Часть 2
6 марта 2026 г., 22:16
Путь до раздевалки занял вечность, хотя на деле прошло всего пару минут. Когда инвентарь был уложен, Тимур коротко кивнул на выход:
— Идем. Мне нужно зайти в магазин, куплю чего-нибудь перекусить.
На улице уже зажигались первые фонари. Вова шел на полшага позади, сжимая в руках ту самую белую футболку, словно это был драгоценный артефакт. В магазине Тимур не спешил. Он медленно проходил между стеллажами, и Вова чувствовал, как его собственное сердце выстукивает бешеный ритм в висках: тук-тук, тук-тук. Ему казалось, что этот звук заполняет всё пространство супермаркета.
Тимур молчал, но это не было холодным молчанием. Он то и дело бросал на Вову быстрые, искоса, взгляды. В полумраке между рядами с напитками Вова готов был поклясться: в глазах атлета снова плясали те странные искры. Тимур будто что-то просчитывал, задумывал, наблюдая за тем, как Вова судорожно перебирает пальцами лямку рюкзака.
Когда они подошли к кассе, Тимур внезапно обернулся:
— Возьми себе что-нибудь. Что ты любишь? — вопрос прозвучал почти как приказ, но в глазах застыло ожидание.
— Я... мне ничего не нужно, честно, — пролепетал Вова, чувствуя, как щеки снова заливает предательский румянец.
Тимур лишь едва заметно усмехнулся и бросил на ленту две пачки его любимого печенья, которое Вова часто грыз на переменах. Он заметил. Он всё это время замечал такие мелочи. Дом Тимура оказался совсем близко к парку. Чем ближе они подходили к высокому подъезду, тем сильнее у Вовы подкашивались ноги.
«Зачем я иду? Что я скажу? А если он просто смеется надо мной?» — мысли роились в голове, мешая дышать.
У лифта Тимур снова посмотрел на него. На этот раз взгляд был долгим, почти осязаемым.
— Ты так громко думаешь, Вова, что я едва слышу собственные мысли, — негромко произнес он, нажимая кнопку этажа.
Щелчок замка. В квартире Тимура пахло свежестью, дорогим парфюмом и чем-то неуловимо спортивным. Вова замер на пороге, не решаясь пройти вглубь этого стерильного, но уютного мира.
— Проходи, не стой в дверях, — Тимур бросил ключи на тумбочку и обернулся. — Чай или... просто