Ответное письмо Киану Ривза

Через некоторое время в каюту вошёл Фан Цзянь, и Чжао Шэнгэ с Сюй Чжийин прервали разговор. Фан Цзянь не любил общаться с людьми, одержимыми погоней за славой и выгодой. Хотя Чэнь Вань тоже был бизнесменом, в нём не чувствовалось той броской, поверхностной "запахи денег", которая так раздражала учёного. Напротив, когда Чэнь Вань работал, в нём появлялась лёгкая учёная сдержанность - спокойный, уравновешенный темперамент, какой редко встретишь. Фан Цзяню казалось, что он идеально подошёл бы для научной работы. Он не раз спрашивал, не хочет ли Чэнь Вань поступить к нему в магистратуру или аспирантуру, но каждый раз тот вежливо отказывался. Чэнь Вань был из тех людей, рядом с которыми другим легко становилось говорить откровенно. Сам того не заметив, Фан Цзянь снова начал делиться с ним своими мыслями, и говорил куда теплее, чем обычно разговаривал даже со своими аспирантами. Когда они сошли на берег, их уже ждал человек, присланный Ли Шэнхуэем. Чэнь Вань этому не удивился: он и раньше подозревал, что Чжао Шэнгэ ещё до отъезда мог достичь с другой стороной некой договорённости. Человек, встретивший их, держался почтительно. Люди Чжао Шэнгэ выглядели расслабленными, но Чэнь Вань всё равно ясно чувствовал: каждое движение с обеих сторон сопровождалось негласным противостоянием, тихой игрой, разворачивавшейся под поверхностью. Море было спокойным и тихим, но под этой гладью скрывались сильные течения. Всё это напоминало лишь затишье перед бурей. Когда они прибыли в поместье, Ли Шэнхуэй лично вышел их встретить и пожал руку Чжао Шэнгэ. Чэнь Вань незаметно отошёл в сторону и, воспользовавшись моментом, стал внимательно рассматривать этого влиятельного человека с острова Тин. Ли Шэнхуэю было около сорока. Он был невысоким, но крепким, с сильно загорелой кожей - типичной для рыбаков народа ли, живущих в этих краях. Его улыбка выглядела искренней и тёплой. Они поужинали вместе, и атмосфера за столом была довольно оживлённой. После ужина Ли Шэнхуэй сказал, что уже приготовил для гостей комнаты для отдыха, но добавил, что хотел бы пригласить Чжао Шэнгэ отдельно попробовать особый чай из их тропического чайного сада. Слово "отдельно" прозвучало с едва заметным, но ощутимым смыслом. Чайная комната находилась в другой вилле. Даже на экскурсионной машинке до неё нужно было ехать несколько минут. Чэнь Вань невольно коснулся розовой Беретты у себя на поясе. Ему хотелось пойти следом. Но он не мог. Приглашение явно подразумевало приватную беседу, и даже телохранителям разрешалось сопровождать их лишь до двери. Чжао Шэнгэ бросил на него короткий взгляд и ушёл вместе с Ли Шэнхуэем. Чэнь Ваня проводили в гостевую комнату, но расслабиться он не смог. Его не интересовали ни сельские пейзажи, ни роскошный горячий источник, приготовленный для одного человека. Всё его внимание было сосредоточено на том, чтобы слушать - улавливать малейшее движение в радиусе десяти ли. Стоило появиться хоть малейшему намёку на опасность, и он без колебаний бросился бы к Чжао Шэнгэ. Но всё поместье оставалось странно спокойным. Он даже слышал ленивое мяуканье кошки и размеренный шум волн у берега. К вечеру стрекот цикад становился всё громче, и Чэнь Вань уже не мог усидеть на месте. Он направился в сад, расположенный ближе всего к чайному домику. Несколько проходивших слуг спросили, не нужно ли ему чего-нибудь. Он лишь ответил, что вышел прогуляться и немного проветрить голову. Некоторое время он бродил по саду. Солнце уже скрылось за холмами, но Чжао Шэнгэ всё ещё не выходил из скрытой чайной комнаты. Прошло слишком много времени. Издалека он видел, что у двери по-прежнему стоит человек на страже. Рука Чэнь Ваня снова легла на компактную и опасную Беретту у пояса. Ладонь покрылась холодным потом. Он прекрасно понимал, что вокруг наверняка расставлены скрытые стрелки, что сам Чжао Шэнгэ прекрасно владеет оружием, а у Ли Шэнхуэя нет ни малейшей причины рисковать своим положением, поэтому, скорее всего, ничего не случится. И всё же Чэнь Вань не мог успокоиться. Он не мог допустить даже малейшей вероятности того, что Чжао Шэнгэ может пострадать. Полчаса. Взгляд Чэнь Ваня стал холодным и острым. Не больше получаса. Если к тому времени Чжао Шэнгэ не выйдет из чайной комнаты, он войдёт туда сам. Когда Чжао Шэнгэ и Ли Шэнхуэй наконец появились, всё ещё продолжая разговор, под деревом баухинии стояла высокая, прямая фигура. Чэнь Вань. Его осанка была благородной и чистой, словно нефрит. В лучах закатного света его длинная шея казалась почти белой на фоне угасающего неба. Но лицо оставалось в тени дерева, и выражение его невозможно было разглядеть. Даже залитый золотым светом заката, он казался отстранённым, словно погружённым в тень. — Чэнь Вань. Чэнь Вань поднял голову и прямо встретил тёмный взгляд Чжао Шэнгэ. Они не виделись всего несколько часов, но казалось, будто прошли целые тысячелетия. В этом коротком, но бесконечно долгом обмене взглядами Чэнь Вань быстро и внимательно осмотрел глаза, лицо и тело Чжао Шэнгэ... И лишь убедившись, что с ним всё в порядке, позволил себе едва заметно улыбнуться и спокойно поприветствовать его. Никто не мог бы догадаться, какой холодной, убийственной решимостью ещё мгновение назад были наполнены эти красивые глаза - если бы Чжао Шэнгэ задержался хотя бы на несколько минут дольше... Ли Шэнхуэй тоже улыбнулся и на немного неровном путунхуа сказал: — Господин Чэнь, вы здесь ждали господина Чжао? Чэнь Вань улыбнулся, и закат над ними словно стал ярче. — Я вышел полюбоваться прекрасным садом господина Ли. Ли Шэнхуэй несколько секунд внимательно смотрел на него, затем вдруг сказал: — Господин Чэнь, мы раньше не встречались? Мне ещё за обедом показалось, что вы мне знакомы. Улыбка Чэнь Ваня не дрогнула. Спокойно и уверенно он ответил: — Если господин Ли часто бывает в Хайши, это неудивительно. Хайши не такой уж большой город. Ли Шэнхуэй, казалось, хотел сказать что-то ещё, но Чжао Шэнгэ сделал едва заметный шаг вперёд, ненавязчиво заслонив Чэнь Ваня от его взгляда. — Пойдёмте внутрь. Солнце слишком сильное. Ли Шэнхуэй пригласил всех на ужин. Похоже, дневные переговоры прошли успешно - атмосфера заметно изменилась. Вечером настроение за столом было гораздо более расслабленным, чем когда они только прибыли. Даже Сюй Чжийин выпила несколько бокалов вместе с Ли Шэнхуэем. Лишь доктор Фан, убеждённый, что алкоголь вреден для мозга, не притронулся ни к чему. При этом Сюй Чжийин ограничилась красным вином. Крепкий байцзю оставили Чжао Шэнгэ и Чэнь Ваню - дамам вовсе не обязательно было в нём участвовать.

***

На следующий день Сюй Чжийин осталась в поместье - играть в маджонг с женой Ли Шэнхуэя и несколькими его наложницами. Фан Цзянь занялся работой по подводному мониторингу, а Чэнь Вань и Чжао Шэнгэ вместе отправились решать вопросы, оставшиеся после их предыдущего плана. Их исследовательское судно и беспилотный катер ещё не прибыли, поэтому Ли Шэнхуэй выделил им сопровождение, чтобы вывести их в море, а также отправил с ними местных аборигенов - те лучше знали окружающие воды и могли помочь разобраться в особенностях местности. Небо в тот день было затянуто тучами, волны поднимались сильные - идеальные условия для сбора данных о давлении и оценки возможных рисков. В открытом море горизонт тянулся бесконечно, вокруг не было ни малейшего укрытия. Волны перекатывались всё мощнее, но зона прокладки морского трубопровода занимала огромную территорию. Их судну предстояло пройти через сотни квадратных морских миль. Из-за неизбежной погрешности при передаче сигналов изнутри каюты наблюдать за обстановкой можно было только с палубы и одновременно собирать данные в реальном времени. Все студенты и члены экипажа были экипированы профессиональным защитным снаряжением. Чжао Шэнгэ изучал цветное изображение на экране детектора, слушая объяснения Фан Цзяня - где следует бурить через подводный хребет, где засыпать впадины, каков график строительства и предполагаемый бюджет. Чем дальше они уходили в море, тем сильнее поднимался ветер. Это судно не было специализированным исследовательским кораблём, а из-за небольшой осадки оно сильнее поддавалось качке. Внезапно поднявшаяся высокая волна ударила в борт, и каюту резко тряхнуло. Ультрафиолетовый зонт унесло ветром, и Чэнь Вань с Чжао Шэнгэ почти одновременно схватили друг друга. Чэнь Вань был очень силён. Не раздумывая, он заслонил Чжао Шэнгэ собой и крепко прижал его к себе, настолько крепко, что хватка почти причиняла боль. Чжао Шэнгэ, в свою очередь, притянул Чэнь Ваня ближе и прижал его между собой и мачтой, не позволяя ветру и волнам смести его с палубы. Внезапный шквал длился всего минуту или две. На судне воцарился беспорядок. Те, кто находился на палубе, инстинктивно сбивались в небольшие группы, чтобы устоять перед опасностью. Чжао Шэнгэ и Чэнь Вань оставались плотно прижаты друг к другу - словно два дерева, сцепившиеся во время морского шторма: их стволы стояли рядом, а ветви переплелись. Когда ветер наконец стих, Чэнь Вань понял, что Чжао Шэнгэ окружил его собой словно стеной, приняв на себя основной удар непредсказуемой морской стихии. Хватка Чжао Шэнгэ была крепкой, почти как цепи, удерживающие Чэнь Ваня на месте. Сам же Чэнь Вань так сильно сжал его рубашку, что она смялась в его пальцах. — ... Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Первым отпустил руки Чэнь Вань. Он отвёл взгляд в сторону, моргнул и сказал: — Ветер сегодня действительно сильный. Но Чжао Шэнгэ не отступил. Он лишь немного опустил голову и спокойно посмотрел на него. — Мм. Не отходи далеко. Чэнь Вань кивнул, думая про себя: Я не сделаю от тебя ни шага. Они продолжили работу. Когда Фан Цзянь закончил сбор части данных, он вернулся в каюту вместе со студентами, чтобы отдохнуть. Увидев, что Чэнь Вань по-прежнему стоит рядом и явно не собирается уходить, Чжао Шэнгэ сказал: — Чэнь Вань. Иди отдохни. — Всё в порядке. — В конце концов, они всё ещё находились на чужой территории. Чэнь Вань не мог полностью расслабиться. Ему нужно было быть на двести процентов уверенным в безопасности Чжао Шэнгэ, желательно держаться от него не дальше вытянутой руки. Пока они не вернутся в Хайши, он не хотел отходить слишком далеко. — Я не устал. Чжао Шэнгэ прислонился к мачте. Перед ним простиралось бескрайнее синее море. Морской ветер наполнял его рубашку, словно парус. Он некоторое время смотрел на Чэнь Ваня, а затем вдруг спросил: — Что ты собирался сделать вчера? Чэнь Вань, который до этого смотрел на море, медленно повернул голову, будто не сразу понял. — Мм? Взгляд Чжао Шэнгэ был тёмным и спокойным, голос тихим. — Вчера днём. У чайной комнаты. Что ты собирался сделать? Чэнь Вань ответил ровно и естественно: — Я просто вышел в сад проветрить голову. Вдалеке море снова заволновалось, словно надвигался новый порыв ветра. Чжао Шэнгэ молча смотрел на него, а затем тихо спросил: — Правда? Глаза Чэнь Ваня были ясными и открытыми, как спокойная морская гладь, не выдающая ни единой мысли. — Да. И Чжао Шэнгэ ему поверил. Он кивнул и больше не стал расспрашивать. Только спросил: — Чэнь Вань, ты сможешь защитить себя? Внутри у Чэнь Ваня словно что-то дрогнуло. Холодный металл Беретты, прижатой к поясу, напомнил, что оружие всё это время было рядом с ним. Он едва заметно улыбнулся и ответил: — Смогу. К ночи яхта повернула обратно. На этот вечер никаких мероприятий не планировалось. Ли Шэнхуэй проявил щедрое гостеприимство и приготовил множество местных блюд. Вчетвером они поужинали довольно спокойно и непринуждённо. Фан Цзянь, полный энтузиазма, докладывал о результатах и прогрессе за последние два дня. Он также говорил о модернизации эстакады морской нефтяной платформы и о системе плавучего строительства трубопроводов. За столом лишь Чэнь Вань действительно слушал с интересом и время от времени поддерживал разговор. Когда было нужно, он даже выступал своего рода переводчиком и комментатором, не позволяя беседе за ужином стать слишком скучной. После долгого дня ужин закончился, и все разошлись по своим комнатам отдыхать. Чэнь Вань позвонил Сун Цинмяо, но, как и прежде, она не ответила. После их последней неприятной ссоры из-за продажи акций Жунсинь Сун Цинмяо больше не отвечала ни на его сообщения, ни на звонки. Тем не менее Чэнь Вань продолжал регулярно переводить матери деньги и тайно следил за её расходами - отчасти из опасения, что она может свернуть не туда, отчасти из беспокойства, что в доме Чэней к ней могут плохо относиться. Частный следователь не обнаружил ничего необычного в движении средств. Это означало, что Сун Цинмяо действительно больше не хотела с ним разговаривать. Хотя Чэнь Вань давно перестал питать какие-то особые надежды на мать, это всё равно оставляло тяжёлый осадок. Он решил немного прогуляться, просто проветрить голову, не собираясь уходить далеко. На крыше виллы находился сад. Проходя мимо, он услышал плеск воды - кто-то плавал в бассейне. Голубая вода переливалась в свете ламп. В бассейне был высокий мужчина; под поверхностью воды угадывались рельефные мышцы живота. Капли воды скатывались по его чётко очерченному лицу. Неподвижно стоя под лунным светом, он излучал естественную, спокойную силу. Чэнь Вань остановился, невольно залюбовавшись. Он не мог поручиться, что если продолжит смотреть, то сумеет сохранить должную сдержанность. Поэтому он тихо повернулся, собираясь уйти. Но, когда он двинулся, несколько капель воды брызнули на край его брюк. За спиной раздался ленивый голос: — Куда это ты?