Вызов принят, или Практическое руководство по достижению оргазма

Гермиона лежала на диване, обессиленная, опустошённая. Удовлетворённая. Тело наконец-то успокоилось. После того, как она сходила в душ и позволила пальцам сделать то, о чём весь вечер просил организм. Диктофон лежал на журнальном столике безмолвно. Но в тишине комнаты Грейнджер казалось, что она всё ещë слышит бархатный голос. В кровать Гермиона перебралась далеко заполночь. И уснула, положив диктофон на соседнюю подушку. *** Утро воскресенья началось с того, что рука нащупала прохладный пластиковый корпус, хотя глаза ещё были закрыты. Палец прошёлся по выпуклым очертаниям кнопок, задержался на самой крупной и несколько раз обвёл её по кругу. Вздохнув, Гермиона всё-таки отложила диктофон и заставила себя выбраться из кровати. Сначала дела. Она выползла из спальни и поплелась на кухню. Машинально включила кофеварку, налила воду в бак. Шум заработавшего механизма окончательно разрушил магию тихого утра. Когда кофе был готов, Гермиона села за кухонный стол, разложив по нему конспекты и учебники. Нужно было подготовиться к семинару, прочесть две главы, закончить реферат... Но строчки плыли перед глазами. Каждую секунду мысли утекали туда, где глубокий, грудной голос читал её любимые романы... Неимоверным усилием Грейнджер заставила себя вчитываться в строчки параграфа. Через полчаса она поняла, что пробегает взглядом по одному и тому же абзацу уже в который раз и до сих пор не запомнила ни слова. Отложив учебник, Гермиона откинулась на спинку стула. В голове сразу же всплыло воспоминание. "...Руки стальными обручами стиснули её, подняли, отнесли на постель..." Чёрт… Пришлось признать, что диктофон с пикантной записью интересовал её сейчас гораздо сильнее, чем макро и микроэкономика вместе взятые. Гермиона решительно встала и направилась в спальню. Подушечка большого пальца надавила на кнопку "Play", голос Драко заполнил комнату. Грейнджер легла, откинувшись на подушку и закрыла глаза. *** Она слушала его весь день, в перерывах между делами. Или это дела случались в перерывах между прослушиваниями? Скорее уж так. После обеда, лёжа на диване с закрытыми глазами, Грейнджер позволяла голосу уносить себя туда, где воображение рисовало её и Драко в декорациях книги. Их поцелуи, разгорячённые тела и жаркую страсть. Она ловила себя на том, что запомнила текст наизусть и может шептать его вместе с ним. Каждое слово отзывалось в теле горячей пульсацией, от которой некуда было деться. К вечеру Гермиона приняла третий душ за день. Стояла под горячими струями, прижавшись лбом к прохладной плитке, и позволяла воде смывать с себя напряжение, которое иначе никак не хотело уходить. Пальцы скользили по мокрой коже, сжимались, гладили... Она думала о нём. О том, как он сидел на журнальном столике, вцепившись в края побелевшими пальцами, как сглатывал, пытаясь справиться с голосом, как смотрел на неё в последнюю секунду перед уходом — дико, отчаянно, голодно. Вода стекала по телу, унося с собой очередную волну разрядки. К вечеру учебники так и остались непрочитанными. Но Гермиона почему-то ощущала себя так, будто выполнила гораздо более важное домашнее задание.