***
Драко готов был поклясться, что они идут не в ту сторону. Не то чтобы у него были аргументы и доказательства, нет. Он просто был уверен. Однако твердо усвоенное правило «критикуешь — предлагай», заставляло прикусить язык и se le mettre dans ce cul. Что он мог сказать? «Грейнджер, ты идешь не туда, нужно идти обратно»? У него не было ни малейших оснований для таких заявлений. И все же они шли не туда. Лес не становился реже, наоборот: ветви сплетались только теснее, вздыбленные корни так и норовили ухватить за ногу, дневной свет остался где-то далеко позади… А главное — тишина. Здесь не было слышно гомона птиц, жужжания насекомых, шелеста листьев. Лес застыл, будто мертвый — а может, просто затаил дыхание в ожидании чего-то близкого, подступающего… Что это? Шорох? Или шутки разыгравшегося воображения? Драко остановился; прислушался. Топот Грейнджер наверняка распугал все живое на семь миль вокруг, но все-таки… — А ну стой, — раздраженно бросил он ей. Вероятно, проще было бы использовать Петрификус — по крайней мере, это позволило бы избежать очередных бессмысленных препирательств. А потом запихнуть её в чемодан… Мысль оказалась настолько соблазнительной, что на мгновение Драко даже забыл, зачем вообще велел ей остановиться. — Да что не так?! — прошипела она разъяренной змеей. Putain, у него шерсть на заднице зашевелилась от этого шипения!.. — Слышишь? Шорох. Осторожный, вкрадчивый — теперь он слышал его совершенно отчетливо. И, судя по тому, как она отступила на шаг, Грейнджер слышала тоже. — Если это… Она осеклась, не договорив. Еще один шорох — с другой стороны. Драко крепче сжал палочку в руках, стараясь не думать об экипировке, которую он готовил все это время и которая сейчас могла бы очень пригодиться. Какое затмение на него вообще нашло, когда он согласился отправиться в Запретный лес вот так — в деловом костюме, с пустыми руками, вооруженный одной лишь волшебной палочкой?! Снова шорох. Кусты слева дрогнули, листья раздвинулись — и что-то черное, маленькое бросилось на него, огибая красный луч, который в то же мгновение вырвался из палочки Грейнджер, и вцепилось в лацканы его пиджака. — Nique ta mère, Грейнджер, ты хочешь меня убить?! — Я спасала тебе жизнь, ты, обрезок флоббер-червя! — Это всего лишь putain de нюхлер, imbecile! — Откуда я могла знать, придурок?! Если в следующий раз на тебя бросится оборотень, я и пальцем не пошевелю! — Да я просто не доживу до этого следующего раза — и все благодаря тебе! — Неужели ты собираешься лопнуть от самодовольства? Тогда подожди, я отойду подальше — не хочу, чтобы меня забрызгало, вдруг это заразно!.. — Знаешь, что на самом деле заразно?! Драко не договорил — а он собирался сказать очень, очень многое!.. Нюхлер больно дернул его за ухо, он резко повернулся — и слова застряли в глотке. Сквозь деревья двигалась белая, призрачная фигура. Длинная косматая шерсть излучала слабое свечение, обнаженные клыки поблескивали, раздвоенный хвост подергивался, свободно проходя сквозь стволы деревьев… — Гитраш, — прошелестела Грейнджер. — Они охотятся стаей… Драко быстро огляделся, но этот гитраш, похоже, был один. Да даже если бы и нет… — Они боятся света, — напомнил он скорее себе, чем ей. — Просто засвети Люмос Максима, и… — Подожди! Он поморщился. Чего ждать? Пока эта тварь решит ими пообедать? Грейнджер шагнула вперед. — Посмотри. Он не собирается нападать. Драко перевел недоверчивый взгляд на гитраша. Тот оставался в отдалении, не пытаясь приблизиться. Как будто… присматривался? А потом просто повернулся и пошел прочь. Отойдя на несколько футов, остановился и оглянулся. — Он… хочет, чтобы мы шли за ним? — в недоумении спросил Драко. — Я читала об этом, — тихо ответила Грейнджер. Он закатил глаза — ну конечно!.. — Иногда гитраши указывают заблудившимся верный путь из леса… Призрачный пес снова оглянулся, но, видимо, не дождавшись реакции, потрусил вперед. Внутренний голос шептал Драко, что следовать за неизвестной тварью — не лучшее решение, но, с другой стороны, какая разница? Они все равно заблудились. Хуже вряд ли будет. — Ну давай проверим… Медленно, осторожно они двинулись вслед за гитрашем. Он больше не оглядывался, но и нападать не собирался. Просто шел себе и шел, не обращая никакого внимания на двух волшебников, которые тащились за ним. В какой-то момент он скрылся за кустами — и исчез, будто растворился в воздухе. Драко в недоумении огляделся. И куда он их завел?! И вдруг заметил: тот самый вяз. Вне всяких сомнений, это он! Гитраш вывел их на верный путь.Глава 12
2 мая 2026 г., 06:00
Гермиона рассадила лукотрусов по веткам вяза, насыпала им еще мокриц. Кто вообще знает, сколько едят лукотрусы?.. Она никогда не встречала этой информации в книгах. Может, в записях Скамандера что-то есть? А чем кормить нюхлера, если он все-таки останется?..
Она делала то, что должна была — обустраивала первых жителей зоопарка в их временном жилище, а в голове пульсом стучали слова Малфоя.
Дом — это не стены и крыша.
Что он мог знать? Что он мог знать?.. Он никогда не смотрел в глаза родных людей, которые никогда тебя не вспомнят. Он никогда не возвращался в место, которое всю жизнь считал своим домом, чтобы увидеть, как теперь там живет кто-то другой…
Дом — это не стены и крыша…
Она старалась, так старалась найти свой дом заново! Обрести его в других стенах, под другой крышей. Из этого ничего так и не вышло — но что Малфой, что Драко Малфой мог об этом знать?! Косы в подмышках Ровены, да он просто ляпнул нечто многозначительное с умным видом, чтобы казаться загадочнее — а она пытается найти в его словах глубокий смысл!.. Какая глупость.
Гермиона еще раз окинула взглядом вяз. Все было в порядке — а значит, можно возвращаться. Опыт прошел успешно. И это касалось не только лукотрусов, но, к сожалению, и самого Малфоя. Запретный лес его ни капли не испугал… А жаль.
Она поднялась по лестнице, вылезла из чемодана — все-таки делать это в узкой юбке было чертовски неудобно!.. — и удивленно охнула.
Вроде бы она провела в чемодане не так много времени. Но солнце успело скрыться — быть может, за тучей, — тени сгустились, и теперь черный густой лес обступал со всех сторон. Она зажгла Люмос на конце волшебной палочки, но тут же погасила: рядом с пятном яркого света лес казался еще темнее и еще страшнее.
— Ты закончила? — раздался голос Малфоя, и от неожиданности дрожь пробежала вдоль позвоночника. — Думаю, нам пора.
Ну надо же, какое глубокое умозаключение!.. В самом деле, участие Малфоя в этом проекте поистине бесценно! Без него она бы так и осталась жить в чемодане посреди Запретного леса.
Гермиона огляделась по сторонам в попытке понять, с какой стороны они пришли — и почувствовала, как земля уходит из-под ног. Деревья, кусты, валежник — все выглядело абсолютно одинаково. Нетронутым. Непотревоженным. Как будто лес успел залечить раны, нанесенные ему чужаками. Как будто хотел, чтобы они не нашли обратной дороги и остались здесь насовсем, навсегда…
Так. Спокойно.
Гермиона положила палочку на ладонь и прошептала заклинание направления. Палочка повернулась, указав концом на север. Это было уже кое-что; вот только она не помнила, в какую сторону шла по следу Малфоя…
— Скажи, что мы можем просто трансгрессировать, — лениво растягивая гласные, проговорил Малфой.
Гермиона закатила глаза. Это, полосатые кальсоны Годрика, Запретный лес! Какой бы он был Запретный, если любой желающий мог сюда трансгрессировать, как к себе домой?!
— Значит, нам надо вернуться на ту поляну?
Она скользнула взглядом вокруг, на этот раз пытаясь отыскать нюхлера.
— А где твой маленький друг? — спросила она. — Он наверняка помнит дорогу домой.
— Сбежал, — коротко бросил Малфой.
Вот, значит, как… Гермиона снова огляделась по сторонам. В одном месте кусты казались менее плотными и вроде бы помятыми… Она решительно взялась за ручку чемодана.
— Ну, пойдем. Или ты решил остаться здесь жить?