Не ваш омега

— Я... Джинни смотрит на него. И не может сказать "Нет". Но готов ли он сказать "Да"? Мозг трезвеет после вопроса. Но знает ли он ответ? Его костяшек касаются губы. — Дай мне шанс. Просит альфа. «Шанс на что? Вновь сделать мне больно?» хочет съязвить официант, но язык не поворачивается. Хан Джисон искренний. Прямо здесь и сейчас. С ним. Может ли он отказать? Он поджимает губы. — Я не уверен. Хочет ли он этого сам? Надеяться, не зная что его ждёт. Надеяться....на Него. — Подумай. Не торопит его Хан. Он кивает. Они кажется болтают ни о чём. Стена между ними рушится, отсыпаясь к ногам. Они вместе. Здесь и сейчас. А потом...потом посмотрим. Омега просыпается и тут же стонет. События прошлого вечера пролетают в голове со скоростью пули. Он вспоминает и своё состояние и касания и Его. Открывать глаза не хочется. Стыдно до жути. Что кто-то видел его в таком виде. И не просто кто-то. Хан, чёртов, Джисон. Их разговор всплывает в памяти. Кончики ушей краснеют. — Разве я для вас важен? — Да, важен. Что-то слабо верится. — Я ошибся и причинил тебе боль. Прости меня. Искренний взгляд и вина. Так не обманывают. Он говорил правду. И сожалел, что сделал ему больно. — Останься со мной. Хван прикрывает глаза. А затем слышит стук. Хан Джисон ставит перед ним стакан с водой и таблетку. Голова болит. Как он узнал? Ах да, похмелье. Очевидно же. — Доброе утро. А доброе ли оно? — Доброе. Хрипло и машинально. — Выпей, полегчает. «Будто я не знаю» ворчит про себя старший. Потянувшись за стаканом он задевает руку. Его руку. И сглатывает. — Хёнджин. Со вздохом приседает перед ним на корточки Джисон. — Что?. Отвечает он. Голос кажется чужим. — Посмотри на меня. Он понимает, что всё это время избегал взгляда. Но больше, похоже, не выйдет. В глазах альфы нет ничего кроме надежды. И....любви? — Обещай подумать. Просит вдруг наследник. — О чём? Не понимает Джинни. — О том, чтобы дать мне шанс. Шанс. Точно. — Хорошо. Омега ловит его взгляд. И застывает. Младший сжимает его руку и кивает. Он приводит себя в порядок и выходит из номера. Надо пройти незамеченным. Потрёпанный внешний вид явно вызовет вопросы. Похмелье сошло на нет. Хёнджин крадётся как ниндзя. Но это не помогает. — Ну как? Выспался? С хитрым прищуром обращается к нему Бан. Он хочет закрыть лицо руками. Стыдно. Стыдно, чёрт возьми. — Угу. Невнятно бормочет он. — А Хан щи? Джинни краснеет. Снова. И отводит взгляд. Хён же работал. И видел. Его. Их. Всё. — Он... Не знает что сказать он. — Вы не вместе? Будто бы расстраивается бывший. Он моргает. Почему они должны быть вместе? Разве что-то случилось? «Я чего-то не помню?» засомневался он. — Нет. Хмурится официант. — После вчерашнего вы просто обязаны встречаться. Он точно что-то забыл. — А что было вчера? Осторожно интересуется омега. — Детка, эй. Мягко трясёт за плечо Джисон. Он заваливается в сторону. Младший не даёт ему упасть. Чужая ладонь приятно греет щёку. Он улыбается. Сознание уплывает. И он вместе с ним. — Такой красивый. Не сдержавшись, выдыхает наследник. И гладит по щеке. Нежно. До одури. — Вы тоже. Пьяно отвечает Хван. И вырубается. Взяв его на руки альфа останавливается возле бара. — Запиши на мой счёт. Говорит Хан и смотрит на драгоценную ношу. — Я больше никогда не сделаю тебе больно. Обещает он и, коснувшись его лба губами, уносит в свой номер. Бармен улыбается. «Надеюсь, ты будешь счастлив» говорит он вслед. — Ох боже. Стонет в открытую Хван. На Чана он смотреть отказывается. — Я думаю, он действительно..... Начинает альфа, но он прерывает. — Не говори. Закрывает лицо руками Хёнджин. — Хён. Неожиданно появляется сбоку Сынмин. Чан расплывается в улыбке. — Ты вчера забыл. Кладёт на стол браслет младший. — Спасибо, Минни, чтобы я без тебя делал. Он моргает. В голосе Чана столько тепла? Что? Но откуда? Они же не.... Они же... — Пропал бы давно. Усмехается на это Ким. — О, Хёнджин, здравствуйте. Замечает его парень. И сваливает. Ему хочется биться головой о стену. Только у него одного в отношениях проблемы? В раздевалке никого. Ну почти никого. Те, кто там есть, не обращают на него никакого внимания. Переодевшись он чувствует себя чуть лучше. Вчерашняя одежда спрятана, вопросов не будет. Замечательно. — Ты чего не написал? Бьёт его кулачком Чонин когда он выходит. — Я ведь волновался! Строит обиженную моську младший. Ему стыдно. Правда стыдно. Он переживал за него, просил написать, а он забыл. — Прости, я....отключился. Ян поднимает беспокойный взгляд и он тут же исправляется. — Из-за вина. С Чонином разобрались. Чан обещал молчать. Хан Джисон обещал дать ему время подумать. Вроде всё. — Хёнджин. Ан нет. Развернувшись, Джинни поднимает бровь. Что такого должно было случиться, чтобы сам Ли Феликс покинул стойку. Он же не из-за вчерашнего да? — Говорят, ты вчера пил. «Кто тебе....Чонин, ну конечно» обречённо понимает он. — Да. Отпираться бессмысленно. — Почему ты не сказал мне? Джинни, я ведь твой лучший друг. Так почему о том что ты напился я узнаю от Нини, а не от тебя? Официант вздыхает. — Ты всегда больше беспокоишься о нас. Не хотел беспокоить тебя. Я ведь просто выпил. В этом нет... Друг хватает его за руку. — Не ври мне, Хван Хёнджин. Ликс знает его давно. И точно может распознать когда он врёт, а когда нет. И сейчас его раскусили. Он поджимает губы. — Хан щи извинился передо мной и... — вздох, — попросил остаться. С ним. Омега моргает. — Ого. И что ты ответил? Он вздыхает. Снова. — Ничего. Ли выгибает бровь. — Пока ничего. Кан Юнсона нет. Значит проблем не будет, верно? С таким настроем блондин приступает к работе. И как итог к середине дня у него всего лишь два капризных клиента. Чонин закатывает глаза и признаёт, что он выиграл. Их маленькая игра, начатая на испытательном сроке, продолжается. Когда приходит Хан, Хёнджин чуть не роняет поднос. «Не смотри на меня так» молится он, чуть ли не сбегая на кухню. От его внимательных глаз. Но они словно всюду. По иронии судьбы, обсуживать его приходится ему. Он записывает заказ, так ни разу на него и не взглянув. Уже потом он понимает, – заказ странный. Всего лишь чизкейк. На него не похоже. — Ваш чизкейк. Ставит блюдце перед ним Хван. — Твой. Поправляет альфа. — А? Хлопает глазами он. — Я заказал его для тебя. С улыбкой отвечает Джисон и сердце пропускает удар. «Правда для меня» не веря, шепчет он. — Всем стоять! Громкий мужской голос оглушает. Как и стрельба. Джинни вздрагивает, но сделать ничего не успевает, – младший падает на него, закрывая собой. — Где ваш главный? Хан Джисон. Где он? Яростно орёт незнакомец. — Им Донгу. Шепчет над ним наследник. Он знает этого психа? Поднявшись, Хан объявляет. — Я здесь. Хоть он и встал, но всё ещё закрывает его. Инстинктивно. Трепетно. Омега лежит на полу и не может подняться. Потому что всё ещё в шоке. «Он хотел защитить меня» мелькает в сознании. Хан Джисон закрыл его собой. Хан Джисон его.... — Да, ты здесь. Оборачивается к нему Им. В его глазах ненависть. И злость. Он приехал сюда, чтобы отомстить. — А я там, где ты меня оставил. Рычит он. А затем направляет на него пистолет. Все вокруг охают. Кто-то даже вскрикивает. А Хёнджину кажется что пистолет направили на него. — Не делай глупостей. На удивление спокойно отвечает альфа. Как? Как он может быть таким спокойным? Его жизнь висит на волоске! — Ты оставил меня. Трясётся от гнева Донгу. — Здесь камеры. Хаатается за пистолет Джисон. Он бесстрашный или безрассудный? Кажется, всё вместе. — Тебя найдут. Смотрит в глаза Хан. — Плевать. Усмехается тот. И стреляет. Выстрел парализовывает его. Он лежит и не может пошевелиться. Картинка перед глазами расплывается. Кто-то кричит. Кто-то бежит. Альфу окружают. И тогда он приходит в себя. — Х-хан щи. Бросается к нему Джинни. Руки дрожат. Взгляд цепляется за кровь на рубашке. Её много. «Боже, нет» с ужасом думает он, когда скорая забирает его. «Живи, прошу тебя» «Как скажешь» Операция длится не более двух часов. Отель на время прекращает работу. Все ждут новостей. — Хан щи жив. Оповещает их управляющая. И омега облегчённо выдыхает. — Иди, ты нужен ему, я прикрою. Толкает его к выходу Чонин. Рассеянно кивнув он срывается в больницу. К Нему. В вип палате пусто. Но места много. Хан Джисон лежит на простынях. Бледный, с перебинтованным торсом. Но живой. Он подходит ближе и, помедлив, касается руки. — Хёнджин. Открывает глаза наследник. — Вы.... — всхлип, — зачем это сделали? Джисон моргает. — Зачем провоцировали? Он ведь мог убить вас. Под конец шепчет он. И опускает голову. Да, с таким альфой точно не соскучишься. Но кто сказал, что ему нужна скука? — Но не убил же. Хмыкает Хан. — Эй. Сжимает его руку в своей младший. — Я живой, слышишь? И Хван, всхлипывая, отвечает. — Слышу. Джисон обнимает его. Он жмётся к нему как котёнок. Потому что боится. До одури боится, что это не правда. Что он всё же....умер. — Я останусь с вами. Через какое-то время добавляет он. — Что? Хлопает глазами альфа. — Кто-то же должен за вами присматривать. Улыбается на это Хёнджин. И Хан улыбается в ответ. Оба понимают, что "останусь" означает "люблю".

*Эпилог*

— Хёнджин! Зовёт его нуна. — Зайди к Минсо щи. Официант кивает. Его вызывает управляющая? Но зачем? Поднимаясь он успевает накрутить себя. В голову лезут самые глупые и невероятные причины. От "она хочет взять тебя в заложники" до "она рабовладелица". Вздох. «Давай, ты сможешь» успокаивает себя Джинни и, помедлив, стучит в дверь. — Минсо щи, вы просили зайти. Приоткрывает дверь он и тут же охает, когда его прижимают к стене. — Хан щи! Возмущённо бормочет он. — Я соскучился. Улыбается наследник и, приподняв, сажает его на стол. — Минсо с постояльцем. Успокаивает его Хан. — Вы сумасшедший. Качает головой омега. — Зато ты мой. Хёнджин смеётся и, положив руки ему на шею, выдыхает. — Ваш. Джисон целует его. И он отвечает. Бергамот сливается с карамелью. Границы стёрты. Остались лишь они. Открытые. Преданные. Влюблённые. Свои. — Почему ты до сих пор на "Вы"? — Займитесь делом, ахх!