Будни астрофизика

Декабрь. Четвëртое число. 5:23 по Берну. --- День для Ариралов начался не с рассвета, не с привычного шороха леса за стенами обсерватории, а с резкого, настойчивого писка. КПК, лежавший на полу рядом с пуфиком Эсраники, завибрировал, засветился синим и издал сигнал, который мог разбудить даже мертвого. Эсраника, не открывая глаз, поводила рукой по полу, нащупала холодный корпус и поднесла к лицу. Экран горел ярко, высвечивая буквы в темноте комнаты. Она прочитала сообщение раз, потом второй, спать больше не хотелось. — "Внимание, — прочитала она вслух, чувствуя, как внутри нарастает холод, — В Солнечной системе планеты Земля обнаружена подозрительная тепловая активность. Рекомендуется не выходить на улицу, не снимать стелс-броню или немедленно эвакуироваться". Она замолчала, переваривая информацию. — Какого... — начала она, но Аргемия перебила её сонным голосом. — Да это какая-то ошибка, — пробормотала Аргемия, переворачиваясь на другой бок. — Я уверенна... Она нехотя протянула руку к своему КПК, лежавшему на тумбочке, и включила экран. То же самое сообщение. Эсраника села на пуфик, отбросила одеяло. — Не может быть ошибки, — сказала она жестче, чем планировала. — Система оповещения не даёт сбоев. Быстро надевай стелс-броню и пошли разбираться. Аргемия вздохнула, но спорить не стала. В голосе подруги звучала та нотка, которая означала «не обсуждается». Они встали, пусть и спать хотелось так, что глаза слипались. Аргемия потянулась, хрустнув шеей и пальцами, и начала натягивать на себя броню — темную, облегающую, с едва заметным мерцанием по швам. Эсраника делала то же самое, но быстрее, методичнее, проверяя каждый замок и фиксатор. Через три минуты они были готовы. Эсраника взяла с тумбочки небольшой инструмент, что мог пригодиться. Аргемия — свой любимый анализатор, с помощью которого она могла сканировать всë, собирать информацию. Они вышли на улицу — и первое, что ударило по ним, была жара — снега не было. Вчерашние сугробы исчезли, будто их никогда не существовало. Трава, ещё вчера белая и припорошенная, теперь была желтой, сухой, выжженной. Деревья стояли голые, без единой снежинки, и воздух дрожал над землёй, будто в земной бане. Эсраника взглянула на встроенный в шлем термометр, плюс двадцать пять, в пять утра посреди декабря. — Это уже не странно, — сказала она тихо. — Это пиздец ненормально. — Солнце даже не встало, — добавила Аргемия, оглядываясь на горизонт. — Откуда такое тепло? Они не знали ответа. Но собирались узнать. --- Эсраника ввела пару комбинаций на своем КПК, вышла в человеческую сеть — ту самую, которую они редко использовали, потому что та была шумной, хаотичной и полной мусора. Но сейчас это был единственный способ узнать, что происходит на планете. Новости были не просто плохими, они были ужасными. «Аномальная жара в декабре», «Тысячи пострадавших по всему миру», «Температура бьёт рекорды», «Учёные не могут объяснить причину». Эсраника пролистывала заголовок за заголовком, и лицо под шлемом становилось всё мрачнее, люди гибли пачками, мучительной смертью от перегрева, от сердечных приступов, от того, что их тела просто не выдерживали, от сожжения. Больницы были переполнены, кондиционеры не справлялись, электросети выходили из строя. Она поморщилась, покачала головой, отложила КПК. — Плохие новости? — спросила Аргемия, хотя ответ был очевиден. — Очень, — ответила Эсраника. — Люди гибнут, а мы ничего не можем сделать, пока не узнаем причину. Они включили невидимость — стелс-броня замерцала и растворила их в воздухе, оставив только легкое искажение, которое можно было заметить, только если знаешь, куда смотреть — и побежали к варп-стрелам, нужно было спешить. Бег через лес занял меньше пяти минут, Ариралы двигались быстрее любого человека. Аргемия чуть впереди, Эсраника — чуть сзади, прикрывая и сверяясь с КПК. Варп-стрелы стояли там же, где они их оставили — на небольшой поляне, скрытой от посторонних глаз маскировочным полем. Два треугольных корабля, белых, с пульсирующими синими огнями по контуру. Аргемия подошла к своему, положила руку на корпус — сенсор считывал биометрию, дверь отъехала в сторону. Эсраника сделала то же самое. — Введи координаты, — сказала Аргемия, уже сидя в кресле пилота и запуская двигатели. — Будем выходить на орбиту. — Уже, — ответила Эсраника, пальцы бегали по сенсорной панели. — Данные с КПК показывают, что источник аномалии — не на Земле, он выше. — Солнце? — Похоже на то. Повисла секундная тишина. — Настраивай оборудывание, — сказала Аргемия. — Включай двигатель, у нас мало времени. Варп-стрелы взревели, поднялись в воздух, развернулись и с голубым светом исчезли, устремившись в космос. --- В невесомости мысли текли иначе, свободнее. Аргемия включила связь — канал зашипел, настраиваясь. — Как думаешь, что произошло? — спросила она, глядя на удаляющуюся голубую точку Земли. Эсраника помолчала несколько секунд, просматривая данные. — Уж не знаю, — ответила она наконец. — Но тут явно видно вмешательство других рас. Она хотела добавить что-то еще, но в этот момент по обшивке ударил свет, жаркий, плотный, почти осязаемый. Варп-стрелы содрогнулись, и автоматика включила охлаждение на полную мощность. Внутри кабин стало прохладнее, но ненамного — система работала на пределе. — Что за... — Аргемия прищурилась, глядя на главный экран. Прямо перед ними, на расстоянии, которое даже в космосе казалось пугающе близким, светилось Солнце, но оно было не таким, как обычно — не желтым, даже не белым, оно было голубым. Иссиня-голубым, как пламя газовой горелки, пульсирующим, нестабильным. — Солнце стало как будто бы... более голубым? — спросила Аргемия, и в её голосе впервые прозвучала неуверенность. — Не «как будто бы», — поправила Эсраника, сверяясь с приборами. — Температура внешней обшивки выросла в два раза за последние десять секунд. Спектральный анализ показывает сдвиг в ультрафиолет. — Это значит... — Это значит, что кто-то разогревает звезду, или она разогревается сама. В любом случае, лететь прямо к Солнцу — самоубийство. Нам нужен другой план. Аргемия задумалась. Её пальцы барабанили по подлокотнику кресла, глаза бегали по карте звездного неба, потом она щелкнула пальцами — жест, который Эсраника знала много лет. — Розиталы? — спросила Аргемия. — Розиталы, — подтвердила Эсраника. --- Розиталы. Технологическая раса, с которой у Ариралов были дружеские отношения, они были в союзе достаточно долгое время, помогая друг другу в трудные моменты. — Есть контакт? — спросила Аргемия, когда варп-стрелы вышли на орбиту связи. — Сейчас попробую. Эсраника перенастроила частоты, ввела код доступа — старый, еще с прошлых контактов — и отправила сигнал. В ответ — тишина. Она отправила снова, и снова, и на четвертый раз в динамике раздался голос — металлический, ровный, без единой эмоции. — Вас слушаю. — Цефей? — спросила Эсраника, узнавая тембр. — Это Эсраника, у нас проблема. — Фиксирую ваш сигнал, — ответил голос. — Говорите. Эсраника коротко, без лишних эмоций, обрисовала ситуацию. Звезда, аномальный нагрев, гибнущие люди, ревозможность приблизиться. — Нужна помощь, — закончила она. — Немедленно. С звездой в звездной системе Земли что-то не так, она стремительно становится более горячей. На том конце связи повисла тишина, секунда, другая. Эсраника уже хотела повторить запрос, когда Цефей заговорил снова. — Какое вам дело до звезды этих существ? — спросил он. Вопрос прозвучал не как издевка — скорее, как искреннее непонимание. Эсраника задумалась на секунду и не теряя времени продолжила. — Они могут быть полезны в будущем сотрудничестве, — сказала Эсраника, тщательно подбирая слова. — Кроме того, никто не заслуживает такой жестокой смерти. Пауза затянулась. Цефей, видимо, советовался с кем-то на своей стороне. Аргемия и Эсраника слышали неясные щелчки, потрескивание, чужую, неариральскую и нечеловеческую речь. — Интересно, — сказал Цефей наконец. — Так или иначе, мы отправим вам несколько отрядов для помощи с этой проблемой. Ожидайте и не суйтесь к звезде. Связь прервалась. Аргемия выдохнула, откинулась в кресле. — Ну, хоть так. — Хоть так, — согласилась Эсраника. — Теперь ждем. --- Они ждали десять минут. Десять минут в полной тишине, если не считать попискивания приборов и далекого гула варп-двигателей, работающих на холостом ходу. Аргемия листала новости — ситуация на Земле ухудшалась с каждой минутой. Пожары, обесточенные города, сотни тысяч пострадавших. Эсраника наблюдала за звездой — та продолжала набирать температуру, она пульсировала, выбрасывая протуберанцы на миллионы километров. — Они идут, — сказала Аргемия, откладывая КПК. Сначала появились они. Три корабля Розиталов. Один — огромный, прямоугольной формы, из блестящего металла, испещренная огнями. Два других — поменьше, но всё равно раз в десять больше варп-стрел Ариралов. Они вынырнули из пространства бесшумно, будто всегда были здесь. Аргемия и Эсраника проводили их взглядами. Развернувшись, вся маленькая флотилия бессловно двинулась к Солнечной системе. Розиталы не обменивались приветствиями, не уточняли детали — они просто включили двигатели и полетели, ожидая, что остальные последуют за ними. Из-за медлительности кораблей Розиталов — они были огромными, и даже их максимальная скорость оставляла желать лучшего — путь до Земли занял около сорока минут. Сорок минут, в течение которых Аргемия успела дважды вздремнуть, а Эсраника — проверить все системы своего корабля и новости. Когда они прибыли, время на Земле было 6:48 по Берну. Солнце уже вставало как минимум в Европе, а где то и вовсе находилось в зените. --- Корабли Розиталов окружили Солнце, выстроившись в геометрически правильный треугольник. От прямоугольного корабля отстыковались десятки маленьких зондов — почти невидимых, похожих на пылинки в лучах звезды. Они разлетелись вокруг, собирая данные, передавая их на главный корабль. Аргемия и Эсраника переключились на свою волну связи, оставив канал Розиталов открытым, но не вмешиваясь. — Пока Розиталы разбираются со звездой, — сказала Аргемия, — нам нужно как-то наладить ситуацию с Землёй и людьми. — Не заметно, — добавила Эсраника. — Желательно. — Да. Не будем томить, меняем режим обшивки на невидимость и направляемся. Аргемия коснулась сенсорной панели, и её варп-стрела мягко развернулась в сторону Земли, Эсраника сделала то же самое. Они двинулись к планете, оставляя Розиталов разбираться с их проблемой. В это же время огромный корабль-прямоугольник совершил маневр. Он развернулся своей плоской стороной к Солнцу, и из его корпуса выдвинулась обшивка — тончайшая, почти прозрачная, но невероятно прочная чëрная квадратная мембрана. Она накрыла собой часть звезды, заслоняя Землю от прямых лучей. Свет всё ещё проникал на планету — мембрана не была полностью непроницаемой, но его интенсивность снизилась настолько, что температура перестала расти. Более того — начала падать. Розиталы начали стабилизировать тепло Солнца. Неизвестно, насколько это было сложно. Аргемия и Эсраника в это время уже входили в атмосферу Земли, направляясь к другим странам. У них была своя работа — проверить, как там люди справились, помочь, чем смогут. --- В обсерватории, в это же время, Келл проснулся от тревоги и побежал выключать сирену. Он не знал, что где-то над его головой, в космосе, разворачивалась операция, от которой зависела жизнь миллионов. Он просто хотел, чтобы этот день закончился.