. – Ты ведь не Валерия, – усмехнулась я. – Какая догадливая, – говорит, будто восхищается мной. Но мы оба знаем, зачем я здесь и он точно от этого не в восторге. – Да вот, не жалуюсь, – пожимаю плечами, – куришь? Вижу огонек у неё в глазах. «Валерия» шире открывает дверь и пропускает меня в комнату. Это определенно проверка от беса, и я успешно её прохожу, когда, и глазом не моргнув, прохожу в комнату, оставляя женщину позади себя. Если при встрече с дикими хищниками категорически нельзя поворачиваться спиной, дабы не дать им возможность напасть, то с сущностями дела обстоят куда деликатнее. Сперва необходимо поставить себя с ними на равных, показать, что для меня это дело обычное и я далеко не из робкого десятка. Бабушка с детства повторяла мне одну фразу, которую я запомнила на всю жизнь: «Боишься – не делай, делаешь – не бойся». В практике страх – это самое настоящее проявление слабости, а нечисть чувствует его, словно бродячие собаки. Испугавшись, мы будто рисуем на себе мишень, в которую сущности и бьют в первую очередь.  Поэтому я размеренным шагом иду вдоль комнаты прямо к открытому балкону. Успеваю только зажать сигарету зубами, как она встаёт рядом со мной. Протягиваю ей свою пачку и замечаю, что бес не соизволил накинуть на свою человеческую оболочку хотя бы халат. Сентябрьские ночи в нашем городе выдаются весьма прохладными. Надеюсь, она не успеет простыть, а то знаете, как оно бывает: только освобождаешься от подсела, как тебя сразу валит с ног от обыкновенной простуды. Весьма неприятно. Помогаю ей прикурить своей зажигалкой и делаю первую затяжку. Она оказывается спасительной: едва заметная дрожь в пальцах утихает, и все ненужные мысли выветриваются из моей головы. Ветер щекочет моё лицо, и умиротворяющая тишина ночи на время отвлекли меня от всех забот так, что я даже забыла, что стою и курю рядом с бесом. Замечательно. На второй сигарете «Валерия» решила сама напомнить о себе своим грубом голосом: – Что, прогнать меня хочешь? – спросил бес, не поворачивая головы.Я пожала плечами. – Было бы неплохо, – согласилась я. Сделала ещё одну затяжку и повернулась к нему, – как тебе не надоело её жрать? – Да пока всё устраивает, – он повернулся ко мне и уставился прямо в глаза. А ещё эта кошмарная улыбка. «Чтоб мне сдохнуть», – подумала я, но и бровью не повела. Ну уж нет. Необходимо дальше налаживать контакт. – От неё скоро совсем ничего не останется, – непринуждённо ответила я, – а дальше куда? «Валерия» нахмурила брови, будто и вправду задумалась. Сейчас она напоминала человека куда больше, чем секунду назад. Но я то знаю, что это ложное чувство.  – Её дочка тоже вкусная, – пришёл к выводу бес, – так боится меня… Он облизал губу и уставился вдаль, явно смакуя воспоминания о том, в каком страхе держал Лену последние месяцы. Бедная девушка… – Я видела её, – медленно киваю, – но она уже тоже на исходе. Досадно, не так ли? Бес резко повернулся, и лицо его вытянулось. Взгляд был пристальнее некуда. Он изучал меня так, будто проверял на прочность и одновременно изучал саму мою душу. Минуты текли, казалось бы, вечность, пока бес не заговорил голосом из самой преисподней. – Не надо со мной лукавить, – от прежней улыбки не осталось и следа, а от тона его голоса внутри у меня всё оборвалось, – пойдём. В эту секунду я была уверена, что он просто скинет меня с балкона, и мы разойдемся на этом. Но нет, он хотел поиграть со мной подольше. Стоит отдать ему должное: растягивать удовольствие для него намного лучше, чем переломать мне кости. Как только бес развернулся и направился обратно в комнату, я облегченно в выдохнула и поплелась вслед за ним. Но только моя нога успела пересечь порог темной комнаты, как всё моё спокойствие вмиг куда-то делось. «Валерия» или то, что от неё пока осталось, хватает меня за шею и с силой, явно не присущей хрупкой женщине, впечатывает моё тело в стену. Я делаю судорожный вдох и стараюсь не морщиться, смотря в глаза этому существу. – Вздумала меня прогнать? – бес встряхнул меня, и по комнате разнесся звук разбитой посуды. По всей видимости, он прижал меня прямо к серванту с сервизом, и я очень надеюсь, что клиентке это покажется меньшей из проблем. –Ты, потаскуха! Ты ведь знаешь, что я одной рукой могу переломить тебе шею? Мысли хаотично начали мелькать в моей голове, стараясь найти выход из этой ситуации. Напор, с которым он сдавливал мне горло, лишь увеличивался, поэтому срочно нужно было выкручиваться. – Знаю, но какой смысл? В глазах беса мелькнули огоньки ярости, и в следующий миг он швырнул меня на пол. Приложившись головой о паркет, я закашлялась и постаралась выровнять дыхание. Бес тем временем присел на корточки и, схватив меня за подбородок, заглянул мне в глаза. – Зря ты сюда пришла, мелкая тварь, – голова гудела, а его голос доносился как будто сквозь толщу воды, – это тело теперь моё, и отдавать его я не собираюсь. Сфокусировав свой взгляд на его темных зрачках, я решила действовать по немного рискованному плану. Но если не сработает он, мне вряд ли поможет хоть что-то. – Возьми меня, – еле как прохрипела я. Бес не ожидал этого и ослабил хватку, чем я воспользовалась и снова откашлялась. – Зачем тебе истощённое тело этой женщины? Возьми моё. Нечисть свела брови к переносице и покачала головой. Он явно находился в недоумении, но это поправимо. – Я молодая, почти в два раза, у меня сильная энергетика, – начала тараторить, но потом осеклась и выдохнула, – тебе понравится. «Валерия» поднялась на ноги и сделала два осторожных шага назад. Бес явно чувствовал подвох и лукавство с моей стороны, но самим предложением был крайне заинтересован. — Зачем тебе это? — в лоб спросил он. Что ж, врать им нельзя, но полуправду ещё никто не отменял. — Хочу помочь этой женщине, — это не было ложью, но мой главный аргумент насчёт денег за его изгнание явно чёрта не обрадует, — ты здорово потрепал её тело и нервы её дочери. С них хватит, лучше возьми меня. Бес посмотрел сквозь меня, и глаза его были совсем стеклянные и охренеть какие жуткие. И в момент, когда я уже была уверена, что он согласится и нам останется лишь заключить договор, его лицо превратилось в маску отвращения. Я поняла: нихрена мы не договоримся. После этого всё смешалось: удары, звуки, боль. Всё казалось чужим и далёким, но в то же время слишком острым и тяжёлым. Из-за темноты я плохо понимала, что происходит, но пару раз я снова влетела в тот шкаф с сервизом, запнулась о ножку дивана, пытаясь увернуться от нового удара, и хорошенько почистила ковёр в комнате своим лицом.  Понимаете, дать сдачи я могла, даже со своими не очень грозными метр шестьдесят, но сильно драться с ней было нельзя, всё-таки это тело Валерии, которую я ещё надеялась спасти. Вскоре я взяла преимущество и, оттолкнув беса на диван, навалилась прямо на него. Перехватила запястья над головой женщины и поудобнее устроилась на её бёдрах, затем постаралась собраться с мыслями. Действовать нужно было быстро, поэтому пока подселенец ещё не успел вырваться из моей хватки, я начала нашептывать бесам-помощникам призыв. Я просила их придать мне сил в том, чтобы забрать эту сущность в себя и желательно не умереть. — Тварь! — кричала «Валерия», пока я набирала всю мощь, которую могла, — тупая тва… Но не успел бес закончить, как я заорала на него не своим голосом: — Имя! — моя слюна чуть не забрызгала ей лицо, с каким усердием я кричала, — назови своё чёртово имя! Он и дальше старался сопротивляться, но я как следует его встряхнула и заставила смотреть мне прямо в глаза, после чего подселенец сдался. — Паймон… — злым голосом ответил он, и внутри я возликовала. Половина работы уже сделана. Назвав свое имя, он буквально подписал себе приговор. Казалось бы, всего лишь имя, набор букв, но сколько власти над сущностью оно дает, вы себе даже не представляете. Набрав в легкие побольше воздуха, я начала громко и четко читать заклинание, выражая свою волю. Я концентрируюсь только на тоне своего голоса, визуализации своих слов и силе своих намерений. –Мечем не рублено, ножом не сечено, а словом сказано, словом сделано, чёрту вверено!–с твердостью вымолвила я. Наклонившись ниже, последние слова я произнесла так, чтобы моё дыхание опаляло кожу подсела,– так тому и быть! Аминь! Прикрыв глаза, я сконцентрировалась и сделала это. Наклонилась к его лицу и начала вытягивать чёрта из тела. Своим долгим вздохом я переселяла беса в себя, стараясь быть аккуратной, но времени на расторопность было мало. Когда мои лёгкие начали гореть, а тело Валерии подо мной обмякло, я наконец смогла выдохнуть.  Что было дальше, помню смутно, лишь какими-то обрывками. Сначала я, пошатываясь, вышла из квартиры, дальше, спотыкаясь, брела по тёмным дворам. Увидев на горизонте лес, я рухнула и потом передвигалась лишь ползком. Преодолев метров десять вглубь деревьев, я собрала последние силы в кулак и стала нашёптывать новую просьбу о помощи, чтобы выпустить нечисть. После того как мы с бесами пришли к соглашению, я резко выдохнула и выпустила беса из своего тела. Как только я почувствовала, что сущности во мне уже не осталось, моё тело настиг спазм, и меня вывернуло наизнанку в ближайшие кусты.  Избавившись от содержимого своего желудка, я завалилась на спину и постаралась отдышаться. Даже не успела понять, в какой именно момент отключилась. А проснулась я лишь под утро от звуков мужчины, гуляющего со своей собакой. Но звуки лающего даже где-то вдалеке пса заставили мою голову пронзить тупой болью. На ватных ногах я поднялась и вышла из пролеска, попутно пытаясь поймать сеть и вызвать такси. Как оказалось, я доползла до частных домов в этом районе на окраине города и каким-то чудом не зашла на чужую территорию и не потревожила покой местных жителей. Отмахнувшись от вопросов таксиста о моём внешнем виде, я сказала ему, что просто неудачно упала, пока гуляла. Он, скорее всего, принял меня за напившуюся студентку, но чёрт с ним. Главное, чтобы довёз до дома. Когда машина подъехала к моей многоэтажке, я сухо попрощалась с ним и пошла в подъезд. В такие моменты я ненавидела жить на четырнадцатом этаже, но благодарила небеса за существование лифта. Как только я открыла дверь в свою квартиру, прошлая ночь осталась позади. Дом, милый дом. Я скинула рюкзак, а вместе с ним и весь груз, который был на мне с того момента, как я пошла на вызов. Сил переодеться не было, а принять душ и подавно. Это всё подождёт, а вот здоровый сон в родной мягкой кровати — нет. Завесила шторы с эффектом блэк-аут, чтобы днём солнце меня не побеспокоило, и повалилась на постель. И здесь все мои остатки сил иссякли окончательно, ведь только успела моя голова коснуться подушки с любимой шелковой наволочкой, как я провалилась в глубокий сон. И ни мысли о подселе, ни заметки о том, что же нужно купить для бесов-помощников в качестве откупа, ни переживания о сегодняшней ночи в моем сознании больше не было. Лишь покой.