Глава 13. Солдаты удачи
20 мая 2026 г., 18:00
Из-за приближающейся течки Стайл работал в гараже после закрытия, когда не было альф, которых мог бы отвлечь его запах. Хотя сотрудники отца были для него как семья, отец не хотел рисковать. Иногда даже пластыри-ингибиторы оказывались недостаточными, когда течка подходила так близко.
Итак, он лежал под внедорожником тойота, доделывая ремонт ходовой части, когда кто-то схватил его за скамейку и вытащил наружу, продемонстрировав впечатляющую силу.
—Эй! Кто…?
Он не успел закончить фразу, как его накрыла мощная волна запаха кожи и свежезаваренного чёрного чая с бодрящим оттенком кардамона — и Стайл теперь знал, что это означало, что Фадель возбуждён, точно так же, как его собственное возбуждение отмечалось усилением ноток жасмина.
Фадель покрыл его лицо страстными поцелуями, заставляя его смеяться. Он схватил его за плечи и оттолкнул, чтобы освободить немного пространства.
—Ай, Фадель! А вдруг нас увидит мой папа?
—Почему? —спросил Фадель, нежно глядя на него сверху вниз, —Ты его боишься?
Когда Стайл не ответил сразу, Фадель наклонился и продолжил с того места, на котором остановился.
—Как бы романтично это ни было, неужели сейчас подходящий момент, чтобы меня целовать? —Стайл указал на своё испачканное жиром лицо.
—Это даже не поцелуй, —сказал Фадель, —Это поцелуй.
Их губы соединились в жадном поцелуе, и Фадель тут же провёл языком по влажной полоске на нижней губе Стайла. Омега вздохнул ему прямо в рот и задрожал. Он был так чувствителен, хотя его течка пока давала о себе знать лишь слабыми признаками. Температура его тела ещё не поднялась, но последние несколько дней он был раздражительным, плаксивым и страдал от болей в животе — для него это всегда были верные признаки приближения течки.
—Подожди, —потребовал Стайл и снова толкнул Фаделя в плечи, чтобы тот немного отступил, —Что-то не так?
Фадель приподнял бровь.
—У тебя приближается течка. Я здесь, чтобы обсудить, как мы будем с этим справляться вместе. К тому же, разве я не могу просто зайти к тебе?
—Как мило с твоей стороны.
—Что с тобой? Разве мне нельзя быть милым?
—Нет, просто я, наверное, не привык… к тому, что ты такой заботливый.
Фадель поморщился.
—Правда? Я же вчера тебя накормил и всё такое. Разве это не то, что называется заботливым и внимательным альфой?
Стайл улыбнулся.
—Хм, а как ты собираешься заботиться обо мне, когда начнётся течка? Не хочешь рассказать?
—Я мог бы рассказать, но разве не лучше, если это будет сюрпризом?
Не успели они это осознать, как снова поцеловались, полностью увлечённые друг другом.
—Сними это, —прошептал Фадель, прижавшись губами к губам Стайла, и кончиком ногтя провёл по краю одного из пластырей-подавителей. Даже это лёгкое прикосновение заставило Стайла содрогнуться.
—Что вы делаете?
Фадель вскочил и отошёл от Стайла, повернувшись, чтобы поприветствовать Джея застенчивым поклоном.
—Здравствуйте, мистер Чаякорн.
—Вижу, вы двое помирились, —папа смотрел на Фаделя очень строго, широко расставив ноги и выпрямив плечи, бросая вызов младшему альфе. Фадель мудро опустил голову и отвернулся, демонстрируя покорность.
—Ты поздно вернулся, —проворчал Стайл, обращаясь к отцу и продолжая лежать на ползунке, словно ничего и не произошло.
—Только что вернулся, отвёз машину клиенту, —ответил отец, бросив ласковый взгляд на сына, прежде чем снова устремить его на Фаделя, —Ну и? Вы двое собираетесь обсудить течку или как?
—Папа, пожалуйста, —вздохнул Стайл, —Я сам могу разобраться в своих отношениях.
—Ты пришёл так поздно, Фадель. Ты собираешься увести моего сына куда-то?
—Мы никуда не пойдём, —быстро ответил Фадель, теперь рискнув бросить взгляд на старшего альфу, —Я спросил Стайла, могу ли остаться на ночь.
Поза отца сразу же расслабилась.
—Отлично. Просто останься у нас, чтобы я не волновался, —он повернулся к Фаделю и указал на соседние ящики, —Прежде чем уйти в комнату Стайла, помоги мне перенести вещи.
—Почему ты просишь его? —проворчал Стайл, —Я сам могу.
—Ты выглядишь измотанным. Иди внутрь и отдохни.
—Что? Папа, нет...
—Сейчас же, Стайл.
Стайл замер, удивлённый тем, насколько твёрдо прозвучал голос его обычно спокойного отца. Он посмотрел то на одного, то на другого, явно разрываясь между ними, затем неохотно встал и направился к дому на краю участка. У двери он остановился.
—Не пугай его.
—Ничего не обещаю, —мягко ответил папа.
***
Как только Стайл ушёл, Джей жестом пригласил Фаделя следовать за ним. Они прошли к кладовой за гаражом, где были сложены несколько больших ящиков с инструментами и ящиков с оборудованием. —Помоги мне перенести их на другую сторону, —сказал Джей, взявшись за один конец ящика, —Давно собирался всё переставить. Они несколько минут молча работали, перемещая тяжёлое оборудование. —Итак, —сказал Джей, когда они поставили третий ящик, —Ты серьёзно относишься к моему сыну? —Да, сэр. —Это было быстро. Хочешь пояснить? Фадель выпрямился и посмотрел Джею в глаза. —Я хочу отношений со Стайлом. Настоящих. Не просто… —он сделал неопределённый жест, слегка покраснев, —Не просто помощь в удовлетворении физических потребностей или случайные свидания. Что-то с будущим. Выражение лица Джея было тщательно нейтральным. —Стайл — мой единственный ребёнок. Его мать… —он замолчал, и по его лицу промелькнула неясная смесь эмоций, —Его мать была омегой. Она умерла, когда Стайл был ещё маленьким. С тех пор я воспитывал его в одиночку. —Я знаю. Стайл упоминал об этом. —Значит, ты знаешь, что он — всё, что у меня осталось от неё, —голос Джея был тихим, но твёрдым, —Поэтому, когда я спрашиваю, серьёзно ли ты, я не просто поддерживаю разговор. Мне нужно знать, что ты не разобьёшь ему сердце. Фадель подумал о прошлой ночи, о Стайле в своих объятиях, о том, как он плакал у него на плече, понимая, что это может быть в последний раз. О будущем, которого у них никогда не будет из-за того, кем был Фадель, что он сделал, что мог сделать Стайл. —Я постараюсь не разбивать, —наконец сказал Фадель. Это был самый честный ответ, который он мог дать. Джей пристально посмотрел на него, а затем удивил Фаделя, рассмеявшись. —Ты по уши в него влюбился, да? Фадель замер и нахмурился. —Не стоит и пытаться отрицать, —усмехнулся Джей, —Я видел, как ты на него смотришь, —Джей поднял ещё один ящик и жестом предложил Фаделю взять его с другого конца, —Только что, например, ты смотрел на него, как будто он спустил луну с неба. А потом был тот инцидент в хост-клубе. Стайл пришёл домой с синяками на лице, пахнущий тобой, улыбаясь как идиот. Он сказал, что ты защитил его и перевязал раны. Фадель сжал челюсти, вспомнив задний двор хост-клуба, альф, которые пытались навредить Стайлу. —Любой бы так поступил. —Нет, не любой. Ты мог бы уйти. Наверное, стоило бы, если бы ты хотел избежать сложностей. Но ты не ушёл, —Джей поставил ящик и повернулся к Фаделю лицом, —Мать Стайла говорила, что настоящие альфы не просто говорят о защите своих омег наедине. Они заявляют о них публично, защищают их без колебаний и дают понять всем, кто смотрит, о своих намерениях. Что-то сжалось в груди Фаделя. —Похоже, она была мудрой женщиной. —Дао была такой, —глаза Джея были отрешёнными, он вспоминал, —Я встретил её, когда был примерно в твоём возрасте. Она работала в книжном магазине и оставалась совершенно равнодушной к моим попыткам заигрывать с ней. Мне понадобилось три месяца, чтобы убедить её пойти на свидание, —его улыбка была мягкой, грустной, —Но как только она согласилась, всё было решено. Мы были вместе до самого дня её смерти. —Сожалею о вашей утрате, мистер Чаякорн. —Прошло шестнадцать лет. Боль притупилась, но так и не ушла окончательно, —Джей снова сосредоточился на Фаделе, на настоящем моменте, —Но я вижу в Стайле черты Дао. То, как он добивается желаемого, не сдаваясь. То, как он доверяет полностью, когда наконец впускает кого-то в свою жизнь. То, как он любит всем сердцем, даже когда это небезопасно и неразумно. Фадель с трудом сглотнул. —Он заслуживает кого-то получше, чем я. —Чем альфа, который явно без ума от него? Чем тот, кто защищает его, появляется, когда он нужен, и серьёзно относится к его просьбам о течке, а не относится к ним небрежно? —Джей приподнял бровь, —Стайлу могло бы быть гораздо хуже. —При всём уважении, сэр, вы не знаете обо мне всего. —Я знаю, что ты делаешь моего сына счастливым. Я знаю, что он ходил здесь всю прошлую неделю, как будто его мир рухнул из-за того, что тебя не было. И я знаю, как ты на него посмотрел только что, когда подумал, что я могу не одобрить… —выражение лица Джея смягчилось, —Ты выглядел испуганным. Как будто его потеря разрушит тебя. Фадель не мог это отрицать. Как он мог, когда его запах и выражение лица сразу же его выдавали? Джей сумел обезоружить его так, как немногим удавалось. —Дао тоже любила говорить, что любовь делает нас всех дураками, —продолжил Джей, —Что, когда ты находишь подходящего человека, логика улетучивается. Ты просто знаешь, —он похлопал Фаделя по плечу, —Я думаю, ты знаешь. И я думаю, Стайл тоже знает. Они молча закончили переносить оборудование. Когда они возвращались к гаражу, Джей остановился и улыбнулся так мило, насколько это было возможно для сурового альфы средних лет. —Ещё кое-что. —Да, сэр? —Если ты умышленно, из злобы причинишь ему вред, я заставлю тебя об этом пожалеть. Может, я и старею, но я всё ещё его отец. Понятно? —Понятно. —Хорошо, —лицо Джея прояснилось, —А теперь заходи. Поужинай с нами. Стайл, наверное, смотрит на часы с тех пор, как я тебя утащил.***
Позже тем же вечером, после вкусного пад крапоу, которое Стайл наскоро приготовил, пока Джей и Фадель беседовали (Фаделю придётся уговорить его готовить чаще… если, конечно, им удастся остаться вместе хотя бы в какой-то мере), они собирались забраться в гнездо Стайла, чтобы лечь спать. Очевидно, строительство продвинулось: Стайл нагромоздил в гнездо ещё больше подушек, одеял и одежды. Края казались немного выше, чем в прошлый раз, обеспечивая лучшую защиту от внешнего мира. В основу гнезда были вплетены несколько рубашек, пропитанных запахами Джея и Канта. Фадель взъерошился, уловив аромат размягчённого сном хлопка и дождя, исходящий от Канта. —Он когда-нибудь тебе помогал? —вырвалось у него, прежде чем он успел всё обдумать. Стайл действительно заставлял его терять всякий контроль. Стайл приподнял бровь. —Кто кому с чем? —Кант. С… с твоей течкой, —щёки Фаделя пылали красным от гнева и смущения. Стайл запрокинул голову и рассмеялся, в его смехе слышалась явная горечь. —О, так только потому, что мы альфа и омега, ты думаешь, мы бы… Фадель, я думал, ты выше этого. —Мне просто было любопытно, меня не волнует, если бы ты это делал, —попытался объяснить Фадель, но было уже слишком поздно. —Мне очень хочется сказать «да» только потому, что тебе явно не всё равно, —фыркнул Стайл, —Но нет. Я никогда не спал с Кантом так. Мы всегда были как братья, это было бы отвратительно. —Прости. Стайл вздохнул. —Давай не будем говорить о других, когда мы здесь только вдвоём. Мы же должны обсуждать мою течку. —Ты ревнуешь? —Не пытайся сменить тему! Фадель фыркнул, развеселённый резкостью в голосе Стайла. —Ладно. Давай обсудим организационные моменты. Можно мне войти? Стайл замер, явно удивляясь просьбе Фаделя войти в его гнездо. Он спрашивал об этом и в прошлый раз, прежде чем залезть внутрь. Для Фаделя это было просто элементарной вежливостью. Гнездо было территорией Стайла и заслуживало уважения. —Какой ты серьёзный, —но Стайл сел в гнездо и похлопал по месту прямо рядом с собой, —Ладно, что ты хочешь знать? Фадель сел рядом со Стайлом, слегка задрожав от удовольствия, когда омега прижался к нему. Затем он достал телефон и открыл приложение для заметок. Стайл поднял брови. —Ты составил список? —Да, я составил список. —Конечно, составил, —у Стайла появилась ласковая улыбка, и он прижался лбом к шее Фаделя. —Давай, показывай. —Когда именно ты думаешь, что начнётся твоя течка? —Наверное, в понедельник или вторник. У меня уже появляются некоторые симптомы. Знаешь, повышенная температура тела, повышенный аппетит, злость на апельсиновый сок за то, что он не яблочный, когда я хотел яблочный сок, — всё как обычно. Фадель записал это в свои заметки. —И как долго обычно длится твоя течка? —Обычно три дня, иногда четыре, если она сильная, —Стайл наклонил голову, —Это очень научно, Фадель. Ты уверен, что делал это раньше? —Я хочу быть уверен, что всё сделаю правильно. Я хочу, чтобы ты был в безопасности и чувствовал себя комфортно. На лице Стайла мелькнуло что-то мягкое. —Я знаю. Поэтому я и попросил тебя, —он протянул руку и осторожно отодвинул телефон Фаделя, —Но не нужно относиться к этому как к военной операции. Я доверяю тебе. Фадель прочистил горло. —Какие припасы тебе нужно, чтобы я принёс? Стайл пристально посмотрел на него, затем, похоже, решил не настаивать. —Вода, конечно. Много воды. Спортивные напитки. Протеиновые батончики, фрукты, всё, что легко есть. Может, лапша быстрого приготовления, на случай, если понадобится настоящая еда. Фадель добавил их в свой список. —Лекарства? —Мне нужно принимать противозачаточные каждый день, я не буду об этом помнить и не захочу принимать их, когда у меня начнётся течка. У меня также есть средства для подавления течки, если она станет слишком сильной, но я не люблю их использовать. После них я чувствую себя так странно и меня тошнит, —Стайл откинулся назад, опираясь на руки, —У меня ещё есть охлаждающий коврик, потому что мне очень некомфортно из-за высокой температуры. И запасные простыни, потому что нам придётся менять их ежедневно. —Полотенца? —Я тебя опередил. У меня целая стопка, —улыбка Стайла стала озорной, —Кто-то хорошо подготовился. Или это опыт? —Я почитал о лучших практиках, —без выражения ответил Фадель. —Ты изучал, как справляться с моей течкой? —Стайл выглядел восхищённым, —Это на самом деле очень мило. —Это практично. —Мило и практично,может быть и то, и другое, —Стайл сменил позу, подтянув колени к груди, —Что ещё в твоём списке? —Контакты на случай чрезвычайной ситуации. Хочешь, чтобы я сообщил твоему отцу, когда все начнётся, или…? —Боже, нет, —лицо Стайла покраснело, —Папа знает, что это происходит, этого достаточно. Мне не нужно, чтобы он проверял, как у меня дела, или… —он вздрогнул, —Просто нет. —А что насчёт Канта? Выражение лица Стайла слегка изменилось, он посмотрел с подозрением. —А что с ним? Фадель смело продолжил: —Мне связаться с ним, если возникнет чрезвычайная ситуация? —Наверное? Но чрезвычайной ситуации не будет. Ты же будешь здесь, —голос Стайла был твёрдым, почти вызывающим, —Это всё, что мне нужно. Фадель заметил напряжение и запомнил его. —Хорошо. А как насчёт замков на дверях? Твой отец будет дома? —Он на неделю уезжает к своему другу. Даёт нам уединение, —Стайл покраснел ещё сильнее, —Что унизительно, но в то же время приятно. —Хорошо, —Фадель пролистал свои заметки, —Предпочтения в еде во время течки? Что тебе нравится, а что нет? —Честно говоря, я обычно слишком отвлечён, чтобы особо заботиться о еде. Но ничего слишком тяжёлого или жирного, у меня чувствительный желудок. Фрукты — это хорошо. Холодные продукты. Мороженое, если сможешь его достать. —Я принесу термосумку. —Конечно, принесёшь, —Стайл снова улыбнулся, —Что ещё? —Границы. Стайл моргнул. —Что? —Есть ли вещи, которые ты не хочешь, чтобы я делал? Границы, которые ты не хочешь пересекать, даже во время течки? —голос Фаделя был серьёзным, —Мне нужно знать это сейчас, пока ты ясно мыслишь. Стайл на мгновение замолчал, а когда заговорил, его голос стал тише. —Я никогда об этом так не задумывался. Большинство альф просто… считают, что во время течки всё дозволено. Фадель поморщился при этой мысли. —Я не такой, как большинство альф. —Да, ты не такой, —Стайл взял Фаделя за руку, —Я доверяю тебе. Что будет, то будет. Но, наверное... —он замолчал, —Думаю, это и так понятно, но не прибегай к насилию и не спаривайся со мной. И... не уходи? Даже если я скажу какую-нибудь глупость или оттолкну тебя, или что-то в этом роде. Во время течки у меня в голове всё путается, и я могу говорить бессмыслицу. Но не оставляй меня одного. Фадель сжал руку сильнее. —Я не брошу тебя и не причиню тебе вреда. И не буду пытаться оплодотворить тебя. Что ещё? —Это, по сути, и всё. Я довольно неприхотлив, —Стайл улыбнулся. Фадель ни на секунду не поверил этим словам, —Ну, за исключением того, что я, вероятно, буду невероятно требовательным и неразумным в течение нескольких дней подряд. —Я справлюсь с этим. —А сможешь? Ты раньше проводил течку с кем-нибудь? Фадель замялся, с трудом сглотнул. Перед глазами мелькнуло улыбающееся лицо Флюка, за которым последовала знакомая боль в сердце. —Пару раз. Давным-давно. —Что случилось? —Он… —голос Фаделя был безэмоциональным, —Мы просто не сошлись. —Фадель… —Стайл подошёл ближе и обнял Фаделя за талию, —Ты не обязан говорить о нём, если не хочешь. Фадель позволил себе ответить на объятие, вдыхая аромат Стайла. Он уже был таким сладким от предвкушения, едва не переходя в приторный и мускусный. Фадель почти чувствовал, как цитрусовые нотки щекочут нёбо, словно кислые конфеты. —Я знаю. Действительно ли он знал? И что ещё важнее, мог ли он сейчас вообще доверять Стайлу? —Ты снова такой напряжённый, —пальцы Стайла нашли узелки в плечах Фаделя и начали их нежно разминать, —О чём ты беспокоишься? Обо всём. О том, что ты лжёшь. О том, что ты не лжёшь, но мне всё равно придётся отпустить тебя. О том, что это будет последний раз, когда я смогу обнять тебя. О том, что через три дня всё будет по-другому. —Что я всё испорчу, —сказал вместо этого Фадель, —Что я не буду тем, кто тебе нужен. —Ты уже тот, кто мне нужен, —голос Стайла заглушался плечом Фаделя, —Ты здесь. Ты отнёсся к этому серьёзно. Ты составил список, Фадель. Ты знаешь, как много это значит? Фадель не доверял себе настолько, чтобы заговорить. —Большинство альф просто появились бы и ожидали, что всё уладится благодаря одному лишь инстинкту, —продолжил Стайл, —Но ты планируешь, заботишься о том, чтобы мне было комфортно, спрашиваешь о границах, —он отстранился, чтобы посмотреть на Фаделя, который почувствовал, как румянец заливает его щёки, —Ты добрый. Даже когда пытаешься быть суровым и серьёзным, ты добрый. Грудь Фаделя вдруг показалась ему слишком маленькой для его сердца. —Стайл… —Я люблю тебя, —сказал Стайл просто, как будто это была самая простая истина в мире, —Это не просто гормоны течки, инстинкты омеги или что-то в этом роде. Я люблю тебя. Фадель обхватил лицо Стайла ладонями, большими пальцами скользя по его скулам. Ему хотелось ответить тем же. Хотелось сказать Стайлу, что он тоже его любит, что эти последние недели были лучшими и худшими в его жизни, что мысль о том, что он может это потерять, убивала его изнутри. Вместо этого Фадель поцеловал Стайла. Мягко и осторожно, стараясь вложить всё, что он не мог выразить словами, в прикосновение губ, в нежное скольжение языка, в то, как он держал Стайла, словно нечто драгоценное. Когда они отстранились друг от друга, Стайл улыбался. —Это было в твоём списке? Фадель моргнул, озадаченный. —Нет. —Наверное, стоит добавить. Поцелуи важны для подготовки к течке и её контроля. —Неужели? —Безусловно. Очень важно. Наверное, нужно больше практики, —улыбка Стайла была глупо-похотливой. Несмотря ни на что, Фадель почувствовал, как уголки его рта поднялись вверх. —Думаю, мы можем это устроить. Они снова поцеловались, на этот раз медленнее, пока Стайл не зевнул, прижавшись губами к губам Фаделя. —Прости, —пробормотал Стайл, —День был длинный, а ожидание так утомило меня. —Тогда спи. Фадель улёгся рядом со Стайлом, позволяя омеге прижаться к его груди. Это было так хорошо, что на мгновение ему стало тошно, когда он услышал слова Байзона: «они информаторы». —В твоём списке этого не было, —пробормотал Стайл, уже полузасыпая. —Чего? —Объятий. Очень важно для комфорта во время течки. —Я добавлю это. —Хорошо, —дыхание Стайла уже выровнялось, —Люблю тебя, Фадель. Фадель обнял его, наблюдая, как лунный свет рисует тени на мирном лице Стайла, и старался не думать о том, как скоро всё это закончится. —Я тоже тебя люблю, —прошептал он, когда был уверен, что Стайл не услышит.***
Течка прошла просто идеально. Именно это Стайл вспомнит позже, когда всё пойдёт наперекосяк. Что те четыре дня были идеальными так, как ничто в его жизни до этого. Фадель приехал в понедельник утром с сумкой, набитой всем необходимым: спортивными напитками, протеиновыми батончиками, свежими и сушёными фруктами, смесью орехов и сухофруктов, мороженым, переносным холодильником, запасными простынями, полотенцами, поношенной одеждой для гнезда. Он всё тщательно изучил, подготовился на любой случай и подошёл к течке Стайла с той же тщательной точностью, с которой он подходил ко всему остальному в своей жизни. —Ты действительно составил список, —в сотый раз подразнил Стайл, наблюдая, как Фадель методично раскладывает всё в пределах лёгкой досягаемости от кровати. —Я же говорил, что составлю. —Я знаю. Просто… —Стайл обнял Фаделя за талию сзади, —Ты относишься к этому так серьёзно. Так серьёзно заботишься обо мне. Фадель повернулся в его объятиях, обхватив лицо Стайла ладонями. —Ты доверяешь мне нечто важное. Я хочу сделать всё правильно. Течка достигла пика около полудня, когда Стайл складывал одежду Фаделя в гнездо и выстилал его полотенцами. Волна желания внезапно нахлынула на него, заставив задыхаться и цепляться за Фаделя, как за спасательный круг. И Фадель был рядом, твёрдый и сильный, его запах смягчался вокруг Стайла, пытаясь успокоить его, а его альфа-присутствие было бальзамом для каждого омега-инстинкта, кричащего в его разгорячённом теле. —С тобой всё в порядке, малыш. Я здесь. Скажи мне, что тебе нужно. —Мне нужен ты. Очень нужен, —заскулил Стайл. Его правая рука инстинктивно скользнула между ног, пощупала скользкое отверстие и заскулила, когда оно раскрылось вокруг его пальцев. Фадель улёгся на спину и махнул рукой. —Сядь мне на лицо, Стайл. Позволь мне попробовать тебя. Стайл взобрался верхом на его голову и прижался к лицу Фаделя, пока альфа не начал задыхаться. Но ему было всё равно, он только лизал, сосал и тыкался носом в пульсирующее отверстие, издавая довольное мурлыканье, когда Стайл взвизгивал, стонал и дрожал от его прикосновений. Фадель ласкал Стайла до оргазма, пока омега не стал раздражаться и даже рычать на него. Фадель, широко раскрыв глаза от удивления и лёгкого страха, снял штаны с трусами и взял свой член в руку. —Входи, сейчас же, —прошипел Стайл, слова его были искажены животной страстью. Фаделю не нужно было повторять дважды. Он погрузил свой член в Стайла, пока тот не замурлыкал и не застонал, прижав спину к выстланному полотенцами дну гнезда и закинув ноги на плечи Фаделя. —О да, альфа, да, —скулил Стайл, и его голос звучал совсем иначе, гораздо слаще, чем раньше, пока Фадель входил в него, кожа ударялась о кожу в чарующем ритме. Фадель был полностью поглощён, наблюдая, как Стайл откидывает голову назад в экстазе, позволяя своим рукам блуждать по коже, блестящей от пота и смазки, которая стекла дальше от его ног. Узел выжал из его лёгких весь воздух и вытеснил из головы все мысли. Это удивило Фаделя — он раздулся так быстро, словно его член знал, что в этом была острая необходимость. Глаза Стайла широко раскрылись от ощущения внезапного расширения, давившего на его внутренности. Он посмотрел на Фаделя в полном замешательстве, словно не мог до конца осознать собственные чувства, потому что это возбуждение было для него таким новым и таким сильным. Фаделю было не намного лучше. Конечно, это был далеко не первый его узел, но сопутствующие ощущения всегда были интенсивными. Он мог понять, как оргазм, который просто продолжался, останавливаясь, а затем возобновляясь, мог свести альфу с ума от вожделения, заставляя его гоняться за этим кайфом. Это было настолько мощное ощущение, и нужно было быть очень осторожным, чтобы не потеряться в нём, особенно во время гона. —Ты в порядке? —задыхаясь, спросил Фадель, пытаясь разглядеть в выражении лица Стайла признаки дискомфорта, —Не больно? Стайл на мгновение собрался с мыслями и покачал головой. —Н-нет, —сказал он, задыхаясь, и с трудом сглотнул, —Просто не двигайся. Он такой… большой… —Большой, да? —из груди Фаделя вырвался гул, похожий на мурлыканье, но гораздо громче и самоувереннее. Это заставило Стайла хмыкнуть от смеха. —Вы, глупые альфы с узлами! Затем он удовлетворённо вздохнул, почувствовав, как упомянутый узел пульсирует внутри, растягивая его. —Ты ещё не кончил, —заметил Фадель, голос его слегка напрягся из-за спазмов в мышцах живота и волны удовольствия, накрывшей его. —Не надо, мне и так хорошо, —пробормотал Стайл и обвил Фаделя руками, прижимая их потные тела друг к другу. Он был буквально раздавлен весом Фаделя, но, похоже, это его ничуть не беспокоило. —Просто дай мне знать, если и когда тебе понадобится, —сказал Фадель. Стайл прижался подбородком к его шее и благодарно замурлыкал. Первый день был насыщенным: несколько раз они занимались сексом, и каждый раз Стайл засыпал, как правило, после оргазма. Сначала Фадель беспокоился, так как они вообще не обсуждали сомнофилию. Не говоря уже о том, что внезапные приступы потери сознания действительно заставляли его нервничать. Он всегда выходил, когда видел, что Стайл заснул, и продолжал с того места, на котором они остановились, как только омега снова просыпался. Он хотел написать Байзону и спросить мнение другого омеги о том, является ли внезапное засыпание поводом для беспокойства о здоровье, но не решился и вместо этого просто погуглил. Одно только воспоминание о младшем брате возвращало его к реальности жестоким потоком боли и разочарования. Это напоминало ему, что то, чем он занимался, не было настоящим. Он не мог позволить этому стать реальностью, потому что это сломало бы его, когда наступила бы неизбежная утрата. Когда одному из них пришлось бы уйти. И Байзон не был особо рад, узнав, что Фадель проведёт течку Стайла с ним. —Ты позволяешь ему так собой пользоваться, даже зная, что он наделал? —Он мной не пользуется, скорее я им пользуюсь. —Что, ради удовольствия? Фадель, брось! Это самая тупая ложь, которую ты мне когда-либо говорил. Я знаю, что ты к нему испытываешь глубокие чувства. Я знаю, потому что я… я и К… этот другой грёбаный предатель тоже подходим друг другу. Ты всегда придираешься ко мне за то, что я говорю то, чего не имею в виду, а потом сам так поступаешь! Фадель сидел, парализованный воспоминаниями, пока не почувствовал, как Стайл прижался к его спине и тихо задышал ему в ухо. —Альфа… Ты нужен мне. Этого было достаточно — этого тихого, но настойчивого шёпота. Фадель с радостью погрузился во влажную теплоту Стайла и потерял себя там, голова кружилась в густых, влажных облаках цитрусов и чёрного чая, кожи и ванили, кардамона и жасмина, переплетающихся между собой.***
На второй день Стайл проснулся и обнаружил, что Фадель исчез с кровати, и его сразу охватила паника. Запах альфы по-прежнему витал в воздухе, но было очевидно, что его не было рядом со Стайлом. —Фадель? —его голос прозвучал высоким и отчаянным, полным тревоги, —Фадель! —Я здесь, —Фадель появился в дверном проеме и уже направлялся к кровати, —Я здесь. Просто сходил в туалет. Стайл чуть не заплакал от облегчения, когда Фадель снова забрался в гнездо, прижимая Стайла к своей груди. —Ты ушёл. —Всего на минутку. Прости. Мне надо было сначала тебя разбудить. —Не уходи, —Стайл вцепился в него, впиваясь пальцами в его рубашку, —Пожалуйста, не оставляй меня одного. —Я не уйду, Стайл, —рука Фаделя провела по влажным от пота волосам Стайла, —Я никуда не денусь. —Обещаешь? —Обещаю. Дыхание Стайла постепенно успокоилось, ровный стук сердца Фаделя у его уха успокаивал его. Течка заставляла всё казаться важным и пугающим. Отсутствие Фаделя даже на минуту показалось ему предательством. —Прости, —пробормотал Стайл, —Я знаю, что веду себя слишком прилипчиво. Фадель поцеловал его в лоб. —Это нормально. Омегам в течке нужна близость альфы. Это биология, —голос Фаделя был успокаивающим, бесстрастным, —Тебе не нужно извиняться. —Но я такой требовательный… —Ты и должен быть требовательным сейчас. Для этого я и здесь, —Фадель сдвинулся, чтобы Стайлу было удобнее прижаться к нему, —Я же изучал вопрос, помнишь? Я знал, на что соглашался. Стайл тихонько хмыкнул. —В твоих исследованиях было предусмотрено, что я сойду с ума из-за того, что ты сходил в ванную? —Там было предусмотрено, что у омеги возникает страх разлуки во время течки, да, —губы Фаделя коснулись виска Стайла, —В следующий раз, когда мне понадобится встать с постели, пусть даже на минутку, я сначала тебя разбужу. Хорошо? —Хорошо, —Стайл прижался ближе, —Спасибо, что не заставляешь меня чувствовать себя глупо из-за этого. Они лежали, пока рассветные лучи не начали пробиваться сквозь шторы. Течка Стайла временно утихла, даря им этот момент покоя. —Сколько времени? —спросил Стайл. —Рано. Чуть больше шести. —Тебе нужно поспать ещё. —Я в порядке. Я спал, когда ты спал. —А это не так много, —Стайл поднял голову, чтобы посмотреть на лицо Фаделя, заметив тени под его глазами, —Ты заботишься обо мне, но кто заботится о тебе? —Мне не нужна забота. —Всем иногда нужна забота, —Стайл поднял руку, проводя пальцами по линии подбородка Фаделя, —Даже ворчливым альфам, которые притворяются, что они непобедимы. Фадель схватил его руку и поднёс к своим губам. —Я в порядке. Правда, —он сделал паузу, —Это важно для меня. Быть здесь ради тебя. Убедиться, что ты в безопасности и тебе комфортно. —Обещаешь? —Обещаю, —улыбка Фаделя была небольшой, но искренней, —К тому же, ты удивительно неприхотлив для омеги в течке. —Неприхотлив? —голос Стайла повысился в притворном возмущении, —У меня только что был приступ паники, потому что ты пошёл в ванную! —Сравнительно неприхотлив. Я слышал ужасающие истории. —Это из твоих исследований? —От Байзона. Он швырнул лампу в партнёра-альфу за то, что тот смотрел в телефон во время его течки. Стайл рассмеялся, и его смех ярко раздался в тихой комнате. —Ты действительно позволил Байзону провести течку с кем-то? —Вообще-то он сделал это без моего ведома. —А, теперь понятно. Ладно, обещаю, что лампы не буду бросать. —Спасибо. Они снова погрузились в уютную тишину: Стайл бессмысленно рисовал узоры на груди Фаделя, а пальцы Фаделя прочесывали его волосы. После этого второй день течки нашёл свой ритм. Стайл проводил больше времени в бодрствовании, был полным энтузиазма и иногда раздражительным, стремясь держать член Фаделя внутри себя как можно дольше. Если Фадель по ошибке пытался покинуть гнездо, он получал в наказание ногти, впивающиеся в его плоть, чтобы удержать его на месте, и выговор, выраженный рычанием и скулежом. К счастью, Стайл всё ещё дремал, что давало ему время отойти от омеги и сходить в туалет. Он пытался заставить Стайла съесть немного лапши быстрого приготовления, предвидя упадок его энергии, но Стайл был больше заинтересован в сексе, так что через некоторое время он сдался. К третьему дню они выработали режим, который казался почти домашним. Фадель начал понимать потребности Стайла по изменениям в его запахе, ещё до того, как тот успевал их озвучить. Стайл полностью сдался уязвимости своей течки, доверившись Фаделю во всём. —Я не могу это есть, —Стайл слабо оттолкнул протеиновый батончик, —Я слишком устал. —Тебе нужно что-нибудь съесть. Ты с утра ничего не ел, —Фадель развернул батончик и отломил небольшой кусочек, —Всего пару кусочков. Пожалуйста. Стайл скорчил гримасу, но открыл рот, позволяя Фаделю кормить его. Батончик был на вкус как картон, но он послушно жевал. Когда Стайл съел достаточно, чтобы успокоить Фаделя, его наградили свежими ломтиками манго. Они были холодными из холодильника, сладкими и освежающими. —Лучше? —спросил Фадель, наблюдая, как выражение лица Стайла преобразилось в сияющее от восторга. —Намного лучше. Почему ты не предложил сначала манго? —Потому что тебе нужен белок, а не только сахар. —Но манго такое вкусное, —Стайл облизнул сок с пальцев, а затем улыбнулся, увидев напряжённое выражение лица Фаделя, —Что? —Ничего. Просто ты… —Фадель покачал головой, сдерживая себя, —Грязный. Стайл протянул кусочек и театрально облизнул губы. —Хочешь? —Не надо. —Да ладно тебе. Когда ты в последний раз ел? Фадель не мог вспомнить. Он был слишком сосредоточен на потребностях Стайла, чтобы обращать внимание на свои собственные. —Видишь? Тебе тоже нужно манго, —Стайл прижал кусочек к губам Фаделя, пока тот не принял его, —Хороший альфа. Заботишься о себе, чтобы потом заботиться обо мне. Фадель фыркнул. —Ты смешон. —Тебе нравится, —Стайл покормил его ещё одним кусочком, улыбаясь, видя, как Фадель неохотно наслаждается, —Признай. Манго вкусное. —Оно сносно. —Лжец. Оно восхитительно, и ты это знаешь. Они вместе доели манго, Стайл настаивал на том, чтобы кормить Фаделя каждым вторым кусочком, несмотря на протесты Фаделя. Это было глупо, интимно и по-домашнему уютно, и от этого у Фаделя на груди стало тепло.***
—Я не хочу, чтобы это когда-нибудь заканчивалось, —задыхаясь, прошептал Стайл в среду вечером, прижавшись к груди Фаделя сразу после бурного секса. Фадель входил в него уже в который раз за сегодняшний день. Если бы Стайл не принимал противозачаточные таблетки, он бы уже давно забеременел. Фадель сморщил нос. —Что, твоя течка? —Нет, глупый, —Стайл поднял голову и посмотрел Фаделю в глаза, —Я не хочу, чтобы мы разлучались. Я хочу, чтобы мы были вместе навсегда. Тогда Фадель поцеловал его — глубоко и неторопливо. —Навсегда — это очень долго. —Недостаточно долго.***
В четверг утром температура наконец спала. Стайл проснулся с ясным умом, измученный, но снова чувствуя себя собой. Фадель уже не спал, лежал рядом на боку и смотрел на него с трепетом в сердце. Почему это было так тяжело? —Всё закончилось, —сказал Стайл, потягиваясь. Горло у него было повреждено, голос звучал хрипло, как будто он болел гриппом, —Мы справились. —Как ты себя чувствуешь? —Всё болит. Устал. Счастлив, —Стайл улыбнулся ему, —Очень счастлив. Спасибо за… за всё. За то, что ты здесь, за то, что заботился обо мне. За то, что был именно тем, кто мне нужен. —Отдохни, —сказал Фадель, —Мне нужно проведать Байзона. Скоро у него день рождения, и нам нужно что-то придумать. —День рождения Байзона! —ахнул Стайл, —Почему ты не сказал мне раньше? Мне нужно что-нибудь ему купить. Что Байзон любит? —Пусть об этом беспокоится Кант, ладно? Лучше купи что-нибудь мне на мой день рождения. —Когда он? —В Рождество. —Ооо, любимый день Бога, —подразнил Стайл, —Тогда я буду твоим Санта-Клаусом, проберусь в твой дом и оставлю тебе подарок. Фадель усмехнулся. —Какой подарок? Вместо ответа Стайл наклонился и крепко поцеловал его в губы, проскользнув языком между губами Фаделя, но не вводя его внутрь. Они отстранились друг от друга, и Стайл улыбнулся. —Давай, я весь липкий и отвратительный. И я хочу отсосать тебе в душе. Фадель не мог отказаться. Он тоже не чувствовал себя самым чистым. —Тебе не нужен мой узел? —невольно спросил он, когда Стайл вошёл в душ. Стайл покачал головой. —У меня слишком всё болит. Это будет просто невыносимо, —он крепко прижал их тела друг к другу. —Я мог бы нанести немного крема… —Фадель не успел закончить, как губы Стайла поглотили его, а зубы слегка задевали выпуклость его нижней губы. Стайл был возбуждён, его маленький член прижимался к животу Фаделя. Осознав его присутствие, Фадель очень захотел взять его в рот, очень захотел услышать грубые стоны, вырывающиеся из горла Стайла, когда он это сделает, высокие вздохи, когда Фадель введёт пальцы и начнёт двигать ими — но, к сожалению, ему пришлось подчиниться приоритетам Стайла. А те заключались в том, чтобы целовать Фаделя, ласкать его соски пальцами и сжимать его грудь. Маленькие искры удовольствия зажигали Фаделя изнутри, заставляли его член дёргаться и набухать. Было несправедливо, как легко Стайлу удавалось возбудить его, во всех важных смыслах. Стайлу скоро надоело просто ласкать грудь, и он опустился на колени перед Фаделем, словно молясь, глядя на него, как на изображение бога. Его глаза были огромными и блестящими, полными страсти. Он облизнул свои припухшие губы в предвкушении, улыбнулся Фаделю, высунув язык, а затем наклонился вперёд, чтобы слизнуть немного предсеменной жидкости, заставляя Фаделя дрожать и задыхаться с открытым ртом. Что за чертовски похотливый парень. Насколько же повезло Фаделю? Он позволил Стайлу управлять скоростью и ритмом, дал ему возможность растянуть горло, принимая всю длину и толщину Фаделя. Стайл застонал, ощутив его размер и вкус («ты много свежих фруктов ешь, да?»), и стал сосать его с силой и беззаботностью. Само собой, Фадель снова выпустил узел, как будто он не делал этого почти каждый раз, когда кончал во время течки Стайла. Стайл попытался заставить его сделать узел в его рту, но тот отказался, опасаясь, что столь резкое действие каким-то образом повредит омегу после течки. —Ты не причинишь мне боли, малыш. Я знаю, что не причинишь, —сказал Стайл, но сдался. Затем он позволил Фаделю прижать его спину к стене и сосать его член. Фадель не вспомнил о болезненности, пока его пальцы не коснулись складок Стайла, готовые доставить ему удовольствие так, как нравится омеге, но болезненный визг Стайла заставил его остановиться и немедленно отстраниться, пробормотав тихое «извини, забыл». —Я обязательно намажу тебя этим кремом, —сказал он и снова с энтузиазмом погрузился в сосание, пока ноги Стайла не задрожали и он не кончил в рот своему альфе. Позже, когда они наконец помылись и Фадель нанёс охлаждающую мазь, Фадель начал готовиться к уходу. Стайл был этим недоволен и следовал за ним, пока тот собирал вещи и прибирался, скуля и лаская его. —Я вернусь сегодня вечером, —сказал Фадель. Стайл улыбнулся, не стесняясь своего счастья. —Обещаешь? —Обещаю. Они поцеловались на прощание у двери, и Фадель пожелал, чтобы он мог почувствовать что-нибудь, что угодно, только не отчаяние.***
Байзон уставился на кубок танцевального конкурса в своей руке, в очередной раз сдерживая горькие слёзы, несмотря на кипящую внутри него ярость. Он не мог перестать думать о той ночи, о том, как счастлив он был. Как весело им было вместе с Кантом. О том, как он наконец-то нашёл человека, с которым хотел провести остаток своей жизни. Он швырнул эту дурацкую штуку в костёр. Это было единственное, что освещало ночь — уничтожение одного из немногих по-настоящему счастливых моментов в его жизни. Фадель бесшумно прошёл сквозь тьму и вошёл в круг света; напряжение нарастало по мере того, как он приближался к Байзону. От него пахло цитрусами и ванилью. И слабым оттенком мускуса. Как же Байзон хотел разделить свою течку с кем-то, кто не был просто мишенью. Это было несправедливо, что Стайл просто смог это сделать, да ещё и с Фаделем из всех людей. Непоколебимый, бескомпромиссный Фадель был покорён милым лицом и приятным запахом. Всё это было так глупо. —Скажи это, —рявкнул Байзон в отчаянии, —Скажи, что ты меня предупреждал. Я готов это услышать. Фадель взглянул в небо и вздохнул. —А что это даст? —Всё это случилось из-за меня! —воскликнул Байзон, —Я знал, что ты никогда не позволишь мне встречаться с кем-то, не проверив его сначала, не будучи сверхзаботливым и параноидальным и… и я сказал Канту попросить Стайла встречаться с тобой, только чтобы ты убрался с моего пути. Фадель посмотрел на него, его глаза были настолько безжизненны, что в них почти не отражался свет костра. —Ты нанял его, чтобы он флиртовал со мной? —Я не нанимал его, Фадель, но это была моя идея. Я думал… —Байзон плакал, слёзы текли по его лицу, —Я думал, что делаю что-то хорошее. Стайл казался милым, казался искренним. Я думал, что, может быть, ты найдёшь того, кто сможет сделать тебя счастливым, того, кто сможет заставить тебя улыбаться, как раньше… Его прервал Фадель, схвативший его за лацкан рубашки и поднявший кулак. В его глазах по-прежнему не было выражения, но челюсть была крепко сжата, а брови сдвинуты. Байзон отвернулся и ждал удара. В конце концов, он заслужил его. Он разрушил не только себя, но и Фаделя. Вместо того чтобы ударить его, Фадель просто оттолкнул его назад и развернулся, чтобы пнуть бочку, в результате чего горящий мусор и древесина внутри высыпались на бетонный пол заброшенного открытого бассейна. —Фадель, пожалуйста, выслушай меня… —Байзон подошёл к нему, и тот указал на него пальцем в обвинении. —Ты подставил меня! Ты мой брат! Я доверяю тебе больше, чем кому-либо, и ты так со мной поступил? Как ты мог? —разразился гневом Фадель. —Ты всю жизнь защищал меня, жертвовал собой ради меня, и я подумал, что хоть раз смогу сделать что-то для тебя. Дать тебе шанс на нормальную жизнь, —крикнул Байзон. —Обманывая меня? —руки Фаделя сжались в дрожащие кулаки, —Манипулируя мной, втягивая в отношения без моего ведома? —Да! Потому что иначе ты бы никогда не дал Стайлу шанса! Ты бы отпугнул его, как отпугиваешь всех, а я думал… я думал, он мог бы тебе подойти. —Он чёртов информатор! —Я этого не знал! Я думал, он просто какой-то омега, который в тебя влюбился! Я думал… Боги, Фадель, я же пытался помочь! Фадель отчаянно провёл руками по волосам. —Блять. —Прости, —отчаянно прошептал Байзон, —Обещаю, я всё улажу… —Не произноси ни слова, —рыкнул Фадель, —Не сейчас. Потом я заставлю тебя за это заплатить, но пока что мы в одной команде. Сначала нам нужно разобраться с ними. —Ты хочешь, чтобы я убил их сейчас? —спросил Байзон. Фадель подумал. —Нет. Этого недостаточно. —Тогда что ты собираешься делать? —Мы заставим их заплатить, —голос Фаделя был ровным, без эмоций, —Мы заставим их окончательно, безумно влюбиться в нас. Заставим их доверять нам так же, как мы доверяли им. Сделаем их уязвимыми. А потом… —Тогда мы убьём их, —глаза Байзона расширились. Горло у него пересохло, будто натёртое наждачкой, —Это жестоко, Фадель. —Как и предательство, —Фадель встретил взгляд брата, —Они использовали наши чувства против нас. Манипулировали нами. Заставили поверить в то, чего никогда не было. Почему мы не должны поступить так же? —Потому что… —голос Байзона дрогнул, —Потому что Кант любит меня. Он так сказал. Даже если он предал меня, даже если он работал с полицией, он любит меня. —Это делает боль меньше? Байзон вздрогнул, с трудом сглотнув. —Нет. —Тогда почему мы должны проявлять к ним милосердие, которого они не проявили к нам? —холодно произнёс Фадель, —Мы заставим их пасть. Доведём до отчаяния. Заставим поверить, что они в безопасности. А когда они станут полностью зависимыми от нас, когда подумают, что всё прощено, мы покончим с ними. Байзон уставился на брата, словно смотрел на незнакомца. —Ты серьёзно? —Абсолютно. —А Стайл? Ты действительно можешь так поступить со Стайлом? После того, как провёл с ним течку? После того, как влюбился в него? Фадель презрительно фыркнул. —Я не влюблён в него. Он был мне интересен. Мне понравилась эта погоня. Секс был хорош. Но любовь? Невозможно любить того, кого никогда не существовало. Байзон пристально посмотрел на лицо брата. Его выражение было тщательно бесстрастным, осанка — жёсткой, но руки сжимались и разжимались у него по бокам. —Ты снова лжёшь, —тихо сказал Байзон, —Мне. Может, даже самому себе. Но ты его любишь, Фадель. Я это вижу. —Ты ошибаешься. —Правда? Потому что ты говоришь об этом замысловатом плане мести, вместо того чтобы просто быстро убить их. Ты планируешь провести с Стайлом больше времени, сблизиться с ним, заставить его влюбиться ещё сильнее… —глаза Байзона расширились, когда он всё понял, —Ты хочешь провести с ним больше времени. Даже если это закончится смертью. Даже если всё это фальшивка. —Я хочу мести, —голос Фаделя звучал жёстко, —Это всё, что меня интересует. —Продолжай себе это повторять, но я знаю тебя, брат. Я знаю, как ты выглядишь, когда влюблён. И я знаю, как ты выглядишь, когда пытаешься это скрыть. —Ты ничего не знаешь. —Я знаю, тебе больно. Я знаю, ты чувствуешь себя преданным. Я знаю, ты хочешь заставить его за это ответить. Я тоже всё это чувствую, —голос Байзона смягчился. Он был в некотором роде рад, что смог отвлечься от собственной боли, но на самом деле не хотел, чтобы это была боль его брата, —Но я также знаю, что ты четыре дня ухаживал за ним, когда у него была течка, и вернулся, выглядя более умиротворённым, чем я видел тебя за последние годы. Я знаю, что ты строил с ним планы на будущее. —Перестань, —голос Фаделя дрогнул, —Просто перестань. —Фадель… —Я обнимал его, зная, что он предал меня, —слова вырвались из него резко и обрывисто. Глаза Фаделя теперь блестели, в глубине его головы пылало пламя муки, —Мне приходилось продолжать заботиться о нём, прикасаться к нему, притворяться, что всё в порядке, зная, что он лгал с самого начала. Ты хоть представляешь, что это... —его голос полностью оборвался. Байзон подошёл к брату и обнял его. Фадель на мгновение сопротивлялся, но потом рухнул на него, и его плечи задрожали. —Я его ненавижу, —прошептал Фадель, уткнувшись в плечо Байзона, —Я его так сильно ненавижу. —Я знаю. —Но я не могу его отпустить. —Это я тоже знаю. Они стояли там, два брата, которые вместе пережили так много, а теперь были сломлены одним и тем же оружием: любовью, обращённой против них.
