Ты мой бог 5

Глава 12 ч5. Паула обвела всех долгим задумчивым взглядом – Для начала, я очень рада, что всё получилось, – сказала она. – А теперь, предлагаю подумать над тем, какие у нас всех сейчас начнутся проблемы. – Какие проблемы? – Не поняла Ноя. – Политические, – хмуро ответил Мегатрон – И этические, – добавил Оптимус. – Верно, – согласилась Паула. – Сначала, я хотела засекретить этот… проект – Но Рене не проект, – Возразила Ноя, – Рене живая. Ей сейчас и так несладко. Она очнулась в новом механическом теле, пережила смерть, а вы хотите скрыть сам факт её существования, словно она какой-то монстр! – Я не знаю, что делать, – выдохнула Паула. – Обнародовать то, что человек может после смерти стать кибертронцем, значит открыть ящик пандоры. В обществе начнутся волнения. Одни захотят сделать так же, другие, будут считать, что это неприемлемо. Хотя, думаю, вторых будет меньшинство. – А что по этому поводу скажет основатель Содружества? – Спросила Нут. Паула вздохнула. – Оззи в отпуске на Дальней. Он заблокировал СИ, и я не могу до него достучаться. Мегатрон хмыкнул. – Зато мы можем. Саундвейв, определи точные координаты Айзекса и доставь его сюда. —------- Оззи стоял у окна своего бунгало, лениво потягиваясь после сытного завтрака. Он был трезв, побрит и одет в свежую белую футболку. За окном шумел лес, где-то вдалеке кричали птицы, а на дорожке ещё виднелась пыль, поднятая недавно уехавшим авто Алекса и Кассандры. Хорошие ребята. Несмотря на то, что Шелдоны. Оззи улыбнулся своим мыслям, опёрся ладонями о подоконник и глубоко вдохнул свежий воздух. Тишина. Покой. Благодать. Воздух за его спиной дрогнул. Оззи обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как прямо посреди комнаты разверзается знакомая зелёная воронка спейсбриджа. Из неё, словно щупальца какого-то механического спрута, выметнулись тонкие, гибкие манипуляторы. — Ах ты ж... Договорить он не успел. Щупальца обвились вокруг его туловища, рук и ног, мягко, отрывая его от пола. Оззи дёрнулся, попытался ухватиться за подоконник, но пальцы соскользнули с гладкого пластика. — Саундвейв, твою мать! — только и успел выдохнуть он, прежде чем его затянуло в воронку. Зелёное сияние мигнуло в последний раз и схлопнулось, оставив после себя лишь лёгкий запах озона и лёгкое покачивание занавесок на открытом окне. Бунгало опустело. Где-то в лесу крикнула птица. —--- Саундвейв внёс в зал яростно отбивающегося от его манипуляторов Оззи, со спокойствием каменной глыбы. Паула не могла сдержать злорадной усмешки. – Оззи Айзекс доставлен, – сообщил Саундвейв. – Молодец, Саундвейв. – похвалил его Мегатрон, –Останься и зафиксируй всё, что здесь происходит. – Мое физическое присутствие не является обязательным для записи происходящего. – отзвался Саундвейв, ставя Оззи на пол – Как хочешь. – Мегатрон махнул манипулятором. Оззи одернул футболку, и оглядел присутствующих. – Надеюсь это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО важно,– заявил он. – Оззи, – спокойно перебила его Паула, – Рене Кампаса убита. – Мне правда очень жаль. Но её оживят. – он развернулся к выходу. – Она запретила клонировать себя. – Ничем не могу помочь. Закон один для всех. – Оззи, Рене Кампаса получила тело кибертронца! . – не выдержал Оптимус. Оззи замер на полпути к балкону и медленно повернулся. – Э-э-э …Что? Оптимус и Паула посятили его в суть дела. После всего услышанного он просто уселся на пол уставился в пустоту. – Существование в иной форме…– пробормотал он. – Это открывает поистине уникальные возможности. Опыт… – Оззи! Спустись на землю! Не выдержала Паула. Если люди начнут требовать оживления в механическом теле, то каков будет их правовой статус? Они всё ещё останутся нашими согражданами или станут кибертронцами? На Энос начнут поступать запросы о создании протоформ, – она повернулась к Предакингу, – и не думайте, что вас это не касается! Народ быстро смекнет, что быть большим роботом круто, но стать огромным огнедышащим механическим драконом, ещё круче. – Если до этого дойдёт, мы будем рассматривать каждый случай индивидуально, – Спокойно ответил Предакинг, – Глорион довольно закрытый мир, наши предаконы не шатаются по вашим мирам, не живут в вашем обществе, а спокойно строят своё. – Паула, – перебил её Оззи, – каждый может сам выбирать, в каком виде продолжать жить. – Оззи! Правительства миров будут как минимум недовольны оттоку налогоплательщиков! – Значит, это хреновое правительство, – парировал Оззи. – раз граждане бегут от него. Все молча следили за их перепалкой. – Хорошо. – не унималась Паула, – Как быть с вопросами этики? Представь, что к Прайму заявится какой-нибудь автобот и сообщит, что отныне хочет быть человеком? Оптимус ответил – Свобода, это священное право… – …Всех живых существ. Знаем, – перебил его Мегатрон. – Но у нас уже есть опыт переселения сознания меха в органическую оболочку. Я. Лично. Был этим мехом. – Однако, мы не будем клонировать людей. Паула Мио права, это действительно неэтично, – согласился Оптимус, – если кто-то из наших захочет стать человеком, то решение о клонировании ложится на Содружество. И наоборот. Это справедливо. – Тем более, – Заметила Нут, – Не думаю, что это приобретёт массовый характер. Человеческая психика очень не любит резких перемен. Привычное кажется безопасным. – А насчёт принятия… – добавил Оззи, – оглянись вокруг. Среди нас живут чужаки, мы летаем к ним в гости, никто не хватается за сердце при виде “не такого как я” – Значит, – подытожил Оптимус Прайм – мы должны заключить соглашение, о том, что не будем клонировать друг друга, и если возникнут запросы, то рассматриваем каждый случай индивидуально. Паула обречено кивнула. – Как будто у меня есть выбор. – Ну вот и чудненько, – Заключил Оззи, – Оптимус, не мог бы ты поднять меня к своему репликатору? – очень хочу кофе. Когда все думали, что на этом собрание закончено, Ноя подала голос – А что если… – она обвела всех взглядом, – Что если кто-то захочет существовать в двух телах одновременно? Год ты живёшь как мех, пока человеческое тело лежит в стазисе, потом наоборот… Оззи встрепенулся, и в его глазах вспыхнул неподдельный интерес, а Паула Мио с громким стоном схватилась за голову. – Зря ты так с ней, – Тихо сказал Оптимус, наклонившись к Ное, – Пауле и так несладко. – Но, это неизбежно – так же тихо возразила Ноя. —------ Беспорядок был ликвидирован. Стеллажи водружены на места, инструменты рассортированы, разбитые пробирки исчезли в утилизаторе. Только несколько царапин на стенах напоминали о недавней панике новорождённого кибертронца. Хаунд крякнул, открутил крышку канистры с бензином, сделал пару хороших глотков, крякнул ещё раз и, махнув ладонью, потопал к выходу. — Я в гараж. Если что — не будите, — буркнул он и скрылся за дверью. В лаборатории остались трое. Нокаут стоял у своего рабочего стола, сложив манипуляторы на груди, и смотрел на Родсидера. Родсидер стоял напротив и смотрел на Нокаута. Между ними висела невысказанная, но вполне ощутимая напряжённость. Шарлотта сидела на высокой консоли у стены, болтая ногами, и переводила взгляд с одного на другого. — Слушай, док, — начал Родсидер, почесав затылок. — А тебе не кажется, что тут как-то... душно? Нокаут прищурил оптику. — Это лаборатория. Здесь всегда душно. Системы жизнеобеспечения работают в штатном режиме. — Ну да, ну да... — Родсидер покосился на дверь. — А может, тебе проветриться? Прогуляться? На мосту, говорят, ветерок приятный. — Мне не нужен ветерок, — отрезал Нокаут. — Мне нужно проверить показатели искры и стабилизировать энергопотоки. — А я проверю! — Родсидер шагнул вперёд. — Я же полицейский, я умею следить за порядком. Посижу тут, послежу... Нокаут медленно опустил манипуляторы. — Ты хочешь, чтобы я ушёл. Из МОЕЙ лаборатории. — Ну зачем так категорично? — Родсидер изобразил максимальную искренность. — Просто... понимаешь, тут такое дело... Рене скоро выйдет из стазиса. И ей, наверное, будет нужен... ну... кто-то знакомый рядом. А ты тут будешь мельтешить, отвлекать... — Я? мельтешить?! — у Нокаута произошёл сбой в ветиляции — Это МОЯ лаборатория! Я здесь главный! Я отвечаю за её состояние! — А я отвечаю за ЕЁ состояние! — парировал Родсидер. — Эмоциональное! А ты со своими приборами и схемами... ты её напугаешь! — Я её пострил! — рявкнул Нокаут. — Без меня она вообще была бы грудой металла! — Ну пострил, ну молодец, — Родсидер похлопал его по плечу. — Давай я дальше сам. Ты своё дело сделал, иди отдыхай. — Я НЕ ХОЧУ ОТДЫХАТЬ! — А надо! — Родсидер, если ты сейчас не заткнёшься, я тебя самого в стазис погружу! — Попробуй! Они замерли друг напротив друга, сверля друг друга оптикой. Воздух между ними, казалось, начал плавиться. И тут тишину разрезал звонкий голос Шарлотты: — Мальчики, а тут можно где-то покушать? Я есть хочу! Оба автобота синхронно повернули головы. — Что? — переспросил Нокаут. — Кушать, — повторила Шарлотта и капризно надула губки. — Я с самого утра ничего не ела. Нокаут моргнул. Потом ещё раз. Его процессор, зацикленный на конфликте с Родсидером, с трудом переключился на бытовой запрос. Но переключился. — Ты голодна? — переспросил он, и его голос мгновенно сменился с воинственного на заботливый. — Очень, — Шарлотта сделала жалобные глазки. Нокаут тут же забыл о Родсидере. Он шагнул к Шарлотте, и осторожно подхватил её с консоли. – НИЧЕГО НЕ ТРОГАТЬ! – гарун он Родсидеру, и повернувшись к Шарлотте тут же сменил тон, — Идём, малышка. У меня в аппартаментах есть отличный репликатор, я его настраивал специально для тебя, – промурлыкал он — А можно бургер? — Шарлотта обвила руками его манипулятор. Нокаут вспомнил фейерверк красных брызг от соуса на своём белом интерьере, и с преувеличенным сожалением вздохнул. – Бургеров нет в программе. Однако, всё остальное – пожалуйста. Он уже нёс свою драгоценную ношу к двери, когда Родсидер кашлянул: — Э-э-э... док? — Если что, вызывай.– бросил Нокаут через плечо, не оборачиваясь.– Но только если реально что-то серьёзное! И ничего не трогай! Дверь за ними закрылась. Родсидер остался один. Он проводил взглядом ушедшую парочку, потом перевёл оптику на платформу, где в стазисе лежала Рене. Он подошёл ближе, осторожно опустился на пол рядом с платформой и положил манипулятор на серебристый металл.