Зарисовки от Блэк

Арсений и Серёжа вернулись в гримёрку после долгого статора — импровизационного шоу, где они выложились на полную, смеясь и импровизируя до изнеможения. Тела гудели от усталости, мышцы ныли, но в воздухе витала та самая крепкая мужская дружба, которая всегда переходила в нечто большее после таких вечеров. — Чёрт, Серь, я выжат как лимон, — пробормотал Арсений, скидывая рубашку и падая на потрёпанный диван. Серёжа кивнул, его глаза блестели от адреналина, он стянул свою одежду, оставшись в одних боксерах, и сел рядом, плечом к плечу. — Расслабимся, как всегда. Ты знаешь, как? — Его голос был низким, успокаивающим, с ноткой нежности, которая сквозила в их отношениях. Серёжа повернулся, его рука легла на бедро Арсения, пальцы мягко поглаживали кожу. Арсений расслабился, откинув голову, и Серёжа наклонился, прижимаясь губами к шее друга. Поцелуй был лёгким, почти братским, но быстро перерос в укус — зубы Серёжи впились в кожу чуть ниже уха, не сильно, но достаточно, чтобы Арсений зарычал тихо, тело напряглось от смеси боли и удовольствия. — Ты всегда так начинаешь, — прошептал Арсений, его рука скользнула в волосы Серёжи, прижимая ближе. Серёжа улыбнулся против кожи, покусывая дальше — по ключице, по плечу, оставляя лёгкие следы, которые завтра побледнеют, но сейчас разожгут огонь. Они сдвинулись ближе, тела сплелись на диване. Арсений перевернул Серёжу на спину, нависая сверху, и его губы нашли рот друга — поцелуй был глубоким, языки переплелись, слюна смешалась. Серёжа застонал в поцелуй, его руки обхватили спину Арсения, ногти впились слегка, но Арсений не дал ему доминировать: он оторвался и укусил за нижнюю губу, потянув, заставив Серёжу выгнуться. — Больно? — спросил Арсений нежно, целуя укушенное место. Серёжа покачал головой, глаза потемнели от желания: — Нет, продолжай. Мне нравится, когда ты такой. Арсений спустился ниже, целуя и покусывая грудь Серёжи — зубы скользнули по соску, сжимая его, язык обвёл вокруг, смягчая укус ласками. Серёжа выдохнул резко, его член в боксерах встал, выпирая ткань. — Сними это, — приказал Арсений тихо, и Серёжа подчинился, стягивая бельё, его хуй вырвался на свободу, толстый и твёрдый, головка блестела от предсемени. Арсений обхватил его рукой, дроча медленно, пока его рот перешёл к животу — укусы стали чаще, по рёбрам, по бокам, оставляя красные метки, но каждый укус следовал нежный поцелуй, как будто Арсений извинялся за боль лаской. Серёжа не выдержал, перевернул Арсения, прижимая его к дивану. — Моя очередь,— прошептал он, его дыхание горячее на коже. Он сорвал боксеры с Арсения, член друга подпрыгнул, и Серёжа наклонился, беря его в рот — губы сомкнулись вокруг ствола, язык лизнул снизу, сосал глубоко, слюна стекала по яйцам. Арсений застонал, пальцы в волосах Серёжи, но тот добавил фетиш: одной рукой он обхватил шею Арсения, пальцы сжались слегка, перекрывая воздух. Удушение было контролируемым, нежным — давление нарасту, заставляя Арсения задыхаться от удовольствия, зрение плыло, тело горело. — Дыши, когда я разрешу, — прошептал Серёжа, отпуская на миг, чтобы Арсений вдохнул, а потом сжимая снова, синхронизируя с сосанием хуя. Арсений корчился под ним, возбуждение на пике — удушение усиливало каждое ощущение, член пульсировал во рту Серёжи. — Серь... чёрт, да, — выдохнул он, когда давление ослабло. Серёжа поднялся, его глаза горели заботой: — Тебе хорошо? Не перебор? — Арсений кивнул, притягивая его для поцелуя, пробуя свой вкус на губах друга. — Идеально. Трахни меня. Они перестроились: Арсений встал на колени на диване, задница выставлена, Серёжа сзади смазал пальцем свой хуй и анус друга — лубрикант из сумки, всегда под рукой после таких шоу. Он вошёл медленно, ствол растянул кольцо, заполняя Арсения полностью, головка надавила на простату. — Ты такой тесный, — простонал Серёжа, начиная толчки — ритмичные, глубокие, руки на бёдрах. Арсений выгнулся, толкаясь назад, и Серёжа наклонился, укусив за плечо, зубы впились в мышцу, пока член вбивался сильнее. Удушение вернулось: Серёжа обвил руку вокруг шеи Арсения спереди, сжимая горло, ограничивая воздух, пока трахал жёстче — яйца шлёпали о кожу, пот стекал по спинам. Арсений задыхался, стоны прерывались, но в глазах была нежность, доверие — он знал, что Серёжа остановится в любой миг. Давление усилилось, оргазм подкатывал: — Кончай со мной, — прошептал Серёжа, ослабляя хватку ровно тогда, когда Арсений вдохнул глубоко, и тело взорвалось — сперма брызнула на диван, анус сжался вокруг хуя Серёжи, выжимая его семя. Серёжа влил внутрь горячие струи, толкаясь до конца, потом обнял Арсения крепко, целуя затылок. Они рухнули вместе, тела переплелись, дыхание выровнялось. Серёжа провёл пальцами по укусам на плече Арсения, целуя каждый: — Ты в порядке? — Арсений улыбнулся, прижимаясь ближе: —Лучше не бывает. Наша дружба — это огонь. — Они лежали так, расслабленные, уставшая нежность окутывала их, как одеяло после бури.