Голос безумной надежды

Засыпал я ровно с двумя мыслями. Первая — надеюсь, в последнюю генеральную уборку я нашел все камеры, которые установили люди Майкрофта. Опять. Несмотря на то, что я сотню раз просил его перестать разбрасываться ценным оборудованием. А, ну и вторая: хорошо бы выключенный микрофон остался для него действительно выключенным. Если со своими шпионскими примочками он слышал или видел хоть половину из того, что происходило в гостиной… меня же закопают в Темзе по его приказу быстрее, чем я успею набрать 911. Нет, там не закопают. Там утопят. А закопают где-нибудь в Гайд-парке — Майкрофт же эстет, в конце концов, не позволит своему личному полицейскому найти последнее пристанище под каким-нибудь случайным кустом у дороги. Однако, если так подумать, с него станется приволочь мой труп куда-нибудь к Букингемскому дворцу; правда сложновато будет объяснить членам Короны, почему для одного из их подданных роют яму прямо у них на лужайке. Нет, для всех будет безопаснее, если Майкрофт никогда, никогда не узнает об этом. Особенно для моей психики. Она, бедняжка, и так слишком много всего пережила, находясь последнее время в перманентном шоке. Как ни странно, Антеи в образе наемной убийцы с катаной в руках на пороге на следующее утро и правда не появилось. И неприметный черный автомобиль без номеров по дороге в Ярд меня не переехал — пару раз, для надежности. Вот и верь после этого во всемогущество и всезнание Холмсов. Жаль, удачи хватило ненадолго. Конкретно — на двадцать минут на работе. А дальше все полетело как обычно — «Ребята, у нас труп», «Давайте быстрее, что вы копаетесь», «Вау, кто это его так?», «Эй, а где у него голова? Кто-нибудь видел голову?» «Кто пустил сюда фрика?!» Как я был рад слышать последний вопрос — словами не передать. Именно Шерлока мне и не хватало в это чудесное, без-Холмсовское утро. — Лестрейд. — Он затормозил в шаге от меня и протянул руку. — Вчерашнее дело. Быстро. — И тебе доброе утро, Шерлок. Как чудесно тебя видеть… — Дело! — Не знал, что он умеет так рявкать. А вот вырвать у меня из рук портфель и порыться в нем в поисках дела самостоятельно — это да, это очень по-шерлоковски. — Что у тебя за срочность? — Чем быстрее я это раскрою — тем быстрее вернусь обратно в Дартмур. Там простаивает по-настоящему интересное дело. — Думаешь, справишься до конца недели? Ух ты, не думал, что Шерлок Холмс мог начать выглядеть еще более высокомерно. Утро, полное сюрпризов. — Мне хватит двух дней. Потом ты притащишь Майкрофту преступника на блюдечке, а заодно получишь еще немного материала для своих грязных ночных фантазий. Боже, Лестрейд, а я-то думал, что у тебя есть вкус. Трупов на месте преступления в этот момент едва не стало больше. *** Если что и показали несколько следующих суток — то лишь то, что я и так уже знал: Шерлок Холмс, конечно, сволочь. Но гениальная. В два дня он не уложился, надо признать. Но тут даже у меня хватило такта никак это не комментировать. Потому что носился этот парень так, будто ему в задницу вставили электровеник. На его фоне я чувствовал себя старой развалиной… или пауком, который способен только соединять притаскиваемых ему мушек в паутину, создавая неплохое изображение на стене. Майкрофт был прав. Само собой, как удивительно и ново. Его человека убили не в пьяной поножовщине, как Андерсон решил изначально, увидев на столе опустевшую бутылку коньяка, а на столе — два бокала: один целый, другой — в виде осколков. Нет, тут все было куда интереснее. Неопытный идиот решил переметнуться и сливать бог знает какой важности информацию конкурентам. Но в последний момент все же занервничал и отказался. Вот только он не учел одного: в политике такого уровня предложения подобного рода делаются один раз. А отказавшихся просто вычеркивают из списка жителей нашей бренной планеты. Следы весьма однозначно вели за рубеж. И о чудо, нам в кои-то веки повезло! — в Германию. Марта, узнав от Шерлока это, тут же хмыкнула, потянувшись за телефоном. А я следующие четверть часа наслаждался звуками отрывистой немецкой речи, подперев подбородок кулаком и наблюдая, как она наматывает круги по моему кабинету. Надо было в тот момент отдать ей свой фитнес-трекер: ей все равно, а меня бы вечером несносная железяка не стала пилить за недостаточное количество шагов. — Информацию нам переслать через несколько часов, — наконец заявила Марта, положив трубку. — И мы же можем не упоминать мое участие в отчете? Это была… довольно личный услуга от старый знакомый. Мы могли это сделать с легкостью. После знакомства с Холмсами я вообще научился виртуозно врать в отчетных делах. Благо, бумага упорно не краснела. Когда я расслабился? Наверное, ровно в тот момент, когда Шерлок позвонил и срывающимся голосом сказал, что скрутил нашего подозреваемого, приковав его наручниками к батарее в какой-то богом забытой дыре, так что неплохо было бы прислать к нему полицейский эскорт. Честно, сначала я хотел прочитать ему лекцию о том, что это незаконно, что задержанный наверняка пожалуется адвокату… а потом подумал: а хрен бы с ним. За бедолагой все равно придет Майкрофт и сожрет его. Даже до суда дело дойдет с очень маленькой вероятностью. Так что пусть малыш Шерлок развлекается. А старина Грег наконец-то выдохнет, сменит чашку кофе на бутылку коньяка и впервые за несколько дней искренне улыбнется. — Мы это сделали, — тихо заявил я стоящей рядом Марте и вовсе не удивился, получив в ответ неловкое объятие. А вот нарочитый кашель, что раздался следом, был внезапным. — Простите, что прерываю столь личный момент, детектив-инспектор, — голосом Майкрофта легко можно остановить глобальное потепление, превратив его в новый Ледниковый период. — Но вам придется отвлечься. — Это не то, что вы… — Пришлось силой остановить себя и закусить губу. Я не школьник, чтобы оправдываться! Да и Марта вполне себе спокойно отстранилась, явно не видя в ситуации ничего смущающего. Ну конечно, она-то не в курсе нашей давней истории знакомства. — Здравствуйте, Майкрофт. Рад вас видеть. — Смею в этом усомниться. Я получил сообщение от Шерлока. Сейчас вы передадите мне все документы по делу, а через два часа мои люди заберут задержанного. Надеюсь, до этого времени вы сможете сдерживать свои романтические порывы, вместо этого уделив самое пристальное внимание подозреваемому. Простите, фрау Мюллер, я не имел намерения задеть вас этим замечанием. Entschuldigen Sie, bitte, dies ist eine Angelegenheit von nationaler Bedeutung. В ответ она, улыбнувшись, застрекотала что-то на родном языке, и я мог уловить только отдельные отрывистые слова, не понимая смысла ни одного из них. Но Майкрофт сохранял спокойное и отстраненное выражение лица, так что едва ли она крыла его матом. — Так, хватит, — я прервал ее взмахом руки и, шагнув вперед, ухватил Майкрофта за локоть. Обожал эту привилегию с самого первого раза, когда мне ее позволили. — Спорю на что угодно, что вы еще не обедали. Напротив ярда есть прекрасное бистро. Вы оцените их вегетарианское меню. Марта, ты же поможешь Салли с документами? — Конечно, Грег. Мы сделать все в лучшем виде. — Небрежно засунув руки в карманы брюк, она направилась к столу Донован, едва ли не насвистывая. Классный она все-таки коп. И наверняка шикарный начальник для своих. Работать с такой в связке было бы мечтой. Жалко, нас немного разделял Ла-Манш. И внешняя политика, лучший представитель которой как раз кивнул в ответ на мое предложение. — Раз вы так горите желанием потратить на меня свое свободное время — не могу этому препятствовать. Хотя логичнее было бы просто передать мне дело, — сказал Майкрофт, стоило нам отойти. — Бог с вами, Холмс. Вы в Скотланд-Ярде. Более далекого от логики места, если верить вашему брату, и представить нельзя. Сюда, пожалуйста — в том коридоре у нас ремонт. Кстати, тоже спасибо Шерлоку. Раздавшийся следом полный вселенского терпения вздох почти заставил меня рассмеяться. — Что он опять сделал и почему я не в курсе? — Пронес с собой мощную петарду, а та возьми и рвани не вовремя. И тут даже было два плюса. Первое: ему не оторвало руки, хотя я, признаться честно, мечтал это сделать в тот момент. — А второе? — прищурился Майкрофт и у меня появилось отчетливое ощущение, что теперь он едва сдерживал улыбку. — Удалось доказать, что такая же применялась на месте преступления. Так что Шерлок снова всех обыграл. А, еще и третье есть, получается: у нас после этого так усилились меры безопасности — МИ-5 вместе с МИ-6 позавидуют. За обсуждением влияния отдельно взятого Холмса на Скотланд-Ярд мы-таки дошли до бистро. И я как всегда угадал, с чем сам себя молча и поздравил: Майкрофт опять заказал какую-то зеленую гадость, больше всего похожую на завтрак крупного рогатого скота. Никогда не понимал этой его привычки. Если можно насладиться отлично прожаренной курицей — зачем себя ограничивать? Хотя да, моя сила воли не шла с его ни в какое сравнение. — Так все-таки, зачем мы здесь? — спросил Майкрофт, когда расправился с тем, что было у него на тарелке, и промокнул уголки губ салфеткой. — Не подумайте ничего плохого, Грегори, я высоко ценю разговор с вами, но мне все же кажется, что вас что-то гложет… О. А вот и момент истины. Не думал, что он настанет так рано, но, в конце концов, перед смертью не надышишься. Я собрался и выпрямил спину, чтобы четко, как в найденной в интернете записи, произнести: — Möchten Sie mit mir ausgehen? Эм… Надеюсь, я все правильно сказал. — Ах, вот оно что. Вам снова потребовались мои способности переводчика. Что ж, Грегори, вы умудрились меня удивить… Неплохо, весьма неплохо. — Лицо Майкрофта при этом скривилось так, словно ему предложили заполировать глоток соляной кислоты стопкой уксуса. Стоп, он подумал, что… Вау, так, получается, эффект был даже сильнее, чем я планировал. Это вот так выглядела ревность в его исполнении? Какая прелесть. — Несколько звуков звучит нечётко, но общий смысл понятен. Однако если вы с фрау Мюллер уже перешли на «ты», советую использовать форму Möchtest du, а не Möchten Sie. Последняя может быть расценена как излишняя формальность, а вы, я уверен, хотели бы избежать этого в данном вопросе. — Хотел бы, — я пожал плечами, стараясь не улыбаться, как идиот. — Но с вами мы абсолютно точно на «ты» не переходили, а спрашиваю я именно вас, так что… — Ч-что? Если все глупые решения, принятые мной в жизни, привели к тому, что Майкрофт Холмс сейчас сидел напротив меня абсолютно ошарашенный — значит они, черт побери, того стоили. — Грегори, я правильно вас понял? — разморозился он только полминуты спустя. Рекорд. — Вы точно понимаете смысл того, что сказали и предложили? — Я. Ты. Свидание. Что скажешь? Последней мыслью перед тем, как услышать от Майкрофта тихое «С удовольствием принимаю ваше… твое предложение», было «Господи, надеюсь, во время секса он любит поговорить».