Не ваш омега

Запах простыней. Огромная кровать. И вжатое в него тело. Сильные руки фиксируют запястья. — Ах. Не выдерживает Хёнджин, когда альфа кусает его шею. — Хочешь большего? Горячее дыхание вызывает мурашки. Омега вздрагивает. И на полувыдохе шепчет. — Да. Чтобы почти в беспамятстве добавить. — Альфа. Их тела сливаются воедино. Старший входит плавно и неожиданно резко. Уверенные толчки. Стоны, заглушаемые поцелуями. Руки, блуждающие по коже. И быстрый темп. Джинни закатывает глаза. Но кончить ему не дают. Под разочарованный вздох альфа выходит, кусает внутреннюю сторону бедра. И входит снова. До конца. — Кончишь для меня? Аромат бергамота окружает настолько, что он забывает собственный. Его карамель смешивается. Её поглощают. Но стоит дойти до пика, как она становится сильнее. Следом за ним кончает и старший. — А теперь... Оба тяжело дышат. Хван двигается с трудом. И пытается отодвинуть. Но получается не очень. Когда язык альфы касается головки, уходить не хочется совершенно. — Мгм. Бессвязно бормочет омега, цепляясь за простыни в попытке сдержать стоны. Старший доводит его до оргазма снова. Они засыпают в одной постели. Но на утро альфа просыпается один. Хёнджин уходит, оставляя горячие воспоминания и едва различимый запах карамели.

* * * * *

— Хёнджин! Не спи! Весьма громко одёргивает его управляющая рестораном на базе отеля. Моргнув, омега быстро уносит пустые тарелки. — Где ты витаешь? Помни, что твой испытательный срок ещё не закончился. Я за тобой слежу. Предупреждает она. — Извините, Сыён щи. Отходит к барной стойке Хван. Нуна только махает рукой. Вот же чёрт. Эта ночь..... Не выходит из головы. Все эти касания. Все эти стоны. Поцелуи. Секс. — Снова о своём красавчике грезишь? Со смешком останавливается напротив него Чонин. Омега и по совместительству его лучший друг. Он вздыхает. Младший прикрывает пустым подносом лицо и говорит. — Мой тоже был ничего. Взгляд у друга хитрый. Лисий. — А как он... Мечтательно начинает он, но Джинни прерывает. — Без подробностей. Знает же, что он такое не любит. Выводит. Специально. Точно специально. — Да ладно тебе. Хлопает его по плечу Ян. — Чтобы я ещё раз пошёл с тобой в клуб. Сквозь зубы проговаривает старший. — Ты хотел расслабиться. «О, расслабился не то слово» мрачно думает Хёнджин, вспоминая как подцепил офигенного незнакомца и переспал с ним. Чтобы на утро свалить в неизвестном направлении. О лучшем и мечтать нельзя. Ага. — И вообще, мог бы и остаться с ним. Почему-то обидчиво бурчит омега. Он поднимает бровь. Неужели? — И опоздать на работу? Я и так на испытательном сроке, хочешь чтобы меня уволили? К тому же, ты и сам не остался, так что не тебе меня судить. Но Чонин только отмахивается. — Не остался, да, — соглашается, — никто бы тебя не уволил за одно опоздание. Ты никогда не опаздываешь. — Вот именно. Обращает на это внимание старший. — Зануда. Не желая спорить, тянет друг. Да, зануда. Зато не опаздывает. В отличие от некоторых. Чонин чудом умудрялся приходить за пару минут до. Хотя сам был на испытательном сроке. Когда гостей в ресторане мало, омега отлучается. Туда где стоит Феликс. К ресепшену. — Ликси. Негромко зовёт о чём-то задумавшегося парня он. — А? Встрепенувшись, рассеянно отвечает тот. Ли Феликс ещё один лучший друг. Если бы не он, неизвестно получили бы они эту работу или нет. Если бы не он, они бы о ней и не узнали. — Джинни? Что ты здесь.... Официант ставит перед ним тарелку с тортиком. И он замолкает. — Пришёл покормить тебя. Улыбается омега. Один его друг пахнет лавандой, второй лилиями, собрал вокруг себя цветочных. — Это не... На секунду сомневается Ли. — Я купил, не переживай. Успокаивает его Хёнджин и, погладив по плечу, негромко просит. — Ешь. — Хочешь чтобы я потолстел? Лишь для вида ворчит друг. — Хочу чтобы ты улыбнулся. Младший фыркает. А потом качает головой. Но смотрит благодарно. И внезапно выдаёт. — Был бы ты альфой, я бы давно уже влюбился. Джинни смеётся. — Ешь уже. — Спасибо. Наконец улыбается ему Феликс. — Как ваш испытательный срок? Покончив с тортиком, интересуется омега. Он пожимает плечами. — Вливаемся потихоньку. Друг кивает. — Только не косячьте. Лим Сыён косяков не прощает. Предупреждает младший. — Уж как-нибудь постараемся. Обещает Хван. — Буду следить за Нини. Клянётся официант. — Кто бы за тобой последил. Фыркает на это Ли. — Эй! — Джинни! Слышит оклик Чонина Хёнджин и, попрощавшись, возвращается в ресторан. Младший выглядит оживлённым. Даже чересчур. Что случилось пока он болтал с Ликсом? — Что такое? Не понимает блондин. — Говорят, сын владельца отеля вернулся из заграницы. Он поднимает бровь. — И что? Ян смотрит на него как на придурка. — Он скоро будет здесь! Восклицает друг. — И? Не разделяет его восторга Хван. — Джинни. Разочарованно выдыхает младший. Айщ, да в чём дело?! — Представь если кому-то из нас удастся охмурить его. Мы будем богаты. Воображает Чонин. Он только качает головой. Младше его на год но такой ребёнок. Наивный. Даже слишком. — Не думаю, что таким как он нужен кто-то постоянный. С долей неприязни заявляет Джинни. — А вдруг? Не сдаётся омега. Поговорить об этом им не дают. И Хёнджин, честно говоря, благодарен. Потому что слушать несбыточные планы Чонина на пока ещё воображаемого наследника не хотелось. Если его не занять, он так и будет грезить. И втянет его в это. Зачем? За компанию. «Этот наследник наверняка пижон. Богатые родители. Всё на ладони. Высокомерный сто процентов» протирая стол, думает официант. Он вообще не уверен, что этот сын появится сегодня. Тот факт (к слову, не подтверждённый), что он не вернулся не означает, что он ломанется в отель. Сдался он ему. Таких обычно мало интересует бизнес. Пока он не попадёт к ним в руки. Впрочем, даже тогда не особо. Зачем этот наследник вернулся? Неужели родители хотят передать дело ему? Не просто же так он захотел бросить всё и вернуться. Так не бывает. Уж точно не у таких как он. — Устал? Спрашивает его Чан, когда он со вздохом опускается на стул у барной стойки. — Больше морально. Признаётся омега. Бан Чан – альфа, с которым они недавно порвали. 4 месяца любви и заботы. А потом всё отошло на второй план. А потом они охладели друг к другу. Хёнджин охладел. Они расстались, решив остаться друзьями. И пока неплохо получалось. — До скольки у тебя смена? Интересуется старший. — До шести. Кисло выдыхает он. Чан выпускает феромоны, чтобы успокоить его. Его кедр приятно разливается по телу. Глубоко вдохнув он медленно выдыхает. — Легче? Смотрит на него бармен. — Намного. Говорит Джинни, добавляя. — Спасибо. Бан улыбается. — Не за что. Тихие охи заставляют его обернуться. Кажется, весь персонал застыл, выглядывая кого-то? Что там такое? Визг шин оглушительно звучит в тишине. Воу. Кто там так гоняет? — Боже, это он. Едва не плача, шепчет кто-то за его спиной. Официант вскидывает бровь. — Джинни, он приехал! Чуть ли не напрыгивает на него Чонин. А ну всё ясно. Наследничек объявиться решил. Что ж, посмотрим, что он из себя представляет. На глаза попадаются туфли. Лакированные. Дорогие. Потом обтянутая в костюм-тройку фигура. Взгляд поднимается выше. — Чёрт. Не сдержавшись, выдыхает омега. — Хорош, да? Усмехается рядом друг. Но он не реагирует. Потому что не может поверить. Этот альфа.....тот с кем он переспал!?! Светлый блонд. Солнцезащитные очки. Котлы на левой руке. Нагловатая улыбка. И запах бергамота. Это он. — Джисон щи, как хорошо, что вы приехали. С возвращением вас! Лебезит перед ним женщина, управляющая персоналом. Джинни не двигается. И, кажется, даже не дышит. — Ты побледнел. Что с тобой? Замечает Ян. — Это он, Нини. Едва слышно выдаёт он. Младший поднимает бровь. — Кто? Омега сглатывает. — Тот, с кем я вчера.... Он не договаривает, но друг понимает. И охнув, прикрывает рот рукой. — Боже. Как можно было так попасть? Один на миллион. Почему надо было переспать именно с ним? Чёрт, ну почему!? — А здесь мало что изменилось. Оглядывается альфа. Его взгляд останавливается на толпе. — Разве что, — пауза, — люди. Хёнджин отворачивается, молясь, чтобы его не заметили. Если он узнает его.... — Этот запах. Вдруг чувствует наследник, приближаясь. О нет, оооооо нет. — Где ты? Осматривает толпу Хан. Он прикрывает глаза.