Теневой Солдат

Примечания автора: А вот и продолжение! Очень надеюсь, что глава придется вам по душе. Огромное спасибо Jane.lixx за проверку текста и помощь с исправлением ошибок. Приятного чтения! Он наконец добрался до “дома”. А вернее до своего временного места жительства, каморки. Дурсли смотрели на него так, будто он был самым гадким, уродливым существом в это мире. Его сразу же затолкали его в чулан, ему же лучше. Заснул он моментально надеясь что сон поможет кануть в небытие. Сон покоя не принес. Он навалился липкой, серой пеленой, затягивая Гарри в омут памяти. Снова этот специфический запах зелий, старой кожи и горькой полыни. Он вспомнил что так и не успел досмотреть воспоминания Снейпа… Гарри стоял в тени книжных стеллажей. Кабинет выглядел привычно: жужжали серебряные приборы, на жердочке дремал Фоукс. Но воздух казался тяжелым, застоявшимся. Альбус Дамблдор сидел за столом, рассматривая свою почерневшую, омертвевшую руку. Его лицо было спокойным, почти безмятежным, что пугало куда сильнее яростного крика. — Ты не понимаешь, Северус... — мягко произнес директор, и этот мягкий тон заставил Гарри вздрогнуть. — Смерть это лишь логическое завершение партии. Мы подготовили почву. Том разделил свою душу, он стал уязвим в своем стремлении к бессмертию. Снейп стоял напротив, сжав кулаки так, что побелели костяшки. На его лице застыла маска брезгливого ужаса. — Вы говорите о нем как о свинье на убой, Альбус, — голос зельевара вибрировал от сдерживаемой ярости. — Вы годами оберегали его, заставляли меня рисковать жизнью, шпионя за Тёмным Лордом, только ради того, чтобы в нужный момент подтолкнуть мальчика к палочке палача? Это чистое безумие. Нельзя жертвовать Поттером ради... вашей стратегии. Не в мою смену. Дамблдор поднял взгляд. Его голубые глаза за стеклами очков-половинок были лишены привычного мерцания. В них осталась лишь холодная, математическая решимость. — Мальчик лишь носитель, Северус. Случайный сосуд для осколка души Тома. Пророчество сказало ясно: ни один не может жить, пока жив другой. Чтобы Том стал смертным, часть его внутри Гарри должна быть уничтожена. И уничтожить её должен сам Том. — Пророчество, которое вы интерпретировали так, как удобно вам? — Снейп сделал шаг вперед, его голос понизился до опасного шепота. — Вы же знали, что Лили отдала жизнь, создавая защиту. Вы могли найти способ извлечь осколок, не убивая ребенка. Но вы предпочли сделать из него мученика. Вы подстроили всё так, чтобы у него не оставалось выбора, кроме самопожертвования! Альбус лишь печально качнул головой, и этот жест – жест доброго дедушки, отправляющего внука на смерть, выглядел жутко. — Нужен был катализатор, Северус. Сила, способная сокрушить Тома окончательно. Гарри должен погибнуть от его руки, чтобы связь разорвалась. Это единственный путь избавить мир от лорда Волан-де-морта. Я лишь направляю события по руслу необходимости. Гарри хотел закричать, броситься на старика, чья мудрость обернулась ледяным расчетом, но он оставался лишь бесплотным духом. Мир вокруг начал рассыпаться, превращаясь в воронку из черной мантии и серебристого дыма. Лицо Снейпа, искаженное смесью гнева, жалости и глубочайшего отвращения, подернулось рябью. — Вы чудовище, Альбус. — были последние слова, которые Гарри услышал перед тем, как подскочить на кровати в холодном поту.

***

Гарри резко сел на кровати, хватая ртом воздух. Футболка прилипла к спине, а шрам, старый, давно не беспокоивший его в будущем, противно ныл. Но не от присутствия Реддла, а от ярости, которая жгла изнутри. "Мальчик лишь сосуд. Катализатор.” Слова Дамблдора крутились в голове, как заезженная пластинка. Гарри сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Значит, вся его прошлая жизнь, смерть Сириуса, война, потери всё это было лишь частью чьего-то безумного плана по устранению Волан-де-морта? Старик играл в бога, а Снейп…Северус. Ещё один человек, который не хотел его гибели. Гарри замер, глядя в темноту чулана. — Северус... — прошептал он. В том воспоминании голос Снейпа дрожал не от страха, а от едва сдерживаемого отвращения. Он единственный знал план директора и единственный пытался остановить эту жатву. В прошлой жизни Гарри понял это слишком поздно, когда смотрел в затухающие черные глаза в Визжащей хижине. В этой жизни всё будет иначе. Гарри не нужен “наставник” в лице Дамблдора. Ему не нужен “покровитель” в лице Реддла. Ему нужен человек, который ненавидит ложь так же сильно, как и он сам. Человек, который знает вкус горьких истин. “Я не буду его провоцировать. Я не буду играть в "сына Поттера". Я построю эти отношения с нуля. Не из чувства долга и не из-за мамы. А потому что мы оба жертвы одного и того же кукловода” подумал Гарри Гарри встал. Букля ухнула в клетке, чувствуя его состояние. — Нам придется несладко, девочка, — тихо сказал он, поглаживая ее сквозь прутья. — Снейп не ждет от меня ничего хорошего. Он ждет заносчивого мальчишку, избранного. Но представь его лицо, когда он встретит ребёнка не желающего играть в героя. План начал обретать четкие контуры. Чтобы выжить в этой петле, ему нужно было перетянуть на свою сторону главного шпиона Хогвартса. И сделать это нужно было до того, как Дамблдор начнет плести свои новые сети. “Первый урок зельеварения станет моим полем боя. Но на этот раз я приду туда не с мечом на перевес, а с миром”.

***

Когда он наконец уснул, он очутился на том самом мостике. Он начал оглядываться, и там ничего не было. Только река. “Да где я опять?! Мой мозг даст мне спокойно поспать?!” — Ты на перепутье. Гарри напрягся услышав ответ на незаданный вопрос, и приготовился атаковать в ответ. — Тебе нечего бояться владыка. Как я могу тебе навредить? — Какой владыка…? — оканчательно растерлся Гарри На периферии зрения он заметил что возле него кто-то появился. И он очень медленно начал поворачивать голову, перед ним стояла девушка. Вся в черном, только кожа другого цвета, почти белая. “Она похожа на гота”. И она рассмеялась. — И это единственное что тебя беспокоит? — спросила она, смахивая проступившую слезу, едва отсмеялась. — Кто вы?— спрашивал Гарри не надеясь услышать ответ. — Смерть — коротко и ясно, что сказать. “СТОПЭ! ЧТО ОНА БЛЯТЬ СКАЗАЛА?! она наверное шутит, да так и есть“ и она снова рассмеялась, да так заразительно что он и сам хотел смеяться. — Ты наверное думаешь что я шучу? — Гарри медленно и неуверенно кивнул головой — Ну тогда ты.. ошибся) — проговорила женщина улыбаясь глядя на него. Гарри замер, глядя в эти бездонные глаза, в которых отражалась не пустота, а миллиарды прожитых жизней. Смех Смерти все еще вибрировал в воздухе, странно успокаивая, будто сама вечность похлопала его по плечу. — Ты... настоящая? — выдохнул он, чувствуя, как холодный туман лижет лодыжки. — Не плод моего воображения после того, как я пару раз умер, и встретился с Реддлом в Косом переулке? Смерть сделала шаг вперед, когда она успела перейти на берег?, и подол ее многослойного черного платья коснулся воды, не замочив ткани. — О, Косой переулок... — она прищурилась, и Дары в ее ушах едва заметно качнулись. — Маленький хаос в муравейнике. Тебе понравилось покупать палочку, Поттер? Чувствовать, как дерево узнает своего хозяина? Или ты был слишком занят тем, что пытался не упасть в обморок от избытка магии? Гарри вспомнил вчерашний вечер: скрип старых половиц у Олливандера, тяжелый кошель с золотом и странное ощущение чьего-то пристального взгляда в толпе. Теперь он понимал это была не паранойя, и не Реддл. — Ты была там? — спросил он, нахмурившись. — Я везде, Гарри. Но вчера я приглядывала за тобой с особым интересом. Твой “новый знакомый” хорошо постарался. — после этих слов она снова рассмеялась. Смех Смерти постепенно затих, сменившись шелестом ветра, который не колыхал её иссиня-черных волос. Гарри мгновенно подобрался. Его детское лицо осталось бесстрастным, но взгляд тяжелый, выжженный битвами прошлой жизни впился в женщину. — Перепутье, — повторил он, пробуя слово на вкус. — В прошлый раз здесь был Кингс-Кросс и избитый кусок души Реддла, а затем мост над рекой. Сейчас только река и мост. Почему я здесь, “госпожа”? Я уже прожил это. Я уже умирал. Смерть склонила голову набок, и Дары в её ушах тихо звякнули. — Ты вернулся не один, маленький Поттер. Баланс нарушен. Твой враг, а может, и не враг вовсе, успел свить гнездо в этом времени раньше тебя. Гарри прищурился. В голове всплыла недавняя прогулка по Косому переулку. Газета в кармане Хагрида пестрила заголовками о “молодом и талантливом Томасе Кассие Мраксе” , – он подозревал что это про Реддла, ведь его матерью была Меропа Мракс, но не был уверен, когда он успел стать популярным? – который занял пост профессора ЗОТИ в Хогвартсе. Сын Реддла? Чушь. Гарри знал эту породу. И тем более тот сам себя раскрыл в самом начале, но он бы и без этого его узнал,это лицо он ни с кем не спутает. Он видел Реддла во всех обличьях. — Я знаю. Томас Мракс, а точнее Том Реддл. — процедил Гарри. — Он здесь. И он играет роль примерного сына, пока Дамблдор пускает слюни в своем кабинете. — Он больше не безумен, Поттер, — Смерть сделала шаг к нему, её белое лицо оказалось в дюйме от его носа. От неё пахло озоном и старой бумагой. — Его разум чист, как никогда. Он хочет тебя. Не как жертву, а как... трофей. Свою потерянную часть. Он хочет разгадать твою загадку. Гарри горько усмехнулся. В той жизни он был щитом для магического мира. В этой он будет мечом… А вообще он ни кем не хочет быть. — Пусть хочет. В этот раз я не одиннадцатилетний мальчишка со сломанной палочкой. Я солдат в конце концов, и если он думает, что профессорская мантия спасет его от моей руки на его горле, если он полезет к моей семье... он ошибается. — Учти, Поттер, — она провела ледяным пальцем по его шраму, — в этой игре правила изменились. Он не хочет твоей смерти. Он хочет твоего признания. Проснись, Владыка. Кто-то стоит над тобой. Мир на мосту начал рассыпаться серой пылью.

***

Гарри понял что он снова в чулане. В костях ныла привычная фантомная боль от старых ран, которых на этом детском теле еще не было. Он лежал с закрытыми глазами, он надеялся что если не двигаться то опять уснет. Но этого не происходило. “Томас Мракс, значит? — Гарри сел, его пальцы привычным движением потянулись к месту, где в будущем всегда висел нож, но наткнулись лишь на тонкую ткань заношенной футболки. — Ну что же... посмотрим, как ты будешь пытаться приручить меня.” Он вспомнил слова смерти “ Проснись Владыка, кто-то стоит над тобой”. С тем что значит “Владыка” он разберется позже, а вот то что над ним кто-то стоит, он уже и сам ощутил. Он открыл глаза, и увидел… заплаканную Петунью... — Тётя… что с вами? — Он был настолько удивлен увиденным, что смог выдавить только это. Она шмыгнула носом. Гарри увидел как слеза стекает по её щеке. Затем она сделала то, чего мальчик точно не ожидал. Петунья обняла его, и начала заливаться слезами… Он замер, не проснулся что ли? А тётя тем временем всхлипывая гладила его по голове. — Я так надеялась... — всхлип — что ты не повторишь судьбу моей маленькой Лили… — и вновь раздались рыдания Гарри замер, не в силах пошевелиться. В прошлой жизни он прошел через огонь, пытки и предательства, он убивал без тени сомнения, но сейчас... сейчас его бронированное сердце дало трещину. Костлявые руки Петуньи сжимали его плечи с такой отчаянной силой, будто она пыталась удержать его от падения в пропасть. И он обнял её в ответ... — Ты... ты получил письмо, — выдохнула она, отстранившись и глядя на него с ужасом, смешанным с болезненной нежностью. — Я видела вчера, как ты вернулся с этими... вещами. Думала, смогу вытерпеть. Думала, смогу ненавидеть тебя так сильно, чтобы ты никогда не захотел уйти туда, за ними, чтобы считал, что это неправильно. Гарри смотрел на неё, и его разум лихорадочно обрабатывал информацию. В “той” жизни Петунья была желчной, сухой женщиной, чья ненависть к магии была единственной страстью. Но здесь, в этом измененном прошлом, что-то пошло не так. Или, наоборот, наконец-то пошло правильно? Может она и приходила, а пошло всё по другому, потому что в тот раз он не просыпался ночью? — Лили тоже радовалась, — Петунья закрыла лицо ладонями, и её плечи затряслись. — Она была такой счастливой, когда уезжала. А потом она вернулась в гробу, Гарри. Я не хочу... я не могу видеть это снова. Этот мир... он забирает всё, что мне дорого. Она сказала, что он ей дорог... Мальчик медленно поднял руку и коснулся её худого предплечья. Его ладонь была маленькой, детской, теплой, но жест был уверенным, взрослым. — Тётя, — его голос прозвучал непривычно глубоко для одиннадцатилетнего ребенка. — В этот раз всё будет иначе. Я обещаю. Петунья подняла на него глаза, покрасневшие от слез, и на мгновение ей стало не по себе. Взгляд племянника не был взглядом испуганного сироты. Это был взгляд человека, который встретит смерть как старого друга. — Откуда в тебе это... — прошептала она, вытирая щеки фартуком. — Ты смотришь так, будто тебе не один десяток лет. — она немного помолчала — Мне жаль, что тебе приходиться тут жить — она подняла руку и обвела каморку — я пыталась, но ничего не могла сделать... Вернон... он боится тебя, Гарри. Он думает, что ты проклят. — и тут он заметил след на щеке от... пощечины? Она так пыталась выбить ему комнату, что Вернон её ударил? У него свело челюсти. Как можно бить женщину, свою жену, мать его собственного ребёнка?! Он точно преподаст ему урок... — Я просто повзрослел слишком рано, — Гарри сел на кровати, чувствуя, как магия привычно циркулирует по венам. — Тётя, слушайте меня внимательно. Мне нужно поехать в Хогвартс. Но не ради того, чтобы махать палочкой. Там... человек, который виноват во всём. И я собираюсь закончить то, что не успела закончить мама. Петунья вздрогнула от стальных ноток в его голосе. Она вдруг поняла: перед ней сын Лили, за которым уже не нужно присматривать, он сам за кем хочешь присмотрит. Но она всё равно хочет его уберечь. Ради Лили. — Там сейчас новый учитель, — продолжал Гарри, и его глаза опасно блеснули. — Томас Кассий Мракс. Если вы услышите это имя в новостях или где-то еще — не верьте ни единому его слову. Он встал, и маленькая коморка под лестницей оказалась тесной для них двоих. Ему нужно было встретиться с Реддлом, и договориться. Ему нужно было понять, почему Смерть назвала его “Владыкой”. И почему этот новый Том Реддл решил играть в “доброго профессора”.