Искусство преследования [The Art of the Chase]

      Когда Стайл пришёл, в квартире Канта пахло пиццей и феромонами альфы, что, честно говоря, было не лучшим сочетанием.       —Так плохо, да? —воскликнул Стайл, надевая тапочки и направляясь к открытой кухне, где стоял Кант.       —Ты даже не представляешь, —Кант выглядел почти отчаянным, его волосы были растрёпаны, как будто он постоянно проводил по ним руками, —Пиво в холодильнике.       —Я принесу тебе. Я купил газировку.       Кант поднял бровь, но ничего не сказал.       Стайл открыл обе бутылки и последовал за Кантом в гостиную, где на кофейном столике уже стояли коробки с пиццей. Они устроились на противоположных концах дивана в той комфортной тишине, которая бывает между друзьями, которые знают друг друга достаточно долго, чтобы не нужно было сразу всё говорить.       Но Стайл чувствовал волнение, исходящее от Канта. Дождь и хлопок, пропитанные кислотой разочарования.       —Итак, —сказал Стайл, сделав большой глоток гибискусового сока, —Не хочешь рассказать, почему ты пахнешь так, будто дрался с другим альфой и проиграл?       Кант сухо рассмеялся. В этом смехе не было юмора.       —Почти. Я встретил брата Байзона.       Стайл чуть не подавился напитком.       —Брата? У парня из боулинга, о котором ты так мечтаешь, есть брат?       —Брат альфа, —Кант взял кусок пиццы, который явно не собирался есть, —Который, по-видимому, считает меня какой-то угрозой для своего...       На лице Канта появилась забавная полугримаса, которую Стайл никогда раньше не видел.       —Своего брата омеги, —беспомощно закончил он.       Стайлу понадобилось несколько секунд, чтобы осознать это. Затем он раскрыл рот и широко раскрыл глаза, когда до него дошло.       —Ты серьёзно? Ты… действительно спал с омегой? После всех тех разговоров о том, что ты нас не любишь?       —Да, да, я понял, не нужно злорадствовать.       Стайл полностью повернулся к Канту, заинтересованность бурлила в нём. Байзон, должно быть, был довольно привлекательным экземпляром, раз так привлёк внимание Канта.       —Что, его запах тебя не беспокоит? Разве ты не говорил, что он противный?       Он спросил только для того, чтобы посмотреть, как Кант краснеет как помидор.       —Мы обязательно должны об этом говорить?       —Ну, очевидно, что я заинтригован! Ты всегда был так категоричен в том, что не будешь связываться с омегами. Этот Байзон должен быть кем-то особенным, и я хочу знать, почему!       —Он пахнет нормально. Как лес в сезон муссонов. Не слишком сладко. И было как-то... приятно, когда он так возбудился и намок. С ним было потрясающе, я не знаю, как это объяснить.       Кант выглядел очень застенчиво и всё ещё краснел. Но его глаза с любовью смотрели в воспоминания, а не в настоящее. Ещё один взгляд, который Стайл не помнил, чтобы когда-либо видел у своего друга. Может быть, Кант действительно влюбился в кого-то?       —Так насколько плох был брат? —поинтересовался Стайл.       Он наблюдал, как мечты Канта разрушаются на глазах.       —Он чуть не перегрыз мне горло на веранде ресторана. Прямо на глазах у Байзона, —Кант крепче сжал бутылку пива, —Он подошёл ко мне и сказал, чтобы я держался подальше от его брата, иначе...       Стайл почувствовал лёгкое беспокойство.       —Иначе что?       —Он не уточнил. Не было нужды. Он... —Кант замолчал и покачал головой, —Там что-то не так. Что-то опасное.       —Но ты не держишься подальше, —догадался Стайл, криво улыбнувшись.       —Нет, —Кант наконец посмотрел ему в глаза, —Мне очень нравится Байзон, Стайл. Очень нравится. И я знаю, что это быстро и, возможно, глупо, но...       —Но твой возбуждённый альфа-мозг решил, что он твой, и теперь ты не можешь уйти, хотя, вероятно, тебе следовало бы, —Стайл сделал ещё один глоток, —Поверь, я понимаю.       Кант поднял брови.       —Говоришь по собственному опыту?       —Возможно, —Стайл потянул за яркую розовую этикетку на бутылке, —Гипотетически.       —Стайл, —голос Канта стал таким нежным, что Стайлу захотелось одновременно ударить его и обнять. Это было похоже на ласку альфы, но Кант делал это так по-братски, —Что случилось?       И Стайл рассказал ему. О несчастном случае, о Фаделе — хотя он не назвал его по имени — об очевидном избавлении от тела и ужасной лжи о замороженном мясе. О визитах в гараж, о сообщениях, о булавке и о том, как Фадель расстегнул его комбинезон руками, дрожащими от сильного напряжения.       О том, как подавители Стайла почти перестали действовать в присутствии этого альфы, как его тело отреагировало, будто нашло то, что искало, как он дрочил в джипе этого мужчины, находясь в состоянии эйфории от запаха альфы.       Кант уставился на него, выпучив глаза.       —Ты что сделал?       Стайл застонал.       —Давай не будем об этом. Это уже сделано, и в тот момент это было великолепно, понимаешь? Я был действительно возбуждён, это было почти как в период течки! Только моя течка начнётся только через две недели.       Кант слушал, не перебивая, его выражение лица менялось от обеспокоенного к задумчивому и к чему-то, что выглядело почти расчётливым.       —Подожди, —медленно сказал Кант, —Ты сказал, у него был джип? Этот альфа управляет рестораном под названием «Харт Бургер»?       Стайл поднял голову.       —Как ты...?       —Потому что там работает Байзон. Его брата зовут Фадель.       Они уставились друг на друга, когда все детали сложились воедино.       —О боже, —сказали они одновременно и рассмеялись.       —Мы оба пытаемся встречаться с братьями, —Стайл слышал в своём смехе слегка истерическую нотку, —Мы оба пытаемся встречаться с братьями, которые явно вовлечены во что-то незаконное, и сидим здесь, едим пиццу и обсуждаем это, как будто это нормально.       —В этом нет ничего нормального, —но Кант теперь улыбался лукаво, и Стайл узнал этот хитрый взгляд по всем ужасным планам, которые они вынашивали в подростковом возрасте, —Но, может быть... может быть, мы можем помочь друг другу.       Стайл прищурился.       —Я знаю этот взгляд. Это твой взгляд «у меня есть план, который обязательно обернётся для нас провалом».              —Выслушай меня, —Кант наклонился вперёд, наконец отложив в сторону остывшую, нетронутую пиццу, —Фадель не доверяет мне, потому что я ещё один альфа, рыскающий по его территории. Он видит во мне угрозу.       —Вероятно, потому что ты и есть угроза, —рассмеялся Стайл, —Его контролю. Странной защитной оболочке, которую он создал вокруг Байзона.       —Именно. Но что, если... —улыбка Канта стала коварной, —Что, если Фадель будет отвлечён? Слишком занят своим возбуждённым альфа-мозгом, чтобы беспокоиться обо мне?       У Стайла перехватило дух, он был потрясён и чрезвычайно впечатлён интригами своего лучшего друга.       —Кант.       —Ты уже хочешь его, и он явно хочет тебя! Омега и альфа, ты знаешь, как это может быть сильно, —взгляд Канта стал умоляющим, —Если Фадель будет слишком занят, пытаясь не завоевать тебя, у него не будет времени запугивать меня, чтобы я отстал от Байзона.       —Ты хочешь, чтобы я его соблазнил. Чтобы отвлечь его, —сказал Стайл.       —Я хочу, чтобы ты добивался того, чего явно уже хочешь добиться, —поправил Кант, —Просто... стратегически. Появись в ресторане. Будь очаровательным, дерзким, как всегда. Залезь ему под кожу, пока он не сможет ясно мыслить.       —Он опасен, Кант. Ты действительно хочешь подтолкнуть своего лучшего друга к тому, чтобы соблазнить человека, который может убить его и превратить в котлету для бургера? —упрекнул Стайл. Он не знал, стоит ли ему обижаться на то, что Кант не заботится о его безопасности, или же радоваться тому, что их сумасшедшие характеры по-прежнему так хорошо сочетаются после стольких лет.       —Я не верю, что он тебя пугает, —сказал Кант с самоуверенностью, граничащей с самодовольством, —Я видел, как твои глаза заблестели, когда я упомянул Фаделя. Смотри! —он указал на глаза Стайла, как будто тот мог увидеть выражение в них, —Ты уже увлечён, Стайл.       Стайл ненавидел то, что Кант был прав.       —И что? —фыркнул Стайл, —Я просто... брошусь на него? Буду надеяться, что его альфа-инстинкты перебьют его здравый смысл и склонность к убийствам?       —Ты омега, который заставляет его подавители выходить из строя, просто находясь рядом с ним. Омега, с которым он явно совместим на уровне, которого он никогда раньше не испытывал, —выражение лица Канта стало серьёзным, —Я не прошу тебя делать то, чего ты не хочешь. Но если ты уже планируешь это сделать — и мы оба знаем, что это так — то, может быть, мы оба сможем получить то, что хотим.       Стайл подумал об этом. Об отчаянном отступлении Фаделя, об очевидной внутренней борьбе, которую они оба вели каждый раз, когда оказывались в орбите друг друга. Об этом чарующем запахе. О двух братьях, явно пойманных в ловушку чего-то мрачного и опасного, неспособных никого подпустить к себе. Всё это разворачивалось в его голове, как фильм.       Следующий час они провели, разрабатывая стратегию, как будто планировали ограбление, а не романтические отношения. Кант немного отойдёт, даст Фаделю возможность подумать, что Байзон в безопасности. Тем временем Стайл появится в ресторане.       —Будь собой, —посоветовал Кант, —Очаруй Байзона, чтобы Фадель не видел в тебе угрозы. Затем нажми на его слабые места, пока он не сможет удержаться.       Стайл поморщился.       —Ты говоришь об этом так, будто это манипуляция.       —Это и есть манипуляция, —без извинений ответил Кант, —Но мы пытаемся встречаться с мужчинами, которые построили всю свою жизнь на том, чтобы никого не подпускать к себе. Иногда приходится немного приоткрыть дверь.       Телефон Стайла завибрировал.       Высокий, тёмный и сварливый:       Перестань мне писать.       Стайл улыбнулся. Он не писал Фаделю с утра.

Что ты сказал? Ты мне написал? Уже соскучился?

      Высокий, тёмный и сварливый:       Убирайся, омега.       

Заставь меня, альфа.

      Затем, поскольку Стайл, по-видимому, был неспособен к самосохранению:

На самом деле я думал зайти в милую бургерную, которую нашёл на карте. Харт Бургер? Может, завтра заскочу.

      Три точки появились, исчезли, появились снова. Наконец:       Высокий, тёмный и сварливый:       Я тебя предупреждаю.       Стайл показал переписку Канту, который рассмеялся, довольный.       —О да, —сказал Кант, —Ты его задел. Это сработает идеально.       —Или жутко взорвётся нам в лицо.       —Наверное, и то, и другое, —Кант поднял бутылку пива, —За ужасные планы и опасных людей?       Стайл чокнулся бутылкой о бутылку Канта.       —За то, чтобы получить то, что мы хотим, неважно, насколько это глупо.