Не ваш омега

— Джинни, это невозможно. Метался в раздевалке из угла в угол Чонин. Старший поджал губы. Потому что прекрасно понимал. —Да, но, к сожалению, это так. Друг останавливается. — И что мне делать? Если он скажет "Избегать", то будет не прав. Если скажет "Прятаться", то будет не прав вдвойне. Потому что это не выход. — Вести себя как обычно. Младший смотрит на него так будто у него за спиной выросли крылья. — Нини, послушай, — вздох, — тебе от него никуда не деться. Он вычислит тебя. Не беги от проблем, — «не бери с меня пример» — не ищи с ним встреч. Просто работай. Чонин хочет возразить, сбежать и никогда больше не встречаться с альфой. Но Хёнджин прав. И он это знает. — Я попробую. В ресторане альф уже нет. Друг рядом с ним выдыхает. — Не ты ли говорил как это круто? Не удержавшись, поддевает его официант. — Я ошибался. Бурчит тот. Чонин понимает. Всё понимает. Нормальный альфа вряд ли станет дружить с Хан Джисоном, если.....сам не такой же. У них ничего не выйдет. Ни-че-го. К вечеру народу прибавляется. Свободных столиков не остаётся. — Хёнджин. Подзывает его нуна. — Отнеси заказ в 803 номер. 803. Восьмой этаж. Там, где живёт Он. Мотнув головой, омега кивает. Он на работе. И он не будет думать о Нём. Не будет. Восьмой этаж пустует. Шаги отдаются от стен. Почему он так переживает? Что с ним не так, чёрт возьми?! — Ваш заказ. Улыбается клиенту Хван. — Я готов не спускаться в ресторан, если вы будете приносить мне еду в номер. В намёке на комплимент Джинни не видит ничего такого и, поклонившись, отступает. Чтобы тут же столкнуться с Ханом. — Так, так, так. Преграждает ему путь наследник. — Кто тут у нас? — пауза. — В моей рубашке. Старший хочет не обращать внимание, но сердце заходится каждый раз стоит ему подойти ближе. Что за чёрт! Он не будет. Они не... Он хочет обойти, но альфа прижимает к стене. Их взгляды встречаются. И он замирает. — Мы оба прекрасно знаем, что ты... Гладит его по щеке Джисон. Он почти поддаётся. — Хани! Зовёт до жути сладкий голос. Из 808 выглядывает миловидный парень. В одной рубашке. Его рубашке. — Не заставляйте своего омегу ждать. Проглатывая ком в горле, говорит официант и, вырвавшись, уходит прочь. «Я же знал.....Знал! Почему тогда так больно?» Хёнджин бьёт кулаком по дверце лифта и всхлипывает. Он должен был забыть. Он должен был.... Хочется сорвать рубашку, насквозь пропахшую Им. Рука тянется к верхней пуговице и падает вниз. Когда лифт останавливается на первом из него выходит юноша с непроницаемым лицом. Он не позволит сломить себя. Он просто......уйдёт. Феликс провожает его обеспокоенным взглядом. Хёнджин не реагирует. Они ничего друг другу не должны. Это ничего не значит. — Что с тобой? Замечает его состояние младший. — Ничего. Улыбается на это Хван. Но улыбка выходит оскалом. Чонин не верит. Но не спрашивает. Больше ничего. Они заканчивают работать. Друг уходит раньше. Потому что он хочет побыть один. Надо прийти в себя. И забыть. Что между ними что-то было. — Ты мой омега. Нет, нет и ещё раз нет. — Ты в моей рубашке. Омега кидает треклятую рубашку в сумку и прикрывает глаза. — В моей постели. Руки дрожат. — В моей власти. Он ощущает поцелуи. Касания. И вспоминает стоны. — Тогда позволь поцеловать. Официант качает головой и, закрыв шкафчик, выходит за дверь. Из отеля. Погода такая, что хочется погулять. Хёнджин вздыхает. Воздух, которого так не хватало. И тишина. То, что нужно. То, что необходимо. — Подвезти? Вдруг тормозит возле него спорткар. Он вздрагивает и, заметив Его, молча проходит мимо. — Эй, подожди! Хлопает дверцей младший. — Тот парень он... Джинни поднимает голову. — Мы не в отношениях, Хан-щи, вы не обязаны оправдываться передо мной. Максимально безэмоциональным голосом отрезает Хван. — Но ты расстроен. «Я не расстроен, мне больно» хочет закричать он, но лишь отводит взгляд. — Если вы думаете, что это связано с вами, то ошибаетесь. — А с чем же? Этот альфа знает хоть что-то о личном пространстве? Ни вдохнуть! Он уговаривает себя успокоиться. Хан Джисон не тот из-за кого стоит переживать. Им не по пути. — А вот это, — пауза, — вас не касается. Смотрит на него старший и уходит, чувствуя как сердце ухает вниз. «Остановись!» шепчет оно. «Ни за что» сопротивляется разум. Он уходит, надеясь забыть. Он уходит, потому что больно. Постирав рубашку, Хёнджин вешает её на сушилку. Новый день начинается с того, что он понимает, – рубашка влажная, придётся оставить её. В отеле витают ароматы. И мёд и мак и корица. Возле барной стойки стоит Чонин, а рядом с ним.....Со Чанбин?! Альфа уходит и он подходит к нему. — Он дал мне визитку. "Со Чанбин Главный акционер Медицинский центр «СунЧиго»" — И сказал, что я могу обращаться к нему по любому поводу. И... —пауза, — позвал на свидание! Старший моргает. — Да ладно. Ян кивает. И кажется светится весь. Изнутри. Похоже Чанбин не такой. Он надеется, что Чонину повезёт. — Пойдёшь? — Спрашиваешь! Конечно! С энтузиазмом отзывается младший. «Надеюсь, он не разобьёт тебе сердце» уныло думает Хван. — Если он такой, может и Хан щи... Официант качает головой. — Нет. Резкая перемена в настроении не остаётся незамеченной. Чонин смотрит на него. Пытается понять в чём дело. Но с расспросами не лезет. Он отворачивается и уходит обсуживать столик. — Добрый день, что вы хотели бы... Вежливо здоровается омега и, подняв голову, застывает. Тот самый парень. В одной рубашке. В номере Хан Джисона. — О! Миниатюрные губы складываются в "О". И он понимает – его бесит абсолютно всё. — Это же вы! Кричит чуть ли не на весь ресторан омега, показывая на него пальцем. — Вы готовы сделать заказ? Возвращает к вопросу Хёнджин. — Клубничное мороженое. «Как ребёнок» раздражённо думает он и, кивнув, отходит. — Ненавижу клубнику. Бурчит он, ловя недоумённый взгляд друга. Мороженое делают быстро. Через пару минут он ставит перед клиентом десерт. — Если у вас всё, я.... — Хани! Бесцеремонно перебивает его тот. — Иди сюда. Джинни боится пошевелиться. Омега подзывает Хана на глазах у всех. Словно.....они вместе. «Меня это волновать не должно» обрывает сам себя он. «Я ему никто» пытается убедить он. Но так ли это на самом деле? Младший закидывает руку ему на плечо. — Кан Минхёк, — пауза, — не желаю тебя видеть в отеле. Улыбка юноши сходит на нет. — Но... — Уходи. Хёнджин хочет скинуть руку, но не выходит. Альфа будто предвидел это. Зачем он прогнал свою пассию? Чем он такое заслужил? Омега выбегает из ресторана. Но вместо злорадства официант чувствует лишь жалость. И сочувствие. Он сочувствует тому, кто попал в разряд "на одну ночь". — Мне не нужен он. Шепчет на ухо Джисон. По телу пробегают мурашки. — Мне нужен ты. «Хах, ну да, а спал ты с этим Кан Минхёком так, забавы ради» саркастично подмечает старший и, всё-таки скинув руку, уходит. Чего Хан Джисон добивается? В постель затащил, но не отстал. Почему? Вокруг столько прекрасных омег, готовых прыгнуть на него по мановению руки, так почему он оправдывается перед ним? «Тебе не интересно» пытается убедить себя блондин, стараясь игнорировать взгляд, прожигающий спину. — Что у вас произошло? Наклоняется к нему Чонин. — Он переспал с другим. Пожимает плечами Хван, надеясь, что это прозвучало сухо. Так, будто его не волнует. Так, будто ему всё равно. Друг поджимает губы. И жалеет. — Мне плевать, ясно? Он ненавидит, когда его жалеют.

* * * * *

— Я так понимаю, эксперимент провалился? Чанбин устраивается в кресле напротив него. Хан вздыхает. — Я переспал с другим, но о нём думать не перестал. Наследник опрокидывает бокал с коньяком и откидывается на спинку дивана. Стоит прикрыть глаза, как перед ним Он. Хван чёртов Хёнджин. И его карамель. — Я не понимаю, что чувствую. Со мной такое впервые. Друг подливает коньяк. — Но ты ведь хотел его? Того парня. — Хотел. Не отрицает Джисон. — Но я понимал, что это единоразовая акция. И не ошибся. Со смотрит на него и выносит вердикт. — Похоже ты влюбился. Взгляд альфы падает на бокал. Он смотрит в отражение. «Ни за что» хмурится он. Ни за что.