Ответное письмо Киану Ривза

Когда Шэнь Цзуннянь приехал в Минлун, шёл уже седьмой час, как Чжао Шэнгэ продолжал работать без перерыва, несмотря на болезнь. Проснувшись среди ночи, он окончательно потерял сон и перестал принимать лекарства. Нередко работа действовала на него лучше любых таблеток. К тому же его водитель тоже подхватил грипп, поэтому последние дни Чжао Шэнгэ сам водил машину на работу и обратно. На столе громоздились папки с документами - все уже просмотренные и подписанные им, аккуратно разложенные по категориям. Даже работая сверхурочно в болезненном состоянии, он оставался таким же собранным и эффективным. Пепельница была полна окурков, а густой цитрусовый аромат капсул в сигаретах стал уже резким и едким. По выражению лица Чжао Шэнгэ Шэнь Цзуннянь не мог понять, что произошло прошлой ночью после того, как он отправил ту фотографию. Эмоции Чжао Шэнгэ, как всегда, оставались спокойными и ровными. Шэнь Цзуннянь открыл окно, впуская свежий воздух, затем налил себе чашку чая, и больше ничего не стал спрашивать. Чжао Шэнгэ сразу перешёл к рабочим вопросам. Оба говорили коротко и по делу, не тратя лишних слов, поэтому обсуждение продвигалось быстро. По ходу разговора Чжао Шэнгэ несколько раз кашлянул и вынужден был остановиться. Он сжал кулак, прикрывая губы, нахмурился - на мгновение на его лице мелькнула болезненная тень. — Ты опять заболел? — спросил Шэнь Цзуннянь. Организм Чжао Шэнгэ с детства был странным и противоречивым: то невероятно крепким, то неожиданно хрупким. На соревнованиях по плаванию, стрельбе и верховой езде он мог проявлять поразительную выносливость и силу, нередко показывая результаты, от которых соперники начинали сомневаться в собственных возможностях. Но в то же время каждый сезон гриппа почти неизменно "отмечал" его, а боли в желудке давно стали привычным делом. Шэнь Цзуннянь считал, что всё потому, что тот совершенно не заботится о себе. Еда, сон, даже системы искусственного интеллекта требуют регулярного обслуживания, а в жизни Чжао Шэнгэ, казалось, такого пункта просто не существовало. Он был похож на высокоскоростную машину, которая никогда не останавливается. Голос Чжао Шэнгэ был даже хриплее, чем вчера по телефону. — Нет. Телефон загорелся. Он взял его, несколько секунд посмотрел на экран, что-то ответил и снова положил. Позже экран загорался ещё несколько раз, но Чжао Шэнгэ уже не обращал на него внимания. Шэнь Цзуннянь заметил, что во второй половине разговора его эффективность словно немного снизилась, будто в программе искусственного интеллекта возник незаметный сбой. Снаружи всё работало как обычно, но что-то внутри, возможно, было повреждено - и об этом знал только он сам.

***

— Может, мне сходить к Тан Юмину и выяснить, что происходит? У Чжо Чжисюаня вовсе не было столько свободного времени, как могло показаться. Сегодня он приехал в центр биржевых операций по делам и заодно решил поужинать с Чэнь Ванем. — Не нужно, — серьёзно сказал Чэнь Вань, кладя на стол телефон, который уже нагрелся в его руке. Чжо Чжисюань заглянул в диалог. Чжао Шэнгэ подробно отвечал на все рабочие вопросы. Чэнь Вань разобрал сложную и громоздкую модель Фан Цзяня, превратив её в более понятные данные и пояснения - было видно, что он вложил в это много сил. Чжао Шэнгэ поблагодарил его сдержанно и тактично; между строк не чувствовалось ни малейшей обиды. Все они взрослые люди. Никто не стал бы смешивать личные чувства с работой. Однако на вопросы Чэнь Ваня о его здоровье Чжао Шэнгэ ответил лишь вскользь, почти не развивая тему. Когда же Чэнь Вань спросил, вернулся ли водитель Чжао Шэнгэ на работу, и предложил, что если нет, то он как раз собирается по делам в здание биржи и может заехать за ним на машине, Чжао Шэнгэ просто ответил: [Нет, спасибо.] Чэнь Вань долго смотрел на эти несколько слов. Прошлой ночью он пытался перезвонить Чжао Шэнгэ, но тот не ответил - возможно, уже спал, возможно, работал, а возможно, по какой-то другой причине. Было слишком поздно, и Чэнь Вань не стал звонить во второй раз, опасаясь потревожить больного. Зато ранним утром он отправил сообщение, поинтересовавшись его состоянием, и заодно упростил те вопросы в рабочем чате, которые требовали одобрения Чжао Шэнгэ, чтобы уменьшить его нагрузку. На все рабочие дела Чжао Шэнгэ отвечал внимательно, комментируя их одно за другим - вежливо, корректно, безупречно. Но о собственном состоянии почти ничего не сказал. Чэнь Вань никак не мог узнать, поднялась ли у него потом температура, прошла ли боль в горле и голове, насколько серьёзно он болен сейчас и стало ли ему лучше. Он мог только держать телефон и снова и снова перечитывать: "Нет, спасибо". Чжо Чжисюань не понял, что именно он там увидел. Чжао Шэнгэ всегда говорил так кратко, что по его словам почти невозможно было догадаться о скрытом смысле. Он не знал, как Чэнь Вань его понимает. Со стороны он лишь видел, как тот сжимает сигарету в зубах, опускает мрачный взгляд и печатает в диалоге: [Хорошо. Тогда занимайтесь своими делами и берегите себя] — ... Чэнь Вань потушил сигарету и сразу же написал Тан Юмину в личные сообщения: [Господин Тан, вы в прошлый раз говорили, что хотели поиграть в боулинг. Сейчас всё ещё интересно? Стадион, который недавно реконструировали, снова открылся.] Если тот захочет, он всё организует. Разумеется, с достаточным запасом времени, чтобы больной мог спокойно поправиться. Чэнь Вань почти никогда сам не предлагал устраивать встречи. Обычно он просто брал на себя организацию, когда молодые господа хотели чем-то заняться. Но тот неясный телефонный разговор всё ещё стоял у него в горле, словно заноза. Чэнь Вань не думал, что Чжао Шэнгэ мог рассердиться из-за такой мелочи. Когда тот вешал трубку, его голос был вежливым. Разве что на сообщения он отвечал немного медленнее обычного, но в работе оставался таким же терпеливым. И всё же Чэнь Вань ясно чувствовал: что-то неуловимое тихо ускользает. Он даже не мог сказать, что именно. Он ещё ничего не получил - но уже как будто начинал терять. Эти невыразимые чувства подталкивали его стать решительнее, больше отдавать и говорить о своих чувствах без страха. Тан Юмин, конечно, был только рад. Он похвалил Чэнь Ваня за внимательность. Шэнь Цзуннянь в последнее время был занят, они редко выбирались куда-то вместе, а боулинг всё-таки полезен и для тела, и для настроения - вряд ли кто-то станет возражать. Тан Юмин собрал друзей, и все быстро откликнулись. Кроме Чжао Шэнгэ. В групповых чатах он почти никогда не говорил, словно это был фальшивый аккаунт. До самого дня накануне поездки Чэнь Вань не был уверен, приедет ли он. Он заранее забронировал дорожки на стадионе Холли. Несколько машин одновременно выехали с острова и направились через Жемчужный мост - зрелище получилось впечатляющее. Чэнь Вань легко узнавал Кайенн Чжо Чжисюаня, Линкольн Тан Юмина и Шэнь Цзунняня, Бентли Цинь Чжаотина… но среди них была ещё одна машина - Ленд Ровер, которого он раньше не видел. Она шла быстро и уверенно. Дорога была прямой, повороты машина брала плавно, на высокой скорости, будто собиралась пролететь через весь Жемчужный мост прямо в голубое небо. Чэнь Вань не сводил с неё глаз, следуя позади. Он надеялся, что у него ещё будет шанс исправить свою ошибку. Ему не обязательно было догнать этот Ленд Ровер. Но он не хотел навсегда остаться на том же месте. Стадион Холли открылся недавно. Он стоял у подножия гор, лицом к морю. У входа возвышалась огромная модель кегли, а вокруг были панорамные окна - через них открывался вид на море и зелёные лужайки. Клуб работал по членской системе, поэтому людей было немного. Чэнь Вань не стал выкупать весь зал, а только несколько дорожек. Это была одна из его привычных тонкостей: молодые господа не любили толпы, но и слишком пустые места их тоже раздражали. Людей не должно быть ни слишком много, ни слишком мало - всё держалось на тонком балансе.

***

Несколько дней назад Чжао Шэнгэ ходил на работу даже с температурой, поэтому у него всё ещё накопилось немало дел и звонков. Он оказался последним, кто вышел из машины. На самом деле он вовсе не собирался приезжать сегодня. Но Тан Юмин несколько раз звонил ему, уверяя, что есть важный разговор. Заодно подшучивал над его слабым здоровьем и говорил, что тому не помешает больше двигаться. — ... Чжао Шэнгэ подошёл к остальным и кивнул в знак приветствия. Когда его взгляд скользнул по Чэнь Ваню, он так же спокойно кивнул - точно так же, как и всем остальным. Цзян Ин стоял ближе всех и сразу заговорил с ним. Чэнь Вань не нашёл возможности поздороваться отдельно и потому отправился сначала к менеджеру зала. Когда он вошёл в раздевалку, внутри никого не было. Он положил вещи в шкафчик и закрыл дверцу. В этот момент Чжао Шэнгэ как раз раскладывал свои вещи. Чэнь Вань подошёл ближе. — Господин Чжао. Чжао Шэнгэ надевал фиксатор на запястье. Услышав голос Чэнь Ваня, он поднял глаза и кивнул. Ни холодно. Ни тепло. Чэнь Вань заметил, что тот пытается одной рукой затянуть фиксатор на другой, и спросил: — Вам помочь? Чжао Шэнгэ сам подтянул ремешок. — Всё в порядке, не нужно. Чэнь Вань не ушёл. Он просто стоял рядом - спина прямая, вид человека, который спокойно и терпеливо ждёт. — Когда закончишь, можешь идти, — рассудительно сказал Чжао Шэнгэ. — Я потом закрою дверь. Чэнь Вань покачал головой. Лицо его оставалось спокойным, но в голосе звучало упрямство. — Ничего. Я подожду вас. Прежде чем Чжао Шэнгэ успел возразить, он сам спросил: — Господин Чжао, простуда прошла? — Наверное, уже всё нормально, — небрежно ответил Чжао Шэнгэ. На самом деле его голос всё ещё был слегка хриплым. Чэнь Вань чуть сильнее сжал пальцы. Ему показалось, что Чжао Шэнгэ слишком безразличен к собственному здоровью. Подумав немного, он сказал: — Хотите тёплой воды с мёдом? Менеджер только что сообщил ему, что напитки заказали все, кроме Чжао Шэнгэ. У VIP-гостей был отдельный сервис: после заказа напитки приносили прямо к дорожкам. Менеджер особенно тщательно следил за деталями, боясь что-то упустить, но напрямую к молодым господам не подходил - все вопросы решались через Чэнь Ваня. Чжао Шэнгэ сложил свои вещи и приготовился выходить. — Не нужно. Чэнь Вань вышел вместе с ним. — Она не слишком сладкая. Можно попробовать. Хорошо помогает горлу, после неё становится легче. Чжао Шэнгэ наконец поднял на него взгляд. Его глаза были спокойными, но в голове промелькнуло множество мыслей. Что вообще происходит? К нему нельзя приблизиться, но и прогнать его тоже невозможно. Он что, действительно действует так без оглядки, как ему вздумается? Почему? Атмосфера была странной, воздух словно колебался. Казалось, ничего не изменилось - и в то же время изменилось всё. Никто не упоминал тот телефонный разговор. Между ними будто не было никакой неловкости. Они кивали друг другу, здоровались - как обычно. Но на самом деле оба всё понимали. Просто никто не понимал - почему. Чэнь Вань смотрел на Чжао Шэнгэ очень серьёзно. Его глаза были тёмными, и в спокойствии скрывалась упорная искренность. Он открыто выдержал этот взгляд, принимая его проверку без малейшего уклонения. Теперь правила обычной дружбы заменяли правила тайной любви - становились новой мерой и новым кодексом поведения. Может ли Чэнь Вань по-дружески поинтересоваться состоянием друга? Подождать его, чтобы выйти вместе? Заказать больному другу чашку мёдовой воды для горла? Если всё это допустимо, почему нельзя сделать то же самое для Чжао Шэнгэ? В пределах этих границ Чэнь Вань хотел дать ему многое. Даже больше - больше, чем кому-либо другому. Если Чжао Шэнгэ не захочет - он может просто отказаться. Но Чэнь Вань всё равно хотел предложить. Чжао Шэнгэ некоторое время смотрел на него и вдруг почувствовал, что Чэнь Вань стал немного другим. Он по-прежнему был вежливым, но уже не таким покладистым и мягким. Когда исчезла та искусственная социальная улыбка, в его спокойствии проступили настоящие, острые грани. Чжао Шэнгэ не мог точно описать это ощущение. Но у Чэнь Ваня перед ним было слишком много проступков, и он никогда не вписывался в систему понимания Чжао Шэнгэ. Поэтому он лишь равнодушно сказал: — Как хочешь. Спасибо.