Pas de deux

Гермиона пришла на репетицию раньше времени; стянула сапоги и юбку, потянулась, подняв руки над головой. Она посмотрела на темное, грозовое небо, на то, как волны с грохотом бьются о берег, и почувствовала, как по телу пробежало возбуждение. Надвигалась буря, и, хотя Гермиона знала, что, скорее всего, ей придется идти домой под дождем, она все равно не могла сдержать улыбку. Она любила бури. — Мисс Грейнджер! Гермиона резко обернулась и увидела в дверях Андреа, помощницу Рода. — Вот вы где. Я принесла вам несколько платьев на примерку. — Что… Ах, бал. — Да. Вижу, вы сейчас свободны; я принесла их для вашей примерки. — Я не… Но та уже ушла, и остаток фразы замер у Гермионы на губах. — Ну ладно. Андреа вернулась с тремя чехлами для платьев на руке и с улыбкой. — Мне дали вполне конкретный список требований, но в некоторых пунктах я позволила себе немного вольности, — сказала она, вешая чехлы на станок и расстегивая первый. — Главным образом потому, что, не люблю делать предположения, но, думаю, он вряд ли был бы вашим первым выбором в качестве кавалера на это мероприятие? Гермиона удивленно посмотрела на Андреа и встретила в ответ дружелюбную улыбку. — Нет, ну… Это по работе. У меня вроде как нет выбора. — Вот я и решила сделать все настолько легким для вас, насколько возможно. Она начала доставать платья, от которых у Гермионы замерло сердце. Они были потрясающими; изысканными, элегантными и немного соблазнительными. — Он хотел что-то, что подчеркнет вашу фигуру и заставит каждого мужчину там завидовать ему. Андреа закатила глаза и протянула Гермионе одно из платьев. — Ну… я… Они великолепны. — Я знаю; у меня на это глаз. Раньше я была личной помощницей редактора модного журнала. Больше никогда. Но кое-чему я научилась. Примерьте их; не хочу, чтобы Беллатрикс зашла сюда и отчитала меня за то, что я вас задерживаю. Гермиона скинула накидку и позволила Андреа осторожно помочь ей надеть платье. Она взглянула на себя в зеркало и невольно посмотрела дважды. Да, ее трико было видно, но платье — из мятого синего бархата с серебряной отделкой — было невероятным. Она повернулась, замечая, как ткань облегает ее ягодицы. — Ничего себе. — Правда же? Сногсшибательно. — Оно прекрасно. — Это вы прекрасны, милая. Ну что думаете? Хотите примерить остальные? — Конечно. Гермиона кивнула и повернулась к следующему чехлу. Следующее платье было в стиле двадцатых годов — темно-зеленое, с узором из черных пайеток. Оно мерцало в свете, пока Андреа доставала его, а Гермиона тем временем сняла предыдущее платье и надела это. Она снова повернулась перед зеркалом. — Ничего себе. Я… Дверь открылась, прервав ее, и в комнату вошла Беллатрикс. Она остановилась, едва увидела Гермиону. На мгновение замешкалась, ее взгляд скользнул по платью, затем по Андреа и чехлам, после чего снова вернулся к Гермионе. — Что ж… Полагаю, вкусы Рода улучшились. Обычно он предпочитает нечто чуть менее элегантное и более… — Откровенное? — вставила Андреа. — Знаю, но эти выбирала я, так что… Беллатрикс лукаво ухмыльнулась Андреа, и у нее вырвался тихий смешок. — Ну, тогда все понятно. — Что думаешь? — спросила Гермиона, поворачиваясь в платье. Беллатрикс подошла ближе, по пути осторожно опустив сумку на пол. — Повернись, — велела она, сделав вращательное движение пальцем. Гермиона медленно повернулась, стараясь при этом держать Беллатрикс в поле зрения как можно дольше, пока взгляд старшей женщины скользил по ней. — Очень мило. Двадцатые — не такая уж плохая идея для костюмированного бала. Хотя и не сказать, чтобы что-то совсем уж смелое. — Ну что ж, ладно тогда, — Андреа закатила глаза с усмешкой. — У меня есть и другие варианты. — Да, вижу. Беллатрикс поджала губы, словно что-то обдумывая, а затем один раз кивнула. — Оставлю вас. — Ты не останешься и не поможешь? — спросила Гермиона, ощущая легкое разочарование. Беллатрикс усмехнулась ей, потом бросила взгляд на Андреа, отчего та отвернулась и занялась следующим чехлом. Беллатрикс наклонилась совсем близко, и ее голос стал чуть хрипловатым, заставив Гермиону вздрогнуть. — Думаю, я лучше удивлюсь вечером на балу. С этими словами она подмигнула Гермионе и направилась к выходу из студии, оставив младшую женщину смотреть ей вслед, слегка приоткрыв губы и чувствуя легкое головокружение от покалывания, пробегавшего по коже. — Ох, девочка, все совсем серьезно, — сказала Андреа. — Ничего подобного, — возразила Гермиона, краснея. Она выскользнула из платья и протянула его Андреа. — Что дальше? Следующее платье, которое достала Андреа, заставило Гермиону почувствовать, как у нее пересохло в горле, и она с благоговением провела пальцами по ткани, прежде чем надеть его. Оно было похоже на синее: длиной в пол и облегающее в лифе, но само платье было темного изумрудно-зеленого цвета, с открытым одним плечом и без рукава. На талии шла отделка, а ниже ткань спадала легкой струящейся сеткой, образуя нежный шлейф у ног Гермионы. Лиф был покрыт прекраснейшими украшениями в виде листьев из зеленых пайеток; такие же были и на юбке, но реже. Гермиона повернулась к зеркалу, и выражение ее лица сказало Андреа все, что той нужно было знать. — Идеально. Я подберу тебе подходящую маску и зеленый бархатный плащ. Скажем, что ты лесная нимфа или что-то в этом духе. Гермиона кивнула, не в силах вымолвить ни слова. — Приму твое молчание за хороший знак. А теперь давай снимем это и спрячем, пока Беллатрикс не увидела. Чувствую, тебе хочется, чтобы на балу она получила весь эффект целиком. Андреа подмигнула, и Гермиона поперхнулась. — Я не… что? — Конечно, милая. Андреа махнула рукой, поторапливая ее, пока Гермиона осторожно снимала платье. — Я бы посоветовала убрать волосы наверх, сделать красивые волны и оставить несколько прядей свободными. Может, красную помаду? И каблуки. У тебя есть подходящие? — Есть черные, с ремешками. — Отлично. Все равно их никто не увидит, но я люблю, когда образ завершен. — Спасибо, — пробормотала Гермиона, пока Андреа складывала вещи. — За помощь. И за то, что не выбрала ничего… — Да пустяки. Он… да уж. Ладно. Я пришлю тебе все завтра утром, до репетиции. Только не забудь быть готовой к приезду машины; он терпеть не может, когда его заставляют ждать, и будет редкостным придурком, как бы хорошо ты ни выглядела, если опоздаешь. — Поняла. — И, может быть… Андреа запнулась. — Просто будь осторожна, ладно? — Буду… спасибо. От ее последних слов Гермиону пробрала дрожь. Она не думала, что все может быть настолько плохо, но, похоже, все с тревогой относились к тому, что завтра она пойдет на бал с Родом, и это беспокойство просачивалось ей в кости, как холод. К счастью, от этих мыслей ее отвлекло возвращение Беллатрикс. — Все уладили? — спросила Беллатрикс. — Да. Спасибо. — Уверена, ты выглядела прекрасно, — успокоила ее Беллатрикс, заметив выражение ее лица. Гермиона улыбнулась. — Спасибо. — Продолжим? — Да. Единственное, о чем Гермиона ловила себя на беспокойстве, когда танцевала с Беллатрикс, помимо страха все испортить, было то, что они так и не вернулись к тому танцу, который исполняли в ту ночь, когда Гермиона выбежала из студии. В ту ночь, когда они поцеловались… У нее было ужасное ощущение, что Беллатрикс не репетирует этот номер с ней именно потому, что они могут снова пережить то же самое, и это заставляло Гермиону нервничать. В какой-то момент им все равно придется вернуться к этой части, и у нее затрепетало в животе, когда она вспомнила, как прижималась к Беллатрикс, как та выгибалась в движении, а потом ее пальцы зарылись Гермионе в волосы, и она притянула ее к поцелую… Гермиона пропустила шаг и едва не упала; руки Беллатрикс крепко схватили ее, удерживая. — Что случилось? Ты в порядке? — срочно спросила Беллатрикс, пока Гермиона со стыдом втянула воздух сквозь зубы. — Я в порядке, прости. Я не ушиблась. — Точно? Пальцы Беллатрикс рефлекторно сильнее сжались на ее бедрах, и от воспоминания и этого прикосновения Гермиону словно обдало жаром. Она была рада, что стоит спиной к Беллатрикс. — Да. Прости, давай повторим эту часть еще раз. Беллатрикс отвела ее обратно к началу этой части, и они снова начали танец. Когда они закончили без происшествий, Гермиона вздохнула, пока Беллатрикс помогала ей подняться на ноги. Старшая женщина посмотрела на нее с беспокойством. — Ты точно в порядке? — Да, все хорошо. Гермиона прикусила губу, и взгляд Беллатрикс на миг скользнул по ним. — Думаю, я просто… отвлекаюсь. — Отвлекаешься? Беллатрикс вскинула бровь, и в ее лице мелькнуло легкое раздражение. — На что? В мою студию отвлечениям вход воспрещен. — Я просто думала о танце, который мы до сих пор не репетировали, — тут же ответила Гермиона. — Что… Беллатрикс осеклась, и ее взгляд наполнился пониманием. — А. Понятно. — Да. — Я пыталась дать тебе немного времени, чтобы тебе не пришлось снова через это проходить. На случай, если тебе неловко. — Это на тебя совсем не похоже — быть такой заботливой, — пошутила Гермиона. Взгляд Беллатрикс мгновенно стал жестким, и Гермиона резко втянула воздух, осознав, что обидела старшую женщину. — Я не хотела сказать, что ты не… Я имела в виду, что обычно ты просто хочешь, чтобы все продолжали. Танец превыше всего и все такое. Она уже слышала, как Беллатрикс говорила нечто подобное кордебалету, когда те выступали хуже, чем следовало. — Все в порядке. — Белла, — запротестовала Гермиона, когда Беллатрикс отвернулась. — Я правда не… — Я сказала, все в порядке, — резко бросила Беллатрикс. — Начнем с этого на следующей репетиции. — Ты уверена? Мне правда очень жа… — Гермиона. Беллатрикс обернулась; она как будто смягчилась, хотя в ней все еще чувствовалось легкое раздражение. — Я не из тех, кто говорит, что все в порядке, если это не так. Ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понимать: я не скрываю своих чувств. Гермиона это знала, но все равно не могла отделаться от ощущения, что рядом с ней Беллатрикс всегда скрывает свои чувства. После того как отвергла ее, Гермиона понимала, что Беллатрикс сдерживается — потому что и сама она тоже сдерживалась. Те прежние чувства никуда не исчезли, но они обе договорились… хотя от этого они не перестали существовать. — Ладно, — тихо сказала Гермиона. Беллатрикс кивнула и пошла включать музыку заново. — Еще раз. Когда они закончили, Беллатрикс улыбнулась Гермионе и кивнула. — Лучше? — спросила Гермиона. — Намного. Все начинает складываться как надо. — Уже придумала, кто будет моим партнером? — Пока нет. Когда пойму, каков характер ваших отношений, тогда и решу. — Понятно. Гермиона слабо улыбнулась ей, чувствуя, что Беллатрикс все еще немного не в себе после того разговора. — У меня работа через час, так что… — Конечно, иди. — Вообще-то… я хотела спросить, не хочешь ли выпить чего-нибудь перед тем, как я уйду на работу. Мы на этой неделе так и не сходили на ланч, а теперь моя очередь. Губы Беллатрикс дрогнули в легкой улыбке. — Как быстро ты повысила ставки: от выпить до ланча меньше чем за секунду. Гермиона закатила глаза и тихо рассмеялась. — Да-да. Ну так что, я дождусь ответа, или…? Беллатрикс ухмыльнулась и приподняла бровь. — Ну, раз ты так настаиваешь… — Немного преувеличиваешь. — Ты любишь мою компанию. — Знаешь, я могла бы просто пообедать одна. Это даже звучит неплохо. — Гермиона начала отступать к двери, улыбаясь. — Думаю, именно это я и сделаю. Беллатрикс схватила ее за руку и потянула назад, и Гермиона потеряла дыхание, когда Беллатрикс потянула немного слишком сильно, почти столкнув ее с собой. Она успела выровняться, оказавшись всего в нескольких сантиметрах от Беллатрикс. Старшая женщина усмехнулась, глядя на нее, ее губы изогнулись в ухмылке. — Ты действительно собираешься поесть без меня? — Может быть, — ответила Гермиона, проглотив, когда поняла, как сухо у нее в горле стало внезапно. — Ты будешь скучать по мне, — пробормотала Беллатрикс, и все тело Гермионы затрепетало. — Ты о себе сильно высокого мнения, — ответила она, едва переводя дыхание. — Это часть моего очарования, — губы Беллатрикс изгибались еще больше, и Гермиона не могла удержаться, чтобы не задержать взгляд на них. — Пойдем, прима. Я вдруг так проголодалась. Она отпустила Гермиону и направилась к двери, оглядываясь через плечо с ухмылкой, пока Гермиона, несколько секунд стоя с открытым ртом, не пришла в себя и не побежала за ней. Они снова оказались у моря, в том самом кафе, которое становилось их регулярным местом. Беллатрикс закинула ногу на сиденье и положила колено на стол. Гермиона не могла не смотреть на нее — на то, как та совершенно расслаблена, в то время как сама Гермиона всегда чувствовала себя неуютно на людях. Ее всю жизнь учили сидеть прямо; осанка — это все. Наблюдать, как кто-то вроде Беллатрикс полностью расслабляется и сползает, было для Гермионы чем-то, что она не могла понять. Конечно, она тоже падала на диван дома, но она была одна, и никто не видел, что она не всегда безупречно выглядит. Беллатрикс заметила ее взгляд, но ничего не сказала, только отправила ей кривую улыбку и передала меню. — Думаю, закажу запеченный картофель. А ты? Гермиона очнулась и взяла предложенное меню, пролистывая его, как будто она действительно обращала внимание на слова на странице. Она и Беллатрикс обе знали, что они всегда заказывают одно и то же, по всей видимости, у них одинаковые вкусы. — Запеченный картофель. Сыр и фасоль. — Сыр и фасоль… Звучит неплохо. — Беллатрикс положила меню и посмотрела на Гермиону сверху. — Ты ждешь завтрашний вечер, прима? Гермиона положила меню и прикусила губу. — Да? — Звучишь не очень убедительно. Ты, наверное, изменишь мнение, когда встретишь хозяев, не так ли? — ухмыльнулась Беллатрикс. — Да. Я, в основном, с нетерпением жду. Мои друзья Драко и Гарри тоже пойдут. — Ах да, тот, кто хочет сделать предложение своей долгосрочной возлюбленной, — сказала Беллатрикс, положив руку на сердце с пафосом. — Как романтично. — Это правда! — возразила Гермиона. — Если ты так говоришь, — Беллатрикс пожала плечами. — Почему ты считаешь, что это не так? — Гермиона нахмурилась. Беллатрикс оглядела ее, как будто решала, стоит ли отвечать, а затем намеренно посмотрела в окно. — Я просто думаю, что большое публичное представление о помолвке, среди посторонних людей, не значит столько, сколько предложение, когда вы вдвоем или с семьей и друзьями. — Сердце Гермионы забилось чаще, и она глубоко вдохнула, едва успев собрать себя, прежде чем Беллатрикс повернулась к ней. — Я не права? — Я… Ну, все разные. Для Драко это важно. Гарри — его семья. У него ее никогда не было, так что создание своей семьи — это… как бы он ни хотел это сделать, я поддерживаю его. — Ты хороший друг, — прошептала Беллатрикс через минуту, опуская ногу и выпрямляясь. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что у него не было семьи? — Он был в системе усыновления. Я не могу говорить за него, но у него никогда не было настоящей семьи. Глаза Беллатрикс нахмурились, и она казалась отвлеченной, всматриваясь в Гермиону, как будто пыталась что-то понять. Гермиона открыла рот, чтобы спросить, о чем она думает, но их прервала официантка, которая приняла заказ. Когда та ушла, Беллатрикс откинулась назад и окинула Гермиону взглядом. — Когда Род заберет тебя? — Хм? — протянула Гермиона, немного растерявшись, а затем поняла, о чем она говорит. — Ах, завтра вечером? — Да. Ты знаешь, тебе стоит постараться быть вовремя, он… — Не любит, когда люди опаздывают, да, я знаю, — сказала Гермиона, слегка резко. — Кстати, я не хочу идти с ним, чтобы ты знала. — Я знаю, — ответила Беллатрикс, ее тон стал мягким. Гермиона сразу почувствовала себя виноватой за свой резкий ответ. — Прости, просто… — она вздохнула и наклонилась вперед, облокотившись на стол. — Это должна быть такая замечательная ночь, понимаешь? Но сама мысль о том, что он будет выставлять меня напоказ как красивое приложение к себе, просто… Она поморщилась, и губы Беллатрикс едва заметно дернулись, несмотря на серьезность ее выражения лица. — Ну, раз ты уверена, что я словно Белый Рыцарь, возможно, я спасу тебя от него, — сказала она с подмигиванием, очевидно пытаясь поднять ее настроение. — Пожалуйста, сделай это, — ответила Гермиона, приподняв бровь с вызовом и бросив на нее маленькую усмешку, которая заставила губы Беллатрикс растянуться в широкой улыбке, показывая зубы. — Ну как я могу отказать даме в беде? — Я не дама, — Гермиона закатила глаза, фыркнув. — И ты будешь в беде, если скажешь это еще раз. — Боже упаси, — подмигнула Беллатрикс. — А что ты собираешься надеть? — спросила Гермиона, пытаясь сменить тему. — На бал, я имею в виду. — Ты просто подождешь и увидишь, — Беллатрикс усмехнулась, снова подмигнув Гермионе. — Вау. Ты действительно не скажешь мне? — Нет, — ответила Беллатрикс, подставив губы, чтобы подчеркнуть свой ответ. Гермиона насмешливо взглянула на нее. — Ты можешь прекратить с этим выражением, прима. Даже ты не вытянешь из меня все мои секреты. — Неужели даже я? Значит, у меня есть какая-то особая сила, обычно? — спросила Гермиона. Беллатрикс не ответила, но поднятая бровь и усмешка были достаточно красноречивыми, чтобы Гермиона на мгновение остановилась, не в силах продолжить дразнить ее. Принесли еду, и они поели вместе. Когда Гермиона расплатилась, несмотря на попытки Беллатрикс украсть счет, они вышли на свежий морской воздух. — Ну что, на работу? — спросила Беллатрикс. — Да, — Гермиона улыбнулась, слегка отвлекаясь на то, как волосы Беллатрикс развеваются на ветру. — Позволь мне проводить тебя, — сказала Беллатрикс, и Гермиона даже не стала возражать. Она не хотела. Они шли вместе, наслаждаясь морским воздухом и звуками волн, почти не разговаривая, но ценя тишину и компанию друг друга. Когда они подошли к Coffee Aroma, Беллатрикс последовала за Гермионой внутрь, не сказав ни слова. — О, слава богам, ты пришла, я уже… — начал Драко, но, заметив Беллатрикс за спиной Гермионы, он замолк, а его глаза расширились. — С-слоеные круассаны. Вы — Беллатрикс Блэк. — Да, это я, — Беллатрикс изучающе посмотрела на Драко, а Гермиона с любопытством наблюдала за ней, прежде чем снова обратиться к Драко, который продолжал таращиться на старшую женщину с горой грязных тарелок и чашек, уравновешенных на подносе. — Драко, может, хватит таращиться? — Не особо, дорогая, — пробормотал Драко, а затем окинул Беллатрикс очаровательной улыбкой. — Привет, я — Драко, для меня честь познакомиться. — Беллатрикс, — ответила она, слегка наклонив голову. — Я много слышала о тебе от моей примы. Драко взглянул на Гермиону с приподнятой бровью. — Все плохое, надеюсь? — Конечно, — Гермиона закатила глаза. — Иди, положи это в мойку; я сейчас положу свои вещи и буду за стойкой через секунду. — Ладно, дорогая, но поторопись. Я уже дважды чуть не задушил Рона, и я не могу больше объяснять, чем отличается pain au chocolat от шоколадного твиста. Гермиона махнула ему рукой и, как только он ушел, повернулась к Беллатрикс. — Мне лучше идти, — улыбнулась она. — Увидимся на репетиции завтра? — Да, — ответила Беллатрикс, отрывая взгляд от удаляющейся фигуры Драко и улыбаясь Гермионе. — Увидимся. — А потом бал. — Ммм. — Где тебя можно будет узнать как…? — Это была ужасная попытка. — Ну, я должна была попробовать, — усмехнулась Гермиона. Беллатрикс лениво закатила глаза, но ее губы немного дернулись от смеха. — Пожалуй, да. До свидания, Гермиона. — Пока, — Гермиона улыбнулась и помахала ей рукой, прежде чем повернуться и направиться в раздевалку. Когда она вышла через несколько минут, Беллатрикс уже ушла, а Драко ухмылялся ей из-за стойки. — Что? — спросила она. — О, дорогая, все очень плохо. — Нет, не очень! Почему все продолжают это говорить? Мы просто подруги. — Вы обе такие же «подружки», как и я с Гарри просто «бро». — Ты такой придурок. — Следи за языком! — ухмыльнулся он. — К тому же, прииииииима, ты ей нравишься. — Мы. Подруги. — Ага, — Драко закатил глаза и накинул полотенце на плечо. — Конечно, дорогая. А я — натурал.