Я альфа! (не работает)

Место действия: Квартира Тэхена, спальня, гостиная. Время действия: Среда, 23:00 — Четверг, 23:00. Ночь признания и день после. --- Среда, 23:00. Спальня. Чонгук лежал на спине и смотрел в потолок. Рядом Тэхен дышал ровно — не спал, просто ждал. Чувствовал, что Чонгук хочет что-то сказать, и терпеливо ждал уже полчаса. — Тэхен, — наконец выдавил Чонгук. — М? — Я был в больнице. Тэхен повернул голову. В темноте его янтарные глаза казались почти чёрными, но Чонгук знал, что они горят. — Я знаю. Я чувствовал запах. Чонгук сглотнул. Горло пересохло, сердце колотилось где-то в ушах. — Я не просто так ходил. Я... у меня там результаты. — И? — И... — Чонгук зажмурился. — Короче, помнишь наш разговор про детей? Ну, тогда, когда ты сказал, что я могу... — Помню. — Тэхен сел на кровати. В его голосе появилось напряжение. — Чонгук, что случилось? — Ничего не случилось. То есть случилось, но... — Чонгук сел рядом, не глядя на него. — Я беременен. Тишина. Абсолютная, звенящая тишина. Чонгук рискнул повернуть голову и увидел Тэхена. Тот сидел с открытым ртом, с вытаращенными глазами, и выглядел так, будто его ударили током. — Что? — выдохнул он. — Беременен. Я. Пять недель. Врач сказала, что под воздействием твоих феромонов у меня сформировалась временная репродуктивная система. И я... Договорить он не успел, потому что Тэхен набросился на него. Объятия были такими крепкими, что Чонгук пискнул. — ТЫ СЕРЬЁЗНО?! — заорал Тэхен ему в ухо. — ТЫ НЕ ШУТИШЬ?! — Не шучу, — прохрипел Чонгук, пытаясь отдышаться. — Только задушишь сейчас. — Прости, прости! — Тэхен отстранился, но тут же прижался лбом к его лбу. — Ты правда... у нас правда... — Правда. Тэхен смотрел на него и улыбался. Улыбался так, как не улыбался никогда — широко, глупо, счастливо. — Я стану отцом, — выдохнул он. — Мы станем родителями, — поправил Чонгук. — МЫ СТАНЕМ РОДИТЕЛЯМИ! Тэхен снова сгрёб его в охапку, повалил на кровать и расцеловал всё лицо. Лоб, щёки, нос, подбородок, губы. — Тэхен, — Чонгук пытался увернуться, — Тэхен, хватит, я сейчас мокрый весь буду... — Не хватит! Я буду целовать тебя теперь всегда! Ты носишь моего ребёнка! — Нашего. — Нашего! — Тэхен замер, глядя на него сияющими глазами. — Нашего. Ты и я. Наш ребёнок. Чонгук смотрел на это счастье в чистом виде и чувствовал, как внутри отпускает весь страх последних дней. — Ты правда рад? — спросил он тихо. — Правда? — Тэхен посмотрел на него так, будто он спросил глупость. — Чонгук, я всю жизнь мечтал о семье. Всю жизнь искал того, кто сможет быть со мной. И нашёл тебя. А теперь у нас будет ребёнок. Это... это лучшее, что могло случиться. — Даже несмотря на то, что рожать буду я? — Тем более! — Тэхен чмокнул его в нос. — Ты — альфа, гроза преступников, и ты выносишь нашего малыша. Это же круто! — Круто? — Очень круто! Чонгук фыркнул, но улыбнулся. — Ты сумасшедший. — Твой сумасшедший. И теперь — отец твоего ребёнка. — Это мы ещё посмотрим, кто тут отец, а кто... мать. Я вообще не знаю, как теперь называться. — Назовём тебя «мой любимый». И точка. — Слишком сладко. — А ты сладкий. Даже когда рычишь. Чонгук закатил глаза, но Тэхен уже пристроил голову ему на грудь и слушал сердцебиение. — Я не усну сегодня, — заявил он. — Почему? — Буду слушать, как там наш малыш. — Там эмбрион размером с рисовое зёрнышко. Ты ничего не услышишь. — Всё равно буду слушать. Чонгук вздохнул и погладил его по голове. — Ты невозможный. — Я счастливый. И они лежали так долго-долго, пока Чонгук не уснул под ровное дыхание Тэхена. Тэхен не спал. Он смотрел в потолок, улыбался и чувствовал себя самым счастливым человеком на планете. --- 08:00. Спальня. Утро. Чонгук проснулся от того, что на него смотрели. Он открыл глаза и уставился в янтарные глаза Тэхена, который лежал на боку, подперев голову рукой, и пялился на него с таким выражением, будто видел впервые. — Ты чего? — хрипло спросил Чонгук. — Ничего. Смотрю. — На что? — На тебя. — Я не экспонат. — Ты самый красивый экспонат в моей коллекции. Чонгук поморщился и попытался отвернуться, но Тэхен поймал его за подбородок и повернул обратно. — Не отворачивайся. — Отпусти. — Неа. — Тэхен. — Чонгук. — У меня утро, я хочу в туалет и есть. — Сходишь и поешь. Но сначала скажи мне еще раз то, что вчера сказал. — Ты помнишь? — осторожно спросил Чонгук. — Я думал, может ты подумаешь, что тебе приснилось. — Мне не приснилось. — Тэхен улыбнулся так, что у Чонгука сердце пропустило удар. — Я помню каждое слово. И я и вправду не спал всю ночь. Просто лежал и смотрел на тебя. И думал. — О чём? — О том, что я самый счастливый человек на планете. Чонгук покраснел. — Преувеличиваешь. — Ни капли. — Тэхен наклонился и поцеловал его в лоб. — Ты носишь нашего ребёнка. Нашего, Чонгук. Ты и я. Мы будем родителями. — Я пока сам не осознал, — признался Чонгук. — Как-то странно. — Странно — это нормально. Но знаешь, что я чувствую? — Что? — Я чувствую себя так, будто выиграл в лотерею. Нет, будто создал вселенную и получил её в подарок. — Ты говоришь странные вещи. — Я счастливый человек. Счастливые люди имеют право говорить странные вещи. Чонгук фыркнул, но улыбнулся. — Ладно. Я в туалет. И есть. И если ты будешь так на меня смотреть весь день, я сбегу. — Не сбежишь. Я поймаю. — Посмотрим. Чонгук встал и пошёл в ванную. Тэхен проводил его взглядом и улыбнулся так, что, кажется, осветил всю комнату. --- 09:30. Кухня. Чонгук сидел за столом и с подозрением смотрел на тарелку, которую Тэхен поставил перед ним. — Это что? — Завтрак. — Это похоже на произведение современного искусства. В плохом смысле. — Это омлет с овощами. Я старался. — Ты поджёг кухню, пока старался? — Нет! Хотя... один раз чуть не поджёг, но я быстро потушил. Чонгук закрыл глаза и вздохнул. — Тэхен. — Да? — Ты Энигма. Ты можешь управлять реальностью. Но ты не можешь пожарить яйца. — Я могу! Просто... не идеально. — Это не «не идеально», это катастрофа. — Попробуй. — Я боюсь. — Чонгук! — Ладно, ладно. Чонгук взял вилку, отломил кусочек и положил в рот. Замер. Прожевал. — Ну? — Тэхен смотрел с надеждой. — Съедобно. — Правда? — Правда. Даже вкусно. Немного. Тэхен просиял так, будто выиграл «Оскар». — Я научусь! Ради тебя и малыша я научусь готовить! — Малышу пока всё равно, что ты готовишь. Ему пять недель от силы. — Но когда подрастёт, я буду печь ему печенье! — Ты сожжёшь печенье. — Не сожгу! — Сожжёшь. — Не сожгу! — Тэхен, ты сковородку в прошлый раз спалил. Печенье для тебя — что-то между высшей математикой и квантовой физикой. Тэхен надулся. Чонгук посмотрел на него и не выдержал — рассмеялся. — Ладно, — сказал он. — Будем учиться вместе. Я буду контролировать, ты будешь готовить. Договорились? — Договорились! — Тэхен чмокнул его в щеку. — Ты лучший. — Я знаю. — Скромный. — Альфа не обязан быть скромным. Альфа обязан быть лучшим. — И ты лучший. Во всём. Чонгук снова покраснел и уткнулся в тарелку. — Ешь давай. --- 12:00. Гостиная. Тэхен сидел на диване с ноутбуком и что-то искал в интернете. Чонгук лежал рядом, положив голову ему на колени, и листал что-то в телефоне. — Что ты делаешь? — спросил Чонгук. — Изучаю. — Что? — Беременность альф. Это редкий случай, но информация есть. Надо знать, что тебя ждёт. — И что там пишут? — Много всего. — Тэхен зачитал вслух: — «В первом триместре возможен токсикоз, слабость, сонливость, изменение пищевых привычек. Рекомендуется покой, правильное питание и регулярное наблюдение у врача». — Это я и без тебя знаю. — Дальше интереснее. — Тэхен продолжил: — «Во втором триместре у альф может начаться лактация, измениться запах, усилиться либидо». — Чего?! — Лактация. Грудь будет немного увеличиваться. — ЧТО?! — Ну, кормить же надо будет. Чонгук сел так резко, что едва не скинул Тэхена с дивана. — У меня будет грудь?! — Не грудь, а... ну, небольшие изменения. Для кормления. — Я альфа! У меня татуировки! Я преступников пугаю! И у меня будет грудь?! — Небольшая. Даже не грудь, учитывая твои мышцы, а просто соски набухнут. — Тэхен! — Что? Я не виноват, это природа. Чонгук схватился за голову. — Я не подписывался на это. — Подписывался, когда согласился быть со мной. — Я согласился быть с тобой, а не отращивать грудь! Тэхен рассмеялся и притянул его обратно. — Тише, тише. Я пошутил. Не вырастет у тебя грудь. Ну, почти. — Почти?! — Ладно, не буду пугать. Всё будет хорошо. Я рядом. Чонгук выдохнул и уткнулся лицом ему в живот. — Ты невозможный. — Я твой. — Это не оправдание. — Лучшее оправдание. --- 15:00. Магазин. — Зачем мы сюда пришли? — Чонгук с подозрением смотрел на отдел детских товаров. — Посмотреть. — На что? — На коляски. Кроватки. Игрушки. — Тэхен, у нас ещё ничего не родилось. Даже живот не вырос. — А готовиться надо заранее! — Готовиться надо через полгода. Сейчас рано. — Никогда не рано. Смотри, какая кроватка! Тэхен подбежал к стенду с детской мебелью и вцепился в ограждение кроватки с таким видом, будто это был последний экземпляр на распродаже. — Дерево! Натуральное! Безопасное! И с балдахином! — Тэхен, отойди от кроватки. — А здесь коляска! Трёхколёсная! Проходимость как у джипа! — Наш ребёнок будет ездить по бездорожью? — А вдруг? Чонгук закрыл лицо рукой. Продавщица, молодая девушка-бета, смотрела на них с умилением. — У вас будет малыш? — спросила она. — Поздравляю! Первый? — Первый, — сияя, ответил Тэхен. — И самый лучший! — А кто из вас... — она замялась, переводя взгляд с одного огромного мужика на другого. — Я, — буркнул Чонгук, чувствуя, как краснеют уши. — Ой, — девушка округлила глаза. — Редкий случай! Поздравляю! — Спасибо, — Чонгук схватил Тэхена за руку и потащил к выходу. — Мы подумаем. До свидания. — Почему ты меня утащил? — возмущался Тэхен на улице. — Я хотел посмотреть погремушки! — Тэхен, нам рано ещё. И я не готов к тому, чтобы продавщицы пялились на мой живот. — У тебя ещё нет живота. — Будет. И тогда все будут пялиться. — Пусть пялятся. Ты будешь самым красивым альфой с животом в мире. — Заткнись. — Люблю тебя. — И я тебя. Но если ты ещё раз скажешь про красивый живот при людях, я тебя ударю. — Договорились. Буду говорить только дома. Чонгук вздохнул и пошёл к машине. Тэхен шёл за ним и улыбался так, что, казалось, сейчас лопнет от счастья. --- 19:00. Ужин (заказанный из ресторана, потому что Тэхену снова запретили готовить). — Слушай, — сказал Тэхен, жуя кимчи. — А как мы назовём ребёнка? — Тэхен. — В смысле? — В смысле, назовём в твою честь. Будут два Тэхена. Один большой, один маленький. — А если девочка? — Тогда Тэхена. — Девочку Тэхеном не называют. — Почему? Тэхена — красивое имя. Тэхен задумался. — А если мальчик, но не в мою честь? — Тогда Чонгук-младший. — Два Чонгука в доме? Я не выдержу. — Почему? — Потому что одного Чонгука еле укротил. Второго не потяну. Чонгук фыркнул. — Ты меня не укротил. Ты меня... приручил. Маленькая разница. — Большая разница. И я счастлив, что приручил. — Ладно, давай серьёзно. — Чонгук отложил палочки. — Какие имена нравятся? Тэхен задумался. — Соын, если девочка. Мне всегда нравилось это имя. — Соын Чон? Звучит. — А если мальчик — Чивон? — Чивон Ким? — Нет, Чивон Чон. Ребёнок будет носить твою фамилию. Чонгук замер. — Мою? — Конечно. Ты же вынашиваешь. Ты — мать. Или отец. Короче, родитель. Фамилия по тебе. — А ты не против? — Я? Я вообще не против. Твоя фамилия — моя фамилия теперь. Мы же вместе. Чонгук смотрел на него и чувствовал, как глаза щиплет. — Тэхен, — сказал он тихо. — Что? — Ты слишком хороший. — Я в самый раз. — Нет, правда. Ты... ты делаешь меня счастливым. Тэхен улыбнулся той самой улыбкой. — Ты тоже. С первого дня. — Даже когда я бегал от тебя? — Особенно когда бегал. Это было забавно. — Забавно? — Очень. Большой страшный альфа прячется в квартире и нюхает ментол, чтобы мой запах перебить. Это же комедия. Чонгук запустил в него салфеткой. — Я тебя сейчас убью. — Не убьёшь. Я будущий отец твоего ребёнка. — Тем более убью. — Неа. — Тэхен поймал его руку и поцеловал. — Ты меня любишь. — Иногда сомневаюсь. — Врёшь. — Вру. Они сидели и смотрели друг на друга, забыв про еду. — Я так счастлив, — сказал Тэхен. — Ты даже не представляешь. — Представляю. У тебя на лице написано. — А у тебя? — У меня альфа-лицо. На нём ничего не написано. — Написано. Я читать умею. — И что там? — «Я тоже счастлив, но ни за что не признаюсь». Чонгук фыркнул. — Я признаюсь. Я счастлив. Доволен? — Очень. — Тэхен поцеловал его в нос. — Самый довольный Энигма на планете. --- 23:00. Спальня. Они лежали в кровати, Чонгук уткнулся носом Тэхену в шею, рука Тэхена лежала на его животе. Просто лежала, грела. — Я всё ещё не верю, — прошептал Тэхен. — Во что? — В это. В нас. В ребёнка. Что это всё — моё. — Наше. — Наше, — поправился он. — Я так долго был один. Думал, что никогда не найду того, кто сможет быть рядом. А тут ты. Весь такой колючий, рычащий, невероятный. И теперь ещё малыш. Чонгук молчал, слушая. — Я обещаю, — сказал Тэхен. — Я обещаю, что буду лучшим партнёром, лучшим отцом, лучшим всем. Я никогда не дам вас в обиду. Никогда не оставлю. Никогда не пожалею. — Знаю, — тихо ответил Чонгук. — Я потому и согласился. — Что? — Быть твоим. Я сразу знал, что ты — тот, кто не предаст. Тэхен сжал его крепче. — Я люблю тебя, Чон Чонгук. До луны и обратно. — Я тебя тоже, Ким Тэхен. Хоть ты и идиот. — Твой идиот. — Мой. За окном шумел город, луна светила в окно, а в животе Чонгука росла новая жизнь. Маленькая, крошечная, но уже такая важная. И Тэхен был самым счастливым человеком на планете. — Чонгук? — М? — Можно я позвоню маме и скажу, что стану отцом? — Сейчас? Ночь на дворе. — Завтра. — Звони кому хочешь. Только не буди меня. — Не разбужу. — Тэхен поцеловал его в макушку. — Спи, любимый. Чонгук закрыл глаза и провалился в сон. А Тэхен ещё долго лежал, смотрел в потолок и улыбался. Счастье было тёплым, тяжёлым и пахло сандалом.