Ответное письмо Киану Ривза

Чжао Шэнгэ протянул ему чашку кофе. Чэнь Вань принял её. Напиток, по всей видимости, приготовил второй помощник: это был не кофе из пакетика. На стенке стакана был выбит логотип Минлун - такой же, как на одноразовых стаканах, из которых Чэнь Вань пил, когда приходил на совещания в их компанию. Чжао Шэнгэ отложил ноутбук с колен и спросил: — Нравится? Чэнь Вань почувствовал лёгкий аромат овса. Раньше он бы просто сказал, что всё нравится. Но теперь он понимал: Чжао Шэнгэ действительно считает его другом и предпочитает говорить на равных. Поэтому он решил быть честным. — Мне нравится овсяное молоко, но обычно я пью его менее сладким. Чжао Шэнгэ посмотрел на него и кивнул: — Хорошо. Затем достал телефон. — Скажу секретарю. — А? — У тебя ещё будет много случаев приезжать в Минлун, — сказал он, отправляя сообщение. Чэнь Вань посмотрел на него и вдруг не нашёл слов. С самого детства никто никогда не относился к нему с такой серьёзностью. В конце концов он лишь тихо сказал: — Спасибо. Пальцы Чжао Шэнгэ на мгновение замедлились. Он поднял взгляд и некоторое время смотрел на него, прежде чем спокойно произнести: — Это пустяки. Затем он сразу перешёл к делу. — А еда? Какие вкусы тебе нравятся? Он чуть повернулся к Чэнь Ваню, приняв совершенно расслабленную позу. Его колено случайно коснулось колена Чэнь Ваня, но он не отодвинулся, словно воспользовался этим предлогом, чтобы спокойно поболтать подольше. Чэнь Вань никогда прежде ни с кем не обсуждал свои настоящие вкусы, поэтому на мгновение задумался. — Я больше люблю кантонскую кухню. Кухня Цзянсу и Чжэцзяна тоже хороша. Сун Цинмяо была из Сучжоу, и в детстве вкусы Чэнь Ваня во многом совпадали с её. Чжао Шэнгэ кивнул: — Понятно. Чэнь Вань улыбнулся и спросил: — А вам что нравится, Чжао Шэнгэ? Брови Чжао Шэнгэ слегка приподнялись. Раньше Чэнь Вань серьёзно отвечал на любые вопросы и никогда не задавал лишних. Он убрал телефон, опёрся рукой о окно машины, подпер голову ладонью и, глядя на него, улыбнулся: — Разве ты не знаешь? — ... Чэнь Вань почувствовал неловкость и беспомощно развёл руками с улыбкой: — Не знаю. Чжао Шэнгэ перестал его поддразнивать. — Наверное, мне больше всего нравится обычная домашняя еда. Он немного помолчал и добавил: — Самая простая. Любая. Чэнь Вань открыл рот, и в голове у него пронеслось множество мыслей. Он серьёзно посмотрел на него и сказал: — Хорошо. Я тоже это запомню. Чжао Шэнгэ отвёл взгляд. В стекле окна машины отразилось его расслабленное и довольное выражение лица. Чэнь Вань вдруг почувствовал, что Чжао Шэнгэ стал очень близким. Настолько близким, что они могут говорить о самых обычных вещах, как друзья: делиться вкусами, рассказывать правду, которую обычно никому не открывают. Чжао Шэнгэ вовсе не холодный человек, — подумал Чэнь Вань. На самом деле он очень мягкий и щедрый. Вдруг Чжао Шэнгэ достал из сейфа Beretta BU9 и протянул ему. Чэнь Вань удивлённо посмотрел: — Это... мне? — Да. Когда Чэнь Вань в прошлый раз перехватил Jeep Grand Cherokee, чтобы спасти Сюй Чжийин, он уже попал в "чёрный список" Чжао Шэнгэ. Чжао Шэнгэ посмотрел на него и спокойно сказал: — Когда придёт время стрелять - стреляй. Ни о чём другом не думай. Эти слова означали: безопасность Чэнь Ваня важнее всего остального. Что бы ни случилось, ответственность возьмёт на себя Чжао Шэнгэ. Но Чэнь Вань понял это совсем иначе. Он просто взял пистолет. Корпус был тёплого коричневого оттенка. Когда его пальцы коснулись небольшого выступа на рукояти, они невольно замерли. В груди вдруг словно взмахнули крылья тысячи бабочек. В неприметном месте была выгравирована очень изящная сложная эмблема и буква G. Это был вовсе не обычный пистолет. Чэнь Вань слышал от Чжо Чжисюаня, что когда-то у семьи Чжао была собственная линия оружия за границей. В Минлун этот знак считался символом власти - его могли носить лишь люди, достигшие определённого положения и влияния. Но каким бы высоким ни был статус, получить модель с номером, начинающимся на G, было невозможно. Такие принадлежали только Чжао Шэнгэ. Рукоять пистолета всё ещё хранила тепло его ладони. Чэнь Вань крепко сжал оружие, украдкой долго поглаживая его. Он был благодарен за это доверие. Аккуратно убрав пистолет, он серьёзно сказал: — Спасибо. Чжао Шэнгэ не видел в этом ничего особенного. Но взгляд Чэнь Ваня был слишком тёмным и слишком ярким одновременно. Немного подумав, он спросил: — Тебе нравится стрелять? — Я не слишком много практиковался, но всегда хотел научиться. Сцена стрельбы Чжао Шэнгэ в Италии до сих пор была для Чэнь Ваня настоящим кошмаром. — Пользуйся этим пока, — сказал Чжао Шэнгэ. — Когда вернёмся, я попрошу снять мерки с твоей руки и сделаю для тебя индивидуальный. Глаза Чэнь Ваня немного расширились: — А? Чжао Шэнгэ беззаботно пояснил: — В будущем мне часто придётся ездить далеко. Особенно за границу. Лучше иметь оружие, которое подходит идеально. Чэнь Вань подумал, что это звучит разумно, и сначала согласился. Но, немного поразмыслив, покачал головой: — Нет. — ? Чэнь Вань поднял розовую Беретту: — Я буду пользоваться этим. Чжао Шэнгэ некоторое время смотрел на него, затем кивнул: — Хороший вкус. Он небрежно выключил деловой канал радио, прокрутил частоты и остановился на FM 40. На гонконгской радиостанции золотых хитов играла песня "Secret Love Airline". Чэнь Вань почувствовал лёгкую неловкость. — Чжао Шэнгэ, — сказал он, — можете просто включить финансовые новости. Не нужно подстраиваться под меня. — Не буду, — медленно ответил Чжао Шэнгэ. — Сменим обстановку. Когда он ездил в машине Чэнь Ваня, это всегда было очень комфортно и приятно. Поэтому он хотел, чтобы и Чэнь Вань мог расслабиться в его машине. Слушать знакомые радиостанции, любимую музыку. Говорить о том, что интересно ему самому, не делая других центром разговора. Неизвестно, был ли этот Майбах специально заказан, но салон был заметно просторнее обычных. На полке Чэнь Вань заметил шахматную доску. — Чжао Шэнгэ, вы играете в шахматы? Когда Чэнь Вань произносил его имя полностью, для Чжао Шэнгэ в этом было нечто странное - словно внутри нажимали невидимый переключатель, и сердце начинало биться чуть быстрее. Редко бывало, чтобы Чэнь Вань интересовался чем-то, связанным с другими людьми. Чжао Шэнгэ спокойно спросил: — А ты умеешь? — Не особо. Я просто знаю правила. Чжао Шэнгэ кивнул и потянулся за коробкой с фигурами. — Оказывается, есть вещи, которые ты не умеешь. — ... Чэнь Вань тихо пробормотал: — Есть много вещей, которые я не умею. Он ведь не родился, уже зная всё это. Просто в большинстве случаев у него не было выбора - он обязан был уметь. Чжао Шэнгэ посмотрел на него: — Этого достаточно. Чэнь Вань лишь улыбнулся. Чжао Шэнгэ поднял коробку с фигурами: — Сыграем партию? Чэнь Вань согласился. Королева была у Чжао Шэнгэ, король - у Чэнь Ваня; они отвечали соответственно за атаку и защиту. Подъезжая к кольцевой развязке у Хайкоу, Чэнь Вань краем глаза заметил, что несколько обычных машин позади начали постепенно сближаться. Он отвлёкся, и вдруг кто-то схватил его за руку. — Чэнь Вань, ты что, жульничаешь? Чэнь Вань опустил взгляд и понял, что по ошибке взял чужую королеву. — ... Он извинился, но лицо его стало серьёзным. Чжао Шэнгэ посмотрел на него, спокойно забрал фигуру из его руки и поставил её на поле в позицию, где партия Чэнь Ваня уже была окончательно проиграна. — Ничего. В Чжао Шэнгэ была врождённая способность внушать чувство безопасности. Чэнь Вань немного расслабился, но всё равно оставался настороже. Чжао Шэнгэ снова посмотрел на него: — Всё в порядке. Когда они прибыли в порт, Сюй Чжийин с энтузиазмом поприветствовала Чэнь Ваня, а Фан Цзянь тут же отвёл его в сторону обсуждать новую схему инженерной конструкции. Чжао Шэнгэ шёл впереди, слушая доклад начальника службы безопасности о планах и мерах на эту поездку. Когда они поднялись ближе к верхней палубе, ветер разогнал облака, и солнце внезапно стало очень ярким. Чэнь Вань взял зонтик для Сюй Чжийин и Фан Цзяня, затем раскрыл большой для себя, подошёл сзади к Чжао Шэнгэ и молча поднял его над ним. Вдруг над головой появилась прохладная тень. Чжао Шэнгэ остановился, обернулся и, продолжая слушать начальника охраны, пошёл дальше. Но он притянул Чэнь Ваня к себе, поправил его руку и выровнял зонтик, который почти полностью был наклонён в его сторону. Когда он поправлял зонт, его ладонь прямо накрыла тыльную сторону руки Чэнь Ваня. Рука Чэнь Ваня на мгновение онемела. — Мне не нужно, — тихо сказал он. Чжао Шэнгэ не стал с ним спорить и просто положил руку ему на плечо. Чэнь Вань больше не двигался. Когда капитан и начальник охраны увидели, что Чэнь Вань подошёл, они молча переглянулись и замолчали. Условия безопасности и риски дальнего плавания считались конфиденциальной информацией и докладывались только работодателю. Но Чжао Шэнгэ сказал: — Продолжайте. Он не отпустил Чэнь Ваня, позволив ему стоять рядом под тенью зонта. Людей на борту было немного, поэтому круизное судно казалось почти пустым. Это был не Кит №17, на котором они в прошлый раз выходили в открытое море - огромный демонстрационный корабль, а обычное служебное судно, без лишнего шума и активности. Несколько человек сидели в каюте. Когда корабль вошёл в зону глубокого моря, Фан Цзянь не выдержал и вышел на палубу наблюдать за океаном. Приливы, энергия волн, температурные различия воды и разница солёности - всё это было критически важно для их инженерного проекта. У Минлун было достаточно средств: у них имелись собственные исследовательские океанографические суда и беспилотные лодки. Если переговоры пройдут успешно, исследовательское судно Эксплорейшн через два дня выйдет из Хайчэна к острову Тин и направится в глубокие воды. Но пока всё оставалось неопределённым. Чжао Шэнгэ некоторое время обсуждал дела с Сюй Чжийин. Семьи тесно сотрудничали. Чэнь Вань чувствовал, что ему не стоит слишком вмешиваться, поэтому наклонился вперёд и сказал, что поможет Фан Цзяню. Чжао Шэнгэ сразу положил руку ему на плечо: — Не нужно. Затем спокойно сказал Сюй Чжийин: — Продолжайте. Сюй Чжийин взглянула на них и сказала: — Нам всё равно не обойти Ли Цзямина. После падения Шао Яоцзуна большинство его людей перешло к нему. Он был решительно настроен забрать землю в Тайцзыване, но ты вмешался и фактически отобрал у них их зерновой склад. Этого им хватило бы на десятилетия. Теперь это уже и старые, и новые счёты. Чжао Шэнгэ откинулся на спинку кресла: — Я и не собирался его обходить. — Значит, хочешь покончить с ним раз и навсегда? — Враг моего врага вовсе не обязательно мой друг. Сюй Чжийин прищурилась: — Ты хочешь поддержать Ли Шэнхуэя и позволить им перегрызться между собой? А потом просто воспользоваться ситуацией. — Всё зависит от его выбора, — спокойно ответил Чжао Шэнгэ. Он всегда привык сочетать мягкость и силу, решая, кому помогать. — Его любимая наложница и сын сейчас в Хайчэне. Сюй Чжийин на мгновение замолчала. Чжао Шэнгэ всегда действовал так спокойно: когда ты только продумываешь один шаг, он уже сделал девяносто девять. А в Хайчэне всё - его территория. — Я уже всё проверил, — добавил Чжао Шэнгэ. — У него есть частный банк и чёрный рынок. Перекрыть ему путь к отступлению будет несложно. — Частный банк? — Сюй Чжийин, как старшая дочь семьи Сюй, даже говоря о деньгах и убийствах, сохраняла невозмутимость. — Тогда наша семья может немного помочь Комиссии по ценным бумагам. Чэнь Вань: — …