Я альфа! (не работает)

Место действия: Квартира Чонгука. Время действия: Среда, 02:15 — 05:47. --- Дома Чонгук не стал включать свет. Он прошел в гостиную, рухнул на диван и уставился в темный потолок. В голове крутились обрывки прочитанного. Энигма. Переписать сущность. Волк и собака. Сопротивление бесполезно. — Бред, — сказал он в пустоту. — Полный бред. Это какие-то форумные шизики выдумали. Но руки уже тянулись к ноутбуку. Он открыл крышку, экран осветил комнату холодным белым светом. Пальцы забегали по клавиатуре, ныряя глубже, на закрытые форумы, в архивы, в обсуждения, которые длились годами. Час ночи. Два. Три. Чонгук читал. Он читал научные статьи, написанные сухим академическим языком, где Энигмы назывались «генетической аномалией 5-го типа». Он читал личные истории альф, которые встречали Энигм и уже никогда не становились прежними. Он читал предупреждения, мольбы, проклятия. «Я был альфой. Настоящим. Сильным. А теперь я сплю на полу у его двери, потому что не могу быть дальше пяти метров. Это не жизнь. Это зависимость». «Если ты читаешь это и подозреваешь, что встретил Энигму — беги. Меняй страну, имя, личность. Сделай все, чтобы он тебя не нашел. Потому что если найдет — ты пропал». «Они не злые. Они просто другие. Для них мы — игрушки. Красивые, интересные, но игрушки. Они не понимают, что ломают нам жизнь. Им это не нужно понимать». «Мой Энигма сказал мне: „Ты создан для меня“. И знаете что? Он был прав. Я ненавижу его за это. И люблю. И не могу жить без него. Это ад». Чонгук откинулся на спинку дивана. Сердце колотилось где-то в горле. — Игрушки, — повторил он вслух. Он вспомнил взгляд Тэхена на парковке. Спокойный, изучающий, с легкой насмешкой. Так смотрят на забавного зверька. На котенка, который пытается рычать. — Ты такой забавный, когда злишься. Чонгук сжал кулаки. Татуированный дракон на правой руке напрягся вместе с мышцами. Он ненавидел это. Ненавидел то, что Тэхен видел его насквозь. Ненавидел то, что его тело реагировало быстрее разума. Ненавидел то, что даже сейчас, читая эти страшные истории, он чувствовал не только ужас, но и... любопытство. Что значит — быть чьим-то? Полностью, без остатка? Не принимать решений, не бороться, не доказывать? Чонгук тряхнул головой, отгоняя крамольные мысли. — Нет. Я не такой. Я сильнее. Он вернулся к чтению. Нужно знать врага в лицо. Нужно понять, с чем он имеет дело. «Энигмы — не альфы, не беты, не омеги. Они отдельная категория. Их феромоны воздействуют на альф как наркотик. Один вдох — и ты уже зависим. Одно прикосновение — и ты готов на все». «Процесс подчинения называется „Принятие“. Это не насилие. Энигма не ломает альфу силой. Он просто... забирает. Альфа отдает себя добровольно, потому что не может иначе. Потому что его тело хочет этого больше жизни». «После Принятия альфа сохраняет все свои качества — силу, агрессию, защитные инстинкты. Но центр его мира смещается. Теперь он существует только для своего Энигмы. Защищать его, служить ему, любить его — это становится смыслом существования». «Сопротивляться Принятию можно. Но последствия страшны. Альфа впадает в депрессию, теряет вес, сходит с ума. Были случаи суицида. Организм просто не может жить без феромонов Энигмы. Это как наркотическая ломка, только в тысячу раз сильнее». Чонгук захлопнул ноутбук и отшвырнул его в сторону. — Суицид, — прошептал он. — Ломка. С ума сойти. Он вскочил, заметался по комнате. Подошел к окну, уперся лбом в холодное стекло. За окном все еще моросил дождь. Гроза ушла, но небо осталось серым, тяжелым. — Это не может быть правдой, — сказал он своему отражению. — Это какие-то байки. Легенды. Люди любят придумывать страшилки. Но отражение молчало. А в ноздрях все еще стоял запах грозы. Чонгук вернулся на диван, подобрал ноутбук и открыл снова. Он должен был знать все. До конца. Следующая вкладка — «Физиология Энигм». «Энигмы внешне неотличимы от альф. Часто выше среднего роста, с сильным телосложением. Их главное отличие — глаза. У Энигм особый пигмент радужки, который меняет оттенок в зависимости от освещения. Чаще всего описывается как „янтарный“ или „медовый“». Янтарный. У Чонгука похолодело внутри. «Феромоны Энигмы пахнут грозой, озоном, мокрой землей. Этот запах невозможно перепутать ни с чем. Для альф он действует как мощнейший афродизиак и транквилизатор одновременно». «При физическом контакте с Энигмой у альфы может наблюдаться временная потеря памяти, эйфория, состояние „катарсиса“. Организм альфы воспринимает Энигму как „своего“ на генетическом уровне и перестраивается под него». Чонгук отложил ноутбук и посмотрел на свои руки. Они дрожали. Он вспомнил пустоту в голове после парковки. Час, который выпал из жизни. Странное чувство сданного экзамена. Катарсис. — Я уже перестраиваюсь, — прошептал он. — Прямо сейчас. Страх пришел не сразу. Сначала было отрицание, потом гнев, потом — пустота. А теперь, когда факты сложились в мозаику, страх накрыл его с головой. Тэхен — не просто странный мужик. Не просто альфа с необычным запахом. Он — угроза. Угроза всему, кем Чонгук является. Его личности, его независимости, его «я». Энигма может стереть Чон Чонгука и записать поверх него что-то другое. Преданного пса. Ручную собаку. Игрушку. — Нет, — Чонгук вскочил, заметался по комнате. — Нет. Я не позволю. Я уволюсь. Уеду. Спрячусь. Он не найдет. Он схватил телефон, набрал Джисона. — Алло? Шеф? — сонный голос на том конце. — Вы с ума сошли, три часа ночи? — Слушай меня, — Чонгук говорил быстро, сбивчиво. — Завтра... точнее, уже сегодня. Подай заявление об уходе от меня. От моего имени. — Что? — Джисон проснулся мгновенно. — Какое заявление? Вы увольняетесь? — Да. Нет. Я не знаю. Просто сделай, что говорю. — Шеф, вы пьяны? — Я не пьян! — рявкнул Чонгук. — Я... я в порядке. Просто сделай. А сам начинай искать варианты за границей. Срочно. Пауза. — Шеф, что случилось? Вы в опасности? Мне вызвать ребят? — Никого не вызывай. Просто делай, что прошу. Чонгук сбросил вызов и отшвырнул телефон. Он стоял посреди комнаты, тяжело дыша, и смотрел в одну точку. За окном блеснула молния. Чонгук вздрогнул и непроизвольно втянул носом воздух. Гроза приближалась. И вместе с ней — запах, от которого у него подкашивались колени. — Нет, — прошептал он, зажимая нос рукой. — Нет, только не сейчас. Я не хочу. Но тело уже реагировало. Сердце забилось чаще, дыхание участилось, кожа покрылась мурашками. Не от страха — от предвкушения. Он хотел, чтобы Тэхен пришел. Хотел, несмотря на весь ужас, на все прочитанное, на всю ненависть к себе за эту слабость. Чонгук сполз по стене на пол, обхватил голову руками и замер. — Что ты со мной делаешь? — прошептал он в пустоту. — Что ты со мной уже сделал? Громыхнуло совсем рядом. Запах грозы заполнил комнату, хотя окна были закрыты. Чонгук сидел на полу, дрожал и ждал. Он не знал, придет ли Тэхен сегодня. Не знал, хочет ли он этого. Не знал, сможет ли сопротивляться, если тот придет. Он не знал ничего. Кроме одного. Его жизнь больше никогда не будет прежней. --- 05:47. Рассвет. Чонгук так и просидел на полу до утра. Тэхен не пришел. Но запах грозы никуда не делся. Он висел в воздухе, въедался в стены, в мебель, в кожу. Чонгук поднялся на ватных ногах, дошел до ванной, посмотрел в зеркало. На него смотрел чужой человек. Глаза красные, под глазами синяки, щеки впали. Альфа, который не спал третьи сутки, который прочитал слишком много и понял слишком поздно. — Я не сдамся, — сказал он своему отражению. — Слышишь? Я буду бороться. Отражение кивнуло, но в его глазах не было уверенности. Потому что где-то глубоко внутри, в той части, которую Чонгук ненавидел больше всего, уже зрела мысль: «А стоит ли бороться с тем, кто создан для тебя?»