Вызов принят, или Практическое руководство по достижению оргазма

Басы в клубе лупили по барабанным перепонкам, ритмично давили на диафрагму и вышибали воздух из лёгких. Хотелось отдохнуть. Гермиона отделилась от компании сокурсников и, слегка пошатываясь от количества выпитого, ушла к их столику в дальнем углу зала. Там было чуть тише и уж точно спокойнее. На небольшом угловом диванчике она устроилась, будто на уединённом островке в бушующем море веселья. Пальцы нервно постукивали по ножке бокала с уже третьим “Космополитеном”. Грейнджер чувствовала себя не в своей тарелке, и не только из-за того, что Кормак был где-то здесь и уже не один. Это не отзывалось болью в груди. Скорее знакомой пустотой. Ведь не его вина, что Гермиона такая… Из коридора, ведущего к туалетам, вышли двое. Малфой и пышногрудая блондинка. Раньше Грейнджер её не видела. Либо девица училась не в их корпусе, либо Драко подцепил её уже в клубе. Красная помада на губах была размазана, волосы всклокочены… Малфой что-то шепнул блондинке на ухо, она рассмеялась и скрылась в толпе. А Драко провел рукой по волосам, приводя их в порядок. Его взгляд блуждал по залу и наткнулся на островок одиночества Гермионы. Чтоб его… Грейнджер отвела глаза, постаралась придать себе невозмутимый, отрешённый вид, но через несколько секунд услышала знакомый голос с хрипотцой: — Место свободно? Гермиона мельком взглянула на него, затем на танцпол, где блондинка уже крутила бедрами рядом с другим парнем. — Кажется, твоя спутница заскучала без тебя. Может, не стоит заставлять её ждать? — произнесла она, и в голосе прозвучала неприкрытая издёвка. Несмотря на очевидный выпад в свою сторону, Драко опустился на другой конец дивана, оставив между ними полметра пространства. Рядом почти сразу появился официант с бокалом виски на подносе. Видимо, Малфой успел заказать выпивку где-то между танцполом и жаркими тисканьями в туалете. — Эта? — он небрежно кивнул головой в сторону своей недавней спутницы и сделал глоток. — Разовая акция. Такие девушки не вызывают желания доставлять им удовольствие. Только получить его самому, и уйти, не спрашивая имени. Фраза вырвалась у него легко, без хвастовства. Как констатация факта о погоде. Грейнджер закатила глаза и повернулась к танцующим. — Как самоуверенно, — буркнула она. — Должно быть, считаешь себя неотразимым половым гигантом? Девушки кончают по щелчку твоих пальцев, но только если позволишь. В ней говорил алкоголь, а ещё жуткое раздражение. Уверенность всех парней в том, что знают, как доставить девушке удовольствие, вгоняла еë в бешенство. Самовлюблённые слепые хвастуны! Драко вдруг повернул к ней голову, и в серых глазах вспыхнул не огонек обиды, а странный, холодный интерес. — Самоуверенный? Нет. Трезво оценивающий свои силы? Да. Я знаю, что могу удовлетворить любую. Если захочу. Это технический момент, требующий внимания, терпения, знания, где и как применить усилия. Всего лишь вопрос приоритетов и приложенных стараний. Гермиона фыркнула, откидываясь на спинку дивана. — Жесть! Технический момент! Ты себя слышишь? Говоришь об этом, как о сдаче курсовой. — А разве не так? — он не улыбался, и его лицо было абсолютно серьёзным. — Это навык. Как и любой другой. Его можно изучить и отточить. Если, конечно, человек по ту сторону… — он сделал паузу, обводя Грейнджер изучающим взглядом, — …позволяет себе получать удовольствие. — Ты бы не потянул, — зло выпалила Гермиона — Звучит как вызов. — Захлопнись, Малфой. Это худший развод на секс, который я когда-либо слышала. — Нет, подожди, — придвинулся к ней ближе Драко и закинул руку на спинку дивана. — Твоё выражение лица и этот взгляд, как будто я величайшее трепло. Скажи мне, а не из-за этого ли вы с Кормаком расстались? Гермиона устало вздохнула и потянулась к своему коктейлю, лишь бы занять руки и не выдать себя эмоциями. Это было её ошибкой. — Ого, — произнёс Драко с такой интонацией, словно получил на экзамене длинное уравнение с кучей неизвестных, — значит я попал в точку. Но Уизли-то хотя бы не подвёл? Краска залила лицо Грейнджер. Она подняла руку, с нарочитой брезгливостью взялась за сползшую на своё плечо ладонь Малфоя, и скинула её. Драко всё равно был слишком близко, и пересесть от него значило показать уязвимость. Поэтому Гермиона осталась на диванчике, только отодвинулась на самый край, подальше от подвыпившего и навязчивого собеседника. — Так, кто там ещё у тебя был? — начал перебирать Малфой. — Крамм. С ним, кажется, ты встречалась дольше всех? Сколько? Год? Нотт не продержался и месяца, так что тут без вопросов. А вот Забини… Ну, Блейза-то я знаю. Все слухи, которые ходят о нём, не могут врать. Он не должен был облажаться… Гермиона раздражённо закатила глаза. — Да ладно? — выпалил Драко так громко, что ближайшие танцующие бросили на него заинтересованные взгляды. — Грейнджер, ты хочешь сказать, что ни один из твоих парней не доводил тебя до оргазма? Ни разу? — Ничего я не хочу тебе сказать, — буркнула Гермиона. — Задолбал, Малфой. Она с силой грохнула стаканом по столешнице, схватила со спинки стула свою сумочку и бросила на стол купюру. Драко не двинулся с места. Сидел, вальяжно положив руки на спинку диванчика и закинув ногу на ногу. — Вот почему ты вечно такая напряжённая, — протянул он задумчиво. В его тоне не было издëвки. Простая констатация факта. Но Грейнджер вскипела. — Я не напряжённая! — выкрикнула она, снова привлекая внимание танцующих. Вспыхнув от пристального постороннего внимания, Гермиона взмахнула руками, как будто спрашивая: “Чего уставились?”, дождалась, когда все отвернутся, и послала ненавидящий взгляд Малфою. После она сорвалась с места. Прочь от этого придурка. Прочь из клуба. А Малфой взял со стола еë недопитый коктейль, покачал бокал в ладони и отсалютовал им в сторону выхода: — Вызов принят, Грейнджер. *** Драко догнал Гермиону на улице. Она шла, кое-как запахнув зимнее пальто. Он перехватил её под руку и пошёл рядом, хотя Грейнджер и шарахнулась от него, как от заразного. — Слушай, Грейнджер, а ты азартная? — Что? — Я вот азартный. И я считаю, что могу удовлетворить потребности любой девушки. — Отвали, идиот, — буркнула она и попыталась перейти на другую сторону улицы. Но Драко возник прямо перед ней так, что Гермиона едва не врезалась в его грудь. — Ты считаешь иначе? — спросил он. — Я считаю, что ты самовлюблённый говнюк. Если ты и можешь кого-то удовлетворить, то только сам себя, надрачивая на отражение в зеркале. — Уф... Обидно, — хмыкнул Драко и демонстративно схватился за сердце. Пока он паясничал, Грейнджер сделала шаг в сторону и торопливо пошла дальше, вверх по улице. Малфой догнал её через пару шагов и снова пошёл рядом. — Кажется, у нас налицо принципиальные разногласия. Я уверен, что смогу довести тебя до оргазма, ты уверена, что я трепло. Как нам разрешить этот спор? Гермиона остановилась под фонарём, как вкопанная. Стояла и смотрела на Драко, как на плевок на ботинке, а изо рта белыми клубами вырывалось её дыхание. В серых глазах напротив, казалось, плясали черти. — Тебе заняться нечем? Настолько скучно, Малфой? — процедила она сквозь зубы. — Или ты решил, что это хороший способ залезть ко мне в штаны? — Заняться есть чем, но ты права. Мне скучно, — согласился Драко, пожав плечами. — И я, в общем-то, не против залезть к тебе в штаны. Но в данном случае это скорее побочный интерес. Что скажешь? — Скажу, что ты не просто дебил, а моральный урод, — устало выплюнула она и упрямо пошла дальше. — И тебе совсем не хочется поставить меня на место? Доказать, что слово Малфоя гроша не стоит? Сможешь потом до выпускного курса смотреть на меня, как на безвольную болотную гниль. — Я на тебя так и смотрю. — А если с дополнительными бонусами? Резко остановившись, Гермиона обернулась к Драко с таким разъярённым выражением лица, что он опешил, хотя и всего на миг. — Какими ещё бонусами? — прошипела она. — Хватит за мной таскаться! Возвращайся в клуб, лапай девиц, напивайся до поросячьего визга. Так ведь ты предпочитаешь проводить свой досуг? Пока она наступала на него, тыча пальцем в грудную клетку, Малфой молчал. Вскинул руки, показывая, что сдаётся, и просто смотрел на взбешённую одногруппницу. Но, как только Грейнджер выплеснула скопившийся яд, Драко спрятал руки в карманы пальто и, с блуждающей на лице тенью улыбки, произнёс: — Стажировка. В компании “Black&White”. — Они не берут стажёров с первых трёх курсов, — выпалила Гермиона не подумав, и выдала тем самым свою заинтересованность. — Не берут. Но у меня есть там завязки. Некоторое время они стояли посреди улицы, тяжело дыша от быстрой ходьбы, и молчали. Плечи Малфоя постепенно расслаблялись, выражение лица становилось спокойным… Но затем Грейнджер сделала шаг к нему, затем ещё один. Остановилась в паре футов и вкрадчиво произнесла: — И ты что, предлагаешь мне переспать с тобой за это? На долю секунды Драко ввело в заблуждение её обманчивое спокойствие, и он уже собрался внести некоторые поправки в формулировку, но тут его щёку обожгло быстрым хлёстким ударом. Драко отшатнулся, прижав ладонь к пылающей коже. В глазах Гермионы не было и следа раскаяния, только чистая торжествующая злость. — Не строй из себя благодетеля, Малфой. Мне плевать на твою стажировку, на эту компанию и на все твои связи. Я сама пробьюсь, без подачек. Ты понял меня? Развернувшись на каблуках, Гермиона быстро зашагала дальше, не оглядываясь. Драко стоял, прижимая ладонь к щеке и глядя ей вслед. *** Драко догнал её снова, теперь двигаясь медленнее, с осторожностью дикого зверя, который подкрадывается к своей добыче. — Хорошо, Грейнджер, — произнёс он, поравнявшись с ней. — Я сформулирую иначе. Предлагаю пари, при любом исходе которого ты останешься в выигрыше. Гермиона продолжала идти, глядя перед собой, и старательно делала вид, что Драко Малфоя не существует. — Я помогу исправить пикантное недоразумение твоих прежних отношений. При этом расскажу о тебе в “Black&White” сразу же, как мы обговорим условия сделки. Никаких рекомендаций. Я просто выложу им всё о твоих студенческих заслугах, а там пусть сами решают, предлагать стажировку или нет. Резко остановившись, Грейнджер повернулась к Драко и уже собиралась залепить ему вторую пощёчину, но он успел перехватить её запястье. — И никакого секса, — проговорил быстро. — В классическом плане. Если сама не попросишь. — В смысле? — не поняла Гермиона. — А как ты собираешься… — Пальцы, язык. И я ни разу не сниму при тебе штаны без разрешения. — Ты чокнутый… Он пожал плечами и слегка качнул головой. Как будто хотел показать: “Да, чокнутый. И не вижу в этом ничего плохого”. Повисла долгая пауза. Грейнджер стояла растерянная, хмурая и как будто пыталась сообразить, что говорят в таких ситуациях. Пару раз она открывала рот, но с её губ так и не сорвалось ни очередного проклятья, ни согласия на пари. — Решайся, Грейнджер! — решил подтолкнуть Драко. — Или ты боишься признать, что я чего-то стою? — А ты не боишься в итоге узнать, что на самом деле являешься всего лишь самоуверенным балаболом? Малфой поджал губы и впервые за этот вечер посмотрел на Гермиону серьёзно, без самодовольства и, ставшей привычной за годы учёбы, иронии. Подтвердил: — Боюсь. Гермиона уставилась на него, пытаясь разглядеть хоть тень лжи в серых глазах. Но Драко смотрел открыто, без вызова, и это обезоруживало. В конце концов, в его словах был смысл. Она действительно в любом случае оказывалась в выигрыше. Убедить надменного Малфоя, что его уверенность в себе не имеет под собой оснований. Поставить придурка на место, при этом получить шанс на стажировку, о которой мечтала… Если же у него вдруг… ВДРУГ получится выполнить условия пари, это станет доказательством того, что с ней всё в порядке. Что она не фригидная ледышка с кучей комплексов и атрофированным навыком отключать мысли, когда это необходимо. — Хорошо, — произнесла наконец она, выдернув свою руку из его хватки. — Я согласна. Но у меня будут условия. Драко вдруг фыркнул и громче необходимого произнёс: — Естественно! И у меня они будут. Поэтому предлагаю прямо сейчас зайти в какое-нибудь тихое кафе и всё обсудить. — Сейчас? — резко сникла Грейнджер. Соглашаясь, она думала, что они встретятся где-то в тихом месте, при свете дня, завтра. Или послезавтра… — Да, сейчас. Пока твой безумно сексуальный мозг не начал генерировать причины для отказа. Идём. Я не задержу тебя надолго. Он подхватил её под локоть и увлёк в обратную сторону, вниз по улице, к маленькому уютному заведению, которое они прошли пару минут назад. *** В пекарне было тепло и успокаивающе пахло выпечкой. Драко помог Гермионе устроиться за небольшим столиком у окна. Заметил, как она поежилась, и неодобрительно покачал головой. Всё-таки бегать по улицам в распахнутом пальто поверх коротких шорт и топика было крайне глупо. Подойдя к стойке, Малфой склонился к розовощёкой бариста, нацепил самую очаровательную улыбку и спросил: — Принцесса, а наливают ли у вас ирландский кофе? Моя спутница сильно переборщила с модными веяниями и забыла одеться. Не отрываясь от натирания стаканов сухим полотенцем, девушка бросила взгляд за спину Драко. — Вообще-то, — протянула она, — у нас такое запрещено… — Но ведь если это необходимо для спасения жизни, можно как-то решить вопрос? — он подтолкнул к ней сложенную вчетверо купюру. — В порядке исключения… Бариста цокнула языком, но деньги со стойки проворно забрала. — Ладно, посмотрю, чем можно помочь. Она присела и принялась греметь чем-то под барной стойкой. Видимо, искала бутылку с алкоголем. Драко в это время повернулся к Гермионе и спросил, чуть повысив голос: — Тебе взять чего-нибудь к кофе? Круассан? Пирожное? — Нет, спасибо, — холодно ответила она и уставилась в окно. Когда две чашки кофе были готовы, Малфой озвучил ещё одну просьбу: — А лист бумаги и ручка у вас найдётся, принцесса? Бариста закатила глаза, но через полминуты положила перед Драко то, о чём он попросил. — Зачем это? — спросила Гермиона, когда Малфой вернулся к столику с подносом. — Все пункты нашего соглашения нужно зафиксировать, — пояснил он, лукаво улыбаясь. — Чтобы потом ты не отпиралась и не уверяла, что мы так не договаривались. И чтобы не трепать друг другу нервы нюансами, которые мы не обговорили. Это будет черновик, который мы подпишем, а за выходные я подумаю, как лучше составить полноценное соглашение. Обсудим всё, я распечатаю итоговый вариант, и мы его подпишем. — Чтобы потом у тебя было доказательство? — Боже, Грейнджер, что же ты такая недоверчивая? Ну хочешь, включи в него какой-нибудь жуткий штраф для меня на тот случай, если разболтаю. Я не знаю… Пробежать голым по кампусу. Или прилюдно признаться в любви тренеру Грейбэку. — Судя по тому, какой ты извращенец, это может доставить тебе удовольствие. Улыбка, которая появилась на губах Драко, отозвалась холодком между лопатками Гермионы. Зато после его слов этот холод пробежал мурашками вдоль позвоночника и обернулся теплом внизу живота. — Поверь, для нашего пари мои наклонности — большой плюс. Грейнджер пристально посмотрела на Малфоя, затем на тетрадный лист, который он взял с подноса, и вздохнула. История приобретала слишком серьёзные обороты, и шансов дать заднюю становилось всё меньше. Наконец, она взяла в руки тёплую чашку. Обхватила её пальцами и задумчиво уставилась на кружащиеся в кофейной пенке сливки. Драко занёс ручку над листом, показывая, что готов записывать. — Во-первых, никакой фото и видео фиксации, — проговорила она тихо. — И максимальная осторожность при переписке. Тот случай, когда не надо называть вещи своими именами. Малфой хитро посмотрел на Гермиону исподлобья: — И какое же кодовое название будет у нашей авантюры? — Курсовая, — процедила Грейнджер. — Ты помогаешь мне написать курсовую. — Звучит забавно, — усмехнулся Драко. — Я буду помогать с учёбой главной заучке потока. Грейнджер смерила его недобрым взглядом, и Малфой предпочёл не развивать тему. Записал на лист первый пункт и поднял взгляд. — Во-вторых, полная конфиденциальность. Никто не должен узнать об этом пари. Вообще никто. Ни специально, ни случайно. Ты просто не обсуждаешь это нигде и ни с кем, даже в закрытой комнате наедине с собой не упоминаешь условия соглашения. Её взгляд исподлобья был максимально тяжёлый, и Драко серьёзно кивнул: — Я и так не собирался обо всём болтать, но, согласен, стоит закрепить это письменно. Ручка быстро двигалась по листу, и, как только в конце строки появилась точка, Гермиона продолжила: — В-третьих, никаких извращений. После этого пункта Малфой поднял взгляд от листа и задумчиво закусил щёку изнутри. Спросил через полминуты: — Уверена? Не все извращения неприятны и вполне может оказаться, что у тебя кинк на наручники или плётки. Сглотнув ставшую вязкой слюну, Гермиона отрицательно покачала головой. Не очень убедительно. Даже совсем не убедительно. И Драко это заметил. — Давай так, оставим этот пункт на обсуждение. Я могу предложить тебе что-то подобное и, если разрешишь, продемонстрировать, как это работает. После примешь решение. Идёт? Зрительная схватка была долгой, но в итоге Грейнджер сдалась: — Ладно. Я согласна на демонстрацию. Но не расстраивайся, если в итоге все твои грязные игрушки будут отвергнуты. Спрятав ухмылку, Малфой быстро вписал этот пункт, изменив изначальную формулировку. Когда он снова поднял взгляд на Гермиону, она замялась. — Не могу сообразить, что ещё внести в список. Понимаю, что пунктов должно быть под сотню, но ничего не идёт в голову. — Хорошо, — понимающе кивнул Драко. — Давай я продолжу, а ты, если что, дополнишь. Он дождался от Гермионы поощряющего жеста, но, прежде чем озвучить свои условия, понизив голос, проговорил: — Один вопрос. Ты умеешь удовлетворять себя сама? Хотя бы раз получала удовольствие с помощью игрушек или пальцев? Щёки Грейнджер приобрели такой оттенок, будто под кожей находился раскалённый металл. Она уставилась на тающую пенку в своей чашке и пробормотала: — Какое это имеет отношение к пари? — Самое прямое, — ответил Драко, терпеливо дожидаясь, пока спадет первая волна смущения. — Одно дело — блоки в голове, и совсем другое — медицинские проблемы. Если ты испытывала оргазм хотя бы раз, не важно, каким способом, значит диагнозы мы исключаем. — Это очень личный вопрос. — А у нас тут что, светская беседа? — фыркнул Драко, но тон его смягчился. — Я не собираюсь тебя высмеивать или использовать как-то эту информацию. Мне просто нужно понимать… — Да… — перебила Гермиона. — После неудачи с Блейзом я купила вибратор… Не сразу, но наедине с собой всё получилось. Со спокойным, почти безэмоциональным, выражением лица Драко кивнул: — Хорошо. Тогда продолжим. Во-первых, срок. Месяц на всё про всё. — Месяц? — взвизгнула Грейнджер, чем привлекла к себе внимание бариста. — Да, месяц, — спокойно подтвердил Малфой. — Ровно столько же, сколько ты потратила на абсолютно безнадёжного Нотта. Насупившись, Гермиона схватила бумажную салфетку из стаканчика и принялась её мять. — Ну и, я думаю, возможная стажировка стоит этого времени. — Ладно. Месяц так месяц, — буркнула она. — Во-вторых, справка об отсутствии половых инфекций. Я предоставлю тебе такую и жду взаимности. Грейнджер густо покраснела и скрутила салфетку с такой силой, что жгут начал крошиться. — А кто-то говорил, что секса не будет… — Без твоего разрешения. Но, согласись, будет неприятно, если ты захочешь, а мы будем не готовы. Закрыв глаза рукой от абсурдности ситуации, Гермиона качнула головой: “Согласна. Давай дальше”. — Третий пункт вытекает из второго. На этот месяц никаких других связей. — Выдержишь? — ядовито усмехнулась она, глядя на Драко в щель между разведёнными пальцами. — Выдержу. — Ну тогда и у меня проблем с этим не возникнет. Продолжай. — Четвёртое. Никаких недомолвок и драматических намёков. Если тебе что-то не понравится, скажешь об этом сразу. Ты должна быть честной. С собой и со мной. Гермиона нахмурилась. — Честной в чём? — Во всем, Грейнджер. В своих ощущениях, в своих желаниях, в своих мыслях. Если тебе доставляет удовольствие то, что я делаю, ты должна сказать мне об этом. Если тебе будет больно, неприятно или дискомфортно, ты тоже должна сказать. … И если ты захочешь большего, ты признаешься сразу. — Ну, это, вроде бы, в моих интересах. Драко удовлетворённо кивнул, быстро вписал новый пункт и перешёл к следующему: — Пятое. Ты даешь мне полную свободу действий. Никаких ограничений и запретов, кроме тех, что мы обговорим до подписания соглашения. Встречи там, где я скажу и тогда, когда я скажу. Говорю тебе раздеться — ты раздеваешься. Прошу трогать себя — ты трогаешь. — Тогда впиши ещё один пункт от меня, — с какой-то злостью процедила Гермиона. — Никаких унижений. Ни физических, ни моральных. Издеваться над собой я не позволю, и насмешек не потерплю. Комментировать это Малфой не стал. Просто молча записал. И сразу огорошил Грейнджер новым условием: — Мне нужно знать твой цикл. — Для чего? Чтобы добавить в наш контракт ещё несколько дней, которые выпадут из-за моей женской природы? — Нет. Чтобы знать, когда запасаться шоколадками, мороженым и вкусными молочными коктейлями. Гермиона села, откинувшись на спинку стула, и испытующе уставилась на Драко. Она не верила, что он всерьёз собирается крутиться возле неё даже во время месячных. Просто… Зачем? Когда услышала про срок в месяц, Грейнджер мысленно порадовалась, что неделя из него точно выпадет. Но у Малфоя, похоже, были другие планы. Молча выудив из кармана пальто смартфон, Гермиона нашла нужную иконку, включила приложение и положила аппарат на стол. Драко быстро посмотрел на календарную сетку с отметками, внёс какие-то данные в свой телефон и удовлетворённо кивнул. — Спасибо за ценную информацию. — Пожалуйста, — съëрничала она. В ответ на еë ребяческое поведение в уголках его губ появился намëк на улыбку, но Драко еë быстро подавил и притянул исписанный лист бумаги ближе к краю стола. — И последнее моë условие. На этот месяц ты забываешь про вибратор. Можешь удовлетворять себя пальцами, но только не игрушкой. — А ты ничего не попутал? — вспылила Гермиона. — Послушай, я прошу об этом не просто так. Механические штуки приучают к быстрой разрядке. Все ощущения концентрируются в единственной точке, остальные центры удовольствия просто не работают. Даже не важно, насколько ты возбуждена. Оргазм гарантирован. На это подсаживаешься и перестаёшь слушать своё тело. — Много ты знаешь о том, как у нас всё устроено. — Ну, много-немного, но это база. Так что, согласна? Гермиона поднесла кружку с кофе к губам, сделала большой глоток и поморщилась. Напиток совсем остыл. Она залпом допила то, что осталось, поставила кружку на стол и посмотрела на Малфоя долгим изучающим взглядом. — А что ты получишь от этого пари? Драко сел почти зеркально, отклонившись на спинку стула, и скрестил руки на груди. Во взгляде серых глаз не было высокомерия или насмешки. Только решимость. — Удовлетворение от победы, Грейнджер. И возможность доказать самому себе, что я не просто самоуверенный балабол, как ты выразилась. Плюс, небольшой бонус — осознание, что помог такой целеустремленной девушке, как ты, получить долгожданное удовольствие. Он сделал паузу, хитро посмотрел на Гермиону и с нарочитым легкомыслием продолжил: — Ну а чтобы тебе не казалось, что мои мотивы подозрительно альтруистичны, пусть в нашем соглашении будет стимул и для меня. Если всё получится, ты выполнишь одно моё желание. Грейнджер моментально насторожилась. Ещё бы. Зная фантазию Малфоя, она могла предположить любую дичь с его стороны. — Не напрягайся. Желание тоже будет в рамках договорённостей. Без унижений, огласки и видеофиксации. Лёгкая ухмылка, скользнувшая по его губам, не убедила Гермиону. Тогда Драко вздохнул и снова вернулся к серьёзному тону: — Обещаю, что не загадаю ничего такого, что будет тебе неприятно или противно. Если захочешь, это мы тоже пропишем в соглашении. Последовала долгая зрительная схватка, итогом которой стал едва заметный согласный кивок Грейнджер. Драко быстро вписал последние пункты, ещё раз скользнул по ним взглядом и поставил внизу уверенную подпись: “Д. Малфой”. Закончив, он протянул Гермионе ручку и первый вариант соглашения. Она приняла лист бумаги с дрожью в пальцах и, глубоко вздохнув, поставила свою подпись напротив его. Чернила легли на бумагу тонкими, неровными буквами: “Г. Грейнджер”. Пари было заключено. Игра началась. Малфой взял листок, аккуратно сложил и спрятал во внутренний карман пальто. — В понедельник, в полдень, буду ждать тебя на пятом этаже, у входа в библиотеку. Принесу окончательный вариант соглашения. Не опаздывай. Он встал, поправил рукав и взглянул на неё сверху. В его глазах снова появился тот самый, опасный и манящий огонёк. — Идём, провожу тебя. — Я сама дойду, — попыталась возразить Грейнджер. — Не глупи. Ночь на дворе. Идти в такое время одной небезопасно. К тому же, мне не помешает узнать маршрут до твоего дома. Теперь я буду там частым гостем. Гермиона поднялась медленно, как во сне, запахнула пальто и тщательно застегнула на все пуговицы. Стоило выйти на мороз, как ледяной ветер тут же обжёг разгорячённые щёки. Повыше подняв воротник, Грейнджер кивнула Малфою в нужном направлении, и они побрели в сторону её дома. Между ними повисло неловкое молчание, густое, как городской туман. Хотя, возможно, только ей атмосфера казалась неуютной, а Малфой в это время уже строил планы на месяц. Возле своего подъезда Грейнджер остановилась и повернулась к Драко лицом. Тем самым сразу обозначила, что в квартиру она его не позовёт. Не сегодня. Но он вдруг сделал шаг вперёд, чтобы рассмотреть номер над входной дверью, и на мгновение оказался так близко, что Гермиона почувствовала запах его парфюма. Отступил Малфой так же быстро. — До понедельника, Грейнджер. И не морочь себе голову нашим соглашением. Это всё — только моя забота. Он подмигнул ей, развернулся и ушёл, не дожидаясь, пока она скроется в подъезде. А Гермиона смотрела, как его силуэт растворяется в синеве ночи, и сжимала в кармане ключи так, что металл впивался в ладонь.