Художник на линии огня

Задание от Архитектора было масштабным: зачистка частного аукциона, где продавались украденные данные его корпорации. Нужно было не просто забрать флешку, но и сделать это так, чтобы конкуренты перегрызли друг другу глотки. Всё прошло идеально. Миса из фургона виртуозно «положила» систему безопасности, Рим на своем байке перекрыла пути к отходу, а Шин и Лука работали внутри. — Слушай, малец, — шептал Шин в рацию, технично упаковывая охранника в пластиковые стяжки, — если мы когда-нибудь решим завязать, откроем клининговую службу. Мы убираем мусор чертовски чисто! Лука ничего не ответил. Он двигался бесшумно. Одним точным движением он вырубил свидетеля и забрал кейс. — Объект у нас. Уходим, — коротко бросил он. Несмотря на успех, Архитектор был в ярости. Его взбесило, что один из покупателей успел отправить зашифрованный сигнал тревоги до того, как связь полностью легла. — Ты расслабился, Теёнг, — голос Архитектора звучал как скрежет металла по стеклу. — Твой «художник» начал заигрываться в профессионала и упустил деталь. Исправь это. Вбей в него дисциплину так, чтобы он костями её чувствовал. Или я заменю вас обоих на более послушных псов. Теёнг вернулся в штаб чернее тучи. Его трясло от ярости, смешанной со страхом — он понимал, что Архитектор больше не будет делать предупреждений. — Вниз. Живо, — бросил он Луке, даже не глядя на остальных. На складе Теёнг не стал церемониться. Он сорвал с Луки куртку и нанес первый удар — тяжелый, сокрушительный. Лука отлетел к стене, сплевывая кровь. — Ты подставил нас! Ты решил, что ты самый умный?! — Теёнг наносил удар за ударом, вымещая всю свою беспомощность перед Архитектором на том, кого пытался «защитить». Лука не защищался. Он принимал удары, чувствуя, как внутри всё горит. Но в этот раз что-то изменилось. Когда Теёнг схватил его за воротник и занес руку для финального удара, Лука не отвел взгляд. Его мертвые глаза вдруг вспыхнули ледяным, безумным огнем. — Хватит... — прохрипел Лука. Теёнг замер. Голос парня звучал так, будто он доносился из могилы. — Ты ломал меня, чтобы я не сдох? — Лука горько усмехнулся, и кровь окрасила его зубы в красный. — Нет. Ты ломал меня, потому что тебе так удобнее. Ты сделал из меня монстра, Теёнг. Поздравляю. Ты наконец-то добился своего. Теёнг ударил его еще раз, избивая до потери сознания. Но даже лежа в луже крови, Лука уже не чувствовал боли. Сталь внутри него лопнула, но не рассыпалась, а превратилась в заточенное лезвие. Лука лежал в своей квартире, глядя в потолок. Тело ныло, но разум работал с пугающей четкостью. Он достал спрятанный ноутбук с доступом, который ему тайно организовала Миса. — Ты хотел зверя, Теёнг... Ты его получил, — прошептал Лука, прикусывая разорванную губу. — Но теперь я буду охотиться на тебя. Он начал собирать данные на самого Теёнга. Он искал всё: счета, тайные связи, личные архивы босса. Ему было плевать на Архитектора — он хотел уничтожить человека, который отнял у него душу. Лука начал изучать графики передвижения Теёнга и его личные контакты, выискивая ту самую ниточку, за которую можно потянуть, чтобы обрушить весь его мир. Он еще не знал, на что наткнется, но жажда мести стала его новым смыслом жизни. Единственным смыслом. ********** Дверь склада захлопнулась с тяжелым, окончательным грохотом. Теёнг остался один в полумраке, тяжело дыша. Его костяшки были разбиты в кровь — не только от ударов, но и от того, как сильно он сжимал кулаки. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали. Теплая кровь Луки медленно подсыхала на его коже, и Теёнгу казалось, что она обжигает его хуже кислоты. — Идиот... какой же ты идиот — прохрипел он в пустоту. Он ударил кулаком в бетонную стену, раз за разом, пока боль в суставах не стала острее, чем та, что он причинил парню. Теёнг сорвался. В этом холодном, расчетливом боссе, которого знал Архитектор, проснулся загнанный в угол зверь. Он начал крушить всё, что попадалось под руку: перевернул старый стол, разбил лампу, осколки которой разлетелись по полу, как брызги застывшего света. Он ненавидел себя. Ненавидел за то, что каждый удар по Луке отдавался в его собственном теле. Он ненавидел Архитектора, который заставил его выбирать между жизнью Луки и его душой. И он выбрал жизнь, решив, что душа — слишком дорогая цена за выживание. Теёнг опустился на пол, прислонившись спиной к холодному металлу. Он достал из внутреннего кармана телефон, долго смотрел на заставку, где Темин — светлый, улыбающийся — стоял на фоне моря. — Я делаю это ради вас, — прошептал он, закрывая глаза. — Чтобы ты никогда не узнал, что такое боль. Чтобы он... чтобы он не сдох под забором, когда Архитектору надоест его «доброта». Он вспомнил взгляд Луки перед тем, как тот потерял сознание. Это был взгляд мертвеца. Теёнг понял, что сегодня он не просто наказал его. Он окончательно придушил в нем того художника, которого Темин когда-то встретил у магазина. Теёнг достал фляжку с виски, сделал огромный глоток, чувствуя, как алкоголь обжигает горло, но не заглушает тошноту внутри. Его ломало. Ему хотелось вернуться туда, поднять Луку с пола, извиниться, смыть кровь с его лица... Но он знал, что завтра ему придется снова надеть маску стального босса. — Ненавидь меня, — прошептал он, глядя на пятна крови на своих ботинках. — Ненавидь меня так сильно, чтобы это дало тебе силы выжить. Потому что моей любви тебе не хватит. Он не знал, что в этот самый момент в квартире наверху Лука уже открыл ноутбук. Он не знал, что ненависть, которую он так старательно взращивал в своем «сокровище», уже начала пожирать их обоих. Теёнг думал, что он — кукловод, но он просто затягивал петлю на собственной шее.