Глубже, чем математика

Квартира Минхо оказалась именно такой, какой Джисон её представлял. Небольшая студия с высокими потолками, заставленная книгами и пластинками. На стенах — афиши танцевальных спектаклей, на подоконниках — горшки с мятой. Пахло кофе и чем-то тёплым, домашним. Джисон не успел ничего рассмотреть. Минхо прижал его к двери, впиваясь поцелуем с голодом, который копил слишком долго. — Ты даже не представляешь, — хрипел он между поцелуями, — как сложно было делать вид, что ты просто ученик. Как я хотел тебя трогать. Целовать. Вкушать. — Так вкушай, — выдохнул Джисон, запуская пальцы в его волосы. Они целовались, пока не кончился воздух, пока губы не начали саднить, пока одежда не стала казаться лишней. Минхо раздевал его медленно, смакуя каждое мгновение. Стянул толстовку, провёл губами по ключицам. Стащил футболку, лизнул сосок, наслаждаясь тем, как Джисон выгибается навстречу. Расстегнул джинсы, стянул их вместе с бельём и замер. — Ты прекрасен, — выдохнул он. — Я знал, что будешь прекрасен. — Минхо, пожалуйста, не надо слов, — Джисон горел заживо. — Просто... просто будь со мной. Минхо подхватил его на руки и отнёс в спальню. Опустил на кровать, навис сверху, давая возможность рассмотреть себя. Широкие плечи, узкие бёдра, гладкая кожа, на которой уже выступала испарина. — Ты уверен? — спросил он, глядя в глаза. — Последний шанс сказать "нет". — Я никогда не была ни в чём так уверен, как в тебе, — улыбнулся Джисон. Минхо потянулся к тумбочке за смазкой и презервативами. Джисон следил за каждым его движением, чувствуя, как возбуждение смешивается со страхом — он никогда не делал этого раньше. — Расслабься, — прошептал Минхо, покрывая поцелуями его живот. — Я буду осторожен. Он начал с пальцев — медленно, нежно, постоянно спрашивая, не больно ли. Джисон кусал губы, привыкая к ощущению наполненности, ловя ртом воздух, когда пальцы Минхо задевали что-то невероятно чувствительное внутри. — Вот здесь? — спросил Минхо, надавливая снова. Джисон вскрикнул и выгнулся. — Да! Боже, да, не останавливайся. — Хорошо, малыш, хорошо, — Минхо целовал его влажный лоб, виски, веки. — Сейчас будет по-другому. Он вошёл медленно, глядя в глаза, следя за реакцией. Джисон зажмурился — больно было только секунду, а потом нахлынуло такое тепло, такое чувство полноты, что он застонал. — Всё хорошо? — голос Минхо был сорван. — Да... двигайся... пожалуйста... И Минхо начал двигаться. Сначала плавно, раскачивая их в ритме, который задавало их общее дыхание. Потом быстрее, глубже, теряя контроль, но не забывая о нежности. Джисон обхватил его ногами, вцепился в плечи, царапая спину, выкрикивая его имя в такт толчкам. Когда рука Минхо обхватила его член, начиная двигаться в том же ритме, Джисон понял, что конец близок. Ещё несколько мгновений — и мир взорвался миллионом искр. Он кончил с криком, сжимаясь вокруг Минхо, и тот последовал за ним, уткнувшись лицом в его шею, глухо зарычав от удовольствия. Они лежали, сплетённые, мокрые от пота, пытаясь отдышаться. Минхо первым пришёл в себя, поцеловал Джисона в висок и бережно вышел. — Я сейчас, — прошептал он и скрылся в ванной. Вернулся с тёплым влажным полотенцем. Аккуратно вытер Джисона, укрыл одеялом и лёг рядом, притягивая его к себе. — Ты как? — спросил он, гладя его по спине. — Я... — Джисон уткнулся носом ему в грудь. — Я думал, будет страшно. А оказалось... оказалось, что ты мой дом. Минхо замер, а потом прижал его крепче. — Ты даже не представляешь, что со мной делаешь, Сони. — Надеюсь, то же самое, что ты со мной. Они уснули под утро, так и не разомкнув объятий. --- Утро было сладким и неловким одновременно. Джисон проснулся от запаха яичницы и кофе. Открыл глаза и увидел Минхо, сидящего на краю кровати с подносом в руках. — Доброе утро, соня, — улыбнулся он. — Завтрак в постель. — Ты умеешь готовить? — удивился Джисон, садясь и кутаясь в одеяло. — Только яичницу. И кофе. Этого достаточно, чтобы соблазнять прекрасных юношей. Джисон фыркнул и взял кружку. Кофе был идеальным — именно такой, как он любил: с молоком и без сахара. — Ты запомнил, как я пью кофе? — удивился он. — Я много чего о тебе запомнил, — Минхо чмокнул его в нос. — Например, что ты морщишься, когда не понимаешь задачу, и закусываешь губу, когда злишься. Что у тебя родинка за левым ухом в форме сердечка. Что ты поёшь во сне. — Я не пою во сне! — Ещё как поёшь. Вчера напевал какую-то мелодию. Очень красивую. Джисон покраснел и уткнулся в кружку. — Ладно, ешь давай, — Минхо встал. — Мне скоро на пару. А у тебя, кстати, сегодня занятие с новым репетитором. Джисон поперхнулся кофе. — С каким новым репетитором? — Я нашёл тебе замену, — спокойно сказал Минхо, надевая рубашку. — Профессор Ким, лучший преподаватель на кафедре. С ним ты точно сдашь экзамен. — Но... почему? — Джисон почувствовал, как внутри всё обрывается. — Ты больше не хочешь меня учить? Минхо обернулся, подошёл к кровати и сел рядом, беря лицо Джисона в ладони. — Глупый мой Сони. Я не могу быть твоим репетитором после того, что случилось. Это неправильно, неэтично и опасно для нас обоих. Если кто-то узнает... — Мне плевать, кто узнает! — перебил Джисон. — Я хочу быть с тобой! — И будешь, — Минхо поцеловал его в лоб. — Но не как ученик с учителем. Как равный. Как парень с парнем. Я подал заявку на смену статуса. Формально я больше не твой репетитор. Я просто... Минхо. — Просто Минхо, — повторил Джисон, чувствуя, как от сердца отлегает. — А кем ты будешь для меня? — А кем ты захочешь, чтобы я был. Джисон улыбнулся и потянулся к нему за поцелуем. — Моим парнем. Только моим. — Договорились.