КБ-Х Драгонвёрс

Натиск уехал в гости к Фрицу, а Ящерка в гости к Ушанке. Отличный расклад для всех. Несмотря на то, что Рептилия немного заплутала в коридорах дома, и случайно отправилась на нижние этажи, после которых ушла в другое крыло здания, а после этого оказалась почти у чердака, она всё же дошла до нужной квартиры и этажа. Если бы не услужливо приложенная Ушанкой карта и напоминание о табличках на этажах, то у Ящерки было бы меньше шансов. Знакомый звонок в дверь, и после щелчка замков двери Гентезия заходит в квартиру. Стоило ей закрыть дверь, в полутьме снять пальто и обувь и пройти чуть вперёд, как свет включился, а на неё буквально накинулась её возлюбленная, сразу же прижавшая ту к себе и начавшая расцеловывать. — Привет, любимая! — радостно сказала Ушанка. — Я так рада тебя видеть! — И я рада тебя видеть, моя хорошая, — спокойно, но нежно ответила Ящерка, тиская любимую за щёки. — Мелкий свалил к Фрицу на ближайшую неделю, так что можешь приходить хоть каждый день. А лучше вообще оставайся, — поспешила рассказать Комми. — Я и собиралась посидеть у тебя. А про то, что этот комнатный затворник уехал, я знаю: у подъезда пересеклись. Признаться честно, никогда не видела его настолько счастливым, — ответила ей Ящерка. — Да, таким его редко увидишь… Последний раз он таким был когда ты уходила в прошлый раз… — Ну и гадёныш… — Ну не ругайся на него. Он за меня переживает просто, милая. Он же взаправду считает, что если он тебя прогонит, то всё станет хорошо. Мне кажется, он скучат по тем временам, когда я была… Скованнее… — Ушанка обняла любимую. — Он просто не очень любит перемены, дорогая. Не держи на него зла. Ушанка отпустила Ящерку из своих объятий и, предупредив, ушла на кухню готовить что-нибудь для них, а Ящерка осталась в раздумьях. С одной стороны, она понимала, что Ушанка права, и Натиск не такой уж и гад. С другой, он всё ещё был жестоким маленьким психом, осознанно наносящим вред старшей сестре, дабы вернуть её в старое состояние замкнутости и эмоционального холода. Но что по-особенному поразило Ящерку, так это нездоровая привязанность и всепрощение, что царили в семье Ушанки. Натиск одержим своей сестрой, и готов ради неё даже на вред для последней, Ушанка же прощала Натиску его гадости, а оба они нездорово обожествляли своего почившего отца, которого Ящерка назвала для себя Новик. Ящерка знала: и её возлюбленная, и её гадкий младший брат – психически нездоровые личности. Её пугала, но и при этом интересовала эта динамика нездоровых семейных отношений, где жестокость и холод сплелись в симбиозе с одержимостью и настоящим пламенем, ведь было очевидно, что их взаимопривязанность искренна. «Как же он без меня? Его же все избегают, кто его поддержит, если не я?», - так Ушанка говорила о своём отношении к брату. Тот, в свою очередь, был уверен: если они перестанут быть такими, какими их оставил отец, то всё станет хуже, и поэтому старался спасти сестру. И эта искренняя, но при этом безумная смесь чувств сбивала привыкшую к стабильности Гентезию с толку. А теперь и она влилась в этот сумасшедший круговорот, и сама стала объектом обожания для своей психически травмированной девушки, а для её чокнутого братца стала объектом искренней ненависти и отторжения. Оторвавшись от мыслей, Ящерка пришла на кухню. Как оказалось, Комми сама хотела пойти позвать её. Сев за стол, Рептилия обнаружила перед собой чашку кофе, разбавленного молоком и н очень аккуратный, но аппетитно выглядящий бутерброд с колбасой и расплавленным сыром, от которого шёл пар. — О, — сказала Рептилия, — Это мне…? — Конечно, дорогая! — радостно ответила ей Ушанка, усаживаясь напротив. — Я просто подумала, что ты захочешь перекусить с дороги, вот и сготовила тебе. — Какая же ты у меня лапочка, — ответила Ящерка, гладя любимую по голове. Рептилия начала есть, и мало реагировала на всё вокруг. Только съев бутерброд и начав пить кофе, она вгляделась в свою возлюбленную. Та смотрела ей практически в душу сквозь линзы очков глупым влюблённым взглядом, в котором чувствовалась страсть и искренняя любовь, которая, как намекало Ящерке шестое чувство, было чем-то вроде одержимости. Закончив трапезу, Рептилия хотела было помыть за собой посуду, однако внезапно была перебита Комми. Та взяла из её рук посуду и сказала: — Иди, я помою. — Любимая, но… — Никаких «но», сладкая. Я же принимаю тебя в гостях, — Ушанка начала мыть посуду, а Ящерка погладила ту по склонённой голове. «Как такое милое и безвольное существо в другие моменты может быть столь самостоятельным и суровым…? Никогда не пойму…» — думала про себя Гентезия, идя в комнату, где они обычно сидят, попутно захватив с собой рюкзак с вещами, которые принесла с собой. Через время к ней присоединилась и её возлюбленная, и они вдвоём стали думать, чем заняться в ближайшее время. — Ну… Мы можем поиграть в новую игру на приставке, сходить до заброшенного входа в метро, сыграть в «Уно» или мини-бильярд… — Слуш, Ушка, а может… Я тебе кое-что покажу? — А что у тебя там? Ящерка молча открыла рюкзак и достала оттуда пистолет футуристичного вида. Корпус этого пистолета был почти идеальным параллелепипедом с округлёнными углами, а агрессивный дизайн добавлял атмосферности данному оружию. — Смотри, милая, это наш гентезийский скорострельный пистолет MAXIM-9. У него встроенный глушитель, 17 патронов в магазине и крутой дизайн. Хочешь подержать? — Конечно! — радостно сказала Тэнки и схватила пистолет. Она долго рассматривала оружие, взвешивала его в руке, щёлкала затвором и механизмами, прокручивала на пальце, словом – баловалась. Ей до безумия была интересна оружейная диковинка, и она пользовалась возможностью потрогать оружие по полной. Только когда Гентезия попросила вернуть оружие ей, та отдала его, попутно продолжая расхваливать пистолет. — Какой у тебя классный пистолет, Ящерка! Лёгкий, полимерный, с полуоткрытым затвором… Крутая вещь! Хотела бы я себе такой… — Ушка, — перебила её восторженный лепет Рептилия, — а что это за штука на стене висит у тебя? Гентезия указала на висящий на стене пулемёт, чем разожгла новую волну интереса у ИКЗ. — О, это орудие моего папы. РПК-78У. Мощная вещь. 50 патронов в магазине, железный корпус… Ушанка подошла к оружию, стоя спиной к своей девушке. Её восторженный рассказ, казалось, не имел конца, однако прервался тем, что Тэнки почувствовала направленное на её спину дуло пистолета. Та обернулась, и увидела, как перед ней стоит её возлюбленная с пистолетом в одной руке и поводком с верёвкой в другой. Комми подняла руки. — О нет… Я совсем беззащитна перед тобой…~ — неожиданно игриво произнесла Ушанка. — На колени, человечишка~ — так же игриво ответила Ящерка. Ушанка встала на колени, а Рептилия спокойно застегнула на её шее ошейник. — Теперь ты воистину на цепи, Ушка…~ — Я полностью в твоём распоряжении, любовь моя... Ты можешь сделать со мной что тебе хочется: сжечь, ударить током, утопить, изнасиловать, сломать мне что-нибудь... Я полностью твоя, моя Ящерка...! ~ Ушанка притянула пистолет к своему лбу и уставилась на Гентезию полным покорности и любви взглядом. Ящерке же это очень нравилось: её очень заводила такая покорность. И тут девушки поняли: это их обеих заводит, и им хочется продолжения. Гентезия решила не медлить, и сразу же поцеловала свою возлюбленную в губы. Та ответила на это сразу, и их поцелуй сразу стал глубоким. Ящерка не медлила, и сразу же стала проталкивать свой длинный сдвоенный на конце язык вглубь рта Ушанки, заставляя ту обмякать и издавать стоны. Комми захлёбывалась языком любимой, и, судя по её прикрывающимся глазам, она неподдельно получала от этого удовольствие. Когда Рептилия поняла, что у Тэнки кончается воздух, та отстранилась от поцелуя и втянула язык, издавая хлюпающие звуки из-за касания с ртом своей пассии. Растянув между своим ртом и ртом Ушанки несколько мостиков из слюны, Ящерка отстранилась окончательно. — Можно делать что угодно, говоришь…?~ — сказала Рептилия нежным голосом, каким она говорит, когда возбуждена. — Д-да… Абсолютно… — подтвердила Тэнки, смотря прямо в глаза Ящерки сквозь запотевшие линзы очков. Гентезия решила играть ва-банк, и, отпустив поводок, которым до этого притягивала и направляла свою девушку, стянула с неё свитер, оголив верхнюю часть её тела. Сделав это, Ящерка вновь пустила в ход свой язык, начав ласкать им грудь девушки, а также плечи и шею. Укусы, поцелуи и засосы вновь стали украшением тела Ушанки, схватившей руками плечи Рептилии и томно постанывающей при каждом новом действии. От сильных укусов Комми выгибалась, от слабых тяжело дышала, на облизывания протяжно стонала. Отдельно Ушанке доставляло и то, как мягкие лапы Ящерки ласкают её грудь и бока. Она понимала: от таких ласк она промокнет, потому хотела подогнать любимую на полное раздевание, чтобы потом не стирать испачканную соками одежду. — Не хочешь полностью «распаковать» меня, дорогая…?~ — сказала Ушанка. Такое резкое и пошлое предложение от той, кто всегда был пассивен, особенно завело Ящерку, и та не задумываясь стянула с Ушки шорты, оставив ту в одних чулках. Ушанка, оказавшись совсем обнажённой, решила поддразнить любимую, раздвинув ноги и начав перебирать пальцами своё влагалище, окончательно промокшее от таких действий. Внезапно, Ящерка прижала Ушанку к дивану своим телом. — Плохая девочка~ — нежно сказала Ящерка. — Нельзя так сильно дразниться~ — И что теперь?~ — заигрывающе ответила Ушанка. — Ты накажешь меня за такую радикальную провокацию?~ — А вот и накажу~ — ответила Ящерка, после чего отошла к рюкзаку и вытащила оттуда несколько верёвок. Несмотря на ожидания Гентезии, ИКЗ практически не сопротивлялась, когда та связывала ей руки и ноги, а после обвязала её тело так, чтобы зафиксировать руки за спиной. Две обвязки на поджавшихся ногах, две обвязки на руках – у кистей и на локтях, и две на теле – над и под грудью, и вот связанная толстыми белыми лентами и возбуждённая Ушанка сидит перед Ящеркой на диване, поджав ноги и смотря в сторону смущённым взглядом. Отцепив верёвку от ошейника, Ящерка отошла от связанной возлюбленной. — Теперь ты точно никуда н денешься, сладкая~ — подытожила бандаж Ящерка. — Не денусь~ — подтвердила Ушанка, после чего добавила — И… Мне понравилось…~ — Так моей девочке нравится связывание?~ Не подозревала~ — ответила Ящерка. — Я уже давно мечтала об этом… Весь тот месяц, что прошёл с нашего первого секса… Ящерка взяла Ушанку за низ головы и повернула на себя, вновь втянув в поцелуй, в процессе которого медленно трогала тело связанной девушки. В конце концов отстранившись от поцелуя, Ящерка наконец довела руку до лона её возлюбленной. Потрогав её снизу и осмотрев пальцы, та поняла, что Ушанка невероятно промокла от возбуждения. — Уже так течёшь… А мы ведь только начали~ — сказала Ящерка. — Не каждый день мои фантазии исполняются, милая!~ — со смесью возбуждения и возмущения ответила Ушанка. Ящерка отошла от Ушки и села на стул, наслаждаясь зрелищем в виде своей промокшей и возбуждённой возлюбленной, кайфовавшей от ощущений настолько, что та закрыла глаза и стала лишь изредка рыпаться, дабы насладиться тяжестью сковывавших её лент. Внизу живота Ящерки стало предательски тепло, а сама она поняла, что это голое беззащитное существо возбуждает её так, как не возбуждало даже в первый их раз. Она быстро расстегнула рубашку, сняла брюки и нижнее бельё и стала массировать средним и указательным пальцами свои половые губы. — Эй!~ — возмутилась Ушанка. — А мне ты запрещаешь!~ Я тебя тут хочу вообще-то…~ После этих слов Ящерка внезапно поднялась со стула и навалилась на Ушанку, попутно нежно вводя в ту пальцы и заставляя издать протяжный стон. Ритмичные движения пальцами в мягком и влажном влагалище Комми заставляли последнюю постанывать и обмякать, а саму Ящерку думать о том, как ей будет лучше поиметь возлюбленную сегодня. Когда та уже окончательно легла плашмя, Ящерка решила сделать то, что сама довольно давно хотела: она протиснула голову между ляжек Ушанки и прислонилась губами к её мокрому лону. — Ах!~ — простонала Ушка. — Что ты задумала?~ — Тише, девочка~ — ответила ей Ящерка. — Всё ещё будет~ После этих слов длинный змеиный язык Ящерки проник внутрь Ушанки. Каждое движение, каждое продвижение вглубь мягкого лона заставляли Ушку изгибаться и стонать. Когда весь язык погрузился внутрь, Рептилия стала двигать им внутри сжимающегося влагалища своей пассии, слушая как та стонет в ответ на эти действия. Ящерке нравилось контролировать ситуацию, и она занималась этим по-крупному, меняя амплитуду, характер движений, переключаясь на покусывание бёдер любимой, а та не могла ничего с этим сделать, кроме как подчиниться. И самое странное, что им обеим нравилось их положение, что заводило только сильнее. Ящерка продолжала всё интенсивнее орудовать в Ушке языком, попутно продолжив ласкать себя пальцами. Пока Рептилия кайфовала от вкуса Комми, сама Комми кайфовала от ласк и подчинения. Ушанке нравилось, когда не она кого-то пленит и удерживает, а пленят её саму. Ей нравилось быть хрупкой и женственной для своей возлюбленной, и это ощущение абсолютной неволи горько, но при этом до боли сладко било по душе и телу Тэнки. От размышлений и ощущений Ушку будто бы ничего не отвлекало, однако подступающий оргазм дал о себе знать: ноги стали сжиматься, как и сам организм. Ящерка также поняла, что её девочка на грани, оттого максимально вогнала язык в тело своей девушки, намеренно будоража им её внутренние стенки, побуждая ту кончить быстрее. Ушку же просить долго не пришлось: с громким стоном на кончила, испачкав в смазке лицо Ящерки. Та спокойно высунула язык из своей пассии и, вытащив из себя пальцы, протёрла лицо. Аккуратно развязав ослабшую распластавшуюся на диване Ушанку, Ящерке лишь оставалось лечь рядом с ней, крепко обнять свою девочку и уснуть…